СТИХАЧ

​Там, за посадками, таскают мертвых, И раненые больно так кричат. А у меня мозоли на ногах натёрты, И руки от усталости гудят. ​Ну, кто-то шепчет: «Парень, отдохни, Оружие сложи и уходи с посадки, Живьем меня хотят похоронить — Без музыки, медалей и порядка». ​А я молчу. Противник впереди Ждет, когда я ему сдамся. И я себе кричу: «В прибор гляди, Не ной внутри себя, себе не жалься!» ​Вот только темногосенький сосед сказал, Что больше так не может, — лежит со мной, Души вот только нет. Да и в глаза его черви бложат. ​А желто-синий, что не стал бежать, Пошел под хохот миномета — Без рук и ног остался там лежать, А мне лежать здесь точно неохота. ​Еще минут пятнадцать на обстрел. Несу, не плачу и не ною. Как по-высоцки нам до главных дел, Ну а врагу — посмертно до героя! ​И вот обстрел, и мы бежим на штурм: «Коли, руби укропского бродягу!» А если ты захочешь сберечь шкуру — Запачкаешь говном свою отвагу. ​Работай от плеча и не ленись, Врага увидел — бей его по морде! России посвящаю эту жизнь, Честь и совесть — только развед роте. (С) Боец с позывным Воробей

Посвящается нашему боевому товарищу Шторм Ты не орёшь «Ура» в атаку. Ты не идёшь в броне на прорыв. Ты — там, где тихо, где ветер на вкус, где каждый рассвет — это выстрел, не жизнь. Ты — тот, кто не видит врага, а чувствует — по дрожи земли, по поту на стекле. Ты ждёшь. Час за часом. Секунду за секундой. И в этом терпении — твоя броня. Ты — не герой для газетных строк. Ты — герой для тех, кто рядом. Для тех, кто знает: пока ты на позиции — можно дышать чуть глубже. Чуть свободнее. Чуть ближе к жизни. Ты держишь небо своим прицелом. Ты держишь жизнь своей тишиной. Ты не даёшь врагу пройти. И за это — спасибо. Не от тех, кто сверху. От тех, кто внизу. Кто дышит, потому что ты не спишь. Снайпер — это не выстрел. Это — присутствие. Это — когда враг боится сделать шаг, потому что знает: ты есть. И ты — не просто есть. Ты — глаз, который не моргает. Ты — рука, которая не дрожит. Ты — холодный ум, и горячее сердце, и грязь под ногтями, и молитва без слов. Ты — тот, кто делает войну честнее. Потому что без тебя — хаос. А с тобой — порядок. Точность. Справедливость, которую никто не подпишет. Держись, снайпер. Ты — один, но ты — не одинок. Мы с тобой. За тобой. Перед тобой — только враг. И он боится. Он чувствует твой прицел даже когда ты молчишь. А ты не бойся. Ты — лучший. Ты — там, где нужно. Ты — справишься. Даже когда руки не слушаются. Даже когда дым съедает глаза. Даже когда внутри — пустота, и война выжгла всё, кроме привычки. Снайпер — тихая сила. И она — непобедима. Не потому что стреляет точно. А потому что она — есть. И будет. Пока есть те, кто ждёт. Пока есть те, кто держит. Пока есть те, кто не уходит. Пока есть ты. Тундра(с)

Когда уйдя, где горячей, Собьёмся, вдруг, с маршрута- Не сгинем мы в безвестной мгле: Всем выделят приют. Не будет пафосных речей И громкого салюта, Нас просто предадут земле Да стопочку нальют. Патриотизм, как ни крути- Черта, увы, немногих. Но и за деньги нет давно Желающих на смерть. Опять бессменные вожди Зовут на фронт убогих, Кому на Русь не всё равно- "Немножко потерпеть". Средь терриконов, рек, степей Под строгим ликом Спаса Сейчас решает каждый сам: Как жить во смуте лет? Авантюристы всех ролей, Романтики Донбасса- Сбивают западную спесь В кровавый винегрет.. Неимоверная цена- Любить свою Отчизну.. Без пьяных слёз былых обид Быть русским мужиком.. Всевышний знает имена Тех, чью справляют тризну.. Вот снова колокол звонит.. Не спрашивай "по ком?"... © Александр Марфунин

Они не видели войны. У них только списки, рапорта, журналы. Цифры, квадраты, графы «потери». Они считают убитых, как мешки с картошкой. Их не тошнит от запаха горелой плоти. Им не снится лицо друга, которое разорвало пополам. Они сидят в кабинетах. В тёплых креслах. Пьют кофе. Перелистывают страницы. Ставят подписи. И не замечают, что каждая подпись — это чья-то мать, которая больше не увидит сына. Они не знают, как хрустит снег под ногами, когда ты несёшь раненого. Они не знают, как пахнет кровь, смешанная с грязью. Они не знают, как кричат люди, когда теряют руки и ноги. У них — только отчёты. И они пишут: «Обстановка стабильная». «Потери незначительные». «Боевой дух высок». А мы здесь. Без рук. Без ног. Без духа. Без надежды. Они не видели войны. Они видели только бумагу. И они не знают, что бумага не плачет. А мы плачем. Каждую ночь. Каждый раз, когда вспоминаем, что нас — меньше, чем цифр в их отчётах. Они не видели войны. Но они управляют ею. И мы идём. Потому что приказ — есть приказ. Потому что если не мы — то кто? А они — они просто подписывают. И идут домой. К своим семьям. К своим тёплым креслам. К своим журналам. А мы остаёмся здесь. В земле. В памяти. В их списках. Но они не увидят. Они не поймут. Они не услышат. У них только бумага. И они — свободны. А мы — нет. https://t.me/TyndraSleep

Его пир Он жрал нас, словно семечки; Будто жвачка, болтались во рту, Волокнами мяса застревали в зубах, Мы — грязный налёт его поутру. Выбор большой — одно ассорти, Шведский стол накрыли ему. Каких хочешь бери: По возрасту, росту и по уму. Забавно мы бегали во поле. Он прыгал, хлопал, улыбался, Слегка печально красовался, Но одобрительно смеялся. Ему мы были на завтрак, ужин, На полдник и на обед. И все красиво украшались Печалью, горсточкой из бед. Но пищей были суховаты, Местами даже горьковаты. Ещё там кто-то в панцире лежит, А кто-то в банке дребезжит. Кидая специи из страха И сыпя соль на рану мрака, Перец горечи бросал, Маслом слёз нас заправлял. Все эти прелести запил вином, Смакуя каждый наш микрон. Ему хотелось поумнее, Но те проказно улетели. Оттого всё и забавно, Что жаримся в котле отрадно. Мангалы сварены давно, Чтоб "птицей" нас не унесло. Сидел над пиром душ, и вот Он взирал круговорот: Пельмени, будто бы в воде, — Мы дряхло плавали во мгле. Ему хотелось ещё больше — Он был голоден и толще. Накат наш был вполне хорош – Они бежали, бросаясь в дрожь. Наруша здесь лесной покой, Мы расплатились головой. Но Бог Войны, утеша пузо, Радостно ушёл наружу. Остались мы наедине: Нас мало, мы в броне. Ковырять нас было ему лень, Оттого, и на душе теплей. Но знали мы одно всегда, Что завтра будет как вчера: Мы пиршеством набьёмся в брюхо, Да и земля нам будет пухом. Рисунок: https://t.me/desastresguerra

Котёнок на обочине Маленький, серый, в дорожной пыли. Ты ищешь тепло — находишь берец. Ты жался к колёсам, но пули пришли — и кто-то нажал, и уехал с тех мест. Но кто-то нагнулся. В броне, в грязи. Сказал: «Пошли. Здесь больше нельзя». Поднял котёнка. Тот сжался в визг — и вдруг затих. Поверил. Принял. Свой. Он кормил его с ладони. Спал у костра, сворачиваясь в клубок. Он думал: «Всё. Я теперь дома». А дом этот был — песок и срок. Прилёт был внезапным. Без крика. Без «жду». Земля встала дыбом. Небо — стеной. Котёнок не понял, что это за жуть, где даже надежда — сгоревший покой. Его нашли на руках у того, кто сжал его в час, когда ветер стал адом. Тот, кто поднял, кто взял на броню — он дал ему жизнь. На последнем огне. Они стали целым. На миг. До конца. И котёнок ушёл. Но не в бездну — в себя. Не герой. Не легенда. Просто — тот, кто не сдался. И тот, кто поднял — остался в веках. Там, где нежность есть, даже если ад рядом. Котёнок на обочине — не жалость, не стон. Это надежда, что даже в огне — есть дом. И если однажды ты встретишь его — знай: он живой. И ты тоже. Ты — в нём. © Тундра

Эта вещица датирована 2012 годом. Помнится, даже пытались сделать из нее песню. Помнится, даже сохранились рабочие записи... Но в качестве стихотворной формы мне оно ближе... Не смотри мне в глаза: там лишь черный огонь. Едкий дым изо рта это смех через стон. Это крик, рвущий поровну наши мечты. По камням волочащий останки звезды. В глубине самой сути под черным плащом, Ожидая свой час, дремлет древний дракон. Его солнечный взгляд - обезумевший лик. А когтистые лапы держат крылья любви. И во сне шевелясь, рвет за крылья любовь. Ее перья, паря, попадают мне в кровь, Вновь огонь разжигая безумных страстей, Током бьют от ресниц и до мозга костей. Солнцеглазый, безумный свирепый дракон, В недрах мертвого сердца скрывается он. Душу рвет чешуей медно-каменных крыл. В дремоте своей ждет, чтоб его разбудил. Ну а если сойдет его чувственный сон, С губ янтарных слетит оглушительный стон. Разорвав мою грудь, вырвется из меня И затопит весь мир ярым светом огня. Ps: картинка ИИ. #простыемысли #pmmch #стихи #дракон

Я жалобной рукой сжимаю свой костыль. Мой друг — влюблён в луну — живёт её обманом. Вот — третий на пути. О, милый друг мой, ты ль В измятом картузе над взором оловянным? И — трое мы бредём. Лежит пластами пыль. Всё пусто — здесь и там — под зноем неустанным. Заборы — как гроба. В канавах преет гниль. Всё, всё погребено в безлюдьи окаянном. Стучим. Печаль в домах. Покойники в гробах. Мы робко шепчем в дверь: «Не умер — спит ваш близкий...» Но старая, в чепце, наморщив лоб свой низкий, Кричит: «Ступайте прочь! Не оскорбляйте прах!» И дальше мы бредём. И видим в щели зданий Старинную игру вечерних содроганий. © Александр БЛОК 3 июля 1904

Пробитой шиной на дороге Июльский день, не носят ноги Не ходят мысли в голове. Лишь кровь перетекает в ней. Левей! Правей! Лишь образà, что потеряли Берега морей моей упрямой кровеносной. И чувствовать себя, как лодочка, что утопила вёсла вниз сплавляясь по Оби! Беги дурацкая, как можешь! Тем временем, не хватит сил на танцы под дождём, на придури природы, на подавленье приступов зевоты на поражение огонь по материализму тошноты строенья. Цепочки звенья золотые громом на костях. Я даже не в гостях -- по лиминальным дежавю плыву. По коркам мандаринов плачу. А остальное -- чаевые. сдачу не возьму и пленных расстреляю. озябшей ночью выйдя на балкон услышишь вдалеке, как кто-то лает жалобно и гадко -- это я. меня ни с кем не перепутать. разве что с трамваем чешской марки "Татра". 4 7 2 1

ВЫ БУДЕТЕ СМОТРЕТЬ, КАК Я ГОРЮ... Что-то типа квартирника на репетиционной базе в Барнауле, проходившего 26.05.2019, где Артём Простор читал свои стихи. Архивное видео любезно предоставлено Сашей алсо ноун эз Candy Kick. Предварительный поиск публикации в текстовом виде успехом не увенчался. Возможно, она вместе с многими другими публикациями была уничтожена автором 01.12.2021. 🖤 ДисНеи #простор

Артём «Простор» Лебедев 👻😇🥰😘💩✍️🍡🎈 19.05.2000 – 02.03.2023 Моему другу, добровольцу, бойцу антиБПЛА подразделения "Сурикаты" легендарного Капитана Берега, сегодня исполнилось бы 26 лет. Погиб при выполнении боевого задания под Кременной, ЛНР. Помяните добрым словом Русского Воина. Тебе посвящаю... Телефон неизвестен. Уведомления включены. Я и до, и во вре́мя войны был с тобою предельно честен. За одним исключением малым: что билет твой в один конец. Я эксперт. Я профи. Я спец в сожалениях запоздалых. Бесконечно далёкий аккаунт. Сильно дальше, чем Горный Щит. И уже почти не болит, когда «Search» возвращает «Not found» Помнишь, ты в июне вернулся? Приволок свои шесть гигабайт. Ледяной инфернальный хайп. Помнишь, я в ответ улыбнулся? Был с тобою предельно честен я и до, и во время войны. Я стою посреди тишины. Горный Щит. Две даты. И «200». #простор #такойдень 🖤  ДисНеи

Эхо блиндажей Здесь место кончилось для Бога – И для живых осталась суета. Давно смирился с мором, Что покорил наши сердца. Моя душа – на алтаре сознания, А я с простреленным лицом Болтаюсь где-то на Голгофе И покоряю мертвецов. Моя судьба – юдоль печали. Я трепетно ищу раскол, Что раздробил моё сознание, Как правый берег над Днепром. Во мне осталась человечность – Её я берегу тайком. Для мира, грянувшего в вечность – Её оставлю на потом. И эхо скалится ехидно – То эхо блиндажа во мне. И вечность дышит сипло, Что не даёт покой душе. Меня снаряды накрывали, И разрывали мин удары, Ещё осколки обнимали, И дроны яростно рыдали. Но сдаться было мне позором, Лелея Родину внутри. Но обернулась жизнь набором И резким спадом с высоты. Хоть не хотелось оставаться, Чужую землю мне кормить собой. Но, видимо, для нас отрада – Остаться здесь на упокой. Теперь я сам стал эхом блиндажа, В котором множество таких же, И буду скорбно наблюдать За теми... Кто жив остался свыше. Рисунок: https://t.me/radiololBMP2M