цветочные поля

коё хочет забыть потерянные глаза кёки. она только пришла в мафию и всего боится. кёку учат убивать, а она всё вспоминает ночь, когда погибли её родители. коё нежно обнимает её, пряча от снежного демона, которого сама же вызвала. коё вспоминает пустой взгляд кёки. она только вернулась с задания, на нём снежный демон убил людей. кёка сработала идеально, и коё хвалит свою юную убийцу. она мягко касается волос кёки и предлагает чай со сладостями. коё становится больно от её взгляда. коё смотрит в светящиеся глаза кёки. она никогда не видела, чтобы они так сияли. кёке показали свет, и девочка потянулась к нему. коё больно и страшно: она знает, как ранит свет, и знает, что это из-за неё кёка погрязла во тьме 🌟🌟

хироцу, который говорит, что способность танидзаки идеальна для убийства. танидзаки, который готов убить кого угодно, если кто-то угрожает наоми. и танидзаки, который сам вызывается перейти в мафию, если мори выберет йосано. он та ещё тёмная лошадка

мой плейлист последние две недели, потому что ханаки напомнила, как каша дома пахнет

чуя теряет контроль от порчи и забывает, как дышать — богам не нужен воздух. арахабаки плевать, что тело его — человек. дазай смотрит на чую, окруженного гравитацией. подчиненные шепчут, что он не похож сам на себя, но дазай видит в небе чую, которого слишком хорошо знает, — настолько, что он сам почти забывает дышать

коё могла бы понять влюбленность хигучи, как женщина прошедшая через разрушительную любовь. она могла бы с пониманием осудить привязанность хигучи к акутагаве. — оно того не стоит, тебе следовало бы остановиться и жить своим умом, — привычным тоном говорит коё. ей этот разговор не нужен, но, заметив однажды хигучи рядом с акутагавой, промолчать она не смогла. хигучи, возможно, из робости перед гловарем не возразила бы, поблагодарив за совет. истинная же причина её молчания была в другом: слова коё едва ли смогли бы что-то изменить в хигучи

когда дело касается официальной работы я чувствую себя осаму дазаем. собеседование я прошла в марте, но проект защитила перед руководством только сегодня. они готовы подписать со мной договор, но как им сказать, что меня не будет в стране до середины сентября...

чуя готов принять, что дазай, сбежавший из мафии, уже мертв. так проще, чем не знать ничего. невнятная тревога не покидает его ни на секунду. чуя хотел бы не думать о том, что в произошедшем есть его вина, даже если поводов не было. не думать обо всем возможностях и невозможностях снова встретиться. чуя привык терять дорогих людей, он знает, как ранит смерть. но неизвестность изводит, преследует, въедается в кожу — чуя уже не знает, ждет ли он собственной смерти или боится узнать о чужой

так непривычно было после бсд смотреть ателье колдовских колпаков. то есть у девочек есть действительно добрый и заботливый наставник кифри, который защищает их. то есть он не бывший мафиози, не убил кучу человек, никого никогда не пытал и даже не пытался покончить с собой? нет, такого не может быть, это невозможно

печатная бсд манга — это 1000 и 1 способ обойти возрастное ограничение. столько синонимов к слову "самоубийство" я видела, наверное, только в словаре

эльфы примут меня в свои ряды или волосы всё-таки нужны подлиннее?

дазай часто получает раны на заданиях, но на его коленях неизменно синяки, полученные невероятно глупо. он бьется о ножки столов, столешницы и узкие сидения автобусов, задевает все низкие ограждения и заборы. дазай может бесконечно избегать смерти, но синяков на коленях — никогда

опоздала на час к бэнс и сён, забыла, что на встречи вообще-то приходят в нужные даты