Капитан Ахав и кашалоты

Решительно заявляю: такой ИИ нам нужен! https://www.youtube.com/watch?v=v0-7E9gMzdE

Роман опубликован полностью. Так что, если вам понравилось, и вы даже (о чудо!) хотите поощрить автора за труды, то все просто: Сбер, по номеру телефона +7 906 820 22 57

«Яблоко» всё же сняли с выборов. В ходе сегодняшнего суда выяснился весомый аргумент для сторонников этого решения — по данным Росфинмониторинга, партия получала финансирование из-за рубежа.

🫡 В России обновился перечень книг, подлежащих маркировке из-за упоминания там наркотических средств. Список представительный, такой, что любой писатель почтет за честь оказаться в такой компании. Итак: «Заводной апельсин», «Зов Ктулху», «Удушье» Паланика, «Доктор Сон» Стивена Кинга, а также книга «Виктор Цой. Жизнь и "Кино"» Всё это выглядит, конечно, как полный абсурд. Но в рамках той логики, в которой действовали авторы нормы, это совершенно естественно, иначе и быть не может. Для чего цензурировать книги? В смысле, для чего это реально делается? Главное преимущество книжной цензуры состоит в том, что она удивительно хороша для бюрократических игр. Это очень простой, понятный KPI: выявить столько-то нарушений, назначить в таком-то количестве штрафы. Эта задача не слишком трудоемкая — натренируй нейронку, и она будет искать крамолу в автоматическом режиме. Традиционные ценности можно защищать с некоторой пользой для казны, а в отчётах будут красиво сверкать цифры: что сделано за месяц, квартал, год для морального здоровья нации. Так и вижу: за квАртал проверено 100500 единиц печатной продукции, назначено 14 штрафов, магазины и издательства обязаны установить 88 маркировок, организовано 69 проверок и т.д. Для книжной индустрии и читателей это проблема, причём выматывающая. Нужно тщательно изучать всю продукцию на десятилетия назад, а то попадёшь на миллионы. Читатель получает книги с вымаранными страницами, маркировками и всем прочим набором юного клеймителя. Однако с точки зрения удобства для контролирующего органа книги — это благодатные охотничьи угодья. Как же с этим засильем справиться? Очень просто. Книги в принципе не должны цензурироваться. Единственное, что должно однозначно порицаться и баниться — прямые призывы к насилию и прямые же инструкции по изготовлению бомб, оружия и запрещённых веществ. Всё остальное может и должно распространяться как можно более свободно. Бюрократия всегда займёт весь отведенный ей объём. Ещё ни одно учреждение не отказалось регулировать, не пущать и штрафовать только из-за того, что штрафы вредны, а регуляция бессмысленна. Но как же тогда, неужели можно будет продвигать через литературу враждебные нарративы? А на что вам школа, семья и все прочие институции? Да почему вы вообще думаете, что читатель идиот и выберет эти самые нарративы? Он гораздо менее тупой, чем о нем думают. Такая «забота»просто оскорбительна. По факту мы в 18 лет доверяем ему автомат, водку и автомобиль, но не можем доверить книжку почитать. Наивно думать, что можно создать какую-то правильную цензуру, которая будет резать только действительно плохие книги скверных авторов, а хороших не трогать. Так не бывает. Врубив 451 по Фаренгейту один раз, уже не остановишься.

Что ж, значит, надо этот список изучить и скачать в свою библиотечку эти книги. Без купюр и цензуры. Чиновничий запрет – лучшая рекомендация.

«Главная беда Российской империи, главный парадокс ее системы власти заключались в том, что самодержец, «хозяин земли русской», ответственный перед Богом и людьми за все в ней происходящее, кругом зависел от своего сановного аристократическо-бюрократического окружения. Это новое боярство, соблюдая этикет, низко кланялось императору, употребляло в обращении к нему униженные формулы, но при этом использовало махину государства для достижения корыстных целей, личных, групповых или кастовых. Государь мог бороться с амбициозным своекорыстием сановной знати одним способом: натравливая одну группировку на другую и вырывая уступки у одной и у другой в качестве платы за поддержку. На нынешнем политическом языке это называется «системой сдержек и противовесов». Но если против государя объединялись все властные кланы – он становился бессилен, как последний бесправный подданный его империи». (Анджей Иконников-Галицкий «Праведники и грешники русской смуты») Универсальность этого текста в том, что прошедшее время можно без малейшего ущерба для повествования изменить на настоящее.

Прочитал новость. У солидного, между прочим, издания. Пишут, что: "Плотность дальневосточного леопарда в России выросла почти втрое за 10 лет". Беспокоюсь — а с массой-то, с массой дальневосточного леопарда что? А с объемом?

Я нашёл гимн российской медийки. Прастити https://www.youtube.com/shorts/lNRcR52pekA

«Золотым перьям» и тем, кто за ними всё переделывает – посвящается.  )

Наконец-то я справился с АТ. Выкладываю роман "Черная кровь Марса". По главам или сразу — еще не решил. "В мире, где Россия стала ведущей космической державой, освоение Марса — стратегическая задача. Новый фронтир хранит неизведанное и нечеловеческое, а цена за прикосновение к нему может оказаться невероятно высокой. Это история о цене выбора и о том, что за пределами Земли человек остается человеком, со всеми его слабостями и силой". Я написал этот роман, потому что мне захотелось сочинить что-то в духе старой советской фантастики "ближнего прицела", романов Казанцева, Беляева, Адамова, Гуревича, которыми я зачитывался, будучи подростком-школьником. Сейчас многие из этих книг полузабыты, многие кажутся наивными. Но это честная, хорошая фантастика, с верой в будущее и в человека. Этого нам сегодня ой как не хватает. Скажу честно: я не ставил целью сочинить изощренный, лихо закрученный сюжет. Наоборот, он прост и прям как рельс. Это что-то вроде "научно-фантастического производственного романа" с элементами приключений и шпионского детектива. Здесь все просто. Надеюсь, читатели получат удовольствие. И да: так как я автор не коммерческий (АТ не дает мне такой статус, потому что рейтинг маловат) — вы, по желанию, если вам нравится роман, можете поддержать меня переводом на карту Сбера: 4276 7500 3421 0236. Карта привязана к номеру +7 906 820 22 57 Для меня это такая же работа: да, интересная, любимая, но порой очень изматывающая. И, конечно — лайк, шер, репост приветствуются. Мне это очень важно. https://author.today/work/629663

Мало написать роман. Мало его вычитать и отредактировать. Его, @#%$! надо еще и опубликовать ухитриться. Я про Author. Today сейчас говорю. У них чудовищно кривой встроенный текстовый редактор. Сегодня я, наконец-то, закончил вычитку и радостно поскакал заливать текст на АТ. Разбежался, ага. Уже в который раз пытаюсь залить главу - и он склеивает некоторые слова, убирая пробелы. По какому принципу - не понимаю. Все проверки в Ворде (и даже в ЛибреОффисе) я сделал, двойные пробелы убрал. Не помогает. Ладно. Хорошо. Пойдем глухими кривыми окольными тропами. Сунуть главу из Ворда в блокнот, скопировать, вставить в редактор АТ. Так пробелы не слипаются (ура!), зато блокнот убивает все форматирование (курсив и т.д.). И это полбеды. Но! АТ-шный редактор тупо не дает вернуть курсив: выделяю текст, жму на кнопку "Курсив" - и ничего. Что я делаю не так? В любом случае, редактор у них действительно тупой.

Только что закончил роман. Не верю даже... Скоро начну выкладывать на АТ.

​Ну вот, еще год. Улыбаемся и машем.

Типичная планерка в самом обычном штабе избирательной кампании — когда до выборов еще месяц, а все уже задолбались.

Ну, значит, такие дела. До дня рождения осталось каких-то два дня. Я уже писал пост про вишлист — но теперь окончательно сформулировал для себя все. Дата, конечно, не круглая, 51 год, и что в ней такого-то, отчего она вообще заслуживает вишлиста? А вот что. В 18 лет я был свято уверен, что не доживу до тридцатого дня рождения. И, надо сказать, все основания так думать у меня были: жизнь я тогда вел, мягко говоря, разнообразную. В 30 лет я думал, что уже too old to rock-n-roll, too young to die, так что ладно, тридцать пять лет — и точка. В 50 я уже не думал ничего, а только удивлялся: как же так? С этого времени каждый новый год уже считаю нехилым таким подарком судьбы. Тем более, в нашем поставленном с ног на голову, безумном мире, который летит черт знает куда. Поэтому. Вишлист все же будет (а ну как кому взбредет в голову что-то из него выполнить, а?). Ссылка на него в конце поста. На самом деле, что нужно безработному на данный момент мне? Работа, конечно — так что добавлю краткое резюме. И от посильного (и строго добровольного) финансового вспомоществования тоже не откажусь, потому что есть в моем мире одна неизменная константа: кошки, которые КАЖДЫЙ ДЕНЬ хотят жрать. В общем, если вдруг захотите сделать мне подарок, то вот карта Сбера: 4276 7500 3421 0236, привязанная к номеру телефона +7 906 820 22-57. Всем буду благодарен. В качестве ответного подарка — сообщаю, что в самом скором времени начну по главам выкладывать на АТ повесть, которая уже практически готова. Так что, я тоже к вам не с пустыми руками. Вишлист: https://ozon.ru/t/ueu6hJW

Озон принес рекламу 80-го уровня. Если ей верить, я как минимум миллиардер и владелец кимберлитовой шахты.

Перечитал "Серебряные рельсы" Чивилихина. Одна из лучших документально-биографических книг советского времени. Повесть о яркой жизни изыскателя Александра Кошурникова, человека железной воли, который погиб в 1942 году, во время экспедиции по изысканию будущей железной дороги Абакан-Тайшет. Вот как пишет Чивилихин о Кошурникове, завершая свою книгу: "Этот на редкость одаренный человек прожил на свете всего тридцать семь лет, но успел изыскать, спроектировать или построить около двадцати крупных железнодорожных объектов. В их числе дороги Томск – Асино, Рубцовск – Риддер, Новосибирск – Полысаево, Темир-Тау – Таштагол, ветки к Абазинским и Сучанским рудникам, к порту Находка. Кроме того, он наметил дорогу Синарская – Челябинск и третий железнодорожный переход через Урал. С именем замечательного инженера связано строительство сортировочной горки в Свердловске, моста в Забайкалье и самое главное – изыскания всей восточной части Южсиба, от Кулунды до Лены. Многие ли люди оставляют после себя столь заметный след на земле?.." В первый раз "Серебряные рельсы" я прочитал еще школьником, и книга меня совершенно потрясла. История последней экспедиции, восстановленная по найденным на реке Казыр, чудом сохранившимся страницам дневника Кошурникова — это просто невероятной силы повествование, написанное человеком, который шел до конца и даже понимая, что погибает, оставил отчет о своей работе. "3 ноября. Вторник. Пишу вероятно последний раз. Замерзаю. Вчера 2/XI произошла катастрофа. Погибли Костя и Алеша. Плот задернуло под лед и Костя сразу ушел вместе с плотом. Алеша выскочил на лед и полз метров 25 по льду с водой. К берегу пробиться помог я ему, но на берег вытащить не мог, так он и закоченел наполовину в воде. Я иду пешком. Очень тяжело. Голодный, мокрый, без огня и без пищи. Вероятно, сегодня замерзну". Много раз я удивлялся — ну почему эту историю до сих пор не экранизировали? Ведь готовый же сценарий для интереснейшего кино! И вот на днях узнал, что, оказывается, в прошлом году "Студия 98" в Красноярске снимала художественный фильм "Трое", который, вроде как, должен выйти в июле. Снимали в Ергаках, на Мане и в Шушенском. Хорошо бы, если бы он действительно вышел.

– Я знаю, где взять бензин. Точнее, мы его сделаем. Нужно просто почитать. Мы его сварим. – Но это опасно! – А когда сгущенку варишь в кастрюле четыре часа – не опасно? Я в восьмидесятых джинсы варил! Кукурузу варили по полдня! А студень моя бабка вообще варила вечность!

​Люблю иногда перечитать старую "Красную Бурду". Отличный был журнал, можно сказать, культовый. * * * "Давно это было. В ту пору у нас на руднике одни динозавры да птеродактили робили…" “Два ящера” П. П. Бажов МАЛАХИТОВАЯ ЧЕТУШКА Много было у нас в Северском да в Дегтярке мастеров пустые бутылки-то собирать, а никто не знал это ремесло лучше, чем старик Пропоич. И вот как он совсем уж старый стал, стало начальство от его требовать, чтобы он, значит, себе взял в ученики мальчонку, да и обучил его всем премудростям свово стеклоборного дела: как флакушку выследить, как к ей подойти, како слово сказать, чтобы зеленая тебе в руки далась… А в аккурат об тую пору стали наши заводские замечать, что бутылка с земли али с помойки уходить стала. И там роют, и здесь шарят — не дается бутылка. Все кака-то, слышь-ко, пустая порода — пузырьки да склянки аптечны. Да осколки разноцветные, всё больше изумрудных цветов, — глаз веселят а для дела их никак не пристроишь… Вот пошли Пропоич с Нефрюткой, мальчонка к ему в ученье прибился, Нефрюткой звать, пошли они, стало быть аж за Широкую Речку, там у Пропоича место заветное было, в аккурат посреди свалки широкореченской. Пришли, а там уж у старика и балаган излажен из кусков толи да старого линолеума, и провианту припасено, так что дня три можно робить, с голоду не помрешь. Пустились наши старатели бутылку брать, кругами идут от балагана-то, как положено, Пропоич мальчонку учит маленько, где пальцем ткнет, где по загривку приладит, мол, вон горлышко торчит, аль не видишь? Идут эдак-то, вдруг видят — в ложбинке махонькая лужица, вроде кто нитрокраской синей плеснул, а сбоку будто банка пустая синеется. И дух от той лужицы тяжелый, нестерпимый . И так тут Пропоича с Нефрюткою в сон потянуло, что прямо с ног долой. Как стояли они на взгорочке, так и повалилися, только корки арбузные под голову сгрудили маленько, чтобы, стало быть, не зашибить головушки-то по сонному делу. Вот… И то ли сон, то ли дрема, а видится им, что лужица синяя расступилась, а из той лужицы поднялась старушонка — сама синяя, зипунок у ей синенькой, по подолу маленько вроде прорыв пошел, а из прорыва вата белая клочьями висит. Платок на голове у старушонки синенькой с голубыми цветочками, а глаза большушшие, да озорные как у девчонки, а под глазами круги синие, вроде как с недосыпу, али еще с перепою у нас на Урале такие случаются. Выбралась старушонка из лужицы, и айда плясать! Только брызги синие в разны стороны летят. Пляшет старушка и кругами, и присядью, и с покачкой пошла, авоськой голубенькой над головой только помахиват — загляденье, одно слово. Доплясала эдак-то до взгорочка, на котором наши старатели прикорнули, да и молвит: “Ладно ли я пляшу?” Пропоич с Нефрюткой молчат, только похрапывают. “А коли так, — говорит старушонка, — то примечайте: где я ногой топну — там “чебурашка”, где подпрыгну — “высокое горлышко”, ну а уж где упаду — там кожура банановая!” Проговорила так-то да опять плясать пошла, и плясала, доколь в луже не скрылась… Тут очухались наши бутылошники, глаза протирают. Переглянулись только, и молчком к тому месту, где во сне видали, что старушонка топнула. Только копнули — и пошло! Тут тебе и “чебурашка”, и “высоко горлышко”, и “винтовая пробка”, и “сухарик”, и “шампанский камень”! Даже “Рижский бальзам” и “старый Таллинн” сбоку груды самоцветной чернеется. А уж иноземных “амареттов” да “киви-персика” и сосчитать нельзя! Намыли Пропоич с Нефрюткой посуды почитай на мильён! Негодной тож набрали полны карманы девкам на подарки, да деткам на осколки. А на самом дне нашел Нефрютко и вовсе дивну штуковину — бутылочка небольшая с малахитовой этикеткой, горлышко под пробку витую, а по краю этикетки-то, слышь-ко, вроде буковки проступают, и никакими силами ту этикетку смыть нельзя! Подивились Нефрютко с Пропоичем на эдакое чудо, да время было в скупку бутылки ташшить, они и засобирались. А с этой, слышь-ко, малахитовой-то четушки, сказывают, аж в самом Екатеринбурге стали ладить водку первосортную с малахитовой-тож этикеткой и горлышко под винт, но про это уже другой сказ.