Уршельский коростель 🐦‍⬛️🌲

Оруэлл в антиутопии «1984» сварил знаменитую формулу «2 + 2 = 5» из советского лозунга «Пятилетку в четыре года». На этом фоне прошёл XVI съезд ВКП(б) в 1930 году. Вместо введения разумной системы премирования большевики устроили истерику ударничества. Разные стекольные заводы Владимирской области божились снизить себестоимость, увеличить разбор стекла первого сорта, сократить прогулы вдвое и поднять производительность труда. А на Гусевских торфоразработках ударники ещё и требовали немедленно увольнять прогульщиков, упорно не желающих понять: какого чёрта они должны вкалывать за спасибо. Пусть и от коммунистов. В Уршеле всё выглядит почти как сцена из культа инков: в жертву приносят шестнадцать лучших комсомольцев. Их пламенные сердца не вырезают, а передают партии вместе с телами. Подаётся это как великая жертва: самое ценное, что было у завода, буквально оторвали от сердца и отдали партии. Ход в некотором смысле гениальный: вместо участия в гонке бесплатных подвигов завод получил 16 заветных корочек. Партийный билет был не просто удостоверением политической благонадёжности. В складывавшейся системе он открывал дорогу в партийно-советский актив, а вместе с должностью и статусом давал доступ к особому снабжению и другим преимуществам. Уже в конце 1920-х высокопоставленные партийные и государственные работники получали специальные продовольственные пайки, а в 1930-е эта система постепенно оформилась в сеть закрытых распределителей и особого снабжения. При этом привилегии были связаны прежде всего не с самим членством в партии, а с принадлежностью к номенклатуре и занятием соответствующей должности. Манёвр уршельских бюрократов можно счесть вполне рациональным: вместо того чтобы прогнуться под маразматическую систему, они слупили с неё ништяков. Оставаясь при этом верными официальному тренду: 2 + 2 = 5.

Проследовал по маршруту Москва – Петушки к Ерофееву. Двигался по платнику, не по ерофеевскому канону. Скучно, но быстро. В Петушках есть бородатый жирный ангел. В синем свитере. Тащил на тележке старое кресло. В Петушках есть подвальный музей Ерофеева. В нём его печатная машинка, пластинки, книжки, фотографии и явно влюблённые в Веничку сотрудницы. Хороший музей. В Петушках есть карликовый Ленин. По вытянутой руке нашел музей Ерофеева. Впервые Ильич указал верное направление. Хороший памятник. В Петушках есть Дом культуры. Сперва думал режут там кого-то. Оказалось концерт живой музыки. «Вечно молодой, вечно пьяный». Трансцедентально. В Петушках есть окаменевший мужик с застывшей дебиловатой улыбкой. Рассматривает ворону средь воробушков. Кажется ему ещё Ерофеев наливал. Счастливый. В Петушках есть любимый сын Ерофеева, оказавший миру литературы большую услугу – ничего не написал. Фермерствует. В Петушках есть улица Маяковского, которого никогда не было в Петушках. В Петушках нет только улицы Ерофеева, благодаря которому мир узнал о про эту забытую Богом дыру. Неблагодарные Петушки.

Николай Скулов с Натальей Староверовой насчитали 55 дореволюционных стекольных фабрик на территории Владимирской губернии. Раза в полтора больше, чем знали до них. Авторы спустились на дно Мещёры, в геологическом смысле, обшарили днище, уже в археологическом, и достали оттуда множество удивительных фактов. Всё найденное уложили в оптимистичную книжку «От века мастеров — к веку возможностей», которую сегодня презентовали на «Китоврасе»⁠.

🟣🟣 Родные рядом — и это главное! На выходных в посёлке Уршельский Гусь-Хрустального округа прошёл региональный форум «Родные-Любимые». 🟣 На открытии форума участников поприветствовала министр молодёжной политики Владимирской области Елена Янина, а после родители и дети вместе проходили спортивные испытания, участвовали в творческих мастер-классах, учились оказывать первую помощь с поисково-спасательным отрядом «ЛизаАлерт». 🟣А ещё говорили о важном: как воспитывать в ребёнке доброжелательность и уважение к другим людям и почему иногда самое ценное, что мы можем дать детям, — это собственный пример. «Родные-Любимые» собрал семьи, которым интересно быть вместе, узнавать новое и находить единомышленников. Кто-то пришёл за новыми знаниями и эмоциями, а кто-то просто хотел провести день всей семьёй. Но, конечно, получили всё и сразу 🫶 Потому что быть Первым — это здорово. А быть Первым вместе с родными — ещё лучше! Больше фотографий — в альбоме! #РодныеЛюбимые33 #ДвижениеПервых33 #РодныеЛюбимые #ДвижениеПервых

Прочный как уршельское стекло Советская реклама Уршельского стекольного завода напирает на слоган: «Прочный как уршельское стекло». Ни в чём не повинные пивные стаканы, блюдца и тарелки швыряет плохо координированная тётка, но наши держатся. Не бьются. Причина чуда — новая производственная линия. Разумеется, уникальная. Куда без этого проклятого клейма провинциальной прессы. Событий мало, поэтому каждое всенепременно уникальное. Вообще, напирать на прочность созданного природой хрупким — это очень по-советски. Наверное, в этом был какой-то высший смысл. С житейской точки зрения у вечной посуды сразу два недостатка. Во-первых, она совершенно бесполезна в семейных драмах. Никакого театрального эффекта разлетающихся осколков. А при попадании в череп такой стакан способен уже не напугать, а убить. Во-вторых, страдает экономика. Разбил стакан — купил новый. А если он переживёт владельца, семейную драму и развитой социализм, то кому продавать следующий? Судя по тому, что выражение «прочный как уршельское стекло» в народ не ушло, либо предложение оказалось не столь уникальным, либо стекло не настолько прочным. Но сама реклама прекрасна. Маленькая замочная скважина в прошлое, где советскому человеку предлагали пивной стакан, с которым в коммунизм войдёт если не он сам, то его внуки.

Контекст инженера Галушкина Вокруг уршельского изобретателя Галушкина — того самого, что переизобрёл американский фидер, — кипели страсти. «Правда» прямо под похвалой инженеру порола Калмыцкий обком за имитацию богоборчества Союзом воинствующих безбожников. «Этим пользуются церковники и сектанты», — корила газета и требовала конкретного плана искоренения Высшего начала на подведомственной обкому территории. С Богом, судя по всему, собирались разобраться на следующем пленуме. Слева от хвалы Галушкину осуждён товарищ Нателашвили за повторную утрату партбилета. В третий раз корочку ему не дали, из партии прогнали. Поделом! Коммунисты Агладзе и Гамбашидзе потеряли документы на рынке, а у Норикадзе и Роинишвили партбилеты украли из ящиков рабочих столов. «Эти факты говорят о распущенности, слабой политической бдительности отдельных коммунистов», — вынесла приговор «Правда». Партбилет, судя по заметке, требовал от владельца примерно такой же охраны, как государственная граница. Ярославский автозавод тем временем сам себя выпорол за отсутствие технологического порядка, слабую трудовую дисциплину, брак, перерасход материалов и топлива. Доложил по телефону. Справа от Галушкина лежал снег и крепла обороноспособность. Статья «Военное значение лыжного спорта» генерала Тарасова объясняла, что лыжи нужны советскому человеку не для бездумного катания по лесу, а для наилучшего уничтожения врага. В нервное время жил инженер Галушкин.

Фидер уршельского инженера Галушкина   Своего инженера Гарина с гиперболоидом в Уршеле не случилось. Зато был свой изобретатель велосипеда. Ну, почти.   3 декабря 1940 года «Правда» рассказала об изобретении инженера Уршельского стеклозавода А. П. Галушкина. Статья называлась многообещающе: «Горячие газы вместо нефти».   Сообразительный земляк вдумчиво наблюдал, как из стекловаренной печи расплавленная масса поступает к формующим машинам через фидер. По дороге она остывала, поэтому устройство дополнительно грели нефтяными форсунками. Те жрали топливо и чадили, превращая цех в подходящую декорацию для одного из кругов ада по Данте.   Галушкин предложил не греть Уршель горячими газами стекловаренной печи, а обогревать ими фидер. Он разделил его канал шамотными плитами на два уровня. Внизу находилась чаша с жидким стеклом, сверху проходили печные газы, отдавая ей тепло. Получалось что-то вроде одеяла из заводского выхлопа.   Гениальное просто, но был ли Галушкин первым?   Не совсем.   Американская Hartford-Empire Company ещё в 1920-х годах разрабатывала фидеры, в которых горячие газы стекловаренной печи использовались для поддержания температуры стекломассы. Соответствующая заявка Томаса Уордли была подана в 1929 году, а патент выдан в 1934-м. Советские специалисты в годы индустриализации ездили за границу, изучали американские заводы и технологии, закупали оборудование. Поэтому, если до довольно очевидной идеи не додумались самостоятельно, возможность познакомиться с зарубежным опытом у них была.   Значит ли это, что Галушкин позаимствовал американское решение? Нет. Таких доказательств у нас нет. Вполне мог ничего о нём не знать и додуматься самостоятельно. Да и инженерная заслуга состоит не только в том, чтобы первым на планете произнести «эврика», но и в способности превратить хорошую идею в работающую конструкцию.   А она работала.   После испытаний Уршельский стеклозавод полностью перешёл на фидеры Галушкина. Автоматизация теплового режима позволила высвободить 28 квалифицированных рабочих. В цехе стало меньше шума и копоти. Благодаря более равномерному нагреву улучшилось качество стекла, сократился расход сырья, повысились прочность и термическая стойкость посуды. Производительность рабочих-операторов, по данным «Правды», выросла в полтора раза. Экономию топлива прогнозировали на районе 542 тонн нефти и 440 тысяч киловатт-часов электроэнергии в год на одном Уршельском заводе. Но лучший комплимент Галушкину сделала не «Правда». Его конструкция вошла в советские учебники по стекольному производству. Фидер ФМГ там прямо назывался конструкцией А. П. Галушкина: механический питатель без собственной системы отопления, использовавший горячие газы стекловаренной печи. Короче, уршелец Галушкин - молодец.