words of architecture

Дайджест академических исследований и статей в блогах Исследования Architectural Theory Review | A Modern Oddity: The Danteum and Terragni’s Meaningful Abstraction Дантеум — неосуществленный проект Джузеппе Терраньи и Пьетро Лингери для Рима конца 1930-х: «храм» Данте, который должен был превратить «Божественную комедию» в последовательность архитектурных пространств и одновременно связать национального поэта с идеологией фашистской Италии. В статье Пабло Мартинеса Капдевилы маршрут через темный лес, Ад, Чистилище и Рай читается как эксперимент с возможностями архитектурной абстракции: числа, колонны, свет, лестницы и разрывы в конструкциях должны были не иллюстрировать поэму буквально, а вызывать ее атмосферу. Автор показывает, что ради этой символической задачи Терраньи отступает от двух важных принципов модернизма — отказа от нарративности и от конструктивной рациональности. Planning Perspectives | First decade revisited: architect-planners, public housing andthe decolonization of Singapore Статья Майлза Глендиннинга, известного исследователя истории массового жилья и автора фундаментального обзора Mass Housing: Modern Architecture and State Power, — о первых годах сингапурской программы публичного жилья и о том, как Housing and Development Board стал инструментом деколонизации и строительства нового государства. На архивном материале Глендиннинг пересматривает привычную «историю успеха» HDB: высокоплотное жилье, расселение трущоб и модернистское планирование здесь оказываются связаны не только с социальными задачами, но и с авторитарной политикой, кризисами и институциональными импровизациями. Особенно интересна роль архитекторов и планировщиков, которые в раннем Сингапуре действовали не просто как профессионалы, а на пересечении бюрократии, проектирования и политического управления. The Journal of Architecture | Architecture of autocracy and the shifting city image: the Belgrade Waterfront project in Belgrade, Serbia Belgrade Waterfront — один из самых масштабных девелоперских проектов в современной Сербии, который может повлиять на образ Белграда. Санья Родеш рассматривает застройку на реке Сава как пример «архитектуры автократии»: проект обещает городу международный статус и новую идентичность, но, одновременно, уничтожается часть исторической среды, аутентичная городская культура, и конечно, горожане отодвигаются от участия в принятии решений. Реальность проекта — не только в рендерах и чертежах, но и в медиа, инвестиционных обещаниях, политических решениях и протестах. В блогах ArchDaily | Скрытая программа архитектурных школ Выражение «скрытая программа» обычно используют для идеологических установок в образовании, которые не проговариваются напрямую, но незримо присутствуют в процессе. В архитектурных школах само здание «учит» будущих архитекторов, параллельно с лекциями, брифами и критиками. Автор сопоставляет несколько моделей — в Гарварде, Йеле, школе Архитектурной ассоциации, кампуса NUS в Сингапуре. Divisare | Новый проект Fala Atelier в Порту Новый проект известного португальского бюро, которое переосмысляет базовый словарь архитектуры и делает это всегда без занудства, а с юмором. В этот раз — реконструкция большой квартиры, где обычная логика комнат и коридоров уступает место цепочке немного скошенных стен, дверей и проходов. Архитекторы не стали исправлять неровный контур помещения и неудобные существующие колонны, а, наоборот, превратили их в главных героев композиции. Socks | Совместное проживание под одной крышей В блоге Socks — рассказ о дощатых домах народов северо-западного побережья Тихого океана: больших постройках из кедра, где под одной крышей жили несколько семей одной линии родства. Планировка с общим очагом и выделенными семейными зонами фиксировала социальные отношения, резные и расписные фасады связывали дом с историями рода, статусом владельцев и отношениями с предками. Так «многоквартирный дом» или «коливинг» становился одновременно пространственной, политической и символической формой Этот пост — часть рассылки Facultative. #исследования #чтение

Воркшоп по исторической урбанистике Городские историки с радостью сообщают, что 8-9 июня на Факультете гуманитарных наук НИУ ВШЭ пройдет совместный воркшоп Школы исторических наук и Центра урбанистики ТюмГУ «Точки пересечения. Историческая урбанистика и история в городских исследованиях». Давно не было научных мероприятий, посвященных обсуждению методов и подходов исторической урбанистики, и вот наконец-то по инициативе коллег из Вышки Александра Каменского и Анастасии Видничук детально поговорим о перспективах городской истории в междисциплинарном контексте. Городские историки выступили соорганизатором воркшопа. В первый день дискуссия откроется секцией «Историческая урбанистика в России: проблемы историографической ситуации». На ней ваш покорный слуга расскажет об особенностях исследовательской оптики у историков-урбанистов, Анна Агафонова (Череповец) — об историко-экологическом изучении городских инфраструктур, Константин Гудков и Александр Дуднев (тг-канал кооператив 1931) — об историко-архитектурном подходе в историографии. Завершат секцию доклады о синтезе городской и экономической истории. Так, Алексей Попов (НИУ ВШЭ) представит исследования экономики советского города, а Константин Бугров (Институт истории и археологии УрО РАН, тг-канал Уральский индустриозавр) презентует оригинальный подход новой производственной истории через призму изучения городов и промышленности. 8 июня также пройдет секция «Городская история в конкретно-историческом фокусе», где участники разберут кейс-стади, характерные и показательные для исторической урбанистики: социально-экономическую историю Ельца в середине XVIII в., городской пространственно-темпоральный контекст восстания декабристов, практики благоустройства в Перми первых пятилеток, трансформацию проектируемого города Ямбург в вахтовый поселок, борьбу за сохранение исторической застройки в Тюмени 1970–1980-х гг., долгую историю городского управления в Забайкалье. Второй день воркшопа, 9 июня, будет полностью посвящен секции «Историческая урбанистика в контексте городских исследований и дисциплинарных оптик», задача которой определить как история используется в других социальных науках, Urban Studies и проектах территориального развития. Сначала известные исследовательницы Надежда Замятина (НИУ ВШЭ. тг-канал Сложная Арктика) и Ольга Вендина (Институт географии РАН) расскажут о географических подходах в исследовании истории городских пространств. Затем состоится дискуссия о возможностях городской истории в социокультурных исследованиях. Здесь с докладами выступят социальные ученые Дарья Радченко (Центр городской антропологии КБ Стрелка), Петр Иванов (тг-канал Урбанизм как смысл жизни) и Александр Сувалко (НИУ ВШЭ, тг-канал Полевой дневник Сувалко). В заключительной части воркшопа планируется обсудить место истории в градостроительной оптике и проектах развития территорий. В частности, Наталья Жеблиенок (МАРХИ, тг-канал URBAN PLANNING TIMES) расскажет о микроисследованиях истории в теории градостроительства, а Александр Острогорский (тг-канал Facultative.Archi) о том, как культурные мифы о Москве интегрируются в градостроительный и девелоперский дискурс. Завершится воркшоп выступлениями Энже Дусаевой (Институт городских исследований «Тамга») и Василия Большакова (Компания Брусника) об историко-культурном анализе в проектной деятельности для территориального развития. Если вы будете в Москве, обязательно приходите лично на воркшоп. Заседания пройдут по адресу: Старая Басманная ул., 21/4с1, ауд. Л-309. Предварительно необходимо зарегистрироваться: https://forms.yandex.ru/u/6a0af2ebf47e730025b3993e Вы также можете поучаствовать в воркшопе онлайн. Ссылка для подключения: https://telemost.yandex.ru/j/25178375609353 Подробности и полную программу воркшопа читайте тут: https://hist.hse.ru/news/1160300295.html

Уже завтра — двухдневный семинар по исторической урбанистике, можно заглянуть очно или онлайн. Организаторы собрали очень интересную и действительно междисциплинарную программу: есть история города, история архитектуры, социология, городская география, практики. Подробности 👇

Радостные новости: курс «Антропология аренды: от доходных домов XIX века до Flats for friends» начинается уже 29 апреля — билеты можно купить на TimePad. Этот курс для Facultative придумала Катя Колпинец (@katekolpinets): исследовательница современной городской культуры и цифровых медиа, автор книги «Формула грез», а также десятков статей о социальных сетях и онлайн-сообществах. Ее работа сосредоточена на том, как цифровая среда меняет современную культуру — этой весной она написала диссертацию «Культура интернет-селебрити». Но курс основан на другом исследовании: «Прекарная Россия будущего, или “Мир меблированных комнат” сто лет спустя», статье, которая вышла в январе в журнале «Городские исследования и практики». В «Антропологии аренды» Катя предлагает рассматривать аренду не как частный сюжет рынка жилья, а как инструмент анализа городской повседневности и социальных отношений. В центре внимания — то, как через практики аренды формируются представления о доме, складываются новые формы соседства, сообщества, возникают новые культурные паттерны. Программа курса построена как последовательное движение от исторических форм к современности. В первой части доходные дома и пансионы XIX века рассматриваются через литературу и связанные с ними социальные конфликты. Во второй — через язык городской социологии, где аренда анализируется как механизм социальной дифференциации. В третьей части фокус смещается к современному городу и цифровой среде: к платформам, каналам и практикам поиска жилья, где формируются представления об «идеальном» доме и «подходящем» соседе. Подробнее о курсе можно прочитать в постах в нашем канале (тут, тут, тут), а также в собственном канале Кати Колпинец, а также на сайте Facultative: https://www.facultative.archi/rent А тут можно купить билет: https://ekaterinakolpinets.timepad.ru/event/3932316/ #курс #аренда

К курсу «Антропология аренды: от доходных домов XIX века до Flats for friends» — немного картин Эдварда Хоппера, поэта современной городской жизни. 1) Apartment Houses, East River (1930); 2) New York Interior (1921); 3) Room in New York (1932); 4) Apartment Houses (1923); 5) Morning Sun (1952); 6) Night Windows (1928). #курс #аренда

Лекция бюро KASA «Россия — Япония: пространство тонких связей» 24 марта по приглашению Материи архитекторы и основатели бюро KASA / Kovaleva & Sato Architects — Александра Ковалёва и Кей Сато — прочитают лекцию о современной архитектуре Японии. Они расскажут о темах, которые волнуют японских архитекторов сегодня, о собственных источниках вдохновения и проектах бюро, среди которых реконструкция Павильона России на Венецианской Биеннале. Благодаря своим основателям само бюро становится пространством кросскультурного диалога. Вместе с Александрой и Кеем мы попробуем понять, что в японской ментальности позволяет создавать проекты невероятной тонкости и красоты и том, как эти идеи могут прорастать в архитектурной практике в России. Модератор — руководитель Global office Материи Антон Иванов. Лекция пройдет в Masters: Dom на английском языке с синхронным переводом для желающих. Начало в 19.30. → Вход по регистрации #материя_события | | | ◻️ Materia.city

Анонс от бюро «Материя», которые с недавнего времени, но бодро себя позиционируют как не только проектную практику — лекция бюро KASA:

Мэри Маклеод, Архитектура и политика в эпоху Рейгана: от постмодернизма к деконструктивизму (Assemblage, no. 8, 1989) «Архитектура постмодернизма — это архитектура рейганизма» — среди левых архитекторов и критиков подобные заявления стали общим местом. Псевдоисторическая ностальгия, сфабрикованные традиции, заигрывание с клиентами-нуворишами, популистская риторика, которая в то же время звучит скорее патерналистски, чем демократично, отказ от какой-либо социальной программы — кажется, что все эти архитектурные явления каким-то образом связаны с консервативным поворотом в американской политике… Поиск взаимосвязи между стилем и идеологией — всегда трудная задача. Но в случае постмодернизма проблема усугубляется: во-первых, путаницей в понимании того, что такое постмодернизм, и, во-вторых, постоянно ускоряющимся циклом потребления, который, кажется, приводит к все более частой смене политических смыслов. А это заставляет обратиться к фундаментальным вопросам о природе политической власти архитектуры». #критика #деконструктивизм

Многие наблюдения Маклеод были использованы другими исследователями в статьях и книгах, причем, не только посвященных американской архитектуре, но и архитектурной динамике конца XX века в других странах: Китае, Турции, Малазии. Это говорит о том, что Маклеод удалось не только зафиксировать ситуацию, но и предложить модель. Критика часто понимается как короткое, хлесткое высказывание «на злобу дня», которое будто бы одним ударом вскрывает глубокий процесс. Такое действительно бывает, но почти никогда не возникает из воздуха. За точной критической формулировкой обычно стоит долгий сбор материала, проверка связей между фактами и настройка языка так, чтобы он не подменял анализ эффектной позицией. Эссе Мэри Маклеод — пример именно такой работы. Маклеод постоянно сводит вместе разные типы информации. Она использует политико-экономические факты, наблюдения за рынком и профессией, а также анализ дискурса, рекламу, журнальные обложки, внутри-профессиональные шутки и жаргон. Текст выстраивает баланс между «теорией» — не только знакомством с концепциями, но и самыми разными интерпретациями, с текстами других критиков, и практикой — отслеживанием конкурсов, проектов, высказываний, прессы и так далее. Это делает ее эссе глубоким — потому что оно отвечает на конкретную ситуацию и дает ей перспективу, и фундаментальным — потому что оно сохраняет для истории нюансы ситуации, и читатель чувствует, что ничто не проходит бесследно (даже то, что хотелось бы забыть). Поэтому эссе полезно прочитать и как метод. Маклеод показывает, как писать об архитектуре так, чтобы одновременно учитывать стиль, институции, экономику и медиа. И как удерживаться от слишком простых параллелей между эстетикой и политикой. Для критического письма как раз-таки важно не сформулировать одну мысль, даже если она захватит воображение читателя, не выбирать один уровень объяснения, а сводить несколько мыслей и уровней в одной конструкции, показывая связи между разными контекстами. Это дает читателю не готовый ответ — эти плохие, а те хорошие, делай так, а так не делай — а инструмент для (само)анализа. #критика #чтение

Как связаны архитектура и политика? Вновь и вновь мы возвращаемся к этому вопросу в Facultative. Это не случайно, ведь одна из целей проекта — описать положение архитектуры в социальных, экономических, политических системах, и таким образом, дать возможность архитектору сделать свой выбор более внимательно и осознанно. Но об отношениях архитектуры и политики на русском языке было написано не так много, и даже не так много переведено. С переводами книг ситуация понемногу исправляется благодаря нескольким издательствам. А вот что касается перевода статей, то тут, пожалуй, стало хуже — ведь закрылся Проект International, в котором много лет выходили переводы и статей, и фрагментов книг — благодаря редактору теоретического раздела, философу и архитектору Сергею Ситару. Это одна из причин, по которой в канале Facultative так много про чтение. Много статей свежих, но иногда важно возвращаться и к классике, тем более, если предстоит курс, который посвящен теме деконструктивизма. Так думал я, открывая статью Мэри Маклеод Architecture and Politics in the Reagan Era: From Postmodernism to Deconstructivism, вышедшую в 1989 году. И вот — готово, несколько недель, статья пополнила раздел Commentarii на сайте Facultative. Почему именно этот текст, что в нем такого особенного? Статья вышла в феврале 1989 года в журнале Assemblage, главном издании американской архитектурной теории и критики того времени. Маклеод анализирует ситуацию 1970–1980-х: как сперва постмодернисты сформировались вокруг критики модернизма, а потом деконструктивисты — на том, что не хотели быть как постмодернисты. Казалось бы, между ними так мало общего! Но Маклеод обнаруживает одну общую особенность: нежелание архитекторов, которые вышли на сцену в 1970-х, заниматься политикой, их стойкое убеждение, что архитектура не может ни на что повлиять в реальном мире. Остается только форма, концепция архитектуры как языка, одна или другая — здесь -измы занимают диаметрально противоположные позиции. Но чтобы прийти к своим выводам, она должна проделать непростую работу. Текст отталкивается от общей концепции политического влияния архитектуры, ведет к моменту формирования постмодернистской идеологии, разбирает главные постмодернистские темы (архитектура как язык, обращение к истории, к массовой культуре и т.д.), показывая, что одним из главных качеств движения стала аполитичность и способность подстраиваться под рынок. В обмен на это архитекторы становится звездами. Переход к деконструктивизму Маклеод описывает как реакцию на постмодернизм, но не как разрыв с его ключевым тезисом об архитектуре как системе значений. Увлечение сложными формами и философскими идеями ведет к тому, что деконструктивизм оказывается еще дальше от политики, чем предшествовавший ему постмодернизм. Рынок, предсказывает она (и глядя на развитие практики и Гери, и Хадид, и Coop Himmelblau — предсказывает правильно), ассимилирует и такую «сложную» архитектуру. В интервью, которое вышло в 2021 году в журнале Footprint, Маклеод говорит, что процесс коммерциализации с тех пор нисколько не замедлился: «Сегодня архитектура переживает момент безудержной эклектики — необрутализм, неопостмодернизм, неоавангард и так далее; это культура, где “всё дозволено”… Кажется, будто с 1980-х коммерциализация выросла в геометрической прогрессии. Оглядываясь назад, события эпохи Рейгана выглядят почти безобидными по сравнению с тем, что происходит сейчас, но когда я писала это эссе, я не могла себе представить, что все может стать еще хуже». #чтение #деконструктивизм

Frank O. Gehry. Beyond Function. Design Quarterly, No. 138, House and Home (1987), pp. 2-11 #критика #наследие

Умер Фрэнк Гери, замечательный архитектор, часть целой эпохи. По этому поводу уже написаны и еще будут писать некрологи, тексты о его знаковых проектах, о его влиянии. Со своей стороны, предлагаем собственный текст Гери — и наш перевод с некоторыми комментариями — из 1987 года. В нем Гери говорит о своем методе на примере сегодня малоизвестных ранних построек. В небольших студиях, резиденциях, курортных домиках — он пытается сформулировать архитектуру, «которая идет дальше функции». Гери противопоставляет утилитарное архитектурное мышление чистому художественному жесту. Свой поиск другого подхода к архитектуре он описывает на примере нескольких проектов, в которых функциональные параметры сведены к минимуму, а значит, можно сосредоточиться на чистой формальной интенции. В каждом из обсуждаемых проектов она немного другая: интерес к материалу, к контексту, к культуре и технологии массового строительства, к работе с целым и частью. Форма у Гери не автономна — она всегда вовлечена в условия восприятия: виды из окна, углы обзора, проходы между частями здания. Можно ли в этой части его биографии увидеть блестящее в разных смыслах слова продолжение — крупные проекты, которые начались в 1990-х? Кажется, что связь существует в самых базовых темах — свобода высказывания, интерес к материалу, восприятие здания с разных ракурсов, в движении. #критика #наследие