Читай Россию

#чточитаетпрограммныйдиректор сегодня? – Вошедшие в короткий список премии «Большая книга» «Колокольчики Достоевского. Записки сумасшедшего литературоведа» Сергея Носова (Редакция Елены Шубиной)!   Я преклоняюсь перед Достоевским. Как открыла в девятом классе, прочитав взахлеб почти все тома собрания сочинений, так и перечитываю с тех пор время от времени. И каждый раз открываю что-то новое, сегодняшнее, написанное словно для нас, потомков. Раз в пятилетку обязательно достаю с полки «Бесы», «Идиот», «Братья Карамазовы», «Записки из подполья», даже явно недооцененный «Подросток» воспринимается сегодня весьма актуально с мечтой героя «стать Ротшильдом», обрести с помощью денег власть над миром. Совсем недавно перечитала повесть «Кроткая».   Вот только «Преступление и наказание» не перечитывала очень давно. Всегда было ощущение, что хорошо помню роман. И когда в моих руках оказалась книжка Сергея Носова, я просто открыла и начала читать. Это была ошибка. Важный совет будущим читателям «Колокольчиков Достоевского» – сначала перечитайте «Преступление и наказание». Или хотя бы перелистайте, задерживаясь на тех местах, которые успели забыть. У Носова много интересных, тонких и точных наблюдений, которые составили бы честь любому профессиональному литературоведу, знатоку творчества писателя. Все эти наблюдения исходят из внимательнейшего прочтения не только самого романа, но и наиболее серьезных ученых штудий о нем. К тому же чувствуется, автор подробно изучил биографию писателя, хорошо знает все его петербургские маршруты, готов экскурсию со знанием дела провести. Знает и историю создания романа, изучил все первоначальные черновики и наброски, тщательно сравнил печатавшийся в журнале вариант с окончательным книжным. Как и его вымышленный герой, он, говоря современным сленгом, фанат знаменитого произведения. И очень вдумчивый его читатель.   Поэтому и книга Носова читается на одном дыхании. Потому что интересно. К сожалению, не могу сказать, что в восторге от придуманной писателем формы подачи, мне она кажется избыточно затейливой. Тут и дом умалишенных, где обитает наш знаток Достоевского, и слегка назойливая тема двойничества, брата-близнеца героя и – зеркально – сестры-близнеца его лечащего врача, и названия глав в конце, после их прочтения, и еще целый ряд придуманных фишек, просто чтобы занятнее было. Да оно и так занятно, честное слово, это ж не примитивная навязчивая реклама, сводящая все многоплановое нравственно-философское содержание романа к отсутствию у главного героя средств и невозможности прокредитоваться в таком прекрасном банке, как заказчик рекламы. Согласна, что Сергею Носову нужен был непривычный, затягивающий способ подачи, напиши он обычное литературоведческое эссе, ну кто бы стал его читать, за исключением разве что нескольких коллег-филологов, повернутых на Достоевском. Да и потерялось бы эссе на фоне трех солиднейших томов, только что выпущенных Институтом мировой литературы и тоже посвященных знаменитому роману. А Носову-писателю важен читатель, простой, обычный, тот, что телевизор регулярно смотрит, но и книжки еще не разучился раскрывать. Высшая награда для него – смею предположить – желание прочитать (или перечитать) после «Колокольчиков» тот гениальный роман, который у Достоевского в результате получился, получился так, что стал одним из непревзойденных мировых шедевров. Книга Носова и сама в каком-то смысле такой колокольчик, дающий важный знак, побуждающий к действию. Во всяком случае, я нужный том Достоевского с полки сняла, раскрыла, буду перечитывать, сверяясь время от времени с «записками сумасшедшего литературоведа».   А в конце неизбежная «ложка дегтя». К чести Сергея Носова, даже при столь необычной форме повествования, вкладывая свои размышления в уста человека не совсем здорового, одержимого одной идеей (в духе Достоевского опять же), он нигде не позволяет себе переступить черту, отделяющую вкус от дурновкусия, искреннего восхищения мастерством писателя от панибратского похлопывания по плечу, нигде не скатывается к дешевому хохмачеству, граничащему с глумлением. Увы, не могу того же сказать о художнике, оформлявшем книгу. Вряд ли он ее внимательно прочел, к тексту Носова рисунок на обложке никакого отношения не имеет. Зато соригинальничал в стиле постмодерна. А чего заморачиваться? Топор есть? Есть. Автор его несколько раз упоминает.  Достоевский присутствует? А как же! Книга-то о ком? Помните, как в знаменитом фильме Рязанова? «Да, и не забудьте сказать быть или не быть!» Обидно. Не за Достоевского, он там, где лихую безвкусицу в расчет не примут.  Несоизмеримо. Обидно за нас. За действительно хорошую книгу, рискующую картинкой оттолкнуть своего читателя, читателя Достоевского…   ПРИМЕЧАНИЕ. Я бы посоветовала издательству прибегнуть к спасительной бандероли (например, РОМАН ВОШЕЛ В КОРОТКИЙ СПИСОК «БОЛЬШОЙ КНИГИ»), дабы смягчить негативный эффект оформления. Напечатать и сфальцевать бумажную полоску элементарно. Сложнее обернуть вокруг книги, это ручной труд, утомительный и монотонный. Можно предложить заняться всем, кто причастен к оформлению, тираж невелик, пары дней хватит.

РОМАНС ОБ УПРЕКЕ СИДА КОРОЛЮ ДОНУ АЛЬФОНСО (СИД И КОРОЛЬ ДОН АЛЬФОНСО) На стене зубчатой в Торо Стоит девица-невеста, В платье черное одета, Горя звездою небесной. Проезжал король Алонсо, Влюбился он в ту деву: — «Коль отец ее — король, Она будет королевой, Если герцогская дочь — Сударкою будет любезной». Тут промолвил добрый Сид, Такое слово ответил: — «То, сеньор, сестрица ваша, Ваша сестра, королевна». — «Коль сестра», —сказал король, — «Пусть сожжет ее геенна! Эй, позвать моих стрелков, Пусть в нее пускают стрелы. Снесу я головы с плеч Тем, что мимо будут целить». Тут промолвил добрый Сид, Такое слово ответил: — «То же будет и тому Кто королевну застрелит». — «Вон из шатров моих, Сид, Тебе тут нечего делать». — «Охотно», — ответил Сид, — «Не новы они, а ветхи. На моих шатрах блестят Парча и шелк многоцветный, Я добыл их не играя, Не распивая в таверне, А добыл на поле брани, С копьем, с дружиною верной». 🏰Приехал долгожданный тираж двуязычного издания «Песнь о моем Сиде. Романсы о Сиде». Перевод со староиспанского Б.И. Ярхо; предисловие Н.Р. Малиновской; вступительная статья, подготовка текста, комментарии В.С. Полиловой; дизайн В.В. Гусейнова. Книга посвящается памяти Е.Ю. Гениевой. Из аннотации: В книге собраны произведения средневековой испанской словесности, объединенные фигурой Сида Кампеадора — кастильского военачальника, ставшего центральным персонажем эпических и исторических преданий Испании и ее национальным героем. Основу тома составляют переводы староиспанского героического эпоса «Песнь о моем Сиде» (ок. 1200 г.) и двадцати шести лиро-эпических романсов о Сиде (XIV–XVII вв.); их дополняют фрагменты хроник, излагающие эпизоды сказания о Сиде, избранные отрывки из поэмы XIV века «Рифмованная Хроника о Сиде» («Юность Родриго»), а также сохранившийся отрывок ученой неолатинской поэмы XI–XII века «Песнь о Кампеадоре». Все переводы, включенные в издание, были выполнены в 1933–1934 годах выдающимся отечественным медиевистом и теоретиком литературы Б.И. Ярхо (1889–1942) для издательства «Academia». Полностью подготовленная к печати книга не увидела свет, а составившие ее переводы и научный аппарат оказались рассеяны: часть материалов не была опубликована вовсе, часть выходила лишь фрагментарно и в переработанном виде. Настоящее издание впервые объединяет все переводы Ярхо, созданные для книги о Сиде, и возвращает их читателю в авторской редакции. Мы сопровождаем их подлинниками en regard. В книгу включены сопровождающие статьи, комментарии и указатель. #ПесньомоемСиде #БорисЯрхо #НатальяМалиновская #ВераПолилова #ЕкатеринаГениева #КнигаСентября

Яркая новинка от издательств «Инфинитив» и «Бослен» — книга шеф-редактора киностудии «Союзмультфильм», сценариста, журналиста, историка анимации, режиссера документальных фильмов Сергея Капкова «Смена кадров: Возрождение российской анимации». 🎥🎞 Эта книга — продолжение полюбившейся читателям серии о звездах «Союзмультфильма» и творческого объединения «ЭКРАН». Но теперь — о мастерах анимации XXI века. О тех, кто подарил нам «Смешариков», «Гору самоцветов», «Лунтика» и тех самых «Машу и Медведя». Читателю открывается «кухня» современной анимации: как рождаются герои и сюжеты, почему одни проекты становятся популярными, а другие нет, и что вообще движет теми, кто работает с анимацией. Вместе с Сергеем Капковым на эти вопросы отвечают режиссеры, художники, сценаристы — те, кто привык оставаться в тени своих героев. Их объединяет то же, что и их учителей: любовь к выбранному делу, высочайший профессионализм и верность своему почерку. #СергейКапков #современнаяроссийскаяанимация

В рубрике #чточитаетпрограммныйдиректор – книга Льва Данилкина «Палаццо Мадамы. Воображаемый музей Ирины Антоновой» (Альпина нон-фикшн). Нина Сергеевна Литвинец прочитала ее как член жюри Национальной литературной премии «Большая книга»: Сразу предупреждаю: это не легкое чтение. Больше того, внимательно прочесть всю книгу от первой страницы до завершающего списка благодарностей – это своего рода читательский подвиг. И издательство, и сам автор создали необходимые условия для такого подвига. Автор – необычной композицией, пристрастием к обширным вводным предложениям и тяжеловесным сноскам, то и дело норовящим забежать на соседнюю страницу. Издательство – трудночитаемым макетом, мелким шрифтом и еще более мелкими сносками, осилить которые без очков невозможно. А еще – редакторской толерантностью, отсутствием въедливости и упрямства, с помощью которых в ожесточенной битве с автором можно было бы сократить текст за счет проскакивающих повторов и избыточных порой деталей, тем самым доведя до желаемого совершенства. Не говорю уж о черно-белом воспроизведении шедевров, рядом с которыми весьма наглядно воспринимаются рассуждения автора о колорите, особом свете и прочей живописной атрибутике. Любознательный читатель, конечно, даст себе труд увидеть их в цвете, в век интернета даже не придется снимать с полки тяжеленный альбом, листать в поисках нужной картинки, достаточно грамотно сформулировать запрос в поисковике. Я даже подумала было, что это такой художественный прием, у автора пару раз проскальзывала мысль, что отечественные искусствоведы изучали заграничные музейные шедевры нередко по черно-белым иллюстрациям. Не соглашусь. Потому как в силу возраста помню далекие советские времена, когда во многих букинистических отделах были довольно обширные разделы альбомной продукции, в том числе на иностранных языках. Не говоря уж об уникальном букинистическом магазине иностранной книги на улице Качалова (ныне Малая Никитская), где шедевры западной полиграфии охотно принимали на комиссию по казавшимся тогда огромными ценам. И библиотеки были с солидными фондами книг по искусству – и Ленинка, и ВГБИЛ. Так что возможности познакомиться с изучаемым шедевром в цвете у отечественных искусствоведов, конечно, были, увидеть же «вживую» в музее, увы, не всегда, и это обидно, тут я с автором согласна, картину по-настоящему понять можно только в долгом визуальном контакте. Но почему все-таки подвиг? Ну раздражает тебя макет, мелкий шрифт, громоздкие сноски и черно-белые иллюстрации – отложи и забудь. Зачем читать? Мыши плакали, кололись и продолжали есть кактус. Зачем? А затем, что интересно. Затем, что, прочитав первые несколько страниц, отложить уже не получится. Затем, что по мере чтения начинаешь одобрять даже затейливую композицию автора. Он ведь писал биографию выдающейся женщины. А как можно написать биографию человека, дожившего почти до ста лет, из них семьдесят два года проработавшего на одном и том же месте, в ГМИИ им. А.С. Пушкина, где она директорствовала больше пятидесяти лет? Все важные события ее жизни связаны с музеем, значит, следует писать о музее, о живописи, но писать так, чтобы было интересно не только музейным коллегам, но и самым обычным читателям. Мне было интересно, я обычный читатель, хотя не совсем, я ведь почти ровесница, на пару поколений разве что младше. Помню все эти знаменитые выставки в Пушкинском, помню опоясывающие музей очереди, в которых приходилось стоять часами, помню изысканного Хокусая и такого непривычного, из другого мира Леже, помню Тышлера как откровение и Джоконду, которая особого впечатления в толпе не произвела, как, впрочем, и в Лувре в свое время, с ней общаться лучше один на один, пусть даже это будет просто репродукция. Помню «Золото Шлимана», тоже без особого впечатления, гораздо больше поражала биография фанатика и авантюриста, разбогатевшего в России на Крымской войне и верившего в свою Трою. Ну а уж «Москва-Париж» и «Москва-Берлин» – это были не выставки, события немыслимого культурного масштаба. И конечно, Дрезденская галерея. Непреходящая душевная травма хранительницы Антоновой, недальновидность и равнодушие Хрущева. А ведь перед «Сикстинской Мадонной» часами сидел Достоевский. Я была тогда еще мала, да и не в Москве, на выставке не была, позже уже бродила по галерее в Дрездене. И даже тогда было немного обидно. Когда возобновились в перестройку все эти разговоры о «трофейном искусстве», о реституции, о годами лгавшей всему миру мадам Антоновой, я, честно говоря, склонялась в сторону тех, кто считал, что «украденное», пусть экспроприированное, следует вернуть, это, мол, благородно и достойно. Время расставило все по местам. Сейчас вместе с Львом Данилкиным и Ириной Антоновой я уверена, что ничего возвращать не стоит, это лишь ничтожно малая компенсация за все, что пережил наш народ во время войны. Тем более, что «спасибо» все равно не скажут, благородство не оценят, разве что потрут довольно руки, как, мол, удачно мы в очередной раз развели этих русских. Да и Британский музей, Лувр что-то не торопятся возвращать по запросам некогда сомнительно приобретенное. Итак, читательский подвиг. За подвиг обычно полагается награда – либо материальная, в виде ордена или медали, либо идеальная, духовная, в виде, например памяти. Так какую же награду получит читатель этой необычной книги? Достойную. Перед ним разворачивается эпоха, далеко не простая эпоха в жизни нашей страны, сконцентрировавшаяся в судьбе одного музея и одной титанической личности, сроднившейся со своим музеем. Своей героиней автор откровенно восхищается, другие исторические персонажи и современники рисуются в доброжелательно-нейтральных тонах, без каких-либо оценок. Оценки предоставляется право давать нам. Мы получаем возможность «вспомнить все», старшее поколение побольше, младшее поменьше, сопоставить прочитанное с личным опытом, что-то переосмыслить, в чем-то лишний раз убедиться, о чем-то пообещать себе еще подумать. Поводов лишний раз подумать в книге немерено. Сегодняшний мир предстает в ней не в черно-белых тонах, как раскритикованные иллюстрации к главам, но в богатстве цветовых оттенков, как в правильной музейной экспозиции. Как в жизни. За это особое спасибо автору, а значит, и его героине. А еще за художественные альбомы, в разглядывании которых провела несколько приятных вечеров. Очень давно не брала в руки, а тут вдруг… И это тоже награда.

До 2 августа можно поддержать наше издательство в интернет-голосовании конкурса профессионального мастерства «РЕВИЗОР – 2026»: специальная номинация Агентства креативных индустрий Москвы «Московское издательство – экспортер года». В 2023-2026 гг. мы приняли участие в книжных экспозициях и программах российских национальных стендов на Международной книжной ярмарке в Нью-Дели , Ереванском международном книжном фестивале, Международной ярмарке «Номын Ертөнц» («Книжный мир») в Улан-Баторе, Будапештском международном книжном фестивале, Международной книжной выставке «Книга Душанбе», Международной книжной выставке-ярмарке в Ханое, Бакинской международной книжной выставке-ярмарке, Международной Калькуттской книжной выставке-ярмарке, Пекинской международной книжной ярмарке, Международной книжной ярмарке в Стамбуле, Казахстанской международной книжной и полиграфической выставке «По Великому Шелковому пути» в Алма-Ате, Международной книжной ярмарке Marché de la Poésie в Париже, Международной книжной выставке-ярмарке «ASTANA Eurasian Book Fair» и др. В нашем издательском портфеле книги как маститых российских литераторов (писатель-пушкинист, режиссер, Народный артист России Владимир Рецептер), так и молодых авторов, чье творчество основано на глубоком погружении в русскую и мировую литературу и культуру (драматург и режиссер Амина Жаман, поэт и переводчик Борис Ковалев). Также мы поддерживаем эксперимент – творчество российских переводчиков, неожиданно раскрывшихся в новых литературных жанрах (проза Натальи Малиновской, поэзия и мемуаристика Марины Киени-Мякинен). В 2024 году презентации сборника одноактных комедий Амины Жаман «Скрещенья судеб. Шаляпин/О'Нил. Станиславский/Чехов» прошли на международных книжных ярмарках в Баку и Стамбуле. Публичные читки пьес Амины Жаман на русском, английском, французском, турецком языках в Москве, Париже, Стамбуле, Белграде и Лос-Анджелесе вызвали широкий резонанс. В 2025 г. драматическая дилогия вышла во французском издательстве Vibration Editions на двух языках (французский, русский) – Amina Zhaman «Croisements de destins». Автор перевода – Серж Гонзалес. Билингвальное издание было представлено автором на стенде издательства Vibration Editions на 39-й Международной книжной ярмарке Marché de la Poésie в Париже в июне 2025. Готовятся к выходу итальянский (издательство Cue Press, переводчик Джованни Горла), турецкий (переводчик Мюберра Буран), греческий и китайский переводы. Главные герои обеих пьес Амины Жаман, основанных на реальных событиях, – признанные деятели искусств, внесшие огромный вклад в мировой театр. Федор Шаляпин – недосягаемая вершина для всех оперных артистов, единственный оперный певец в мире, с неизменным успехом выступавший на всех континентах, и единственный русский певец, имеющий звезду на Аллее славы в Голливуде. Юджин О’Нил – Шекспир ХХ века, отец американской драматургии и единственный американский драматург, ставший лауреатом Нобелевской премии по литературе; он получил международное признание при жизни: многочисленные постановки его пьес шли в Америке, Советском Союзе, Европе и в дальнейшем во всем мире. Все актеры мира учатся профессии по системе Константина Станиславского или технике Михаила Чехова; учитель и ученик оказали огромное влияние на развитие актерской школы как на Родине, так и за ее пределами. Все они – мировое достояние, и впервые в истории драматургии личности гениев театра раскрываются в простых предлагаемых обстоятельствах. Новые пьесы из России, написанные в дефицитном жанре комедии, универсальны и будут понятны читателям во всех странах мира.

Подведены итоги отборочного конкурса художественного перевода для участия в очном этапе международного культурно-просветительского проекта «Школа молодого переводчика Россия-Сербия 2026». В состав международного жюри вошли российские и сербские филологи, переводчики, преподаватели университетов. Заявки на участие в конкурсе подали 94 человека из России, Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговины, из них в финал прошли 29 человек. Конкурсантам были предложены для перевода рассказы «На границе степного солнца» Варвары Заборцевой и «Драма в редакции сатирического журнала „Бич“» Зорана Божовича. Имена победителей можно узнать на нашем сайте. Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов. #ШколамолодогопереводчикаРоссияСербия2026 #Фондпрезидентскихгрантов

История одной книги для меня: в ноябре 2024 сдала рассказ "Интервал" для сборника "16 поездок", в сентябре 2025 встречалась с участниками Школы молодого переводчика под руководством Угура Бюке и объясняла, чем отличаются МЦД, МЦК, БКЛ и прочие круги нашего под/наземного царства, а мне сказали "вы думаете, в Москве сложная система? приезжайте в Стамбул". В апреле 2026 мы с мужем отправились в Стамбул, где с трамвая нас ловил переводчик моего рассказа Доган Чадырджоглу, а на паром и подводную линию метро Мармарай сажал Угур — и там я поняла, почему московские транспортные рассказы пришлись турецкому так впору. И вот в июле 2026 я держу книгу в руках. Спасибо Институту перевода, школе, Угуру, Догану и Стамбулу с Москвой. Ну и дорогой РЕШ: после всех разговоров вокруг сборника я стала куда более чуткой в своих отношениях с городом.

Сегодня в рубрике «Что читает программный директор?» Нина Сергеевна Литвинец рассказывает о новом романе Сергея Шаргунова «Попович» (РЕШ): Не так уж часто бывает в наше время, чтобы книга, к чтению которой ты приступила всего лишь с доброжелательным любопытством, постепенно очаровывает тебя все больше, с каждой страницей становится интереснее и уже не отпускает до самой последней точки, несмотря на другие, более важные дела. Чаще случается, увы, наоборот. Сначала интересно, потом скучновато, потом что-то начинает раздражать, а закрывая книгу и вовсе думаешь, а зачем я все это читала.   Сегодня религия, конкретнее православие стали актуальной темой. Пишут много, со знанием дела и без, часто просто потому, что модно. Но с Шаргуновым не так. Для него это не очередной дискурс, для него это жизнь. Вырос в семье священника, очень уважаемого пастыря и церковного деятеля, в храме с детства. Начинаешь читать, потому что любопытно. Что мы знаем о повседневном бытии тех, кого привыкли видеть в православном облачении? Как растут и воспитываются их дети? Как соблюдается в семейном гнезде церковный устав? С таких простых бытовых подробностей и начинается рассказ о подростке Луке Артоболевском, поповиче, ученике 11 класса обычной московской школы. Понятно, что в семье у Луки не все просто. Обязательные посещения церкви, где у него свои обязанности: чтение «часов», помощь по ходу службы отцу, настоятелю московского храма, иногда в наказание уборка снега в церковном дворе. И масса ограничений дома, призванных уберечь от бесовских искушений внешнего мира. Отсутствие телевизора не так уж страшно в век интернета, к регулярным постам легко привыкнуть, но вот запрет на встречи со школьными друзьями, на чтение книг, преступающих границы христианства или даже противоречащих ему, строгий повседневный контроль ранят гораздо сильнее. И с чем совсем уж невозможно смириться, так это с отцовским выбором его жизненного пути в духе семейной традиции. Семинария и будущее священство не привлекают Луку, он хочет попробовать себя в литературе. Конфликт неизбежен.   А дальше начинается увлекательный «роман воспитания», повествующий о становлении личности. Родители усиливают давление, полагая, что только жесткими мерами можно противостоять дурным влияниям и склонностям. Лука давления не выдерживает, сбегает из дома, отрезая себе любую возможность возвращения. Скитаясь от Ростова-на-Дону до Забайкалья, он проходит не просто школу жизни, он учится понимать и прощать, юношеское богоборчество сменяется возвратом к заложенным с детства нравственным принципам, примирение с семьей не кажется таким уж невозможным.     И главное, проходя вместе с Лукой его непростой путь к совершеннолетию, мы верим ему. Как верим и другим героям книги. Отец Демьян, не самый праведный пастырь, наверное, исполнен такой живой, деятельной любви к людям, живущим в трудных сибирских условиях, что эта любовь перевешивает все остальное. Своя правда и у ряженого монаха Авеля, даже если исходит он из трагического заблуждения. Ненавидящий Луку как соперника грубоватый работник Саша оказывается в итоге ранимым и глубоко несчастным. И даже родной отец открывается с новой, неожиданной стороны, живой, страдающий человек, не просто безупречный духовник с набором подходящих цитат из молитвенника и Евангелия.   Сергей Шаргунов написал прекрасную, глубоко искреннюю книгу, во многом основанную на личном опыте. Книгу современную, сегодняшнюю, о людях, живущих рядом и похожих на нас, совершающих правильные и неправильные поступки, терзаемых угрызениями совести, кающихся и ошибающихся, и вновь ищущих праведный путь. Это книга о вере, ее поисках, сомнениях и новом обретении, светлая, добрая книга, которую радостно читать и грустно, что вот и закрыта последняя страница. Это чтение, что дарит радость и побуждает к размышлениям, чтение для души. Не всем «зайдет», конечно, выражаясь сегодняшним сленгом, но таких наверняка окажется меньше, чем читателей, искренне сопереживающих юному поповичу. Нина Сергеевна прочла его в рамках своей работы в жюри Национальной литературной премии «Большая книга».

Что общего у футбола и литературы? И то, и то — это истории, люди и эмоции Сегодня мир узнает имя нового чемпиона мира. Кто-то будет ликовать, а кто-то — расстроится и назовет результат несправедливым. Именно об этом — наш новый сборник «Боль и верность» (совместный проект Редакции Елены Шубиной и сообщества «Смысловая 226»). Эта книга не просто про «Динамо». Хотя его легендарная история и пронзительная современная «невезучесть» стали идеальным сюжетом. Это книга про всех нас, кто хоть раз замирал у экрана, сжимал кулаки и шептал: «Давай!», даже когда всё шло не по плану. И даже если вы далеки от футбола, вспомните: были ли у вас истории, когда все хотелось бросить, но любовь к делу пересиливала? Почему мы любим тех, кто проигрывает? Почему не уходим, даже когда полвека ждём триумфа, а его все нет? Потому что высшая форма любви к жизни и к команде — это оставаться, когда уйти проще. Мяч круглый, поле ровное, пусть победит сильнейший! Почувствовать эмоции футбола от книги

С благодарной памятью о Екатерине Юрьевне Гениевой — в год ее 80-летия выпускаем двуязычное издание «Песнь о моем Сиде. Романсы о Сиде / Cantar de mio Cid. Romances del Cid» в переводе со староиспанского Б.И. Ярхо. Предисловие — Н.Р. Малиновской; подготовка текста, вступительная статья, комментарии — В.С. Полиловой; дизайн — В.В. Гусейнова. Из аннотации: В книге собраны произведения средневековой испанской словесности, объединенные фигурой Сида Кампеадора — кастильского военачальника, ставшего центральным персонажем эпических и исторических преданий Испании и ее национальным героем. Основу тома составляют переводы староиспанского героического эпоса «Песнь о моем Сиде» (ок. 1200 г.) и двадцати шести лиро-эпических романсов о Сиде (XIV–XVII вв.); их дополняют фрагменты хроник, излагающие эпизоды сказания о Сиде, избранные отрывки из поэмы XIV века «Рифмованная Хроника о Сиде» («Юность Родриго»), а также сохранившийся отрывок ученой неолатинской поэмы XI–XII века «Песнь о Кампеадоре». Все переводы, включенные в издание, были выполнены в 1933–1934 годах выдающимся отечественным медиевистом и теоретиком литературы Б.И. Ярхо (1889–1942) для издательства «Academia». Полностью подготовленная к печати книга не увидела свет, а составившие ее переводы и научный аппарат оказались рассеяны: часть материалов не была опубликована вовсе, часть выходила лишь фрагментарно и в переработанном виде. Настоящее издание впервые объединяет все переводы Ярхо, созданные для книги о Сиде, и возвращает их читателю в авторской редакции. Мы сопровождаем их подлинниками en regard. В книгу включены сопровождающие статьи, комментарии и указатель. Она адресована ценителям испанской классической культуры, тем, кто интересуется эпическими традициями Европы и историей отечественного художественного перевода, а также всем изучающим испанский язык и владеющим им. #отправленовпечать #ЕкатеринаГениева #ПесньомоемСиде #БорисЯрхо #НатальяМалиновская #ВераПолилова

Отрекся я от волшебства. Как все земные существа, Своим я предоставлен силам. На этом острове унылом Меня оставить и проклясть Иль взять в Неаполь - ваша власть. Но, возвратив свои владенья И дав обидчикам прощенье, И я не вправе ли сейчас Ждать милосердия от вас? Итак, я полон упованья, Что добрые рукоплесканья Моей ладьи ускорят бег. Я слабый, грешный человек, Не служат духи мне, как прежде. И я взываю к вам в надежде, Что вы услышите мольбу, Решая здесь мою судьбу. Мольба, душевное смиренье Рождает в судьях снисхожденье. Все грешны, все прощенья ждут. Да будет милостив ваш суд. Уильям Шекспир «Буря».Эпилог. Перевод Михаила Донского Сегодня, в день памяти нашей дорогой Екатерины Юрьевны Гениевой, приглашаем вас посмотреть или пересмотреть запись её блестящей и актуальнейшей лекции «Кто Вы, господин Шекспир?», прочитанной 24 декабря 2014 года в Библиотеке имени Некрасова: https://www.m24.ru/videos/24122014/70577 #ЕкатеринаЮрьевнаГениева #ЦентрКнигиРудомино #Шекспир #СценографияВКниге

Читай Россию pinned a photo

Наше издательство участвует в XV конкурсе профессионального мастерства «РЕВИЗОР–2026» в специальной номинации «Московское издательство – экспортер года». До 31 июля открыто интернет-голосование, на котором вы можете нас поддержать. Также в конкурсе принимают участие наши партнеры – издательство «Лингвистика» (номинация «Издательство года / Импринт года») и книжный магазин «Русское зарубежье» (номинации «Книжный магазин года» и «Книжный магазин Москвы – креативный центр притяжения города»).