Александр Стояногло | Alexandr Stoianoglo

На дачу - 200 тысяч. На бумагу - денег нет. Я видел эту систему изнутри На прошлой неделе была представлена новая налогово-бюджетная политика. Нам обещают меры для стимулирования труда, бизнеса и инвестиций. Но одновременно государство рассчитывает увеличить доходы за счёт повышения действующих и введения новых налогов. Расчёт - собрать с нас ещё около 5 миллиардов леев в бюджет. Новые налоги нашли. А лишние расходы? И вот здесь я вспомнил одну историю. Декабрь 2019 года. Второй день моей работы Генеральным прокурором. Начальник аппарата сообщает: за Генпрокурором закреплена государственная дача. Для отдыха. Я удивился: откуда у генпрокурора время на отдых? Мне объяснили: ею могут пользоваться и другие руководители прокуратуры. Я там ни разу не был. Даже не знал, где она находится. Но через две недели мне приносят договор аренды на следующий год. Около 200 тысяч леев. Я отказался его подписывать. В это время прокуратуре не хватало денег на бумагу, бензин и текущие расходы. А технические сотрудники получали около пяти тысяч леев в месяц. На бумагу денег нет. На дачу для начальства - есть. Прошло почти семь лет. Почему эта история важна сегодня? Не потому, что 200 тысяч спасли бы бюджет прокуратуры. А потому, что в государственных расходах есть очень удобное слово: «Всего». Всего 200 тысяч здесь. Всего миллион там. Ещё несколько миллионов — где-то дальше. А потом вдруг не хватает миллиардов. Посмотрим, на чём государство пока не спешит экономить: зарплаты топ-менеджеров на госпредприятиях, миллионные бюджеты на пропаганду через «свои» СМИ и лояльные НПО, абсолютно необоснованные затраты министерств и ведомств. История с дачей Генпрокурора - мелочь в масштабах государственного бюджета. Но очень показательная. В госструктурах есть большие резервы в части расходования средств. И пока в этом не будет наведён порядок, денег никогда хватать не будет. Госслужба должна стать почётом и ответственностью, а не набором привилегий за государственный счёт. Поэтому, прежде чем вводить новые налоги, покажите, какие расходы вы сократили? Какие привилегии отменили? От каких ненужных трат отказались? Не нашли, что сократить? Тогда объясните гражданам и бизнесу, почему именно они должны найти для государства ещё 5 миллиардов.

Pentru vilă - 200.000 de lei. Pentru hârtie - nu sunt bani. Am văzut sistemul din interior Săptămâna trecută a fost prezentată noua politică bugetar-fiscală. Ni se promit măsuri pentru stimularea muncii, afacerilor și investițiilor. În același timp, statul vrea să-și crească veniturile prin majorarea unor taxe și introducerea altora noi. Miza: încă aproximativ 5 miliarde de lei la buget. Taxe noi s-au găsit. Dar cheltuieli de tăiat? Și atunci mi-am amintit un caz. Decembrie 2019. A doua mea zi în funcția de Procuror General. Șefa aparatului mă anunță că Procurorul General are la dispoziție o vilă de stat pentru odihnă. M-am mirat: Procurorul General are timp de odihnă? Mi s-a explicat că o pot folosi și alți șefi din Procuratură. Nu fusesem niciodată acolo. Nici măcar nu știam unde se află. Dar peste două săptămâni primesc contractul de închiriere pentru anul următor. Prețul? Aproximativ 200.000 de lei pe an. Am refuzat să-l semnez. În același timp, Procuratura nu avea suficienți bani de hârtie, benzină și alte cheltuieli curente. Iar personalul tehnic lucrau pentru salarii de 5.000 de lei. Pentru hârtie - nu sunt bani. Pentru vila conducerii - sunt. Au trecut aproape șapte ani. De ce contează asta azi? Pentru că în cheltuirea banului public există un cuvânt extrem de comod: „Doar”. Doar 200.000 aici. Doar un milion dincolo. Încă niște milioane în altă parte. Și apoi, brusc, lipsesc miliarde. Să vedem, unde statul nu se grăbește să strângă cureaua: salariile exagerate în conducerea unor întreprinderi de stat, bugetele de milioane pentru propagandă prin presa și ONG-urile loiale puterii, cheltuielile nejustificate ale ministerelor și instituțiilor publice. Vila pentru Procurorul General e un exemplu mic într-un buget de miliarde. Dar unul foarte grăitor. În instituțiile statului există rezerve importante de reducere a cheltuielilor. Iar cât timp acolo nu se face ordine, banii nu vor fi niciodată suficienți. Funcția publică trebuie să însemne onoare și responsabilitate, nu un pachet de privilegii plătite din bani publici. De aceea, înainte să introduceți taxe noi, arătați: Ce cheltuieli ați tăiat? La ce privilegii ați renunțat? Ce risipă ați eliminat? Nu ați găsit nimic de redus? Atunci explicați-le cetățenilor și mediului de afaceri de ce tocmai ei trebuie să găsească pentru stat încă 5 miliarde de lei.

Электроэнергия для Молдовы: МолдГРЭС или Румыния? А почему «или»? Вчера я поставил вопрос: где расчёт? Сегодня продолжу - что именно нужно считать. Почему диверсификация обязательно должна означать полный отказ от МГРЭС? Начнём с цифр. В 2024 году Energocom закупал электроэнергию МГРЭС по 66 долларов - около 64 евро за МВт·ч. Средневзвешенная цена всех закупок Energocom из всех источников составляла около 90 евро за МВт·ч. Сегодня условия другие, поэтому смотреть нужно на актуальные предложения. Причем ко всем поставщикам - и к Румынии, и к МГРЭС - вопросы должны быть одинаковыми: Какой объем? Какая конечная цена? На какой срок? С какими гарантиями? Если МГРЭС дороже - не покупаем. Но если дешевле, поставки гарантированы, а условия прозрачны - зачем заранее отказываться? То же самое с газом. Важно не только, откуда он поступает, а сколько в итоге стоит МВт·ч электроэнергии с учётом топлива, генерации, транспортировки, системных расходов и рисков. Поэтому энергетике нужен калькулятор. И считать он должен все доступные варианты, а не заранее исключать один из них. Что нужно Молдове? Всё вместе: импорт из Румынии, собственная генерация, возобновляемая энергетика, новые межсистемные линии и резервные мощности. И если МГРЭС способна предложить конкурентную цену, гарантированные объёмы и прозрачные условия - она тоже должна быть в игре. Настоящая диверсификация - это когда есть выбор. A энергобезопасность - это возможность выбрать самый выгодный и надежный вариант, не становясь заложником ни одного из поставщиков. Считать, а не исключать.

Energie pentru Moldova: MGRES sau România? Dar de ce „sau”? Ieri am întrebat: unde-s calculele? Azi continui – ce anume trebuie de calculat? De ce diversificarea ar trebui să însemne automat renunțarea la MGRES? Să începem cu cifrele. În 2024, Energocom cumpăra energie electrică de la MGRES cu 66 de dolari - aproximativ 64 de euro/MWh. Prețul mediu ponderat al tuturor achizițiilor Energocom, din toate sursele, era de circa 90 de euro/MWh. Azi condițiile sunt altele. De aceea, trebuie să ne uităm la ofertele actuale. Iar întrebările trebuie să fie aceleași pentru fiecare sursă: Ce volum poate livra? La ce preț final? Pentru ce perioadă? Cu ce garanții? Dacă MGRES este mai scumpă - nu cumpărăm. Dacă e mai ieftină, poate garanta livrările, iar condițiile sunt transparente, de ce s-o eliminăm din start? La fel și cu gazele. Nu contează doar de unde vin. Contează cât costă, la final, MWh-ul produs - cu tot cu combustibil, producție, transport, costuri de sistem și riscuri. În energetică e nevoie de calculator. Și calculatorul trebuie să includă toate variantele, nu să elimine una înainte de a începe calculul. Ce îi trebuie Moldovei? Cât mai multe opțiuni: importuri din România, producție proprie, energie regenerabilă, noi interconexiuni și capacități de rezervă. Iar dacă MGRES poate oferi un preț competitiv, volume garantate și condiții transparente - trebuie să rămână și ea o opțiune. Adevărata diversificare înseamnă să ai de unde alege. Iar securitatea energetică înseamnă să poți alege varianta cea mai avantajoasă și mai sigură, fără să devii dependent de un furnizor. Să calculăm. Nu să excludem din start.

Сегодня влияние политиков на уголовные дела очевидно. Посмотрите, депутаты, особенно представители власти, свободно оперируют информацией по уголовным делам: это дело завершено, это скоро направят в суд, по этому делу предъявлено обвинение. Я вообще в шоке: откуда у них эта информация и на каком основании? Ребята, вы перепутали берега. У вас совершенно другие функции. Вы работаете в Парламенте и не имеете никакого отношения к этим делам. Если политики знают то, что должны знать только следствие и прокуроры, значит, кто-то сопровождает эти дела и даёт по ним указания. Не случайно сведения по уголовным делам почти ежедневно появляются в публичном пространстве.

Astăzi, influența politicienilor pe dosare penale este evidentă. Uitați-vă cum unii deputați, în special cei ai puterii, operează public cu date din dosare: acesta e finalizat, acesta va fi trimis în judecată, pe acesta au fost puși sub învinuire. Chiar sunt șocat: de unde le au și în ce temei legal? Domnilor, v-ați rătăcit. Lucrați în Parlament și nu aveți nicio atribuție la aceste dosare. Dacă politicienii cunosc informații accesibile doar organelor de urmărire penală și procurorilor, înseamnă că cineva le raportează și se dau indicații. Nu întâmplător, aproape zilnic apar în spațiul public detalii din dosare concrete.

Молдавская ГРЭС есть. Молдова покупает дорогую электроэнергию. Где расчёт? На прошлой неделе все только и говорили о дефиците электроэнергии. Нас предупреждали о возможных отключениях и о том, что в часы пик Молдова экстренно закупает энергию по завышенным ценам. Эксперты заговорили о необходимости строительства электростанции для собственной генерации и балансировки энергосистемы. Строить новую - а существующую даже не посчитать? О ценах - а они у нас космические - уже почти не говорят. Как и о том, что из-за такого дорогого электричества вся наша экономика становится абсолютно неконкурентоспособной. Мы как будто забыли, что еще несколько лет назад Молдова имела одну из самых дешёвых электроэнергий в регионе. Её производила Молдавская ГРЭС. Сегодня о станции почти не говорят. Хотя её мощности позволяют производить электроэнергию и на газе, и на мазуте, и на угле - причём и для себя, и на экспорт. Так в чём логика? Тот же уголь можно было бы покупать на Украине, в странах СНГ, на мировом рынке, в том числе у США. В любом случае, это электричество вышло бы дешевле, чем то, что мы имеем сегодня. А главное - оно было бы стабильным, и не пришлось бы держать всю страну в постоянном напряжении. Что мешает? Снова геополитика и нежелание поддерживать сепаратистский режим? Может, пора считать, а не подгонять энергетику под политику? Если Молдавская ГРЭС невыгодна - покажите расчёты. Если выгодна - объясните, почему страна отказывается от этого варианта. Критерий должен быть один: цена для граждан и конкурентоспособность экономики. Не геополитика.

Centrala de la Cuciurgan există. Moldova cumpără energie electrică scumpă. Unde-s calculele? Săptămâna trecută s-a vorbit despre deficitul de curent, posibile deconectări și achiziții de urgență la prețuri uriașe în orele de vârf. Experții vorbesc deja despre construirea unei noi centrale pentru producție internă și echilibrarea sistemului energetic. Să construim una nouă. Dar pe cea existentă a calculat-o cineva? Despre prețurile cosmice la lumină, se vorbește mai puțin. Dar energia scumpă reduce competitivitatea întregii economii. Acum câțiva ani, Moldova avea una dintre cele mai ieftine energii electrice din regiune. O producea Centrala de la Cuciurgan. Astăzi, despre ea practic s-a uitat, deși poate produce energie pe bază de gaze, păcură sau cărbune, pentru consum intern și export. Atunci, care e logica? Cărbunele poate fi cumpărat din Ucraina, țările CSI, de pe piața mondială, inclusiv din SUA. Curentul produs astfel ar fi mai ieftin decât cel de azi. Iar țara ar avea o sursă stabilă de energie, fără ca cetățenii să fie ținuți în tensiune permanentă. Ce ne împiedică? Din nou geopolitica și refuzul de a susține regimul separatist? Poate e timpul să calculăm ce e mai avantajos, nu să subordonăm energetica politicii. Dacă Centrala de la Cuciurgan nu e rentabilă - arătați-ne calculele. Dacă este - explicați de ce refuzăm această opțiune. Criteriul trebuie să fie clar: costul pentru oameni și competitivitatea economiei. Nu geopolitica.

Dacă răspunderea se oprește la funcționarul reținut, problema din AIPA va rămâne neatinsă. Nu e secret că, de ani buni, AIPA e percepută drept una dintre instituțiile cu suspiciuni constante de corupție. Cazul recent o confirmă, dar nu o înlătură. Dacă un șef de direcție pretindea că poate influența acordarea subvențiilor, cum au funcționat controlul intern și conducerea instituției? Corupția devine sistemică doar atunci când controlul managerial nu funcționează. De aceea, dacă sistemul a permis asemenea practici, verificarea trebuie să înceapă de la conducerea AIPA, nu să se oprească la funcționarul reținut. Același standard trebuie aplicat în orice instituție publică: răspunderea începe de la conducere sau nu începe deloc.

Если расследование остановится на задержанном чиновнике, проблема в AIPA останется нерешённой. Не секрет, что AIPA уже много лет находится в центре коррупционных подозрений. Вчерашний случай их не развеял, а лишь подтвердил. Если начальник управления заявлял, что может повлиять на решение о предоставлении субсидий, то что это говорит о работе внутреннего контроля и руководства AIPA? Системная коррупция - всегда следствие провала управленческого контроля. Именно поэтому проверка должна начинаться с руководства AIPA, а не заканчиваться задержанием одного чиновника. Этот стандарт должен действовать в каждом госучреждении: ответственность начинается с руководства - или не начинается вовсе.

Если хотя бы 10% информации о мошеннических колл-центрах, появляющейся в Telegram-каналах, соответствует действительности, значит, в стране действует преступный спрут. Но такой спрут невозможен без прикрытия правоохранительных органов. Безнаказанность не возникает сама по себе. Речь идёт о миллионах долларов. Некоторые говорят: «Это деньги иностранцев». Такой подход - опасное оправдание преступления. Неважно, где находится жертва - в Молдове, Америке или Австралии. Никто не вправе посягать на чужую собственность. Те, кто наживается на мошенничестве и строит на этом состояние, должны отвечать перед законом.

Dacă măcar 10% din informațiile despre call-centrele frauduloase apărute pe canalele Telegram sunt adevărate, înseamnă că în Republica Moldova operează o caracatiță criminală. O asemenea rețea nu poate exista fără protecția organelor de drept. Impunitatea nu apare din senin. Vorbim despre milioane de dolari. Unii încearcă să minimalizeze problema spunând: „Sunt banii străinilor”. E justificarea infracțiunii. Nu contează dacă victima este din Moldova, America sau Australia. Nimeni nu are dreptul să atenteze la proprietatea altuia. Cei care se îmbogățesc din fraude trebuie să răspundă în fața legii.

Ветинг - это абсолютно неоправданная растрата государственных денег. Задача государства - выявить коррумпированных и избавиться от них. Для этого не нужны ни ветинги, ни преветинги, ни фулветинги. Мы живём в маленькой стране. В юридической системе все знают, кто был и кто остаётся коррумпированным - в судах, прокуратуре и других правоохранительных органах. Достаточно было собрать эту информацию и дать ей правовую оценку, а не создавать дорогостоящие комиссии. Похоже, что всё это создавалось, чтобы трудоустроить в новые структуры близких к власти людей из лояльных НПО. Вместо очищения системы власть держит её в постоянном напряжении и ещё сильнее коррумпирует. Людей оставляют по одному критерию - лояльности, тогда как ключевые фигуры «захваченного государства», преследовавшие людей и ломавшие человеческие судьбы, спокойно проходят все фильтры и продолжают работать. Посмотрите на двойные стандарты. Cудью с семью детьми на комиссии с пристрастием допрашивают: «Чем вы кормите своих детей?» - и не верят. А персонажи с миллионными состояниями рассказывают про «подарки от бабушки». И им верят!

Vettingul e o risipă nejustificată de bani publici. Statul trebuie să-i identifice pe cei corupți și să-i elimine din sistem. Pentru asta nu trebuiesc nici vettinguri, nici prevettinguri, nici full vettinguri. Trăim într-o țară mică. În sistemul de justiție se știe foarte bine cine a fost și cine a rămas corupt - în instanțe, procuraturi și celelalte organe de drept. Era suficientă colectarea acestor informații și evaluarea lor juridică, nu comisii care consumă milioane. Se creează impresia că mecanismul a fost construit pentru a aduce în noile structuri oameni apropiați puterii și ONG-urilor loiale. În loc să curețe sistemul, puterea îl ține sub presiune și îl corupe și mai mult. Criteriul nu este integritatea, ci loialitatea. În schimb, figurile-cheie ale „statului capturat”, care au persecutat oameni și le-au distrus destinele, trec toate filtrele și rămân în funcții. Priviți dublul standard: o judecătoare care crește șapte copii este luată la întrebări: „Cu ce vă hrăniți copiii?” – și nu este crezută. În schimb, personaje cu averi de milioane invocă „cadouri de la bunica”. Și sunt crezuți.

Главный инвестор, которого теряет Молдова, - собственный бизнес. Предпринимателей у нас достаточно. Надежда, что кто-то придёт извне, построит предприятия и создаст рабочие места, время показало, не оправдалась. Более того, уходят даже те, кто уже инвестировал в страну. Шесть лет нынешней власти. Шесть лет курса на европейскую интеграцию. Где новые инвесторы? Все экономические показатели упали в стране. Единственное, где мы «чемпионы»: вырос госдолг, подорожали энергоресурсы и практически вся потребительская корзина. Дайте молдавскому бизнесу работать, инвестировать и создавать рабочие места. Пока страна теряет своих, чужие инвесторы не придут.

Cel mai important investitor pe care îl pierde Moldova e propriul business. Antreprenori avem. Speranța că vor veni alții din exterior să construiască întreprinderi și să creeze locuri de muncă nu s-a adeverit. Mai mult, pleacă inclusiv cei care au investit deja în Republica Moldova. Șase ani ai actualei guvernări. Șase ani de parcurs european. Unde sunt noii investitori? Toți indicatorii economici s-au prăbușit. Există doar câteva domenii în care suntem „campioni”: datoria de stat a crescut, resursele energetice s-au scumpit și aproape tot coșul de consum. Lăsați businessul moldovenesc să muncească, să investească și să creeze locuri de muncă. Cât timp Republica Moldova își pierde propriii antreprenori, investitorii străini nu vor veni.