Спасательный круг ⚖️ Адвокат Ельчанинов

Находясь в Самаре, поймал себя на простой мысли: хороший отдых — это не когда удалось забыть о работе, а когда удалось по-настоящему переключиться, перезагрузиться и в какой-то момент снова по ней соскучиться. А вчера, уже вернувшись, по приглашению друзей даже принял участие в конкурсе уличного искусства. Как говорится, лучший отдых — это смена деятельности. Похоже, reset сработал. Пора возвращаться — с новым настроем и свежей головой. Лови спасательный круг⚖️ будем на одной волне

Два уголовных дела, одна картина и больше ста лет между ними. Перед сном читаю воспоминания об Илье Репине, написанные Корнеем Чуковским. Параллельно — материалы о реставрации знаменитой картины Ильи Ефимовича - «Иван Грозный и сын его Иван». Наверное, именно за это я люблю историю искусства. Она никогда не заканчивается живописью. В ней всегда есть люди — их характеры, убеждения, страхи и мотивы. А значит, где-то рядом всегда оказывается и право. Во время учёбы в Москве я часто приходил в Третьяковскую галерею. Тогда даже не думал, что спустя годы буду смотреть на многие полотна ещё и глазами адвоката. Но жизнь этим и интересна. Меня зацепила история этой картины. В январе 1913 года молодой иконописец Абрам Балашов вошёл в галерею и за несколько секунд несколькими ударами ножа изрезал полотно Репина с криками: «Довольно смертей! Довольно крови!» Позже выяснилось, что Балашов — старообрядец и иконописец. При том во время наблюдения в психиатрической больнице он объяснял врачам, что хотел уничтожить не саму картину, а тот «семейный разлад», который видел в ней. Данных о правовых последствиях за содеянное для него я так и не нашел. Даже изучил Уголовное уложение, утвержденное 22.03.1903, чтобы найти соответствующую статью кодекса. Как я полагаю, Балашов избежал уголовной ответственности из-за своего психического заболевания. Как человеку, любящему искусство, эта история мне кажется удивительной, но как адвокату — ещё и интересной с профессиональной точки зрения. Любопытно, что спустя 105 лет история почти буквально повторилась. В мае 2018 года посетитель Третьяковской галереи из Воронежа металлической стойкой разбил защитное стекло и несколько раз ударил по той же картине. Свои действия он объяснил тем, что полотно Репина, по его мнению, исторически недостоверно. На этот раз экспертиза признала злоумышленника вменяемым. Деяние квалифицировали по ч.2 ст.243 УК РФ. Суд назначил два года шесть месяцев лишения свободы, а позднее справедливо был заявлен гражданский иск о взыскании расходов на реставрацию. В суде же защита настаивала, что сама картина не включена в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия, а потому содеянное следует квалифицировать по ч.1 ст.243 УК РФ. Даже допросили свидетеля, который сообщил суду о том, что сюжет, изображенный на данной картине Репина является недостоверным, подтверждая таким образом позицию подсудимого по делу. Однако суд занял иную позицию, приведя довод, что Государственная Третьяковская галерея сама является особо ценным объектом культурного наследия, а произведения, входящие в её музейный фонд, пользуются соответствующей уголовно-правовой охраной. Суд апелляционной инстанции отказал в жалобе стороны защиты, сославшись на пункт 1 «Положения об особо ценных объектах культурного наследия народов Российской Федерации», утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 30.11.1992 № 1487, заключил Произведение живописи И.Е. Репина «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» из фондов Государственной Третьяковской галереи включено в Государственный каталог Музейного фонда РФ (имеет соответствующий номер). Получается, суд, прикоснувшись к истории и искусству, фактически поставил точку в споре, который длится уже больше века. Для уголовного закона при этом неважно, насколько сюжет картины соответствует исторической действительности: под охраной находится не версия событий, а само произведение искусства как часть культурного наследия. Наверное, именно поэтому мне так интересны подобные истории. В них сходится всё, что мне по-настоящему близко: история, искусство и уголовное право. Сегодня этой картине посвящён отдельный зал. Она защищена не только бронированным стеклом, но и уже собственной историей. Прошло больше века, а она по-прежнему не даёт людям покоя. Наверное, в этом и есть сила настоящего искусства: оно продолжает заставлять спорить, искать ответы и неожиданно приводит не только к истории, но и к уголовной юриспруденции. Лови спасательный круг⚖️ будем на одной волне

Бывает, что проблема даже не в самих фактах, а в моменте и качестве их подачи В детективах зрителю почти всегда показывают только те сцены, которые нужны режиссеру (интрига, погоня, осознанный взгляд)😎. Поэтому в середине фильма мы почти всегда уверены, что знаем - кто злодей. В финале же, уже к нашему удивлению, выясняется, что нам просто не показали несколько ключевых эпизодов. С материалом доследственной проверки может произойти примерно тоже самое и ее судьбу решают уже вовсе не доказательства, а искусство рассказать свою историю🤔 В древнем Риме говорили: «Audiatur et altera pars» — «Следует выслушать и другую сторону», но проблема в том, что сначала эту историю «другой стороны» нужно суметь внятно изложить. На днях ко мне обратился доверитель, который уже успел дать своим языком пояснения в полиции. И проблема оказалась даже не в самих обстоятельствах, а в том, что его рассказ напоминал скорее трейлер фильма, из которого вырезали половину сцен, крепко заинстриговав проверяющих😱 В итоге, что-то не сказано вовсе, что-то сказано так, что бурной фантазии есть, где развернуться. Природа, как известно, не терпит пустоты. Правоприменительная практика — тоже👮‍♀️ Любая недосказанность очень быстро заполняется версиями, естественно самыми смелыми. Особенно когда до окончания процессуальной проверки остаются считанные дни, статкарта по форме 2 сама себя не заполнит, а судьбоносное решение принимать всё равно нужно. Даже если оно поспешное, а материал откровенно «сырой». В нашем случае всё выглядело почти как готовый детектив: почерковедческая экспертиза установила, что подпись выполнена не тем лицом, которому формально принадлежало право её поставить. Дальше логика должностного лица была предельно проста: раз подпись не настоящая, значит, на лицо и преступление. Дело раскрыто, вроде как🕵️‍♂️ Вот только уголовное право, благо, несколько сложнее школьной задачки по математике. Мы в сжатые сроки восстановили последовательность всех событий, нашли всех участников, спокойно разложили всю ситуацию по полочкам — и картина стала ясной и понятной. Денежные средства в действительности были получены с согласия лица, которому они предназначались, более того, использованы были строго по назначению, в связи с чем никаких претензий ни у кого и не могло возникнуть. Не оказалось ни обмана, ни последствий, а значит — нет и самого состава преступления, несмотря на «не родную» подпись. Как в поговорке - «не всё то золото, что блестит», так и тут - не все, что выглядит подозрительно, является преступлением. Важно здесь эту мысль донести качественно и вовремя. Система так устроена, что объяснять эти же постулаты после возбуждения дела кратно сложнее. Зачастую самая ценная работа адвоката — как раз вовремя перевести человеческий рассказ с языка эмоций и недосказанности на язык фактов и права. И тогда именно это может не позволить обычной проверке сообщения превратиться в невнятное уголовное дело с туманными перспективами, а уже возбуждённое уголовное дело - уйти в суд с обвинением, во что бы это ни стало. Лови спасательный круг⚖️ будем на одной волне

ПМЮФ 2026 закончился После каждого юридического форума начинают разбирать самые громкие цитаты. А мне всегда интереснее другое: не что сказали, а к чему готовиться правоприменителям. Если внимательно послушать выступления Министра юстиции Константина Чуйченко и Председателя Конституционного Суда Валерия Зорькина, складывается ощущение, что юристам уже начинают показывать контуры ближайшего будущего. 1⃣ Баланс вместо привычных формул Долгие годы, особенно до исключения России из Совета Европы, многие юридические споры начинались почти автоматически: «Права человека имеют приоритет». Теперь, когда мы определились со своим особенным путем развития, все чаще звучит другая мысль - Без сильного государства сами по себе права человека тоже не работают. При том это вовсе не означает отказ от прав человека (как это может показаться), но это означает смену акцента. Юристу предлагают смотреть шире: учитывать не только интересы личности, но и интересы общества и государства. Искать баланс, а не автоматически вставать на одну из сторон. Именно слово «баланс», как мне кажется, в ближайшие годы мы будем слышать все чаще. Именно этим, к примеру, и можно объяснить смещение акцентов в деятельности СК России в сторону не свойственной ведомству социальной защиты населения. 2⃣Право начинает догонять технологии Еще вчера следователи IT от IP не отличали, а разговоры об искусственном интеллекте, нейроинтерфейсах, цифровом контроле и генетическом редактировании и вовсе казались фантастичной темой. Сегодня об этом говорит уже Председатель Конституционного Суда с большой трибуны. Для юриста это обычно хороший индикатор. Проглядывается последовательность, закономерность. Сегодня — философская дискуссия. Завтра — закон. Послезавтра — первое уголовное дело. Думаю, с 2022 года все почувствовали скорость принятия закона исходя из государственных интересов. 3⃣ Просто знать закон уже недостаточно Пожалуй, именно этот вывод кажется мне самым важным. Каким бы умным и начитанным юрист не был, мало знать его закон и сослаться. Теперь надо сначала ответить: "Что законодатель хотел защищить этой нормой?" Не случайно на ПМЮФ в этом году столько говорили не о конкретных статьях, а о философии права, достоинстве человека, государстве, историческом опыте и будущем технологий. Председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин с целью усиления воспитательных механизмов предложил снизить возраст уголовной ответственности до 12 лет, чем вызвал наверное самые громкие дискуссии участников. Оценивая все идеи, озвученные на форуме, можно с ними соглашаться, можно спорить, но игнорировать общее направление развития уже, думаю, не получится. Поэтому если меня сегодня спросят - к чему стоит готовиться адвокатам, следователям, прокурорам и судьям, мой ответ будет прост: практика становится сложнее, человек со своими правами конечно же остается ценностью, но не во всех случаях, особенно если это касается публичных интересов. Чтобы с вашими правами считались, их нужно обосновывать и доказывать, чего по прежнему без хорошего комментария к кодексу не добиться, каким бы прокачанным не был ИИ. Единственно думаю, скоро рядом с ним также придется держать и работы по философии права😉 Кажется, настает время, когда понимать букву закона уже недостаточно, придется заново учиться понимать еще и ее смысл. К слову, сам недавно поймал себя на этой мысли и приобрёл монографию Леонида Головко «Государство и его уголовное судопроизводство». Фото © РИА Новости Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Как и обещал, продолжаю разбор судебной практики по преступным сообществам😡 Сегодня хочу обсудить не столько конкретное дело, сколько один интересный правовой феномен🤓 В последнее время все чаще встречаются уголовные дела с группой лиц, в которых вменяется и создание преступного сообщества (ст.210 УК РФ). Наблюдается такая тенденция даже по ст.238 УК РФ. В чем «изюм»?🤔 Квалифицированный состав ст.238 УК РФ становится тяжким исключительно потому, что наступают последствия в виде тяжкого вреда здоровью либо смерти человека. При этом такие последствия могут быть причинены только по неосторожности. Если помните, Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что ответственность по ст.210 УК РФ возможна лишь тогда, когда участники преступного сообщества «объединены умыслом на совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений» Отсюда закономерный вопрос. Если тяжесть преступления обусловлена исключительно последствиями, которые по закону не могут охватываться общим умыслом участников, можно ли утверждать, что преступное сообщество создавалось именно для совершения тяжкого преступления? Именно поэтому несколько дней назад я проводил опрос о возможности создания преступного сообщества для совершения преступлений по неосторожности. Большинство ответило отрицательно и я с ними солидарен👍 Действительно, статья 27 УК РФ относит преступления с двумя формами вины к умышленным. Однако сама по себе эта норма не превращает неосторожное отношение к последствиям в умысел на их причинение. Не случайно профессор Р.Д.Шарапов писал: «Если тяжкое последствие причинено исполнителем исключительно по его собственной неосторожной вине, другие соучастники не могут нести уголовную ответственность за причинение указанного последствия». Именно поэтому мне особенно интересна логика формирования подобной судебной практики. В рассматриваемом деле сотрудники медицинского центра были признаны виновными в незаконном оказании платных медицинских услуг с применением лекарственного средства, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, совершенном, по мнению суда, в составе преступного сообщества. Справедливости ради стоит отметить, что суд апелляционной инстанции, видя спорность такой квалификации, отменил приговор в этой части и прекратил уголовное преследование в этой части по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, указав следующее: «...исследованные материалы дела свидетельствуют о том, что предприятие изначально было создано для осуществления легальной коммерческой деятельности в сфере оказания широкого спектра услуг по профилю «наркология» и «психиатрия», длительное время вело такую разрешенную деятельность, имело большой штат сотрудников, колл-центр, осуществляло налоговые отчисления, а специальный аппарат для «ксенонотерапии» приобрело гораздо позже начала своей деятельности; действия осужденных в части оказания ими услуг «ксенонотерапии», действительно не отвечающих требованиям безопасности, в том числе повлекшие в отдельном конкретном случае смерть лица, следовало рассматривать как состав обособленного преступления, совершенного хотя и в составе организованной группы, действующей согласованно, сплоченно, с распределением ролей, вопреки отсутствию разрешений для предоставления услуги «ксенонтерапии» и с явным нарушением условий порядка ее проведения, но не как членов преступной организации, созданной с заведомо преступной целью на базе коммерческого предприятия». Однако Первый кассационный суд общей юрисдикции все же отменил это решение и направил дело на новое апелляционное рассмотрение, при повторном рассмотрении которого ст.210 УК РФ вновь была оставлена в обвинении. Но точка в этом деле пока не поставлена, будем следить. Пикантности добавляет цена ошибки в квалификации: 3 года л/св без статьи 210 УК РФ против 15 лет с ней. И речь сейчас не о критике конкретного судебного решения. Уверен, что окончательную оценку даст Верховный Суд РФ. Мне гораздо интереснее другое: в каком направлении сегодня развивается толкование ст.210 УК РФ и где именно суды проводят границы ее применения. Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Неумышленная организованность Недавно я провёл небольшой опрос. Большинство ответило правильно: преступного сообщества (ОПС) для совершения преступлений по неосторожности быть не может. Но разброс ответов показал, что вопрос требует отдельного разбора. Тем более, что практика в последнее время начала преподносить весьма неожиданные финты. Начну с базы. Организованная группа (ч. 3 ст. 35 УК РФ) — устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Преступное сообщество (ч. 4 ст. 35 УК РФ) — уже совершенно иной уровень организации: структурированная организованная группа либо объединение организованных групп, действующих под единым руководством и созданных для совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений. Недостаточно просто распределить роли, соблюдать дисциплину и иметь руководителя. Иначе половина небольших компаний рисковала бы превратиться в ОПС. К счастью, уголовное право работает несколько сложнее. По мнению профессора В.М.Быкова, преступное сообщество отличает прежде всего профессионализм участников, когда совершение преступлений становится фактически профессией, основным источником дохода и образом жизни. Организованная группа, а тем более преступное сообщество, невозможны без прямого умысла. Нельзя заранее объединиться для того, чтобы случайно совершить преступление. Практика это подтверждает. Я проанализировал приговоры первой половины 2026 года. Практически во всех случаях ст.210 УК РФ применялась в купе по вполне ожидаемым составам: наркотики, мошенничество, кражи, разбои, незаконная банковская деятельность, организация азартных игр, легализация преступных доходов, коррупция и другим умышленным преступлениям. Кстати, вспомнил одно своё дело. Когда я работал следователем, я расследовал дело о незаконной организации и проведении азартных игр. Семь человек, пять точек, чёткое распределение ролей, дисциплина, заранее разработанный механизм работы, противодействия органам, стабильность состава. Несмотря на большое желание оперативников увидеть у них ОПС, квалифицировать действия по ст.210 УК РФ я так и не смог. В деле банально не хватало того уровня структурированности и устойчивости, которого требует закон. В итоге участникам вменили лишь совершение преступления организованной группой, и суд с такой квалификацией согласился. Именно поэтому меня настораживают в последнее время попытки механически расширять пределы применения ст.210 УК РФ. Особенно в условиях, когда наличие собственого мнения у следователя считается не позволительной роскошью. Если даже очевидно организованную группу далеко не всегда можно признать преступным сообществом, возникает закономерный вопрос: можно ли вообще создать преступное сообщество для совершения преступления, последствия которого наступают по неосторожности? Ответ очевиден, но, как выясняется, не всем. Если тяжкие последствия не охватываются умыслом участников, сама конструкция преступного сообщества начинает противоречить собственным обязательным признакам. Невозможно заранее объединиться для совершения преступления, которое по своей субъективной стороне ещё не существует. Но судебная практика иногда умеет удивлять даже тех, кто видел многое. Недавно мне попался весьма необычный приговор одного из судов Московского региона, где при признании ОПС оказались соединены преступления с двумя формами вины: одно — умышленное, другое — неосторожное. Получилась весьма любопытная конструкция. Настолько любопытная, что заслуживает отдельного разбора. О ней — уже в следующем посте. Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Что делать, если на работе появились люди в погонах и пытаются изъять ваши личные вещи. Инструкция. Реальная история: в соседнем регионе прошел обыск у одного арендатора, а изъяли бухгалтерию всех арендаторов, а заодно их печати и личные телефоны работников предприятия, но в постановлении про иных арендаторов и личные вещи — ни слова. Потом людей как "чуть-чуть" задержанных массово доставили на допрос, который смогли закончить только ближе к полуночи. Проконсультировав человека, я понял, что нужен отдельный пост об этом. Цель: не мешать обыску, но и не дарить возможность «изымать все подряд», чего душа оперативника пожелает. Обращаю внимание: никакого физического сопротивления (предусмотрена ответственность: ст.19.3 КоАП РФ, ст.318 УК РФ), только фиксация нарушений закона и их отражение в протоколе. Что надо делать. 1⃣Смотрим документ, на основании которого они работают В стесненных условиях это «на берегу» даст понимание стадии (ОРД, доследственная проверка или предварительное расследование). Из мотивировочной части узнаем, из-за чего же они пришли. Из резолютивной — что конкретно им разрешено изымать. 2⃣Внимательно следим за действиями сотрудников, а также фиксируем реальное участие понятых Сотрудники вправе изымать только то, что прямо указано в документе из п. 1. Если решили забрать то, чего там нет, — делаем замечание в протокол. Понятые должны находиться в каждом помещении, где сотрудники что-то ищут. Если офис, к примеру, два склада >2000 кв.м, а двое понятых сидят в одной комнате и тупят в телефонах — протокол незаконен, делаем замечание. 3⃣Не даем трогать личные вещи Ни ваш телефон, ни флешка, ни личный ноутбук, ни сумка не изымаются без личного обыска (для него нужно отдельное решение суда, либо следователя, но строго в случае, не терпящего отлагательства). То же самое с документами и печатями других юрлиц, не указанных в постановлении: изымать их возможно только на основании отдельного документа, вынесенного в отношении этих лиц. Если все же пытаются изъять — говорите вслух и требуйте внести в протокол: «Это документы, предметы лица, не участвующего в деле и не имеющего к нему отношения. Изъятие запрещено ч.4.1 ст.164, ст.183 УПК РФ» На практике чаще всего убеждают «просто дать посмотреть», а потом в протоколе пишут «выдано добровольно». Вы вправе отказаться выдавать, сказав прямо: «Мой личный телефон не имеет отношения к делу. Изъятие без судебного решения — нарушение ст.23 Конституции РФ» По предоставлению пароля от телефона еще нужны какие-то советы? Если отобрали принудительно — делаем запись в протоколе: «Мой личный телефон изъят без моего согласия, принудительно и без судебного решения» 4⃣Снимаем копии со всего, где ставим подпись Запомните правило: не дают копировать — фотографируем; не дают фотографировать — переписываем от руки (до подписания). Это кратно увеличит шансы признать обыск незаконным и вернуть изъятое. Особо важно: ⛹‍♀ Номер уголовного дела/проверки, статью, фабулу. ⛹‍♀Конкретные адреса помещений. ⛹‍♀ Что ищут и что реально изъяли. 5⃣Прежде чем подписать протокол — проверяем: 🔴 Все ли изъятые вещи перечислены с индивидуальными признаками. 🔴 Внесены ли все ваши устные замечания. 🔴 Есть ли отметка о разъяснении права на адвоката и допустили ли его. В случае отказа фиксируем нарушение. 6⃣Никаких подписей на пустых листах бланка Копию протокола требуйте сразу. Не дают — фиксируем отказ, ставим подпись. 7⃣Ночные следственные действия (22:00 – 06:00) Только если мотивировано «не терпит отлагательства». Иное - незаконно. 8⃣При намерении сразу допросить, пусть и свидетелем, говорим так: Не отказываясь от дачи показаний, желаю воспользоваться п.6 ч.4 ст.56 УПК РФ, проведя допрос с участием моего адвоката, однако в силу объективной невозможности обеспечить его явку в текущий момент, прошу перенести время допроса Сохраняем пост или учим его наизусть. Если нет желания делать ни того , ни того, запомните хотя бы номер адвоката, которому доверяете. Обыск и допрос — не тот случай, когда нужно учиться на своих ошибках. Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Вот и пролетел мой первый год в новом для себя статусе. Полёт нормальный. Сегодня ясно чувствую — я на своем месте, хотя путь сюда вышел долгим и, я бы даже добавил, тернистым🤩 Мой бэкграунд — годы службы в следственным органах и органах прокуратуры. Я любил разбирать сложные дела, копаться в деталях поведения человека, давать точную квалификацию его деяниям, доказывать его вину, процессуально борясь с его адвокатом⚔️ Но со временем я понял: система не всегда работает идеально. Я стал различать среди адвокатов настоящих профессионалов, которые реально помогали людям даже в ситуации, изначально выглядевшей для них совершенно безнадежной. Наверное, именно такой профессиональный подход и повлиял на решение получить статус адвоката. Но «перепрошивка» давалась непросто. После успешной сдачи квалификационного экзамена 📚, что явилось очередной проверкой себя на прочность, пришлось также учиться видеть за делом не только состав преступления, но и конкретного человека с его бедой и особенностями, которые его к этой беде привели. В адвокатуре, по своим ощущениям, юриспруденция представлена в самом чистом ее виде: свобода сферы деятельности, свобода в выборе тактики и техники, основанная исключительно на персональной компетенции и опыте🤓. Правда и ответственность за качество оказанных услуг тоже персональная. Адвокат всегда заинтересован максимально помочь человеку в конкретной ситуации, и это не только про защиту лиц от уголовного преследования: это помощь свидетелям, которые вынуждены объясняться, потерпевшим, которые пострадали от чьих-то действий. В этом смысле мое служивое прошлое — сильное преимущество. Но главным моим преимуществом все же являются врожденные качества милосердия и человеколюбия. Все это отвечает важным принципам адвокатской деятельности - нравственности, профессиональной этике и гуманизма, а качество такой работы в конечном итоге укрепляет основы правового государства. И в этом смысле я также служу своему Отечеству. Итак, я снова с приставкой «молодой»🤨, и теперь мои показатели не завязаны на статистике, а проявляются только в реальной помощи ☺️ Удивительно, но только с прошлого года адвокатура обрела свой профессиональный праздник, в связи с чем, пользуясь случаем, поздравляю всех коллег с этим днем - с Днем российской адвокатуры ⚖️ Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

В продолжении темы о смыслах и системе хочется поделиться фрагментом интервью, взятого Сергеем Тычиной у московского адвоката Андрея Гривцова. Очень точная и честная оценка этой проблемы, но ровно настолько же и пессимистичная. Как знак, на днях было опубликовано еще одно любопытное интервью с судьей в отставке Сергеем Анатольевичем Пашиным, содержание которого также перекликается с этой темой о «правовом шаге строем» в судебной системе. Фрагмент приведен здесь. Несмотря на мою любовь и уважительное отношение к форменному обмундированию (5 лет учебы в ведомственном учреждении, военная служба по призыву), я всегда четко отличал воинские звания от специальных в силу специфики задач, свойственным этим ведомствам.    Следователь — не солдат. Все эти специальные звания и классные чины не равнозначны военным, хотя и визуально сходства имеются. Следователь в звании лейтенанта юстиции обладает теми же процессуальными инструментами, что и следователь в генеральском звании. Про офицеров здесь писать не буду, отдельная тема, надеюсь, не дойдет😅 Но вот без права на собственное суждение следователь уже превращается из исследователя в исполнителя, и это, согласитесь, совсем другая профессия. А если еще и без внутреннего огня, без здоровой мотивации, то следственная работа вовсе становится неким ритуалом или бутафорией, «канцелярским оформительством», если удобно. Локальные традиции и плечо товарища это конечно важно и нужно, при том в любом коллективе, но я уверен, что сильная правовая система строится все же не на муштре, а в первую очередь на порядочности и ответственности, предполагающей внутреннюю свободу профессионала. Что уж говорить о судьях, которым сущностно вовсе не свойственны звания и исполнительская дисциплина. Но на деле мы видим...  борьбу за «ритмичность и стабильность приговоров». Вся сложность заключается в создании этих профессионалов и их мотивации (той самой «веры в то, что они делают»), без которой текущий порядок, заточенный на одни лишь показатели, делает оценку совсем уж пошлой и даже вредной. Для наглядности нашел такое судебное решение (приговор Ленинского районного суда г.Омска от 20.10.2025, Дело № 1-304/2025), где мотив сформулирован следующим образом: «..при расследовании уголовного дела, из ложно понятых интересов службы, обусловленных иной личной заинтересованностью, выраженной в виде стремления продемонстрировать своему руководству мнимую эффективность своей работы, соответствия показателям работы следователя по планируемым к окончанию расследования уголовных дел в следственном отделе, в том числе скрыть свою некомпетентность перед руководством следственного органа, уменьшения объема своей работы, затрат времени и труда, связанных с необходимостью принять все предусмотренные действующим законодательством меры к реальному возмещению причиненного преступлением ущерба, возник преступный умысел на... » Так вот, чтобы интересы службы применителями закона понимались правильно, система, по моему мнению, для нормального существования просто должна изменить подход к оценке их работы и более индивидуального отношения к человеку. Иначе мы и дальше будем наблюдать как следователи уходят работать курьерами, гордясь этим, а судьи нелепо оправдываются за свое решение об аресте. История 90-летней давности, правда, говорит, что в борьбе за исполнение показателей «нам есть ещё куда стремиться», но хочется верить, что до такого не дойдёт. И всё же, если запрос сейчас на внутреннюю свободу и порядочность в профессии еще не угас, то система, какой бы инертной нам ни казалась, небезнадёжна. Кроме того, в нее изначально законодателем вшиты инструменты сдержек и противовесов, одним из которых и является институт адвокатуры. В этом смысле я, уже своего рода как пентестер😎, также чувствую свою причастность и ответственность за укрепление закона. Уверен, что рано или поздно количественные показатели уступят качественной оценке. Кому тема интересна, можете посмотреть интервью целиком с Гривцовым А.А. здесь, с Пашиным С.А. - здесь. На обложке - картина Юрия Погорелова Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Про архитектуру смыслов Напомню, что я много лет своей жизни отдал правоохранительной системе. Последний год работаю адвокатом — помогаю людям. Я видел систему с обеих сторон и точно знаю: она не безнадёжна, но коррективы все же требуются. При том, в первую очередь, в нашем сознании. Почему это меня волнует или "Ельчанинов, куда тебя несёт"? Поясню, каждый человек в своей работе должен чувствовать некую внутреннюю опору, он должен четко знать, что он умеет и как эти навыки будут полезны и нужны обществу. В противном случае, вся деятельность «обессмысливается» и происходит выгорание. Мне на своем пути реально повезло с учителями, которые учили делать так, чтобы я чувствовал, что вкладываю что-то свое в эту систему, чувствовал свою причастность к ее строительству и укреплению. При том важным является именно то, что это происходило естественно, не из-под палки и желания выслужиться. Но главное, чему я благодарен, это той реальной самостоятельности в осуществлении дискреционных функций и умению не бояться брать на себя ответственность, обосновывая свои решения. Выйдя на пенсию, мне довелось познакомиться с Евгеном Клочковым, который тогда очень просто и ясно вложил в мою голову главную модель всего, что мы делаем - построение смыслов. Уверен, что подобное общение будет полезно каждому человеку, реально думающему о построении своих жизненных приоритетов и смыслов в своем деле.    На днях, и как будто бы случайно, попалось любопытное интервью с замначальника управления президента (по вопросам мониторинга и анализа социальных процессов) Алексеем Семёновым, который говорил о той же архитектуре смыслов - о «Большом русском образе» и о том, что будущее надо конструировать нам самим, а не ждать, пока оно наступит. Согласитесь, мы живём так, будто кто-то сверху однажды наведёт порядок, но порядок на самом деле начинается не с указов сверху — он начинается с нас самих, с нашего быта, с нашего общего представления о жизни и справедливости. Возможно я кого-то удивлю из юристов, но критерий справедливости существует только в уголовном судопроизводстве (ст. 6 УК РФ, ст. 297 УПК РФ). Конечно, варясь в этой сфере, я вижу и чувствую проблемы правоохранительных органов и судебной системы, притом не только на следственных действиях и судебных заседаниях. Я не говорю про какой-то слом, я верю в эволюцию, основанную на здравом смысле. В России действительно богатая история правосудия. Были и положительные и отрицательные ее эпизоды. Но самое главное - это опыт, который мы имеем и должны использовать. Если продолжить мысль чиновника с администрации президента, то первое, что бы я сделал — сменил критерии «успеха» и прекратил оценивать следователя по количеству дел, а судью — по стабильности приговоров. Пусть главным мерилом в итоге станет восстановление справедливости и доверие граждан. Я продолжил бы честную чистку рядов, при том не «кампанейщину», а спокойное, неотвратимое прощание с теми, кто принимал присягу, скрестив пальцы. И главное, что надо пересмотреть — настоящее уважение к человеку, при том неважно какому: к потерпевшему, к обвиняемому, к свидетелю. Для этого не нужно отчёта или галочки, это нужно в первую очередь нам самим, нашим детям, которые будут жить в этой стране. Они должны знать, что суд — это защита, а не угроза, а человек в форме — это опора, а не страх. Будущее само не придёт. Мы создаём его сегодня — каждым честным приговором, каждым неравнодушным адвокатом, каждым следователем, прокурором, которые идут на работу в первую очередь искать истину и защищать закон, не думая о показателях. Я точно знаю, что в системе большинство живых, думающих, порядочных людей. Просто нужно помнить - для того, чтобы быть «честным и милосердным» не нужно прописывать это на бумаге, оно должно быть в наших головах и сердцах. Надо проектировать такое будущее вместе, без надрыва, без поиска виноватых. С человеческим отношением друг к другу. Такой вот пост. Но такие тоже важны. Следующий будет о моем пути в адвокатуру. На фото - статуя богини милосердия Сендай Дайканнон (Япония) Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

«Вероятность» оказаться в СИЗО vs «вероятность» в оценке доказательств В последнее время стал наблюдать, как суды не только в Марий Эл при избрании меры пресечения всё чаще ссылаются на😍… теорию вероятности. И это при полном отсутствии документальных подтверждений. Типичная судейская формулировка выглядит так: Фигурант по месту регистрации не проживает, не имеет семьи.. Таким образом, установлен факт, увеличивающий вероятность воспрепятствования расследованию.. Не женился? Не зарегистрировался? Всё — «вероятность уже высока, посиди в СИЗО, там разберёмся». Отрапортовались, выложили публикацию фигуранта в решетке, дело сделано🤝 Но ведь в законе (ст.14 УПК РФ, ст.49 Конституции РФ) говорится не о вероятности, а о достоверности и презумпции невиновности, при том все сомнения, как мы знаем, в пользу обвиняемого. Но на стадии избрания меры пресечения этот принцип со временем, как снег весной 🫠, стал потихоньку таять на глазах. Пленум ВС в последней редакции допускает арест на начальной стадии, основываясь на тяжести обвинения, но в дальнейшем эти основания не могут признаваться достаточными. В судебной практике я встретил два легитимных случая использования вероятности. 1⃣Заключение эксперта-психиатра: Имеющееся у подэкспертного психическое расстройство лишает его способности осознавать фактический характер своих действий… высока вероятность совершения повторного правонарушения. Здесь «вероятность» — результат научно обоснованного исследования (методики, диагностические критерии, клинический опыт). Не «кажется», а именно вывод, основанный на данных. 2⃣Исключение альтернативных версий (ст.14 УПК РФ): Суд, оценив совокупность косвенных доказательств, пришел к выводу, что.. вероятность совершения указанных действий иным лицом, помимо подсудимого, исключается. И в этом случае суд опирается на установленные факты (доступ к телефону, изъятие карт памяти), а не на абстрактное «может быть». При избрании меры пресечения, как правило, на начальной стадии в суд следствием предоставляются материалы дела, но ведь и там могут быть использованы недопустимые доказательства. Просто суд, стеснённый правилами «не входить в обсуждение вопроса о виновности лица», доверившись следователю и проверяя обоснованность подозрений, объективно не может оценить качество доказательств, но, оценивая их даже в этом качестве, фактически уже предрешает судьбу дела. На самом деле цена ошибка высока, ведь по практике скажу, что если человек провёл в СИЗО полгода-год, шанс получить реальный срок возрастает многократно, а соответственно шанс быть оправданным, если говорить такими же судейскими категориями😉, очень маловероятен🤏 Получается, вероятностный стандарт на входе превращается в обвинительный уклон на выходе. Напомню, что доказательства, собранные с нарушением УПК, признаются недопустимыми. В частности: ⛹‍♀ показания свидетелей, допрошенных за пределами срока следствия; ⛹‍♀видеозаписи без установления источника происхождения; ⛹‍♀копии документов без оригиналов. Если при избрании меры пресечения суд все же опирается на такие доказательства, то эта вероятность может стать не просто оценочным, а фатальным основанием для незаконного ограничения свободы. Презумпция невиновности трактует все неустранимые сомнения в пользу обвиняемого, при том не важно - на какой стадии. Даже на начальной. Согласитесь, что свобода человека — не поле для испытания теории вероятности, а все же конституционная ценность, которая не должна зависеть от того, успел ли человек жениться и прописаться по нужному адресу. Когда консультируешь доверителя, на самом деле всё сложнее давать какие-то прогнозы (особенно позитивные), поскольку мои расчеты вероятности развития событий, в отличии от современных правоприменителей (не всегда по их вине, а просто время сейчас такое), основываются на классическом понимании норм материального и процессуального права, когда играют по-честному. Но я воспринимаю это как вызов времени, где уровень знаний и опыта, как и всегда в итоге решает💪 Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Недавно посмотрел интервью с учёным из МГУ в сфере уголовного права и криминологии Марией Алексеевной Филатовой, которое блестяще провел адвокат Сергей Тычина. Среди обозначенных проблем, одна мне показалась крайне актуальной и полезной для читателя. Человек под влиянием вошедших в доверие мошенников лишился имущества, о чем решил сообщить в правоохранительные органы, а там его встречает не Элькуль Пуаро, и даже не лейтенант Махоуни, а вчерашний студент женского пола, которая не спешит вникать в его истории о поддельной подписи в нотариальной доверенности, хитрых денежных переводах через дропперские счета, а спустя 30 суток сухо сообщает об отсутствии состава преступления ввиду наличия гражданско-правовых отношений. Одним из моих самых первых дел в производстве, еще в далеком 2008 году, было дело, которое стало для меня базой в понимании этой темы. Лицо за 3 месяца набрало 9 кредитов в разных организациях. Схема по типу классического «снежного кома»: брал новые, чтобы заткнуть дыры по старым, а потом испарился. Мне тогда, к искреннему удивлению банковских безопасников, удалось доказать, что умысла на возврат у него не было изначально, его так сказать dolus malus (злой умысел) был налицо ещё с первой расписки. Фигурант тогда получил реальный срок — 3 года. Сейчас же, в адвокатской практике (выступая уже на стороне потерпевших), я вижу обратную сторону. Смотрю на эту броню из красивых грамотно оформленных расписок с процентами и договоров займа, где ухитрятся заемщиками делать даже подконтрольные организации. Такие документы, как правило, оформлены профессиональными юристами-цивилистами этих мошенников, прямо по канонам Домиция Ульпиана: «Справедливость эдикта (о договорах) вытекает из самой природы. Ибо что более соответствует человеческой честности, чем соблюдать то, о чём договорились»🤓 Однако грамотная юридическая работа ломает даже такую броню. Уже в этом году мне удалось добиться возбуждения уголовного дела по факту хищения криптовалюты (мошенничество) в 10-дневный срок. Для современной практики это реально быстро и очень показательно. Вся сложность таких дел (для следствия, и для меня на стороне потерпевшего) — доказать момент рождения умысла - ту самую «точку невозврата», после которой человек для себя однозначно решил: «денег никому не верну, зато свои проблемы решу». Но если все же удается доказать, что: 1⃣цели были ложными (например, «на лечение любимой бабушки», которой давно уже нет); 2⃣возможности вернуть на самом деле не было и даже не предвиделось; 3⃣деньги пошли не на бизнес и цели займа (инвестиции), а на личные нужды или погашение других долгов (как в моем первом деле из 2008-го)... ...то расписка перестает быть «договором» и превращается в важнейшее вещественное доказательство мошенничества. Поэтому, если вы передали деньги, а вам их не возвращают, и вы подозреваете обман с самой первой минуты — не зацикливайтесь на гражданском иске, не перечисляйте при обращении в полицию все известные вам статьи уголовного кодекса. На такие «портянки» легче всегда ответить отказом по логике «они сами не знают, чего они хочут» и убрать в архив, чем держать на контроле, погружаясь в материал. Своевременный сбор доказательств (переписка, ложные заверения о целях, отсутствие активов у должника) и надлежащие оформление и подача заявления могут переквалифицировать гражданский спор в уголовное дело. И, как показывает практика, это вполне реально даже в таких сложных сферах, как хищение криптовалют. Главное, как приведено на видео — не пытаться изображать из себя прокурора самостоятельно, иначе вместо «vae victis» (горе побежденным) получится «vae stultis» (горе глупым). Обращайтесь к тем, кто подберет ключ от этого замка😎 Здесь писал рекомендации первичных действий после телефонного мошенничества В этом посте о мошенничестве с выводом денег "в темную" через криптовалюту А здесь о мошенничестве в сфере гособоронзаказа Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Работа и победа над ошибкой. Когда защита человека за несколько лет завершилась определением Верховного Суда РФ. На днях в ленте появилась новость, за которой стоит не судебный акт, а характер, при том с марийской земли😎. Мой коллега и товарищ по цеху (и офису) — адвокат Первой коллегии адвокатов республики Шаймарданов Руслан поставил в деле точку, при том в пользу доверителя и здравого смысла. Определение СКУД ВС РФ от 05.03.2026 № 12-УД25-2-К6. Из определения следует: 2021 год, пандемийная "сумятица" с сертификатами. Доверитель адвоката вместе с медсестрой организовали «конвейер» по внесению данных о вакцинации 30-ти лиц в реестр COVID-19. Сроки давности по ст.327 УК РФ (подделка документов) истекли, и здесь, казалось бы, все, вопрос иссяк. Однако, у стороны обвинения, по всей видимости, было стойкое ощущение "правовой недостаточности" и в целях придания делу «веса» и создания видимости неотвратимости, они сдули пыль с лежащей на полке вспомнили про «диверсионную» статью — ч. 4 ст. 274.1 УК РФ (неправомерное воздействие на критическую информационную инфраструктуру РФ (далее КИИ). Затем началось самое интересное, но увы, типичное в последнее время для нашей системы. Суд первой инстанции (а за ним, к сожалению, апелляция и кассация) пошли по самому простому пути, следуя логике: «если внес изменения в базу данных ЕГИСЗ и если база государственная, то значит — покушение на КИИ, враг народа, расстрелять, состав на лицо». Именно на этой спекулятивной некомпетентности (где мало кто действительно понимает техническую суть функционирования КИИ) и строился ошибочный приговор. Правовой диссонанс регионов, нужно понимать контекст. До 2026 года складывалась крайне противоречивая практика по таким делам — в Приволжском федеральном округе людей действительно привлекали по этой статье (ст.274.1 УК РФ). В других же округах страны суды оправдывали по этому составу. Шаймарданов Р.Р. не остановился на суде первой инстанции, апелляционном и кассационном судах, дойдя до Верховного Суда РФ, который расставил всё по своим местам, исключив осуждение по ч. 4 ст. 274.1 УК РФ за отсутствием состава. Верховный Суд указал на главное: 1⃣Нет умысла на подрыв КИИ. Медсестра имела санкционированный доступ в систему. Внесение недостоверных данных — это фальсификация сведений, но не "хакерская" атака и не воздействие на инфраструктуру. Умысел был направлен на извлечение прибыли от сбыта поддельных сертификатов, а не на обрушение работы портала Госуслуг или ЕГИСЗ. 2⃣Нет вреда. Информресурс COVID-19 как работал в штатном режиме, так и продолжил работать. Информация о 30-ти гражданах стала недостоверной, но самой ЕГИСЗ как объекту КИИ вред причинен не был. 3⃣Поглощение составом. Действия по внесению ложных сведений являются составной частью подделки документов (ст.327 УК). Квалифицировать одно и то же действие еще и по 274.1 УК — это излишнее вменение. Я считаю этот кейс эталонным с профессиональной точки зрения. И не потому, что «оправдали», а потому что адвокат не сломался под гнетом нескольких инстанций и сформировал прецедент федерального уровня. Искренне рад за коллегу🤝. Рад, что его адвокатская настойчивость закончилась не усталостью, а справедливым оправданием доверителя и уважением профессионального сообщества✊ Кому интересно, ранее также разбирал оправдательный по мошенничеству в сфере Гособоронзаказа. Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

Мошенничество. 2.0. Вывод денег "в тёмную". Опрос показал: подписчики при аресте счёта по решению суда другого региона в первую очередь обратились бы к своему адвокату. Я считаю это верным решением. И вот почему. Кстати, забавно, что количество лиц, изъявивших желание уехать за границу местами превышало число лиц, намеревавшихся для разрешения проблемы звонить в суд. К вопросу о доверии, есть о чем задуматься. В марте ко мне обратился парень с арестованным банковским счётом. — Карту давал кому-то? — Нет. — Выводил чужие деньги за процент? — Нет. — А что делал? — Продал свою крипту. USDT. Заработал ее законно. Я сразу же сделал запросы в банк, полицию и суд. Оказалось, что по уголовному делу о мошенничестве (пенсионерку обманули на 70000₽) похищенные деньги ушли на его карту. Прокурор, следуя логике «раз перевод есть — значит, счёт дропперский», подал в суд иск о неосновательном обогащении. Удивительно, что человека даже свидетелем не допросили, а просто заблокировали его счёт. Полагаю, представитель надзорного органа действовал по инструкции, разработанной еще в прошлом десятилетии, которая просто не получила обновления в связи с Федеральным законом от 31.07.2020 №259-ФЗ. Я сделал запрос на биржу MEXC, откуда пришёл ответ: в даты переводов доверитель действительно продавал USDT. При том суммы совпали и по времени, и по размеру: 10000₽, 30000₽, 30000₽. Примеряю китель следователя 👮‍♂️ и восстанавливаю схему: 1⃣Мошенники убедили пенсионерку перевести рубли. 2⃣Учитывая невозможность эти деньги скрыто вывести, ушлые преступники за эти (похищенные) деньги купили у моего доверителя криптовалюту. 3⃣Ничего не подозревающий доверитель продал свои USDT — получил за них рубли (похищенные у пенсионерки). 4⃣Получилось, что преступники забрали и деньги у пенсионерки, и крипту у моего доверителя. Всё! Человек остался с арестованным счётом, с иском прокуратуры о возврате этих денег и без своей крипты.  В последние годы государство активно борется с дропперами: переводы делают прозрачными, ограничивают количество карт, оформляемых на одно лицо, вводятся уголовные новые нормы (ч. 3 и ч. 4 ст. 187 УК РФ — серьёзная статья). Но криптовалюта — до сих пор в серой зоне. Банк видит только перевод рублей, а не то, что это была сделка по продаже USDT. Следователь и прокурор — тоже, если не захотят (или не найдут возможности в силу субъективных или объективных причин) разбираться. Парадокс: ты добропорядочный продавец своего имущества (а современная судебная практика относит криптовалюту к имуществу), а тебя автоматически записывают в соучастники или дропперы. Что сделали мы: — Подготовили возражения на иск с транзакциями от биржи. — Объяснили суду, что это обычная купля-продажа. — Сами написали заявление в полицию о том, что доверитель — тоже является жертвой мошенников. Вопрос пока не закрыт, все в процессе. Добавлю, что у коллеги аналогичный кейс, а значит, подобная ситуация носит системный характер. Если этих действий не делать, государство может ошибочно решить, что вы соучастник хищения. Ваше бездействие будет работать против вас. Вы можете быть честным продавцом, но оказаться виноватым только потому, что следователь не отличает ID кошелька от IP-адреса, а прокурор видит только перевод на карту и действует по неактуальным (топорным) инструкциям. Конечно, вы можете все эти юридические вопросы утрясти и сами, без адвоката, но будьте готовы, что вас поймут не сразу или вообще неправильно, заявив, что на самом деле это лишь ваша линия защиты. Рекомендую все же обратиться к своему адвокату и сделать это вовремя. Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

"Родительный падеж" против искусственного интеллекта Пока в Китае в Шэньчжэне запустили ИИ-систему для официального судебного разрешения трудовых споров (111 видов конфликтов, полная автоматизация от заявления до решения, ускорение в два раза), наши следователи на местах при составлении обвинительного заключения по-прежнему вручную переделывают показания допрошенных в родительный падеж. Помню, что еще в 2011 году я, скачав у прогрессивных по тем временам коллег с другого региона специальную программу для автоматического составления описи, освоил ее сам и пытался внедрить среди следователей. В 2018 году таким же образом нашел у профессора Гармаева Ю.П. и внедрил программу для конвертирования текста из именительного падежа в родительный. Вдруг, кому-то надо, обращайтесь 😉 В работе я всегда искал и применял новые подходы и практики, лишь бы это хоть как-то ускоряло технический процесс и экономило время для анализа, изучения практики, квалификации и тактики, где процессор робота пока справляется слабо. Признаться, я всегда отдавал предпочтение оперативной, живой, творческой работе, при том независимо от своей должности. Правоприменителей я бы грубо поделил на ремесленников и творцов. Относя себя к последним, я был уверен, что рано или поздно мы откажемся от ручной описи, копирования, физической доставки документов до адресата, расшифровки голосов на видео и прочее. Я по-прежнему уверен, что в недалёком будущем мы придем к полному отказу от бумажного оформления: все решения должностных лиц будут размещаться на специальном ресурсе с ограниченным доступом, никаких протоколов, только аудио и видеофайлы, заверенные электронной подписью, только объективность. Только хардкор. С возникновением ИИ действительно этот процесс начал шевелиться, но именно в уголовно-правовой системе (видимо, есть особенности) вводился крайне медленно. При этом все это понимают, декларируют в своих выступлениях, вносятся соответствующие законопроекты, вводятся новые красивые кибер-названия в должности, в подразделения, вводятся праздники ИИ, но на практике больше похоже на мем "ожидание/реальность". С назначением в конце прошлого года председателя Верховного Суда РФ Краснова И.В., который сам когда-то работал следователем и знал все описанные мной боли, также ориентировал ускорить внедрение цифровых инструментов в судебной системе.    Но его требования стали в реальности осуществляться: уже на днях вышла новость о запуске официальной подачи уголовно-процессуальных документов в электронном виде через Госуслуги. Да, со спецподписью. Да, пока не для всех. Да, до китайского судьи-робота нам по-прежнему еще далеко. Но теперь ходатайства, жалобы и возражения можно отправить в суд, не выходя, так сказать, из своей зоны комфорта. Факт подачи фиксируется системой, больше не требуется входящего штампа. Думаю, особенно это функция будет удобна юристам, практикующим не в родном регионе. Да, это не прорыв, но это реальный шаг в будущее. Я его ценю именно на контрасте с описанной мной до сих пор практикой "составления описи и переделкой падежей". Вместо переживаний о том, что эти ваши интырнэты цифровизация приведет к сокращению людских кадров, следует действовать правилу - «не можешь победить, возглавь». Приятно, что председатель Верховного Суда РФ это понимает. И да: робот в Шэньчжэне на работе не курит и не пьет чай с печеньками. Источник фото - фильм "Отроки во Вселенной" (1974, СССР). Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне