Танковый собрат

❓ Как не стать мишенью на трассе Р-280 Дроны ВСУ охотятся за любым транспортом. Особенно опасно нарушать порядок движения колонны — обгонять, вклиниваться, останавливаться. Остановка на обочине или съемка тоже могут стоить жизни. Собрали все основные правила безопасности в карточках. Листайте 👆 По материалам нашего друга «Лыни»

И такое бывает😂🤣 То чувство, когда у тебя железные яйца и отсутсвуют мозги🤣

6. Первые потери. Первые сутки мы ехали почти без остановок. Один короткий привал на обед — и снова вперёд. Бумажную карту я засунул в командирскую сумку ещё в третьем населённом пункте: дальше шёл по Offline Maps. После того как рота выполнила задачу, я уже не знал, куда ехать. Куда — говорил Алмаз. Дороги были незнакомые. Где-то — вовсе не дороги, а лесные просеки и поля. Помню, как продирались через лесной массив: механик не рассчитал ширину между деревьями, и все фальшборта по правому борту снесло под корень. Я ещё пожалею об этом, но потом. А пока едем… К задаче дня мы подъезжали уже по темну. Это был населённый пункт на берегу Десны. Глаза закрывались на ходу — усталость стала физической, свинцовой, почти невыносимой. Представляю, что чувствовали механики: для них эти часы были вечностью. Я хотел скорее доехать и поторопил своего: — Антон, обороты. В наушниках — спокойный голос Алмаза: — Не торопись. Там обрыв и река. Мы поехали медленнее. Добрались до того обрыва, повернули направо, дальше тянулись вдоль берега. Когда наконец достигли цели, я сполз с танка и поставил задачу механику: машину поставить и замаскировать. И тут вижу — командир танка из второго взвода стоит совершенно ошарашенный. — Там танк утонул, — говорит. — В смысле? — не сразу понимаю. — Механик хотел объехать столб и свалился в обрыв. Я слышал по связи, как пацаны кричали о помощи… Я побежал. Остановился на краю и оцепенел. Передо мной были: обрыв, две колеи, проломленный лёд и догорающие задние габариты танка на глубине трёх-пяти метров. Они горели ещё с минуту и погасли, как задушенная свеча. Что я чувствовал? Ужас. Бессилие. Собственную никчёмность — острую, как осколок. Хотелось плакать, но не мог. Вокруг что-то говорили, обращались ко мне, но никто ничего не делал. Да и что можно было сделать? Это были мои первые потери. Целый экипаж. Утонувший в Десне. Небоевые. Так глупо и так страшно. Можно ли было этого избежать? Наверное, да. Можно ли было там что-то сделать? Скорее нет, чем да. Можно ли назвать это судьбой? Думай кто как хочет. Но, наверное, судьба их была написана именно так. Предыдущий выпуск - 5. Командир #ЗапискиТанкиста #Бронетехника #ВоенныеМемуары

Документальная запись.

ЮМОР с просторов

Отличия танков Т-72Б3А (Объект-184-5 ОКР «Совершенствование-А» Т-72Б3А обр. 2020 года (фото 1-2) - "базовая версия" танка. Полностью соответствует Т-72Б3М, за исключением наличия КАЗ «Арена-М» (Т08-А6) Т-72Б3А обр. 2025 года (фото 3-4) - версия Т-72Б3А с улучшенной защитой: танк получил ДЗ на весь борт, НЛД, а также корму. Также танк получил прицел «Сосна-У» со шторками. Т-72Б3А обр. 2026 года (фото 5-7) - машина получила ДЗ «Реликт» на ВЛД, а также НРЗ на надгусеничных полках.

…Мы ехали уже часов шесть. Старая техника давала о себе знать: колонна редела машина за машиной. Один за другим командиры танков докладывали о поломках, но Алмаз всё гнал вперёд и вперёд. Казалось, его ничто не остановит. И вдруг — команда: — Колонна, я Алмаз, стой! Я был в недоумении, когда увидел, как он залезает на мой танк. А потом его голос — спокойный, без тени сомнения: — Командира танка — в мой танк, сам прыгай на наводчика, и поехали. Минуты споров, недопонимания — и вот уже мы вдвоём с Алмазом в одной машине. Едем первыми. Ведём колонну. Такое поведение уму непостижимо. Комбат — в головном танке батальона, бок о бок со мной. Но имеем, что имеем. Командир принял решение — значит, так нужно делать. Тогда я ещё не понимал до конца, что это значит. Только потом, спустя километры и часы, до меня дошло: Алмаз не просто гнал людей вперёд. Когда техника начала сыпаться, а усталость — разъедать уверенность, он сел в первую машину и повёл сам. Не потому что не доверял. А потому что иначе не мог. В этом был весь он — принимать непонятные, странные, невозможные по уставу решения, которые на самом деле и держали нас всех. Ещё не один населённый пункт мы пройдём вместе с ним, но это всё потом. А пока… Пока мы просто ехали вперёд. Вдвоем: комбат и командир роты. В одном танке. Вокруг — бесконечная дорога, разрезающая чужую землю, и небо, которое становилось то свинцовым, то вдруг пронзительно-ясным. В такие минуты мысли уходят глубоко внутрь, туда, где ещё теплится память о доме, о мирных утрах, о тишине, которая не пахнет порохом. Я смотрел на Алмаза — он стоял по походному, чуть подавшись вперёд упиравшись в люк, вглядываясь в горизонт, и в его профиле читалось что-то древнее, простое и несгибаемое. И я думал о том, что, наверное, именно так выглядит настоящая сила: когда тебе страшно, когда всё сыплется, когда позади — сломанные машины, а впереди — неизвестность, но ты всё равно едешь первым. И тот, кто рядом, не просто командир. Он часть твоей брони. Наверное, ради этого всё и было — и училище, и казармы, и бессонные ночи. Не ради ответа на вопрос «кто я?», а ради того, чтобы в нужный момент оказаться там, где ты нужен. С теми, кто тебе доверяет. И кому доверяешь ты. Мотор гудел ровно, убаюкивающе. Где-то далеко за лесом догорал закат. А мы всё ехали — держа спину, не теряя себя, вперёд. В тот самый день, который когда-нибудь станет просто воспоминанием. Но пока он был целой жизнью. Начало главы - 5. Командир Следующий выпуск - 6. Первые потери #ЗапискиТанкиста #Бронетехника #ВоенныеМемуары

5. Командир. В жизни каждого человека наступает момент, когда он вдруг — ненароком — задумывается: кто же я такой? Для чего живу? Зачем пройден весь этот путь? И что для тебя эта жизнь? Как правило, такие вопросы не приходят в тишине и покое. Они настигают в минуты отчаяния — именно тогда, когда кажется, что всё, конец. Когда вся твоя жизнь за несколько секунд пробегает перед глазами. Именно это я и почувствовал в тот самый миг, когда казалось, что всё уже закончено… …Три года Суворовского училища — не такой уж большой, но и не малый срок. А куда после? Конечно же, военное училище. Какое? Самое что ни на есть командное. Пять лет казармы. Снова. Восемь лет в общей сложности пролетели как одно мгновение. Не скажу, что был лучшим из лучших, но закончил с отличием. А что потом? А потом — как по накатанной. Жена, ребёнок, я уже командир взвода. Командировки, занятия, учения. Для чего? Чтобы стать лучше. Со стороны — совсем обычный парень: среднего роста, без лишнего веса. Увидишь на улице в гражданке — даже не скажешь, что военный. В первые годы службы я практически жил на работе. А потом предложили должность командира роты. Согласился. С сослуживцами умел находить общий язык. И с командованием — тоже. У комбата я был на хорошем счету, несмотря на то что был достаточно молод, а командиры других рот батальона — старше меня лет на пять. Комбата звали Владимир Никонорович, позывной «Алмаз». Когда он только пришёл в батальон, я ещё командовал взводом и по неопытности его не понимал. А потом, позже, именно там начал понимать по-настоящему. И уважать. Худой, высокий, своенравный — мог принимать решения, которые сперва казались непонятными. Но именно эти решения и вели к успеху. Была в нём какая-то спокойная, несуетная твёрдость. Он никогда не повышал голоса без нужды, но каждое его слово весило больше, чем иной крик. Говорили, что Алмаз чувствует бой. Не знаю, можно ли такое почувствовать, но рядом с ним действительно появлялась уверенность — та самая, которой так не хватало в первые минуты. Он был из тех, кто сначала думает о людях, а уже потом — о задаче. За это его и уважали. Не за должность — за то, как он её носил. Командир первой роты — Ильгиз, позывной «Восток». По национальности татарин. Порой кипешной, хитрый, но грамотный и справедливый командир. В ротных уже давно, поэтому и опытнее, чем я. Ильгиз умел говорить с людьми. Не командовать — а именно говорить. У него был дар: парой фраз снять напряжение, которое копилось часами. Иногда казалось, что он легкомысленный, даже слишком горячий, но в критический момент его голос в эфире звучал ровно и без дрожи. И тогда ты понимал: этот человек не подведёт. Он мог и прикрикнуть, и тут же рассмеяться, но обид на него не держали — потому что всё, что он делал, было по-честному. Рядом с ним даже воздух становился легче, а страх превращался просто в ещё одну задачу, которую можно решить. В мирное время всё было просто. Сказали, что делать, — ты пошёл и сделал. А тут стреляют. Тут за каждое неверно принятое решение на противоположную чашу весов ложатся человеческие жизни. И именно с этими людьми — с Алмазом, с Востоком — я эти решения принимал. Предыдущий выпуск - 4. Чего стоит цена ошибки. Продолжение #ЗапискиТанкиста #Бронетехника #ВоенныеМемуары