Всратоскоп (Таня Коэн)

Мы привыкли к дискурсу масскульта, где герой получает суперсилу, из котенка Чмони превращается в существо с повышенной агентностью и мир начинает уплотняться вокруг него: герой с чем-то борется, что-то разгадывает, так или иначе что-то меняет, используя в качестве инструмента как свои способности, так и (неизбежно) окружающих. В «Пиранези» есть более редкая для современной литературы вещь: опыт бескорыстного внимания героя к миру. Мир здесь не загадка, которую нужно разгадать, не ресурс, который нужно присвоить, и даже не история, которую нужно узнать до конца. Он существует независимо от нас — огромный, прекрасный и на очень малую часть постижимый в рамках нашего мясного срока. Но возможно, нам всем необязательно сжигать свою единственную жизнь в сизифовой битве с тем или иным Молохом, которую кто-то объявил обязательной, и возможно, одного присутствия перед этой вечной красотой уже достаточно? Мне очень нравится название фильма «Море внутри» с Бардемом, фильм про грустные вещи, но название хорошее и в общем мысль моя в том, что если не отращивать внутри себя море, там отрастет что-то другое и не факт что приятное. «Пиранези» одна из книжек, которые помогают его отрастить.

Привет, не ждали? Я и сама удивлена, но подумала, что надо все-таки куда-нибудь писать про хорошие книжки, которые мне доводится читать, потому что делиться хорошим — это реальный способ делать мир лучше (а ощущение того, что ты делаешь мир лучше — это отличный антидепрессант и анксиолитик). Хорошие книжки — штука в топ-3 чудес этого мира, буквально порталы в другие миры, когда этот ощущается невыносимым, другие оптики и возможность побыть другими «я», когда собственное осточертело вам вкрай. Корояе, прочла я тут «Пиранези» Сюзанны Кларк. Это вторая большая книга писательницы, которая в 2004 создала «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» — мир толкиновского замаха о магической викторианской Англии. Дебютная книжка получила кучу премий и утвердилась как пример высокого фэнтези, размывающего грань между «низкой развлекательной» и «большой» литературой, вы наверняка о ней слышали. В 2005 писательница слегла с миалгическим энцифаломиелитом (синдром хронической усталости, инвалидизирующее состояние с болями и неспособностью соображать). Интересно тут то, что это состояние она накануне описала у одной из героинь «Стренджа»: леди Поул постоянно истощена и не способна нормально жить эту жизнь, а все потому что каждую ночь ее забирают фейри плясать на своих бесконечных рейвах. Не связывайтесь с фейри, в общем, если вы писатель, есть темы побезопаснее — ЧВК и наркокартели, например. Пятнадцать лет в этом дисфункциональном состоянии привели писательницу к пониманию, что второй такой масштабный мир она не осилит, и в 2020 она выпустила «Пиранези» — минималистичный роман с полудюжиной героев, скорее символичный, чем эпичный. В нем мир — это мегадом из залов с античными статуями, который внутри заливает океаном, и живет в нем всего два человека — наивный сын Дома Пиранези и амбициозный ученый Другой. БЕСКОНЕЧНЫЙ ИТАЛЬЯНСКИЙ ДВОРЕЦ С МОРЕМ ВНУТРИ, ВЫ ПОНИМАЕТЕ, МОЖНО ЛИ ВООБЩЕ ПРИДУМАТЬ ЧТО-ТО ПРЕКРАСНЕЕ ЭТОГО ОБРАЗА? Вообще герметичные пространства, живущие по собственным законам и формирующие вокруг себя особенные сообщества — это моя Римская империя, от «Дома, в котором…» Мариам Петросян (недавно узнала, что в Питере целая субкультура существует вокруг него) до чистилища-метрополитена в венгерском фильме «Контроль». «Пиранези» — своего рода антипод вархаммеровских миров, где все перегружено деталями, отношениями, идеологиями и прочим развлекательным контентом, укладываемым в читателя плотными кусочками каузально обусловленного лора. Мир Кларк дан в минимально объясненном существовании, он просто есть, и он противится тому, чтобы стать орудием и функцией. И хотя я вечно взрываюсь на гендерную поляризацию понятий в духе «давайте возьмем все няшное и будем считать его женским, а все сильное будет считать мужским», поворот мысли Кларк таки более тяготеет к тому, что принято ассоциировать с сильной стороной мышления, которая чаще проявляется у женщин (в силу воспитания, полагаю, а не биологии). Огромность и непостижимость мира, осознание собственной маленькости на его фоне не воспринимаются вызовом и задачей, которую нужно решить, это данность, которая комфортно принимается, в которую встраиваешься и существуешь, не пытаясь все перекроить. Разница мировоззрений Другого и Пиранези — это спор практически всех мыслителей, унаследовавший христианский подход «человек создан по образу Божьему и потому особенный, а остальное суть NPC для его обслуживания» с современными постантропоцентричными мыслителями вроде Латура и Донны Харауэй, которые утверждают, что отделение человека от природы — тупость, которая нас убивает. Книга наследует Борхесу и К.С. Льюису, в ней есть детективная интрига, есть мертвая голова из английского болота, есть тема трансгрессивного интеллектуализма, есть даже замурованный гей. Но все это вообще неважно.

В 20-м — последнем в сезоне! — выпуске «Топ-3» легенда инди-журналистики, главред «Пчелы» Таня Коэн рассказала о своих любимых комедиях, выворачивающих жанры и обманывающих ожидания. YouTube · Spotify · Яндекс · Все платформы

Поговорила тут со своим любимым культурным блогером Святославом Ивановым о Булгакове, Шейне Блэке, Бомбардиро Крокодило и о том, сколько культуртрегеров нужно, чтобы вкрутить лампочку. Подкаст записывался буквально в шкафу. Не знаю, когда я в следующий раз соберусь где-нибудь высказываться публично о каких-то своих предпочтениях, потому что обычно забиваю на это дело в пользу непосредственно работы над контентом, которой всегда хватает с головой. Но вышло, кажется, душевно.

Появление нового интеллектуально-развлекательного медиа в наше непростое время — событие нерядовое, поэтому «Горький» не мог пройти мимо запуска «Пчелы», которую возглавляет бывший главред «Ножа» Таня Коэн. Мы поговорили с ней, разумеется, о книгах и чтении, а также о редакционной политике ее нового детища, полезности фольклора и превратностях научпоп-селф-хелпа. https://gorky.media/context/rol-veselia-v-zizni-intelligenta-ogromna

Никогда не умела в личный бренд, но потихоньку исправляюсь. Спасибо «Горькому», одному из самых важных медиа в России, за интерес и поддержку 💜

Отличные новости, друзья, мы тут запустили новое медиа, называется «Пчела». Вот вам сразу все ответы на все вопросы о нем. — Ой, старая редакция «Ножа» запустила медиа! Что, прям вся старая редакция «Ножа»? Это ревайвал «Ножа» под другим названием? — Нет, не вся, но основатели тут и часть ребят из редакции тоже. Нет, это не будет «Нож» под другим названием — нас не особо воодушевляет идея начинать заново и делать все то же самое. Да и физической возможности повторять издание нет: «Нож» частично состоял из индивидуальностей людей, которые сейчас занимаются другими проектами. — Что будет в «Пчеле»? И чего не будет, если сравнивать с «Ножом»? — Будет то, за что вы любили нас со времен «Метрополя»: складные тексты, угар и здравомыслие, не самые банальные темы (или подача, которая сделает их интересными), симпатичные герои. Концептуально «Пчела» — это медиа для услады читателя, которое каждым своим материалом или приносит практическую пользу (научпоп, психогайды, помогающие чувствовать себя хорошо и адекватно выстраивать отношения с людьми), или просто служит отдушиной и пищей для ума (занимательная история, культурология, тесты и всяческие кеки). Круг тем и подача будут сильно менее специализированными, чем были в «Ноже», а тексты станут короче. Мне кажется, это скорее хорошо. Часть читателей «Ножа», которые ценили в нем материалы на 50К знаков с глубиной раскрытия странных узких тем на уровне диссертации и с таким же языком, «Пчелу» не оценят. Тут ничего не попишешь, мы можем делать только то, что можем, сейчас мы можем и хотим делать душевный и полезный инфотейнмент. Ну и главное, наверно. В последние годы «Ножа», каюсь, я стала подзабивать на редакционную политику, и эта телега ехала по накатанной в отсутствие возможностей для конструктивных изменений. Сейчас такого не будет, сейчас я с удовольствием пишу каждую подводку и думаю о потенциальных темах и героях 24 часа в сутки. Даже если я выгорю сто раз, это все равно будет контент, который делается по любви. А когда ты хоть насколько-нибудь набрался профессионализма, это единственное, что важно. — А почему «Пчела»? — Потому что приносит пользу и сладость. Потому что дореволюционные названия прессы милые. Потому что символ деяния масонов, а мы все в масонских фартуках сидим. — Что уже можно почитать? Почитайте раздел «Лучшее», там самый сок. Вообще моя мечта — выпускать исключительно эксклюзив, такие оригинальные материалы, для каждого из которых нужно перелопатить как минимум одну крутую книжку. Но поскольку клонирование и маховик времени еще не изобрели, а медиа — это конвейер, будут и статьи попроще, которые вы сможете переслать маме. — Как можно поучаствовать в «Пчеле»? — Если вы автор текстов, можно написать нам статью, вот гайд, это за копеечку. Если у вас есть интересный личный опыт или вы делаете что-то прикольное, можно стать героем нашего материала, это бесплатно. Если у вас есть какой-то ресурс с аудиторией и вас интересует ВП или коллаборация, мы можем это обсудить. Если вы просто хотите нам что-то написать или прислать сердечко, не стесняйтесь, мы тут. Связь: масонский пчелобот @PchelaMediaBot Подписывайтесь на канал: @pchelamedia  @pchelamedia @pchelamedia

Привет, меня зовут Таня, и до сегодняшнего дня я была главредом «Ножа» (knife.media). Кто теперь будет там главредом, я не знаю. Вся наша редакционная команда больше не имеет никакого отношения к тому, что выходит на сайте и в соцсетях издания с 6.12.24. Без нас, вероятно, происходить там будет нечто совершенно другое — не в смысле, что там ролики Монти Пайтона будут вешать, ну вы поняли. Посмотрим. Я люблю «Нож», как можно любить только то, что ты начинаешь делать на коленке в составе пары безработных молодоженов, вообще ни в чем себе не отказывая. Мы предлагали узнать, Насколько вы поехавший, покекать над описаниями животных 18 века, который составлял граф Бюффон, побороть в Средневековье Сатану, почитать самую пронзительную и странную русскую лирику. Ну а потом подключились друзья-товарищи, экспертные эксперты, и так мы стали рупором психпросвета и квир-культуры, поработали с такими гуру андеграунда Леонид Котельников и Фил Волокитин, взяли лютейшее интервью у Михаила Елизарова и много раз побеседовали с Романом Михайловым… Из научпопа я обожаю статью Коли Кукушкина про доброту как модный наркотик, а из профайлов икон — оду Ромы Королева несравненному Пророку Санбою. В общем, вы поняли, на «Ноже» много легендарного контента, хотя достаточно и проходного (попробуйте выпускать по три лонга в день семь лет подряд и посмотрю я на ваш контент-план). Но сейчас речь не об этом. Речь о том, что в общем-то, никакого смысла грустить нет, потому что вот этот вышеупомянутый «Нож» — это люди, которые никуда не делись, и которых я надеюсь собрать под новой крышей уже скоро и дальше делать то, что умею лучше всего: не мешать им быть восхитительными людьми и прекрасными специалистами. Вот они, слева направо: М., без которого не было бы ничего, что я делала и буду делать К., мой маленький отважный солдат разума в бесконечной битве с машиной безумия СФ, культуртрегерка невиданной мощи и замечательной широты экспертизы Стас, который придал редактуре гармонию античности Иван, на которого можно положиться как на себя Марина, которая каждый день творила порядок из нашего хаоса Тимур и Женя, придумавшие постеры «Ножа», которые до сих пор все копируют Аня, благодаря художественному вкусу которой наши статьи имели свое симпатичное лицо Елена, чьи статьи о фильмах могли сравниться с киносеансами Ксюша, самая быстрая, веселая и ответственная редакторка новостей в мире Артем, Аня, Саша, Настя — оперативные поставщики вестей о голубиной вертячке и фэшн-саммите БРИКС, за которые вы так любите «Нож» Марина, Катя, Алеша, Анна — прелестные литреды, превращавшие косноязычное блеяние в человеческую речь Настя, Игорь — переводчики, которые несли нам живое слово из-за колышащегося железного занавеса, пока из скрепочек Агата, автор живых и веселых интервью даже из хосписов Алеся, Этери и Настя — наши гении коммуникации, благодаря которым мы подзаработали и не ели землю из горшка Антон — наш киберслон, ни разу ни уронивший сайт Антон К. — отец Рунета Данила — крейзи Бот от канала сломался, потому что я не писала сюда тысячу лет, так что можете прислать мне что-нибудь сюда: tania@tigers.family.

Здравствуйте, скорее бегите сатанизировать «Нож»: knife.media, жмете на кнопку с тыквой, когда в комнату заходит мама, жмете «мне страшно». До свидания.

Редакционный кот Борис Ножов готовится разгромить танк рептилоидов-иллюминатов.

Ростом журналист должен быть не высок, но и не низок, широкий в плечах, сероглазый, с высоким ясным лбом и той улыбкой, о которой так приятно теперь вспоминать. И чтоб умел этот журналист орудовать косой, вилами, цепом, или построить хату, или сделать доброго воза без единого кусочка железа, всякий, одним словом, полезный предмет быстро и весело. Чтоб не боялся ни дождя, ни снега, ни далёких дорог, ни что-нибудь носить на плечах тяжелее. На войне, если журналист будет призван, чтоб не ленился ходить в атаки или контратаки, или в разведку, или не есть по три-четыре дня, не потерявши крепости духа. Чтоб с охотой копал блиндажи или вытаскивал из болота орудие или чужой автомобиль. Чтоб умел разговаривать любезно не только с простыми людьми и начальством, но и с конём, телятами, с солнцем на небе и с травами на земле.

Channel created