Наталья Кор

продолжение следует_

Он подъехали к частному дому, когда на улицах уже включились фонари. Обычный дом, тесно сдавленный соседскими коттеджами, наверное, единственный на этой улице, где перед двором не стояла машина. Аркаша начал сигналить, поднимая на уши всех соседских собак. А Лариса любовалась из своего открытого окна цветущей клумбой, густо засаженной герберами. - Только недолго, - попросила она, решив, пусть лучше с приятелем Аркаша проведёт этот вечер, чем с какой-нибудь девицей. Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС - Какие красивые цветы, - произнесла она тихо. Аркаша наклонился через неё и фыркнул: - Колхозные какие-то! Ты заслуживаешь только розы, - и вновь хотел поцеловать ей руку. Лучше отделаться нежностями, чем реальным букетом цветов. Лариса вышла из машины, попросив парня не сигналить больше. Она присела у клумбы, начала нюхать цветочки. Аркаша выбежал и пробежал мимо своей девушки к воротам. Лариса даже не хотела смотреть, наверняка ещё один пингвин, с другими Аркаша не общается, на пушечный выстрел не подойдёт. Молодые люди общались у двора, Лариса прошла к следующей клумбе, кажется, к соседской, но там тоже было много цветов, и они так благоухали, совсем не так, как на клумбах в центре города. Аркаша вернулся один в машину, позвал Ларису. Она села, наполненная вечерней свежестью и настроение у неё уже не такое вялое, но Аркаша даже не заметил. - А где твой друг? – спросила она, поняв, что они одни в машине. - Сейчас придёт, - и снова на себя в зеркало, вдруг причёску ветерком колыхнуло, или мошкара на футболку присела. Аркаша погладил себя по лицу несколько раз. – Вон он! - кивнул он в сторону двора. – Ну, Васёк! – хихикнул Аркаша. – Научился-таки за тёлочками ухлёстывать, - и тут же осёкся, переведя взгляд на свою девушку. Лариса сверлила его глазами и готова была ударить за сказанное. Но она повернулась и увидела в открытое окно, прямо перед собой, целый букет, срезанных наспех, разной длинны, цветущих и ещё в бутонах, разноцветных герберов. - Это вам, милая девушка, - послышался голос над ними. Лариса не могла разглядеть молодого человека, но цветы забрала и поблагодарила. Василий сел в машину на заднее сидение. Ещё раз поздоровался с девушкой, извинился, что заставил всех ждать, особенно её. Голос у него некрасивый, как будто надтреснутый, почти женский. Лариса дважды взглянула на него в зеркало заднего вида: да уж… ничего особенного! Всё, как говорил Аркаша. Что между ними может быть общего? Василий, если говорил, то только по делу и хорошо зная о что говорит, в остальных случаях молчал или извинялся перед девушкой впереди него, за то, что ей приходится скучать из-за дурацких мужских разговоров. Ларисе он показался настолько невзрачным, что она ни разу не обернулась, чтобы рассмотреть его получше, но за цветы поблагодарила, уходя, когда Аркаша остановился у её подъезда. Она слышала, как её парень отпустил неприятную шуточку в её адрес, но возвращаться и ссориться с ним не стала. Опять прикинется дурачком и будет приставать с поцелуями. Лариса ушла, Василий пересел на её место, и приятели уехали. Она долго потом не видела Василия. От своего парня слышала только отвратительные издёвки насчёт кошачьего имени товарища, о том, какой он заморыш, и никогда ему не даст… такая девушка как... Аркаша, чуть было не ляпнул: «как ты», но вовремя остановил своё словесное недержание, продолжая издевательски подтрунивать над приятелем. Он как будто хотел его унизить, а себя возвысить на его фоне. Что же… Ларисе без разницы, Василия она скорее всего не увидит никогда, да и на Аркашу не имела особых планов. Повеселятся лето и расстанутся! Но лето подходило к концу, а расставаться пара не планировала. Лариса привыкла к Аркадию, ей казалось, что в их городке вариантов лучше точно не найти. Судя по тому, как общались между собой приятели её парня, не замечая иногда её присутствия: обсуждали своих девушек, хвастались, как гульнули на стороне от этих же девушке, не стеснялись обсуждать женские формы и прочее. Противно было слушать. Но Аркаша не такой! Он каждый вечер приезжал к Ларисе и до глубокой ночи они катались по городу – он всегда был с ней. Всегда отвечал на её сообщения и звонки, значит, он один и других девушек рядом с ним нет, - думала Лариса. В конце сентября Аркадий снова вспомнил о своём приятеле: - Надо к Ваську заехать в бокс. Он в автосалоне работает, но пару недель назад снял помещение. Я ему посоветовал! – ударил себя в грудь Аркаша, будто это он занялся настоящим делом. - А я думала, он ещё учится. Ты же говорил, он в академии, там не меньше пяти лет, если я не ошибаюсь. - Какая ему академия! Васёк из простой семьи, - пренебрежительно отметил Аркаша, будто сам из привилегированной, - его родителям бабла не хватило в своё время, чтобы парень проскочил на бюджет. Слишком большой конкурс был. Прошли, сама понимаешь, кто. Васёк отстрелялся в техникуме, вернулся и устроился на работу, чтобы родителям помогать. Такой он вот он. Сказал, будет поступать обязательно! Только деньжат соберёт. А у него голова, - Аркаша постучал по своей, - умный, короче и без дипломов. Шарит! – он постучал по пластику приборной панели. – В электрике, электронике. Приехав к Василию, Лариса это и сама заметила. Молодой человек быстро подключился и уже высматривал на экране ноутбука в чём проблема у Аркашиной колымаги, доходчиво всё объясняя. Пообещал всё сделать за полчаса, может, больше. Взглянув на Ларису он поклоном извинился перед ней, за то, что ей придется ждать тут. Аркаша сразу сказал: делай сейчас! И не заплатил за его работу не рубля после. Обещал дать хорошую рекламу среди «своих», а у него друзья на таких дорогих тачках ездят! Васька уволится с основной работы через пару месяцев, будет работать только на себя. В тот вечер Лариса хорошенько разглядела Василия, по-прежнему не находя в высоком, светловолосом парне с продолговатым лицом ничего такого. Она то и дело забывалась, наблюдая, как он работает, совсем не слушая хвастливые разговоры своего Аркаши. Она видела Василия ещё несколько раз, Аркаша нагло эксплуатировал товарища, расплачиваясь с ним только обещаниями раскрутить его дело. Парень по доброте душевной, молча, без лишнего пафоса делал, что нужно – ему нравилась его работа и это было видно. Когда похолодало и все достопримечательности в городе были изъезжены Ларисой и Аркашей, они зачастили в тёплый, очень чистый бокс Василия. Он прекрасно организовал маленькое пространство в помещение, и, главное, у него было чисто, можно было попить чай и поболтать. Иногда Аркаша брал у него ключи, и они с Ларисой проводили там время вдвоём. Это было куда лучше, чем торчать где-нибудь у ночного клуба в компании других товарищей Аркаши. Весной в самый разгар ласкового мая, когда дни стали длиннее, а вечера были такими дивными, тёплыми, ещё совсем не душными, Аркаша сделал Ларисе предложение. Неожиданно! Без лишней романтики, абсолютно никакой романтики не было в его предложении. Они сидели втроём в боксе Василия, мастер занимался очередной машиной, рассказывая другу, что встретил девушку и, возможно женится на ней. - На первой встречной?! – высмеял его Аркаша, зная, что у него не было девушек, может и нет – это его фантазия. Но Василий чётко описал свою знакомую, нежно, уважительно, не позволив Аркаше ни одного гадкого словечка в её адрес! О нём пусть говорит, что хочет! О ней - ни-ни! Лариса немного позавидовала той самой, а Аркаша, как бы шутя после всего услышанного, посмотрел на неё и сказал: - Ларис, а ты выйдёшь за меня? Васили ударился головой в чужой машине, так резко повернулся на друзей. Лариса сначала глупо рассмеялась. - Прекрасная шутка! - Я не шучу, - серьёзно добавил Аркаша. Лариса медленно перевела взгляд на Василия, сама не зная для чего. Их взгляды встретились. – Выходи за меня! – Аркаша встал перед ней на одно колено, а она не сводила глаз с Василия. Заметив это, Аркаша посмотрел на друга и тот уткнулся в провода в открытой приборной панели иномарки, которую делал. - Ларис?! Ты выйдешь за меня? – крепко взяв её за руки, Аркадий требовал ответа. - Хватит издеваться! – она оттолкнула его, встала и пошла на улицу к его машине. Аркаша за ней, наверное уговаривать, потому что ответ «нет» для него неприемлем.

- Аркаш, мы едем? - не выдержав выглянула она в открытое окно. Он сел в машину, даже не извинился за то, что так долго болтал на улице. - Я у него тюнинговал свою малышку, - специально подгазовывая, он выезжал со стоянки, чтобы все видели, какая «прокачанная у него тачка». - Понятно, - зевнув, ответила Лариса, - отвези меня домой. - А как же… - Аркаша положил руку на бедро девушки. Лариса была в коротком летнем платье, смуглая кожа так и сияла в свете всех фонариков и подсветок в машине. – У нас целый вечер впереди, - взглянул он на неё загадочно – кокетливо приподняв брови. - Не хочу! – Лариса капризно убрала его руку и отвернулась в окно. Сейчас опять будут наяривать круги по городу, потом остановятся на «пяточке», где собирается золотая молодёжь города. Аркаша непременно выйдет ко всем, чтобы поздороваться, обязательно с Ларисой, чтобы показать, какая девушка с ним. Потом поедут куда-нибудь за город, на гостиничный номер или квартирку посуточно у Аркаши не было денег, но он тактично не признавался в этом, предлагая своей девушке прокатиться то в одно «самое красивое место в городе», то в другое. - А чего хочет, моя прелесть? – он взял её руку и притянул её к губам для поцелуя. Лариса одёрнула руку. - Отвези меня домой. - Ты обиделась на меня? - кривляясь, как девчонка, смотрел на неё Аркаша. – Я заставил ждать мою королеву? - Отвези меня домой, Аркаш. Он разочарованно вздохнул, но не сильно огорчился. - Как скажете, моя госпожа, - и свернул на светофоре из центра. Несколько минут он мучил Ларису догадками, что же у него стучит в машине слева, сзади. В машинах он тоже ничего не соображал. Лариса как будто не слушала его, сонно глядела в окно она опускавшиеся душные сумерки. - Ларис, я тебя отвезу… - стоя на следующем светофоре, выпрашивал у неё Аркаша, - давай только заедем за одним человечком. Три года не виделись! С самого выпускного. Дружок мой школьный. Задрот, конечно, он и в школе учился на отлично, я у него списывал физику и химию. Учится в академии, специальность свою обожает. Друзей у него тут нет, кроме меня… Надо же повидаться. На самом деле Аркаша хотел сэкономить на бензине и щегольнуть перед давним приятелем девушкой - красоткой. Лариса пожала плечами – ей всё равно. - Только недолго, - попросила она, решив, пусть лучше с приятелем Аркаша проведёт этот вечер, чем с какой-нибудь девицей.

Лучший папа на свете_1 Лариса сидела в машине Аркадия, сначала пролистывала бесконечные клипы в телефоне, поглядывая на своего молодого человека. Аркаша пообещал заскочить в магазин на минутку, ему нужно какая-то деталь для авто, но он минуты три рассматривал себя то в боковое зеркало снаружи, то в идеально чистое стекло на двери и непременно находил в себе или в своей одежде изъян, отряхивался, поправлялся, поглаживал лицо… Он всё же вошёл в магазин модный, мажористый, хотя, по сути, из самой обыкновенной семьи, но он так старался поддерживать свой имидж, много фотографировался изображая брутального мачо, без ретуши не выкладывал ни одно фото, дотошно следил за своим внешним видом. Ларисе казалось, больше, чем любая девушка за собой. Он был красавчиком! И, если она вдруг начнёт изображать из себя, решит с ним расстаться, а она часто вот так сидела в его машине и скучала, наблюдая, как сейчас, как её парень рисуется перед знакомыми и друзьями, которых встречал на каждом углу в городе. Аркаша долго не будет ходить свободным, его соцсети засыпаны сообщениями и влюблёнными картинками от поклонниц. Лариса продолжала терпеливо наблюдать, как Аркадий беседует с кем-то у входа в автомагазин, намерено демонстрируя свою физическую форму, поправляя рукава футболки, как будо они тесны ему и давят на мускулы. Аркаша нежно улыбнулся ей и кивнул, его собеседник буквально оторопел, увидев красотку в машине приятеля. Многие знали, насколько велика разница между тем, как держит себя Аркадий и тем, кто он есть. Машина у него отечественная, далеко не новая, но прокачанная, нашпигованная музыкой и светом, разными накладками, наклейками и прочим. Он платит за неё кредит и ему приходится подрабатывать курьером или таксистом. Он учится в институте, но появляется там раз в месяц, а то и реже. Глуп, простоват, как деревенщина, но из кожи вон лезет, пытаясь доказать как он крут. Аркаша нарцисс и павлин, обожающий себя, девушка ему нужна только для поддержания статуса - главного красавчика в городе. Именно такая, как Лариса! Высокая, длинноногая, дорого и со вкусом одетая, длинноволосая, не важно блондинка или брюнетка – она должна фотогенично смотреться рядом с ним. Своей спутницей Аркаша козырял перед любым не хуже, чем мускулами на теле. Ларисе Аркаша вроде понравился при первой встрече в кафе, много шутил, искренне смеялся, обхаживал её весь вечер, единственный вечер, а потом он стал таким, как сейчас. Наверное, он и забыл, что она ждёт его в машине.

Лучший папа на свете_1 Лариса сидела в машине Аркадия, сначала пролистывала бесконечные клипы в телефоне, поглядывая на своего молодого человека. Аркаша пообещал заскочить в магазин на минутку, ему нужно какая-то деталь для авто, но он минуты три рассматривал себя то в боковое зеркало снаружи, то в идеально чистое стекло на двери и непременно находил в себе или в своей одежде изъян, отряхивался, поправлялся, поглаживал лицо… Он всё же вошёл в магазин модный, мажористый, хотя, по сути, из самой обыкновенной семьи, но он так старался поддерживать свой имидж, много фотографировался изображая брутального мачо, без ретуши не выкладывал ни одно фото, дотошно следил за своим внешним видом. Ларисе казалось, больше, чем любая девушка за собой. Он был красавчиком! И, если она вдруг начнёт изображать из себя, решит с ним расстаться, а она часто вот так сидела в его машине и скучала, наблюдая, как сейчас, как её парень рисуется перед знакомыми и друзьями, которых встречал на каждом углу в городе. Аркаша долго не будет ходить свободным, его соцсети засыпаны сообщениями и влюблёнными картинками от поклонниц. Лариса продолжала терпеливо наблюдать, как Аркадий беседует с кем-то у входа в автомагазин, намерено демонстрируя свою физическую форму, поправляя рукава футболки, как будо они тесны ему и давят на мускулы. Аркаша нарцисс и павлин, обожающий себя, девушка ему нужна только для поддержания статуса - главного красавчика в городе. Именно такая, как Лариса! Высокая, длинноногая, дорого и со вкусом одетая, длинноволосая, не важно блондинка или брюнетка – она должна фотогенично смотреться рядом с ним. Своей спутницей Аркаша козырял перед любым не хуже, чем мускулами на теле. Ларисе Аркаша вроде понравился при первой встрече в кафе, много шутил, искренне смеялся, обхаживал её весь вечер, единственный вечер, а потом он стал таким, как сейчас. Наверное, он и забыл, что она ждёт его в машине. - Аркаш, мы едем? - не выдержав выглянула она в открытое окно. Аркаша нежно улыбнулся ей и кивнул, его собеседник буквально оторопел, увидев красотку в машине приятеля. Многие знали, насколько велика разница между тем, как держит себя Аркадий и тем, кто он есть. Машина у него отечественная, далеко не новая, но прокачанная, нашпигованная музыкой и светом, разными накладками, наклейками и прочим. Он платит за неё кредит и ему приходится подрабатывать курьером или таксистом. Он учится в институте, но появляется там раз в месяц, а то и реже. Глуп, простоват, как деревенщина, но из кожи вон лезет, пытаясь доказать как он крут. Он сел в машину, даже не извинился за то, что так долго болтал на улице. - Я у него тюнинговал свою малышку, - специально подгазовывая, он выезжал со стоянки, чтобы все видели, какая «прокачанная у него тачка». - Понятно, - зевнув, ответила Лариса, - отвези меня домой. - А как же… - Аркаша положил руку на бедро девушки. Лариса была в коротком летнем платье, смуглая кожа так и сияла в свете всех фонариков и подсветок в машине. – У нас целый вечер впереди, - взглянул он на неё загадочно – кокетливо приподняв брови. - Не хочу! – Лариса капризно убрала его руку и отвернулась в окно. Сейчас опять будут наяривать круги по городу, потом остановятся на «пяточке», где собирается золотая молодёжь города. Аркаша непременно выйдет ко всем, чтобы поздороваться, обязательно с Ларисой, чтобы показать, какая девушка с ним. Потом поедут куда-нибудь за город, на гостиничный номер или квартирку посуточно у Аркаши не было денег, но он тактично не признавался в этом, предлагая своей девушке прокатиться то в одно «самое красивое место в городе», то в другое.

У вас уже есть книга. Просто пока она существует только в вашей голове. Может быть, вы давно носите в себе историю. Или уже написали десятки страниц, которые никто не видел. А может, годами откладываете мысль: «Когда-нибудь я сяду и напишу книгу». Правда в том, что большинство книг так и остаются идеями. На бесплатном вебинаре Ирина Гусинская, зам. главного редактора одного из крупнейших издательств с 20-летним опытом (150+ изданных книг, 250+ авторов в портфолио)  расскажет, как превратить замысел в реальную книгу - без мучительного ожидания вдохновения и бесконечных откладываний. Возможно, именно сейчас пора сделать первый шаг - https://clck.ru/3V82aB

- Дианочка, поди сюда, - подозвала её бабушка Галя при всех, не было только родителей Андрея, его отец жарил мясо на мангале, а мама отправилась в дом, чтобы принести холодных напитков из холодильника, - Алиса попросила помочь, она слишком устала от такого количества гостей. – Деточка, я каждый год обещала… - бабушка Галя торжественно рассказала при всех, как хотела дарить девочке одну и ту же сумму, а на совершеннолетие подарить машину или квартиру, они ещё не решили что именно. Но в этом году… и тёща, взглянув на зятя, достала деньги из кошелька и положила на стол перед девочкой, назвав точную сумму: 4375 рублей. Алиса посмотрела на мужа, он на неё, тесть вообще отвернулся, видя происходящее. - Нам пришлось оплатить такси 625 рублей, потому что твой папа отказался сегодня ехать за нами. Так что извини, в этом году так, - погладив румяную Диану по щеке, сказала бабушка. - Мама! - опешила даже Алиса. - Пусть ребёнок знает счёт деньгам, - привстала бабушка, - лучше деньгам, чем безделушкам, о которых забудет через пару лет и не вспомнит. Неловко было всем, одна Елизавета Ивановна не поняла в чём конфуз, когда вернулась с напитками, все какие-то озабоченные, Галина с торжествующим видом сидела поодаль и смотрела в сторону. Алиса с Андреем поссорились после праздника. Жена утверждала, что, если бы не он… этой неприятной истории даже не случилось бы. Надо было просто поехать и забрать её родителей! Андрей узнал от отца, что все эти годы их просто не звали, они и не знали, где проходили праздники, а мама не хотела, чтобы он ссорился с женой. Она ведь знает его вспыльчивый характер. - Знает и всё равно поссорила нас! – не могла успокоиться Алиса, считая, что Андрей сам виноват в неприятной ситуации на празднике. На что Андрей постановил: - Значит, никаких больше сборищ! Кто хочет и так приезжает, поздравляет, водителя за ними посылать не надо. С этого дня семейные праздники отмечали дома. Андрей звал своих родителей, Алиса своих. Свёкры приезжали всегда, Алису это раздражало, неужели не понимают, что это детский праздник! Её родители всего два раза и то неполным составом. Но Андрею всё равно, главное, чтобы доченька была счастлива, а жена не уставала от большого количества гостей. Конец. Благодарю за внимание.

На трёхлетие внучки Галина Викторовна заблаговременно подняла вопрос о праздновании её дня рождения, похоже, ей запомнился прошлый детский праздник. - Мама звонила, - Алиса сразу решила рассказать всё мужу, - предложила не устраивать ничего такого в этом году, собраться у неё или на базе отдыха. Собрать только своих. - Тогда я позвоню ей, пусть договаривается, - сказала Алиса и на следующий день созвонилась с мамой. Галина Викторовна весьма спокойно отреагировала на решение детей и скромно похвалила зятя, но договариваться ни о чём не собиралась – они родители – пусть занимаются. Она дала дочери несколько телефонов, указав на те базы, где они с мужем бывали и точно знают, что там очень хорошо, вплоть до того, что официанты будут обслуживать праздник и т.д. - Нам такого не надо, - весело ответила Алиса, - Андрей жарит самые вкусные шашлыки, и, если будут только свои, то я вполне справлюсь сама с покупками, украшу место проведения. - Это лишнее! – строго заметила мама. - Мам, это же детский день рождения. Галина Викторовна вроде бы не вмешивалась, только напомнила дочери, из-за чего она была так расстроена в прошлом году после праздника. - Их можно пригласить и позже, чтобы поздравили внучку. Алиса сначала не соглашалась с мамой, но потом сочла очень даже логичным они же не устраивают праздник - семейный вечер, и всё. Свёкров не обязательно приглашать. Мужу решила не говорить, наверняка он будет против. Потом Алиса скажет, сделав испуганные глаза, что совсем забыла в этой суматохе пригласить маму с папой. Посидят спокойно впятером: Алиса, её сестра с племянником, Андрей, Диана, мама и папа. Хватило Алисе, что в прошлом году на двухлетие единственной! Единственной внучки (неоднократно подчёркивала Алиса) родители Андрея подарили Диане дешёвую куклу ( по меркам самой Алисы и её мамы) и больше ничего. Даже посторонние люди – друзья семьи подарили и деньги, и игрушки. Но Алиса не забыла несколько раз напомнить мужу перед днём, когда родные должны были собраться тесным кружком, чтобы он забрал её родителей и привёз на базу. - Они не могут на своей машине приехать? - Папа хотел выпить, а мама не водит, ты же знаешь. - Знаю, - со вздохом ответил Андрей, - я бы спокойно к приезду гостей пожарил мясо, а так – на бегу, в спешке. - Не переживай, я тебе помогу. Все поймут, свои ведь. Андрей сделал, как просила жена: сначала их с дочкой и сумками продуктов отвёз в красивое место за городом, потом вернулся в город за тестем и тёщей, оба садились в машину не спеша, как будто вызвали такси с особым тарифом. Галина Викторовна замешкалась перед дверью, ожидая, что зять ей откроет, но он не собирался, и ей пришлось самой открыть дверь и сесть в машину, т.к. муж тоже уселся впереди и завёл беседу с зятем. В разгар праздника, когда Андрей пожарил мясо ему снова пришлось поехать в город. Алиса забыла рюкзачок Дианы, а там кепка, запасные вещички, ребёнок сразу испачкался на природе и требовалось переодеть девочку. Андрей вдруг вспомнил, что его родителей нет. - Ах, - всплеснула руками Алиса и тут же прикрыла одной рукой глаза, - у меня вылетело из головы! Я совсем забыла. - Что такое? – спросила Галина Викторовна. - Я забыла им позвонить и сказать, куда ехать. Андрей, возмущённо глядя на жену, набирал своим. - Да ладно, Андрюш! – уверяла его мама. – Заедем завтра, ничего страшного. Сегодня мы уже не сможем приехать - на даче… Алиса уже стояла рядом с мужем, желая загладить вину, хотела сама поговорить с его родителями, если честно, она боялась, что свекровь скажет Андрею, что их вообще не приглашали. Свекровь ничего не сказала из тактичности или не желая ссорить детей, просто пообещала заехать завтра и поздравить внучку. - Боже мой! – взволнованно, как бы между собой, чтобы гости не слышали, высказывала Алиса мужу. – Дача для них важнее единственной внучки. Андрей промолчал, но неприятный осадочек остался и лёгкая обида на своих. Зато дочурка, главное, жена и тёща были довольны весь праздник. Алиса несколько раз отметила сумму, которую подарила бабушка Диане, на три годика это солидная сумма. И снова Андрею было не приятно слышать, что тёща с тестем настолько щедры, а его родители даже не приехали. Жена вроде не об этом щебетала, а ему не по себе. Его родители приехали, как обещали, привезли подарки внучки – много подарков! Но никаких денег, - заметила потом Алиса, как бы невзначай. И снова свекры промолчали, что их никуда не звали, они ничего не знали и мероприятии за городом, они думали, раз их не зовут, значит, никаких празднеств не будет. Алиса извинилась, что не написала им, куда именно ехать. На следующий год всё повторилось, как по сценарию. Забирать тёщу и тестю снова пришлось Андрею, а потом скакать у мангала, пока тесный семейный кружок любезно общался за столом. Его родителей не было, Алисе даже не пришлось притворяться. - В том году для них дача была важнее единственной внучки, в этом году я даже звать никого не стала. При этом Андрей смотрел на её сестру за столом, зятя, тёщу и тестя, подругу Алисы, она пригласила её, потому что Диана дружила в садике с её дочкой. Все праздновали, веселились, дети резвились под открытым небом на газоне и на площадке. Андрей крутил шампура на углях и всё ждал в помощь хотя бы зятя, хотя бы морально поддержать. Но Алиса сразу остановила мужа сестры, когда он направился с двумя полными рюмками к Андрею. - Андрей сегодня не пьёт, ему маму с папой везти домой. Андрею остался не совсем доволен, второй праздник так! Но это детский день рождения, и он снова промолчал. А Алиса пришла в восторг после праздника: мама снова подарила внучке 5000 рублей и сказала, будет дарить столько каждый год до её 18-летия. - А зайчика плюшевого или куклу она не хотела бы подарить внучке? Диана хотя бы играть ими может, а деньги она даже не видит, они у тебя. - Я их не трачу! Подрастёт, а у неё кругленькая сумма, на что захочет на то и потратит. Андрей махнул рукой, но сказал, что на 5-летие дочери он не будет извозчиком и мангальщиком, он тоже хотел бы и выпить, поболтать за столом с родными, побаловаться с дочерью. Своих родителей он позовёт сам, чтобы они точно были. Алиса пообещала: так и будет. Но на следующий год на знакомой базе отдыха отмечали её день рождение, и Андрей не мог отказать жене забрать и отвезти её родных, на этот раз и сестру с зятем и их ребёнком. Снова он стоял у мангала, пока другие веселились и танцевали, потому что Алиса обожала мясо, приготовленное им, к тому же это сэкономило приличную сумму семье. Его родители приехали, подарили невестке деньги и цветы, Алиса улыбалась, благодарила за поздравления, обнимая свёкров, а после высказала мужу: - Мои на день рождение Дианы больше дарят, чем твои мне 25-летие! Детский праздник отметили в этом году дома с аниматорами и огромным количеством детей. Дом напоминал группу в детском саду, взрослых было мало – никаких бабушек и дедушек, Диана сама захотела, чтобы было как у принцессы и много её девочек и мальчиков из садика. На шестилетие дочери всё повторилось и снова родителей Андрея не было. На семилетие Дианы Андрей не выдержал и сказал, что поедет за своими родителями, а Галина Викторовна с мужем пусть добираются на такси или со старшей дочерью. И вообще, он тоже хотел бы отдыхать и праздновать как все! Видеть, как веселится и резвится его дочурка – завтрашняя первоклашка. Алиса вроде бы не обиделась, но со свёкрами вела себя холодно, встретив, подошла к мужу и шепнула на ушко: - Опять игрушки привезли? Дианочке в этом году в школу, а они ей пупсов китайских покупают. Бабушка Лиза подарила внучке великолепную фарфоровую куклу. Диана весь день ходила и показывала детям, маме, бабушкам и дедушкам. Это был тот самый подарок, о котором она мечтала. Бабушка Лиза или угадала, или была очень внимательная, разговаривая с внучкой по телефону, или в редкие визиты к детям. Галина Викторовна в это раз вручила внучке подарок, который обещала дарить ей каждый год до её 18-летия – пусть сама распорядиться деньгами и купит себе вторую фарфоровую куклу или даже две.

Позже и тёща высказала Андрею некую досаду, что день рождение внучки прошёл не так, как должен был. На вопрос, что же им было не так с тестем, Галина Викторовна уклончиво ответила: некоторые гости «пришли только пожрать на халяву». Андрей остался несколько шокирован резким высказыванием тёщи, она ведь женщина интеллигентная, с несколькими образованиями, на солидной должности, он никогда не слышал от неё ничего подобного. Уточнять кого она имела в виду не стал, ему главное, что Диана осталась довольна, её мама не устала от подготовки и гостей, а тёща… Она человек другой закалки, другого поколения, может, ей что-то показалось, она вообще была против сборища, утверждала, что Дианочка ещё маленькая, она даже не вспомнит об этом дне. Но молодые сделали по-своему.

Семейная арифметика - В этом году Дианочке 2 годика, я кое-что придумала… Алиса делилась с мужем соображениями насчёт детского праздника: дома, в кругу самых близких родственников, друзей и их детей. Будет организована фотозона, угощения, торт; для взрослых свой стол. Аниматора решили не заказывать, слишком маленькая Диана, может испугаться, - решил Андрей, Алиса согласилась с ним. Они всегда быстро находили компромиссы и принимали общие решения, советовались друг с другом. Алиса уложилась в запланированный бюджет, все, кто приехал поздравить их доченьку, остались довольны праздником, хвалили молодую хозяйку за блюда на столах, за то, что дети всё время были заняты и прекрасно провели время. День рождения удался, - думал Андрей, провожая последних гостей – своих родителей, одна Алиса была чем-то недовольна, озадачена этим вечером и на следующий день. Андрей пытался выяснить, может, кто-то из гостей или их дети что-то разбили или сказали, может, Диану обидели? Алиса отвечало: всё прошло замечательно, - утверждала она с томительной тоскою в глазах. Андрей больше не доставал жену, скорее всего, она грустила, что так мимолётно время и Дианочке пошёл третий год, а ему без разницы! Лишь бы здоровы и счастливы были его любимые и родные.

Лену он послал туда, откуда она приехала - хотелось бы подальше. Если она всё же родит, он обязательно сделает экспертизу перед тем, как начать платить алименты. Жене он во всём признался, сказав, что без этого… полковник бы и пальцем не пошевелил ради их сына. Только через Лену, он перечислил, о чём просил любовницу, а потом полковник вызывал его к себе, отдавал распоряжения или передавал направления. Это всё через Лену! Никита верил в то, что говорит. Взамен он должен был… И она не зря здесь появилась, она искала его, она помешанная. Ира слушала мужа снова подавляя в себе это и другие чувства: обиду, боль, разочарование, страшную пустоту, как будто её душу разграбили, а потом растоптали, но она оглядывалась на сына, снова смотрела на мужа - они оба виноваты во всём, что с ними произошло. Ира снова уехала, на этот раз на полгода. Сначала на очередное Лёшино стационарное лечение в клинику, где работал тот самый врач, которого рекомендовал полковник, потом к родственникам, от них в ребцентр, и надо было тоже решаться на что-то. Никита не призывал ни к чему, звонил, по возможности приезжал к ним. Лёшка делал колоссальные успехи! Каждый раз отец видел перед собой своего героя всё крепче и крепче, смеющегося. Речь его стала быстрее, предложения совсем понятны даже по телефону. Папа теперь служил от них далеко, не на предприятии, а в гарнизоне - это не прихоть его бывшей, а направление штаба. Никита только рад, что подальше от города, где с ними случилось всё это. Он надеялся, жена и сын приедут потом к нему, но решать только Ире. Пока она выбрала сына, ему скоро в школу, и она мечтает, молится, делает всё возможное и невозможное, чтобы Лёша ходил в школу, общался со сверстниками, но пока его друзья доктора, тренеры, дети с такими же проблемами, как у него или другими. Лена родила мальчика в статусе «замужем», поэтому никаких заявлений на службу Никите не поступало о назначении ему алиментов. Она долго писала, звонила ему и его жене, а потом номера перестали отвечать – Ира первой сменила номер. Никита по прибытии на новое место службы. Лена осталась в городе, куда приехала и нашла за бывшим одна, без мужа, друзей, родственников. Максим не появился после отъезда ни разу. С женой не общается, развод не даёт – сама захотела быть женой полковника. Вся её пылкая любовь, сильная, когда-то пугающая, ломающая жизнь другим направлена теперь на любимого сына. Она получила новый объект обожания. Её малыш здоров и быстро растёт, как и положено детям. Максим Максимович связывался с Ириной дважды, интересовался: помогли ли его связи, насколько ребёнку стало легче? Ответы его радовали, как могли бы порадовать крёстного отца. О Никите не спрашивал, возможно, знал, где он теперь служит, но, скорее всего, ему без разницы. Прошло два года. - Алло, когда у вас поезд? - с нескрываемым волнением в голосе спросил Никита у Ирины. - В 16-40. - Ага! Через три дня я буду вас встречать на вокзале в М. - Да. Коляску мы отправили транспортной компанией, Лёша больше на костылях передвигается, но я не решилась её оставить, вдруг понадобится. - Не понадобится! – уверенно отвечал Никита. – Мы с Лёхой ещё марш-броски будем делать. Главное, вы едете. - Едем. Только мне страшно, специальной школы там нет… - Ему и не надо! Алексей сам мне говорил. - Над ним будут смеяться. - Пусть только попробуют! - И что ты сделаешь? Это же дети. - Он сам может за себя постоять без кулаков. Ирина согласилась с мужем, волновалась она не меньше него, не из-за долгой дороги за эти годы они с сыном в стольких городах побывали и самолётами, и поездами, мальчик вырос в переездах. Ире страшно начинать сначала. Всё сначала! Новое место, новые люди, Никита… они ведь тоже не жили как муж и жена почти 3 года. Звонки, редкие его приезды, переписки, но он не забывал о них, он ждал, как его всегда ждали из командировок, со службы, так и он терпеливо ждал, когда Ира простит. Ирина приехала к мужу из лета в зиму. На вокзале их с Лёшей встретил не только папа, но и сухой, трескучий мороз. На машине со знакомым Никита забрал и повёз своих в гарнизонный городок, который был меньше их первого в несколько раз. Квартира, их вторая «собственная» квартира была чуть больше первой, но с таким старым ремонтом, Ира не удержалась и скривилась, осмотрев её впервые, но быстро освоилась. - Для себя мне же ничего не надо было, я всё время на службе. Обставишь здесь всё, как захочешь, - пожимал он плечами. – Мебельного тут нет только в городе. Когда скажешь, тогда и поедем… И поехали. Алексею нужен посменный стол, шкаф, полки для книг; на кухню стол побольше. Муж и жена вошли в мебельный с вывеской из 00-вых, мебель, похоже, тоже тех времён, но Ира не привередничала, квартира ведь служебная, с собой по следующему месту службы мужа весь скарб не увезёшь. Они выбрали, оставалось оплатить товар и доставку. У стойки за кассой пришлось немного подождать. Муж и жена обсуждали, что -куда поставят, когда мебель привезут, оба не заметили, как подошла сотрудница. - Добрый день, - они синхронно повернули головы на голос, он был так похож на голос Лены. И девушка очень похожа, тоже блондинка, только выше и намного худее Лены. Муж и жена переглянулись, оба ведь подумали об одном и том же. На обратном пути в городок Ира сказала: - Три года я не вспоминала о твоей бывшей, не думала даже, а тут аж сердце сжалось. Наверное, ещё не время и мы поторопились? - Прошлое не вернётся, обещаю. У нас есть Лёшка, не ради него мы должны хотя попробовать сначала? Я готов на всю жизнь, а ты? Ирина вздохнула, слишком тяжёлые их семье выпали испытания в самом начале. Она протянула ему руку и прижалась к нему покрепче. Что тут пробовать? Надо жить дальше. Конец, благодарю за внимание.

- Короче, Никит, Ира всё равно с тобой не останется, когда узнает правду о нас, так что давай сам. Она останется с сыном, а тебя с новым званием переведут, лучшего места не обещаю, думаю, Максим выполнит мою последнюю просьбу, мы уедем отсюда и Ирине твоей будет не так больно нас видеть, хотя, когда ей, она всё время занимается сыном-инвалидом. - Закрой рот! - Слушай, это не я, это она его таким сделала, а у нас с тобой будет здоровый ребёнок. И я… я ещё жена полковника и могу кое-куда написать о твоём непристойном поведении. Что я тебя уговариваю? – злилась Лена. - Только тебе выбирать одному ребёнку платить алименты или двоим. Зачем тебе больной? Когда будет здоровый. Ира натворила, пусть расхлёбывает. - Ира? – глухо процедил Никита, сердце его бешено билось в груди, кулаки, словно сведённые судорогой, налитые силой, лежали плотно прижаты к коленям, он прижимал их сильнее и сильнее, чтобы не вцепиться в Лену или не ударить. Она несколько минут объясняла ему, чем грозит ему отказ, ведь её муж пока не знает, от кого залетела жена, а если всё же узнает? Обо всём узнает! Приедет и голову свернёт молодому капитану, которому столько помогал. А так будет продолжать помогать, пока Ира не поставит на ноги Алёшу. Как же всё удачно сложилось, - подчёркивала Лена. Ира сама разрушила свою семью и угробила сына. Лена говорила о ней, а Никита зубами скрежетал, не в силах ничего сделать. Лена вернула его к подъезду и не прощаясь, дождалась, когда он выйдет из машины, и не взглянув на него на прощание, уехала. Никита не сразу поднялся домой, бродил около часа по пустынному скверу за соседним домом, обдумывал, как же ему поступить. 5 лет в академии, звание и должность здесь, а вдруг его и вправду назначат на пустующее пока сытое место? На другой чаше весов Ира и сын. Его первенец, обожаемый Лёшка. Никита силился, чтобы не проронить слезу, ведь в его голове воспоминания, о мальчишке, которого он не мог догнать, вбегая по скользкой горке, и тут же картинка из больницы: сын под капельницей, в бинтах и повязках на голове… Как они ездили к его родным, Алексей носился за щенком по двору, а потом щенок за ним, хватая за штанину, сын заливался от смеха, а щенок рычал на него. Как бежал его встречать по вечерам уже здесь или дожидался из командировок. А теперь? Алексей захлёбывался слюной, пытаясь выкрикнуть: папа! Когда Никита возвращался домой. А эти упражнения, занятия, которые, несомненно, причиняют сыну боль, но он терпит, он старается. И тут же перед глазами Лена со своим надменным выражением лица, или другое, когда она ползала у него в ногах, признаваясь в любви. Давно ли он слышал от Иры, что она любит его? Она поглощена только сыном. И снова в памяти: инвалидное кресло, запах лекарств в квартире, папка с медицинскими документами сына, которую Ира просматривала теперь чаще, чем ленту в телефоне. Никита даже не выбирал, он принял решение.

Будем друзьями (завершение) - А где Максимыч? Разве он не должен был вернуться ещё на прошлой неделе? – спрашивал Никита у сослуживцев, когда надоело ждать командира. - А ты не в курсе? - Чего? - Он же контуженный, с ранениями… - Это я знаю. Он в госпиталь загремел после командировки. - Кто его знает, потом, может, и отправится на койку. Он ведь дважды подавал прошение об отправке его туда, - приятель Никиты многозначительно указал за спину вверх, - где погорячее. Денег, наверное, ему тут не хватало на молодую жену, хотя с его званием и выслугами… Контуженный, одним словом! Добился-таки! - Не понял, он опять в горячую точку направлен. - Я так понял, да. Девчата в канцелярии точно знают. Сюда он однозначно не вернётся. А ты чё такой? – хлопнул его по спине летёха. – Жена-то его здесь, - и подмигнул капитану, мерзко ухмыляясь. Никита побелел от гнева, сразу вспомнил, что старше по званию и должности наглеца, отдал ему команду, но тот всё равно посмеивался, как будто что-то знал. Никита ушёл к себе в кабинет, но выходить из него, обращаться к другим, отдавать и выполнять приказы, делать общее дело ему приходилось. Посмеивались над ним и его прекрасном положении, при полковнике не решались, а теперь можно. У Никиты не то что уши, шапка на голове как будто горела, настолько неприятно было осознавать, что половина предприятия в курсе его связи с Леной – женой полковника. Как он раньше не замечал этих взглядов и усмешек над собой? Ему столько раз намекали, что он следующий «ИО», или сразу в должность на место полкана. Как будто подтверждая слухи Лена дважды встречала Никиту на стоянке у завода. Он не знал, куда ему деваться, когда она подзывала его или сама бежала за ним. Он шёл на остановку с остальными, она подъезжала и туда, просила его сесть в машину, но капитан делал вид, что не слышит и не знает её. Лене надоело бегать за ним, она дождалась Никиту у его подъезда его дома. Она стояла, облокотившись на свою машину, поглядывала на окна квартир третьего этажа, вспоминая, какие из них принадлежат его бывшему или будущему… Никита, заметив её у подъезда, трусливо прибавил шаг, чтобы поскорее войти и захлопнуть двери подъезда перед ней. Одной фразой она остановила его, когда он уже был в подъезде и дверь за ним почти закрылась. Лена с места не сдвинулась, сам прибежит. - Мне с тобой говорить или с твоей женой? Выбирай! Никита придержал дверь, повернулся и вышел к ней. Она села в свою машину, он без приказаний и лишних слов обошёл машину и тоже сел впереди. Ира наблюдала за ними из окна квартиры, стараясь не шевелиться, чтобы её не видно было за плотным тюлем. Они уехали, Ирина пошла собирать вещи. Нет, она не собиралась бежать от мужа, после увиденного, хотя ревность вспыхнула в ней с новой силой, но она давила её в себе, гасила как могла, чтобы сохранять спокойствие и не устраивать сцен позже. Если он сел к бывшей в машину, значит, так надо! А ей надо собираться в ребцентр, у них завтра поезд с Алёшей. - Что ты бегаешь от меня? – сразу перешла в наступление Лена. – Добегался! Максим уехал и знаешь куда? Никита молчал. - Я позвонила ему, сообщила, что беременна… - говоря это, Лена пристально смотрела на Никиту, тот вздрогнул. – Он не хотел детей, у него есть двое от первого брака. Со второй разошёлся, потому что она размечталась от него родить. Я беременна! – повторила она так, чтобы он понял, это обращение к нему. – Ты слышишь? Скулы на красивом, мужественном лице капитана задергались, глаза упорно смотрели прямо перед собой. - Максим не может иметь детей после последнего ранения… Никита, дыша через раз, повернулся к ней. - Мы оба это знали. Ему стрёмно было возвращаться, понимаешь? Он не сказал мне: делай что хочешь, избавься от ребёнка и прочее, но чужие ему тоже не нужны. Я буду подавать на развод, а ты? Никита побледнел. - Что ты на меня так смотришь? Это твой ребёнок. - Ну и что?

Лена вернулась в пустую квартиру, муж – офицер опять в отлучке, в последнее время, она не спрашивала, куда его направляют и насколько, получив, что хотела, Максим её больше не заботил. Любовники думали о том, кто окажется первым и расскажет старшему офицеру свою версию событий. Оба думали только о себе! продолжение следует

Лена не знала, что её муж помогает семье капитана, не знала и о той единственной короткой встречи Ирины с Максимом. Она ни разу не попросила мужа ни о чём для своего бывшего. Даже не думала! Слишком ей нравилось быть женой полковника, и город этот был уже не так скучен, постоянное нахождение мужа на службе не раздражало, работа, такая же монотонная, как и вся её жизнь до столкновения с бывшим, теперь ей нравились, и она не жаловалась Максиму. Муж её любит, она любит Никиту – одно другому не мешает. - Ир, ты сама выбрала! – крикнула Лена уходящей Ирине в спину. – Не друзья, значит, враги. С этого дня у Никиты начались реальные проблемы. Даже проблемы со здоровьем сына уходили на второй план, когда он вдруг понимал, что окажется между молотом и наковальней: на службе - полковник, дома – жена. Лена начала звонить и писать в самое неподходящее время, она вызывала его вечером вниз, говоря по телефону, что уже ждёт около их подъезда. У Никиты мурашки бежали по спине, когда он украдкой выглядывал в окно и видел у подъезда серое пятно её авто. Лена вдруг заговорила о том, что кто-то из них должен набраться смелости и сказать правду. Никита молчал, и тогда она соглашалась принести себя в жертву! Первой сказать всё мужу. Это был дешёвый шантаж, но Никита вёлся на него. Лена могла позвонить ему прямо на службу (жена его не отвлекала и не беспокоила, даже сейчас, когда их ребёнок в таком состоянии), а Лена звонила, не разрешала класть трубку «она хотела слышать его голос», а Никита не мог смотреть в глаза командиру, если тот входил к нему, когда он общался с его женой. Он был на краю! Он мог лишиться всего! Звания, карьеры, полкан закроет ему все двери. Жены и сына. Ах, если бы Ира не приревновала тогда так, ничего бы не случилось с Алёшей, и не спал бы ночами, как на раскалённой сковородке молодой капитан. Когда Никите надоело трястись от любого звука, исходившего от его мобильника, надоело бежать со службы к цветочному, а не на остановку, чтобы скорее добраться домой к сыну и Ире, он решил разузнать у Лены, как же ей всё-таки удалось отхватить такого мужа. - Да он влюбился в меня без памяти! – веря в то, что говорит, горячо объяснялась Лена. – Ты бросил меня, а я приходила к КПП, всё ждала чего-то. Не всегда, но ноги сами меня несли туда, как будто других мест не было для прогулок и ожидания. Я сошлась с майором, он так интересовался, кого же я постоянно жду и не дожидаюсь? Потом, когда мы стали видеться… - Вы были любовниками? Он же безукоризненный семьянин, - не верил ей Никита. - Ага, и ты тоже! Пару раз встретились, - врала Лена, - позже он признался, что знал, чьей я была девушкой, но не знал, что у нас не вышло. Очень сожалея мне, он и познакомил меня с Максимом. Сказал, если я буду умной девочкой, через него смогу навредить твоей карьере, а он не может. - Так ты действительно мечтала отомстить? - Сначала да, но потом, когда Максим окружил меня самой настоящей любовью… Лена переигрывала, как самая плохая актриса, описывая их невероятную любовь с Максимом. Не вязалось у Никиты, то, что говорила Лена с образом мужика в погонах, который не так давно был назначен у них врио, а теперь, кажется, остаётся на предприятии не потому, что выслужился пред кем-то или поднял показатели, его надо было где-то посадить на тихом местечке, чтобы никому не мешал. Никита осмелел, он всё равно всё потеряет, он спросил командира, как тот получил назначение именно сюда, у него ведь даже образования профильного нет. - По заслугам! – усмехнулся Максим Максимович. – Меня должны были направить в Сибирь, но Лена хотела именно сюда. Мы ещё не расписаны были, а она хотела только сюда! Очень просила, чтобы я добился направления именно сюда, она не мечтала о других подарках. - Вы не знали, что мы с ней… были… - Вначале – нет, она призналась, когда мы вас случайно встретили. Она тоже не знала, что вы тут. Никита больше не верил в сказку. Он стал проверять дальше. Личная жизнь его бывшей запестрила, когда они расстались, и все её мужчины были либо курсанты, либо офицеры их академии. Похоже, тут она не врала, - думал Никита, после разговора по телефону с одним из своих бывших однокашников. Не поленился Никита заехать и ведомственный детский сад, под предлогом узнать, когда можно будет сына снова определить к ним. В конце разговора вспомнил про свою знакомую… - Елена Владимировна! Она ведь работает у вас медсестрой? - Работает... – раздувая ноздри, смотрела на него женщина с короткой пышной причёской. – Вам она кто? - Мы знакомы очень давно, и тут я внезапно узнал… - Мы тоже в своё время внезапно получили указание. У нас и единицы этой давно нет в штате. Приезжала медработник из санчасти по вызову или планово – этого было достаточно. Но потом позвонили, попросили, а потом второй раз, сами знаете кто… - загадочно собирала губы трубочкой заведующая. – И штатную единицу вернули. Эта девушка не с улицы к нам пришла, она хотела попасть именно к нам. Встретившись с Леной в их уединённом местечке, Никита не побрезговал проверить её сумочку, пока она мылась в душе после любовных утех. В сумочке блокнот, в нём записи, подробнее любого плана наступления! Номера приказов о назначении Никиты, адрес служебной квартиры, если верить дате в блокноте, Лена знала их адрес, задолго до того, как они приехали в городок. Его служебные командировки – куда и насколько, тут без достоверной информации, только просчёт, она ждала его из каждой поездки. День рождения Алёши, любимое времяпрепровождение с папой: прогулки, катание на санях зимой. Даже место работы Иры. Лена следила за ними и ждала удобного момента или сама его подготовила? Никита ворвался к любовнице в душ с блокнотом в руках. Лена забилась в самый угол душевой кабины от первого испуга. Офицерская выдержка и наличие здравого смысла остановили его, когда он хотел вцепиться бывшей в горло и придушить её. - Да! Да! Я искала тебя, следила за тобой! Я до сих пор тебя люблю, как ты не понимаешь, - кричала на него Лена. – Я на на всё была готова… Но когда он сказал про сына, обвинил её… - Нет, нет! – ползая у него в ногах, хватая его за руки и за ноги, только бы он её не оттолкнул, Лена клялась: это не она! Она не хотела, чтобы с невинным ребёнком так вышло, Лёша ей очень нравится, она даже не против, если бы он потом… жил с ними. Никита готов был голову свою раздавить руками, какой бред он слышит от Лены. Жена была права! А он не верил. Как можно в такое поверить? Даже сейчас, он ощущал себя героем дурацкого фильма. Он оттолкнул Лену, собрался уходить, торопливо одеваясь. Она поднялась с колен. - Достаточно было быть друзьями, дружить семьями - мне этого хватило! Видеть тебя, знать, что ты счастлив, наблюдать, как ты растёшь по службе, ты ведь самый умный, самый красивый. Но твоя тупая Ира сама всё испортила! Мне нужно было так мало, - показала она пальцами. – Я даже не ревновала. Но она даже сына не пожалела! Вашего сына. Не переживай, я рожу тебе здорового… - снова жалась она к Никите, и он не оттолкнул её, отбросил на постель, как ядовитую змею, которая вползла незаметно в квартиру, и ушёл. На улице ветер со снегом залепляли ему лицо и глаза, уши горели, телефон в кармане вибрировал, Никита не ощущал вибраций. Он думал, ему теперь всю жизнь ползать в ногах любимой жены, целовать ей руки, вымаливать прощение, а может, не придётся, если он снова не смалодушничает и завтра же подаст рапорт о переводе подальше отсюда! «Ты ещё пожалеешь, твой сын никогда не встанет на ноги» - написала ему Лена, наблюдая из тёплой квартиры, как он уходит по снегу через детскую площадку во дворе. Это сообщение останется непрочитанным. Но Лена не сомневалась, завтра Никита сам ей позвонит и будет умолять о встрече. Слишком много у этих двоих надежд на «завтра». Один искал себе оправдания и верил в прощение и даже поощрение, если он честно признается, он же всё делал ради сына! Вторая не нуждалась в оправдании, её любовь выше этого! Вернувшись каждый к себе домой, Никита к жене и сыну, он не признался Ире! Она делала вечерние упражнения с Лёшей, папа смотрел на них не мешая. И пусть сын пока не здоров, но видя, как отчаянно бьётся за него жена, Никита понял, Лёшка обязательно встанет на ноги, ещё и на лыжи.

- Не стесняйся, капитан, - говорил ему полковник и намекал на скорое повышение в звании. У капитана теперь не только о сыне душа и сердце болели, он был готов ради него на всё! Собственные амбиции получали удовлетворение, хотелось служить и служить под началом полковника. Он рад был чуть-чуть, что его бывшая оказалась здесь и до сих пор любит его, делая не только для него всё возможное, но и для его семь. - Ты всё такая же высокомерная! – вздохнула Лена, не дождавшись от Иры никакого ответа. Другая бы руки Лене целовала, только бы ребёнка поставить на ноги, а эта собственную гордыню никак не уймёт.

Будем друзьями_5 - Ну, что Ирочка, - обмахивая себя рукой в перчатке, дыша, быстрее обычного, Лена стояла перед ней. Сегодня Ира без сына, он с папой дома, - как там Лёша? Ира кивнула, стоя с пакетами, полными продуктов. - Ничего, восстановление будет долгим. - А могло бы быть и быстрее, - ласково улыбнулась Лена. Ирина безразлично смотрела на неё, не хотелось перед ней отчитываться, даже разговаривать. Ирина не винит бывшую своего мужа, больше не ревнует его, она наказана, сын их пострадал только по её вине, по вине собственной матери. Лена выглядела счастливой и успешной, модно одета, полнота в лице и теле сошла, от неё пахло не только дорогими духами, наглостью, глаза пылали, отражая витрину магазина, у которого она остановила Иру, запыхавшись, как будто преследовала её от самого супермаркета. Ира видела её там краем глаза, но желания окликнуть и поздороваться не возникло. - Я бы могла… ты ведь знаешь, мой муж не просто капитан! Ира кивнула: она знает. - Но ты не захотела быть друзьями, - свела бровки Ира, - но мы ведь и не враги? – она снова протягивала руку бывшей сопернице, которой проиграла. Ира, если бы и захотела, пожать ей руку, не смогла, у неё пакеты в руках. И желания отделаться хотя бы от одного, пожать руку этой... не было, она не могла себя заставить. Лена, смеясь, убрала руку в карман курточки, другой поправила причёску. - Что ж… не враги и не подруги. Другая я бы мать на всё пошла, а ты всё ревнуешь. - Я не ревную. - Уже? Или всегда? – насмешливо спрашивала Лена. – Как думаешь, Никиту надолго хватит? - Ты о чём? - Моего мужа даже на год не хватило! Это тяжкий крест – ребёнок-инвалид. Ты не знаешь, но у Максима от первого брака… - Лана, что ты хотела? – холодно спросила Ира, показывая всем своим видом, она не хочет её слушать, ей надо домой к мужу и сыну. - Помочь, - Лена потянулась к одному из пакетов Иры, та сделала шаг назад, не давая ей коснуться ни себя, ни котомок с покупками. - Никита ведь такой… лишнего не спросит, для себя не потребует. Я его хорошо знаю! - она искоса взглянула на Иру, - шесть лет вместе, это больше, чем в браке. Скажи что нужно: лекарства, коляска специальная, тренажёры. Лёша теперь ведь на всю жизнь... Ира вспыхнула, губы её задрожали. Лена сделала самое невинное выражение лица, но глаза смеялись. Ещё недавно она шептала о своём могуществе на ушко Никите, проводя с ним вечера и выходные. Она обещала ему горы свернуть ради его сына, через мужа она это сможет. Главное, бывший должен быть с ней понежнее! Не вести себя так, будто знать не хочет. И Никита был ласков с бывшей. Он врал дома о коротких служебных командировках, он был не просто под влиянием Лены, он был у неё под каблуком, под тяжёлым, давящим каблуком. Он считал, что все блага, которые находит для его сына Максим Максимович, а он регулярно вызывал к себе капитана, интересовался здоровьем мальчика. Благодаря ему Никита уже побывал в реабилитационном центре, через три месяца снова ехать. Весной семья получит направление к морю: капитан в служебную командировку на месяц, жена и сын путёвку в санаторий. Про специалиста из Москвы упомянул, дал контакты, обещал, что их примут быстрее, если Никита назовёт фамилию и звание командира.

- Как дела? – по телефону спрашивал его Лена, как будто зная, что его жены и сына нет в городе. Никита с преданной благодарностью в голосе выложил всё, что произошло после её звонка. - Максим может очень много, если захочет, - подтвердила его догадки Лена. - Он будет жить, это главное! – бравировал отец мальчика. - Не совсем. Открытая черепно-мозговая… головной мозг мог быть повреждён. Очень бы хотелось, чтобы твой сын остался нормальным после такой травмы. Никита чуть не заревел в трубку, он скрежетал зубами и твердил, что Лёшка останется нормальным. Лена во всём соглашалась и предложила встретиться, чтобы рассказать, как ещё может помочь ему в дальнейшем. И Лена снова поможет. Жена в области, которую неделю, Никита ездил к ним дважды, но в основном проводил время у себя в городке и на службе. Максим Максимович делал вид, что ничего для него не сделал. Приказом отменил плановую командировку капитана, намекнув, что сейчас, он должен быть ближе к родным. Никита виделся с Леной регулярно, чтобы их не видели вместе, она ждала его у того самого цветочного, каждый вечер. И дожидалась. Он садился в её машину, и двое уезжали в неизвестном направлении. Позже она возвращала его на автобусную остановку у городка, безлюдную из-за позднего времени. Его жены не было, её муж либо на службе, либо бесцельно валяется дома перед телевизором, ему безразлично, во сколько приезжает его молодая жена. Только бы не будила, возвращаясь. Лена не будила. По утрам заботливо готовила завтрак, говорила, что была с подружками в кафе и хотела бы побывать там с Максимом когда-нибудь. Одна мысль об этом утомляла полковника, он разрешал жене ещё раз сходить куда-нибудь с подругами. Лена отвечала на его грубые ласки, как обычно, как положено жене, готовила, несла всякую чушь о работе, о мнимых подружках, с которыми видится, но, наверное, пора бы и прекратить столь близкое общение, если Максим будет против. Муж был не против, только бы его никуда не тащили. Полгода Алексей находился на лечении, перенёс несколько операций, теперь предстояло долгое восстановление. Они вернулись домой. Никита знал, что его сын не сразу сможет ходить, многого ему ещё нельзя. Из здорового, бойкого, живого, как сама жизнь ребёнка Алексей превратился в существо, которое без помощи мамы двух ложек с едой не мог донести до рта – руки не слушались, пальцы на ногах едва шевелились, деформированный череп только-только покрыло колючая поросль волосиков. Никита не хотел признавать, Ира свыклась сразу – их сын-инвалид. Но она не сдавалась, она готова бороться дальше. Она пройдёт с ним всё! откроет сбор, если понадобится через интернет, через родных, как угодно! Мама переживёт с мальчиком ещё две операции, мама будет рядом. Папа тоже, но он военный, он не может быть с ними постоянно. *** Ира гуляла с Алёшей во дворе. Он сидел в специальном кресле, удобно и правильно пристёгнут, одет как раз для такой переменчивой осенней погоды, смотрел на тучи, ждал дождя, ему так хотелось ловить языком холодные капли воды, падающие с неба. Мама всё время останавливалась и вытирала ему подбородок, просила закрывать рот, не пускать слюни, а он не пускал слюни, он просто хотел потрогать дождь. Мимо них проходили папины сослуживцы, с сожалением разглядывая мальчика, понимающе кивали его маме, некоторые спрашивали, чем могут помочь, и пытались говорить с Лёшей, кривлялись перед ним, как перед недоразвитым грудничком. Ира, неуверенно улыбаясь, говорила: он вас слышит и понимает. С головой у него всё хорошо, скоро он будет догонять ваших детей во дворе. Никто её не слушал, люди испытывали только жалость к ребёнку и его родителям, которым теперь мучится всю жизнь. - Трудно вам сейчас приходится, - обратился к ним мужчина со скамейки, когда Ира отделалась от очередных доброхотов, желающих повеселить её ребёнка, ведя себя с ним, как с дурачком. – Ни один мужчина не справится, с тем, что может сотворить женщина. Слышал, вы пережили тяжелейшие события. Он приподнял шляпу со лба, опустил воротник короткого драпового пальто. Это был Максим Максимович. - Присядьте, вашему сыну, кажется, нравится смотреть на это тоскливое небо. Ирина присела, преисполненная благодарности к этому мужчине, к которому так нехорошо отнеслась вначале. Она хотела поблагодарить его за всё, что он для них сделал, муж ей говорил. Но старший офицер признался: он ничего не делал! Она ему не поверила. - Вы почему один? Где ваша жена? - Она всё чаще и чаще отбывает к матери, ей скучно здесь одной. Она хочет детей, а я – нет. Ира хотела было спросить: почему? Мужчина опередил её с вопросом: - Почему Никита не просит направления в реабилитационные центры? Путёвки в санатории? Он должен требовать! - Вы и так столько для нас сделали. - Да не делал я ничего! Это ваша заслуга, - он подмигнул Алексею, тот улыбался дяде со шрамом над бровью. А его маме как ножом по сердцу: только её заслуга! Знал бы он, насколько она виновата, как плохо думала о его жене. – Так может только мать, - он надвинул шляпу на глаза и втянул шею. – По себе знаю. - По себе? Он кивнул, глядя в сторону. - Я добуду вам любые направления, препараты и путёвки. Мне несложно, я знаю, где… - Знаете? Он снова кивнул с усмешкой. - У моего младшего сына ДЦП, сейчас ему 12, он не хочет меня знать. Впрочем, старший тоже. В год сыну поставили диагноз, и я сбежал от них, не в силах видеть его ежедневные страдания, тщетные усилия жены. Мне казалось она она нечего уже с этим не сделает. - Он поправился? - Нет, но он ходит, учится почти на отлично для своего диагноза, пытается не быть обузой для матери. - Вы прям бросили их и сбежали? - Бросил, - подтвердил он, - предпочёл горячую точку, открытый бой, чем ежедневно видеть эту борьбу с недугом. Впоследствии я и ушёл из семьи и пустился во все отчаянные! Лена моя третья жена. Я хороший служака - это единственное моё достижение в жизни. Лена тоже сбежит, осознав наконец, я не хочу больше детей. Нет! Скажите Никите, пусть зайдёт ко мне в понедельник, к тому времени я смогу достать путёвку на воды. Моему очень помогало в своё время. - Вы всё-таки помогали своим, вы их не бросили! - оправдывала его Ира. - А как вы здесь оказались? - Я делал что должен, вот, и всё. А тут, - усмехнулся он, - я по долгу службы! Выбор был невелик, не я выбирал. Скажите Никите, пусть зайдёт… - Никите? Но его нет… вы же сами… - Хорошо. Когда зайдёт, когда получится, - Максим Максимович надвинул шляпу ещё ниже на глаза, приподнял в стойку воротник и пошёл прочь от них. Один без жены, он произвёл на Иру неизгладимое впечатление. Она решила, что они с Лёшей растревожили его старую рану не боевую, а душевную поэтому он забыл, что направил Никиту со служебным заданием в Тверь на выходные. Когда муж вернётся, она обязательно ему всё передаст. А у них с Лёшей через 2 часа бассейн, потом массаж, вечером урок с логопедом-дефектологом. Теперь это её ежедневное расписание и никаких выходных. продолжение следует

Он хотел погладить её по спине, но не мог, у него разрывалось сердце, а вдруг его сын... Лёшка! Не выживет. Эта мысль заставила вздрогнуть молодого офицера, он отпустил жену и молча отошёл, чтобы не показывать ей свою слабость, бессилие пред случившимся. Они прождали несколько часов, казалось, целую вечность. Ему звонили, ей звонили, приезжали в больницу те, кто допустил это, следователь. - Они всё сделают! С Лёшей будет всё хорошо, - твердила Ира, встретившись глазами с мужем, он продолжал молчать. - Не молчи! Умоляю, не молчи, Никита. Ругай меня, ударь, назови как хочешь, только не молчи. Он свесил голову, сидя на скамье у стены. Локти в колени, ладони в замок. Таким жалким Ира его никогда не видела. Она присела рядом, и он сказал: - Если бы садик был ведомственным... Если бы… На уши поставили бы всех! За халатность – посадили… - Это случайность. Никита сжал кулаки и стал вертеть головой в разные стороны. Ему хотелось уйти отсюда, сбежать, придушить кого-нибудь. Поехать домой, а там его встретит сынишка и жена, но Ира здесь, Лёша там… за закрытыми дверями, за десятками дверей, и даже ему не под силу прорваться туда, пробиться, узнать, что с его сыном. Врач вышел к ним спустя 6 томительных, ужасных часов ожидания. Снял маску, чепчик и произнёс: - Мы сделали всё, что смогли… Он не успел договорить, Ира едва не потеряла сознание. Муж поддержал её и посадил на скамью. - Мы связались со специалистами из области, они выехали. Возможно, придётся направить ребёнка туда, но пока транспортировка нежелательна. Ребёнок в критическом состоянии. Он перечислил, что с их мальчиком. Никита спросил о последствиях. - Пока мы боремся за его жизнь, - устало ответил доктор и ушёл, скрывшись за одной из дверей на этаже. Иногда входили и выходили другие мужчины и женщины в больничной одежде, масках и перчатках, но эти двое их не видели. Ира не собиралась уходить, ей объяснили, что находиться тут бесполезно, к сыну их не пустят. Туда никого не пускают. Ира молила мужа сделать что-нибудь: позвонить командиру, в министерство обороны, пусть поднимают вертолёты, взывают лучших врачей страны, МЧС, МВД. Кого угодно! Никита ведь нерядовой сотрудник, он… он… Никита пытался ей объяснить, что теперь за жизнь их ребёнка будут бороться только гражданские врачи, Ира не слушала, она требовала, чтобы он спас сына. Никита оставил её в больнице, кажется, от него у Иры ещё большая истерика. Вернулся домой, ему завтра писать объяснения и рапорт, что с их ребёнком, брать увольнительный на неизвестный срок, но кто даст? Кто его отпустит? Мелькнула мысль, обратиться за помощью к Максиму Максимовичу. Но что сказать? Чего просить? Утром Никиту разбудил звонок. Он поспал всего час, может, и того меньше. "Принять" нажал, не глядя на телефон, уверенный, это Ира, в надежде, что есть хоть какие-то новости. - Алло, Никита! Алло… Он убрал трубку от уха, растирая переносицу, закрыл глаза. Он не хотел отвечать Лене. - Ты не едешь сегодня на службу? Алло, Никита? Я тут, на остановке… - Нет, - хрипло ответил он и отбил звонок. А потом всё утро мучился, собираясь на службу от головной боли мучился, от незнания, что там в больнице. Он позвонил жене, стоя в автобусе, обещал приехать к ней через пару часов, сменить её. Там без изменений. Максима Максимовича на службе не оказалось, Никита подал несколько рапортов, оставалось дождаться приказа и он может ехать. Не может. Обычные проволочки, тупые вопросы сослуживцев, сочувствие от тех, кто уже знает, как будто его сын уже на том свете. Приказ спустили только после обеда. Никита сожалел, что не удалось повидаться с командиром, ему почему-то, казалось, это мужик с пронзительным взглядом, когда говорят о детях, поможет ему. Снова звонила Лена, Никита не брал трубку, но по пути в больницу его осенило! Через неё Никита сможет поговорить с командиром, хоть сейчас. Никита перезвонил бывшей. - Да я уже в курсе! Сама хотела предложить помощь, деньги, может, что-то ещё? – сразу отчиталась Лена. - Мы толком сами не знаем, что от нас нужно, это больше всего пугает. Ира в больнице со вчерашнего дня, я еду к ней сейчас. - Давай увидимся после. - Я не знаю, когда смогу. Ире надо отдохнуть. - Как получится, набери. Максим в отъезде в Москве, но я знаю, он и оттуда может многое. Звони, как только сможешь. Никита набрал Лене из больницы. Ира пару часов назад уехала домой, у него было, наверное, столько же, жена хотела только принять душ и обещала сразу вернуться. Лена, накинув халат, шла по коридору к нему. Никита, увидев её, пошёл ей навстречу и обнял, как старого верного друга, который ему сейчас жизненно необходим. Лена не опускала его, пока не почувствовала, что его немного отпустило. Они сели. Он свесил голову, она ждала, когда он первым заговорит. - Эй! Ты чего раскис? – взяла его за воротничок Лена. – Ты нужен сыну и жене! - Я ничего не могу сделать… - Можешь! - Лена, ты ведь не специально оказалась здесь? Лен, скажи, это реальное совпадение? - Ты что? Решил меня крайней сделать? Вам с женой сейчас хреново, но легче не станет, если вы найдёте виновного. Воспитательницу и так накажут, может, даже реальный срок дадут… но какая халатность! Какая халатность! Перестань жалеть себя. - Мне его жалко! Я не знаю, что со мной будет, если Лёшка… Что с нами будет. Ире не могу в глаза смотреть. Ведь это я допустил, я позволил, только бы не ругаться. - Из-за меня? Он свесил голову. - Ладно! Алексею не помочь, распуская нюни, - она встала, достала телефон и пошла по коридору в сторону лестницы. - Ты кому? - Максиму, - ответила она, не оборачиваясь, - он точно поможет! Он всех на ноги поставит и своих, и гражданских. Лена ушла и больше к Никите не возвращалась в этот день. Но уже вечером в больнице появился кто-то из области или из министерства, всё вдруг ожило, сёстры носились туда-сюда мимо Никиты. Врачи тоже целой делегацией вошли туда, куда так хотел попасть отец ребенка, но его не пускали. Даже когда вышли, никто его не слушал, все говорили о своём, передавая документы из рук в руки. У несчастного отца теплело на сердце, что от одного звонка здесь так засуетились. Но он хотел увидеть Лёшу, хотя бы одним глазком. Ему не дали. Назначили ещё одну операцию, через два дня ещё одну, а потом, наконец долгожданный штиль, после той бури, что намутила Лена. Родителям дали возможность взглянуть на сына и предупредили, что перевезут мальчика в областную клинику, как только это станет возможным. Ира поехала с сыном. Никита остался.

Будем друзьями_4 Когда Никита приехал в больницу Ира уже могла говорить, прижав кулак к губам, не смея взглянуть на него – она виновата! Это из-за неё! Из-за её глупой ревности. Ира рассказала версию, которую заведующая детского сада, воспитатель, допустившая такое не могла лично объясниться перед родителями ребёнка. Сотрудница со стажем отвлеклась на минуту! Нет, на несколько секунд отвернулась, дети были возле неё, строились попарно, чтобы идти в группу. Лёша побежал обратно на площадку, он забыл свою игрушку на горке, торопился вбежать по лестнице, пока его не хватилась воспитательница, но она окликнула его, он обернулся. Правая ножка его ножка скользнула между перекладинами, он не удержался и всем телом скользнул между ними, сломав левую ногу и разбив голову. Дети подняли крик, воспитатель побежала к мальчику, помощница уводила остальных в группу. Дальше скорая, полиция и ещё невероятное количество людей. Мальчика без сознания с раскроенным черепом забрала скорая. Никита слушал жену в полутёмном пустом коридоре у дверей реанимации, в зал у операционной их не пустили, он не знал, как быть? Обвинять жену? Она и сама, похоже, винит себя так, что готова голову на рельсы сложить. Он подошёл и обнял Иру, но не так, как обычно, он просто должен был это сделать. Ира вздрагивала в его объятиях, уткнувшись ему в рубашку, повторяла: - Прости, прости, прости.