Игорь Дадашев

О тихом уходе в шуме безумного мира… Есть исчезновения, которые не создают гула, но оставляют после себя величественную тишину, поглощающую все слова. В ту тегеранскую ночь закрылась страница сложнейшей интеллектуальной книги и остановился разум, который долгое время балансировал между суровостью реальности и тонкостью философии. Доктор Али Лариджани, в совершенстве владевший языком спокойствия посреди грохота кризисов, покинул земную сцену вместе со своим сыном, будто отказавшись идти по пути вечности в одиночку. Он ушел, оставив холодные политические кресла и расчеты властных коридоров, чтобы обнять теплую землю, в которую верил до последнего вздоха. Пламя, внезапно охватившее это место, стало лишь острой точкой в конце материальной строки его жизни, но оно бессильно сжечь идею или стереть след. Мыслители уходят, тела исчезают, но их отпечатки остаются неподвластны забвению в памяти наций. Так ушел Лариджани — призраком, полностью исполнившим свой долг, а затем удалился со спокойствием, достойным мудреца, предоставив истории право досказать всё остальное. Via: @front4494

Кликуш я видывал -- и в своём деревенском детстве, и в церковном отрочестве. Второе произвело на меня особенно сильное впечатление. Это было во время поездки в Троице-Сергиеву Лавру, и там мне довелось присутствовать на особой процедуре под названием "отчитка". Как такового обряда экзорцизма в православной церкви (в отличие от католической) нет, но есть специальный молитвенный чин, куда приводят тех, кто считается одержимым бесами, и священники (за такое берутся немногие, лишь очень психически и духовно стойкие) читают над ними молитвы. Вот я как раз наблюдал, что с такими происходит во время этих молитв. Зрелище действительно страшное, лучше не видеть. Детали опущу. Но "да воскреснет Бог" я там выучил наизусть, и сейчас ночью разбуди -- вспомню. В советской брошюре середины 20-х, понятное дело, женщина-врач разоблачает тёмных крестьян с их суевериями, рассказывая, что это просто такая болезнь, истерия, и она вполне поддаётся лечению, даже объясняет, какому именно. Но даже в ней из приведённых случаев ряд необъяснённых моментов, главный из которых -- что кликушество, оказывается, в некотором роде "заразно": если одна баба в деревне "закликала", то есть немалый шанс, что и другие, склонные к "истерии", тоже могут "закликать". В исследованиях более фундаментальных, будь то врачей-психиатров или историков, вскрывается интересный факт: что кликушество в источниках именно как массовый феномен впервые появляется во времена Смуты, но пика достигает в конце XVII века, в наиболее острый период церковного раскола. И потом медленно идёт на спад, но периодически встречается и в XVIII, и в XIX, а в период новой смуты после 1917-го снова расцветает пышным цветом. Если о деталях, то интересно само происхождение слова "кликуша". Оказывается, это потому, что среди потоков брани и богохульства женщины непрерывно "кликали" имена -- тех, кого они считали виновницами всех своих бед, призывая на них все кары земные и небесные. То есть агрессия не была в адрес всех подряд: она всегда была направлена на кого-то конкретного, и это было очень концентрированным и адресным потоком ненависти. Причём в книжке доктора Краинского, изданной в Великом Новгороде в 1900 году с предисловием самого великого Бехтерева, "непереносливость того лица, которое они обвиняютъ въ порчѣ и причиненіи имъ бѣсоодержимости" есть как раз один из важных признаков, отличающих кликушество от собственно истерии (в отличие от советской докторши Дмитриевой, несоветский доктор Бехтерев их всё же различает). Я слабо разбираюсь в клинической психиатрии, на сугубо любительском уровне буквально десятка прочитанных когда-то из любопытства книжек. Но кое-что из описаний Краинского я понял по своей прямой кафедре: здесь работают плохо изученные нами законы социальной динамики -- частотность кликушества напрямую взаимосвязана с большими общественными процессами: тут "в игре" и Смута, и Раскол. Но это, тем не менее, в очень малой степени про "политику" -- скорее именно про здоровье, причём не отдельных людей, а всего социума, и их явление это всегда симптом болезни на этом, надчеловеческом уровне. Говоря современным языком, без специфически церковных или, наоборот, медицинских терминов, они всегда фактор "гражданской войны", в острой или латентной фазе. Причём, с одной стороны, именно ею порождаемый, а с другой -- работающий на увеличение её интенсивности, как бы её квинтэссенция. Напряжение (в обществе), выливающееся в агрессию, причём особую, постоянно находящуюся в поиске конкретного объекта, "врага". И то, что это бьёт именно по женщинам, причём опять-таки не всем, а лишь наиболее уязвимым по комплексу причин от житейских до медицинских, ни в коем случае не должно превращать их самих в мишень. Тут как с лернейской гидрой: каждое сжигание "ведьмы" на костре порождает десяток других "ведьм", потому что костёр это тот самый подиум, с которого она транслирует свою энергию на всех с максимальным КПД.

Теперь ясно почему секта "мумиёшников" беснуется. Антисоветизм это тоже пролог к новой Смуте и гражданской войне.

🎬 ПРЕМЬЕРА ФИЛЬМА: «Севастополь сквозь века и волны»! 12 минут красоты и истории Севастополя: • памятники и мемориалы; • виды бухты и Херсонеса; • Свято Владимирский собор; • съемки, монтаж, текст и музыка Игоря Дадашева. 🗓 18 марта 📍 Смотрите в соцсетях Магаданского областного театра кукол: ВК, ОК, Telegram, Мах Не пропустите! 👇 #ПремьераФильма #СевастопольСквозьВекаИВолны #ТеатрКуколМагадан #18Марта

Одиссей, не вернувшийся в Итаку. Знаете, у Расула Гамзатова есть такие строки: «И если мой огонь погас Жалейте не меня, А тех, сидевших столько раз У моего огня»…. Это чувство сиротства после гибели Евгения Николаева никуда не уходит Всего месяц назад Женя фотографировал для меня диких зверей, которых его бойцы спасли из брошенных домашних зоопарков освобожденного города. Там было два медведя, волчица, орел…Женя писал мне клички каждого и просил обязательно их указать на выставке в Санкт-Петербурге. Волчицу «Красотка» назвали: по началу она была агрессивной, но после пожара из-за атаки ВСУ сама запрыгнула в руки подоспевшим на помощь бойцам. Всего два года назад мы встретились с Гайдуком в Луганске, когда он проходил лечение по ранению. Вообще ему нельзя было особенно бродить по городу, но…его положили в палату к тяжелым бойцам, где у одного ампутировали руку, у другого – ногу, а Жене было стыдно, что он такой…целый. И вот ходил гулял, пока состояние не ухудшилось и прогулки ему строго запретили. А всего три года назад он спас меня в Голой Пристани на наводнении. И в прямом, и в профессиональном смысле спас: вытащил из воды, куда я рухнула вместе с камерой, и отдал свой телефон для съемок. А мне никто никогда не даёт в руки технику, если что. Так мы с ним познакомились. А в день его гибели я собиралась отправить ему рецензию на книгу «Моя Новороссия». Год обещала. Первой отзыв написала моя мама, назвав Евгения современным Одиссеем. Самому Жене очень понравилось такое определение:«Это лучшее из сказанного. Я Одиссей не вернувшейся в Итаку». Потом я опубликую рецензию полностью, сейчас это так не к месту. Я судачу, что книга вышла без фотографий, и у читателей нет возможности увидеть лица автора и его сослуживцев. Я вот знаю лицо Жени и не понимаю, как можно лишиться радости посмотреть на него. Да уж.. Автор книги, безусловно, романтик. Но он романтик из той породы, что и герой сопротивления Юлиус Фучик. Тот который написал знаменитый «Репортаж с петлёй на шее» в тюрьме… Его держали в застенках фашисты, пытали, а он продолжал мечтать, думать, и писать между допросами: обрывается книга просто на одной из глав, потому что в тот день его повесили. Свою книгу Гайдук писал в окопе, в перерывах между боевыми выходами. Он успел дописать. Грубая обнажённая простота наблюдений у автора перетекает в поэтичность. Например, он называет Ростов Парижем-на Дону, главным образом Мариуполя для него стала пара возлюбленных, целующихся на руинах, а лучшим праздником – Бессмертный полк на 9 Мая в Херсоне. Ещё Евгений Николаев дневником о Новороссии, продолжает традицию славного аргентинского медика Эрнесто Гевары с его «Дневниками мотоциклиста». Начинал вести эти дорожные заметки ещё доктор, а закончил революционер. У Гайдука тот же принцип: начинал их писать гуманитарщик, а закончил воин, командир боевого подразделения. И про Че Гевару, и про Юлиуса Фучика, и про Одиссея, и про Гайдука можно сказать так – они были придуманы не для войны, но наступили на горло собственной песне, чтобы добиться справедливости. Оттого их песня зазвучала еще пронзительней. Когда душа не лежит к мечу, то душа чище, а меч острее. Че Гевара в последние часы жизни перед расстрелом обсуждал с местной учительницей особенности испанского диалекта. Гайдук со своими бойцами говорил об истории страны, философии. Сегодня ребята, которые были с ним незадолго до гибели сформуировали мне так: «Он очень нетипичный боец. Он больше напоминал учителя». Автор, кстати, всё время подчеркивает, что он такой не один, наша война поражает обилием философов. Сколько в книге пронзительных деталей!. Эти шмели, которых не любит русский боец, потому что жужжание напоминают дроны, солдаты которые пытаются, казаться хуже чем они есть, щенок, умирающий у входа в блинчик. Женя говорил при нашем знакомстве в 23-м, что хочет на Кубу. Не знаю, съездил ли. Когда спрашивала, где они стоят, отвечал ёмко и гордо: «Мы идём на Славянск!» Мечтал о Кубе, а навсегда остался на дороге к Славянску. Красивая жизнь красивого человека, наступившего на горло собственной песне.

У райских врат нет ангела Ридвана, апостолов Петра и Иоанна (каноны и апокрифы не в счет), Нет никого другого, а еще повернут ключ – и Бог гостеприимен, встречает каждого, зовет по имени, беседует о жизни на земле, о южном лете, северной зиме и межсезонье, временном понтоне.   Бог потирает влажные ладони, рассматривая гостя в небоскоп: - Откуда ты? - Из русского окопа, ребята эти рядом из него же, Прости за неопрятность, мы ведь, Боже, к тебе не собирались в эти дни, до ПВР, до штаба, до родни, до вечера доехать лишь хотели, и вот сидим тут, в смертном бледном теле бессмертная солдатская душа, ни есть, ни спать, ни попросту дышать не нужно здесь – сплошь светские беседы, Друзья, враги – все мирные соседи, и ничего. И нечего уже...   У райских врат подстрелена мишень последняя, и к Богу вход свободен, Он каждого зашедшего проводит до места и расскажет по пути, прощал как прежде и теперь простил…

Это рядовой Сергей Ярашев. Сергей в одиночку 68 дней удерживал позиции в районе Гришино на Красноармейском направлении. 21-летнему парню передавали боеприпасы и продовольствие с дронов. В итоге ему удалось выстоять. Позже военного эвакуировали. Врачам пришлось ампутировать отмороженные обе ступни. Вчера рядовому Сергею Ярашеву присвоено звание Героя России. Хочу сообщить, что у нас тысячи примерно таких же сидят в окопчиках, зачастую одиночных, и стерегут Россию. И она, вместо со всеми своими пати, ночными клубами, промышленниками и банкирами, тусами и голубыми огоньками, сидит у них на плечах. У этого вот пацана на плечах. Видите, какие мощные плечи - на всех хватит. И на плечах ему подобных. И выглядят они примерно так же. Ни один на Рэмбо не похож. А кто и был похож, что крайне редко случается, стал давно непохож. Мужики же с тремя «ж» посредине - они не там. Они чаще всего километров за тысячу. Ох, Россия. Матушка моя.

ЖИЗНЬ ВОЗВРАЩАЕТСЯ Все фронтовые посёлки похожи между собой. Разбитые дома, брошенные квартиры, пробитые прямыми попаданиями стены, дырявые крыши. На тротуарах посеченные осколками ветки, куски кровли, провода, хвостовики мин. Вывеска "Укрпошта" жовто-блакитной расцветки покосилась набок, пробитая горячим железом. Дворы забиты сгоревшими автомобилями, как рот алкоголика гнилыми зубами. Кажется, что жизнь ушла из этих мест. Но у этих посёлков есть душа, она ещё пульсирует перебитым нервом, не сдаётся. Вот затарахтел генератор в разбитом доме, из подвалов вылезают на свет бойцы, натаптывают тропинки от дома к дому, пытаются наладить хитрый солдатский быт. К людям прибиваются брошенные кошки и собаки, их подкармливают, оставляют в располаге, как талисман. Высшую ценность имеют дома с колодцем или скважиной. Без воды тяжко, без воды совсем никак, поэтому каждая скважина на вес золота. Подразделения стараются залетать в отбитый посёлок первыми, и сразу ищут дома с водой, занимают их и оставляют дежурных: мол, проходите мимо, это место занято. Местные жители ходят, как тени. И тоже прибиваются к военным: русский солдат накормит, поможет разобрать завалы, поделится электричеством от генератора. Местные жители благодарят, чем могут: домашние закрутки, горячая пища. Но большинство старается уехать в тыл при первой возможности. Когда линия фронта отдаляется на умеренное расстояние, в посёлках появляются магазины с сумашедшими ценами на всё подряд и даже (о, ужас!) продажные женщины. Их ловит военная комендатура, но продажные женщины терпеливо и неумолимо следуют за армией на запад. Над посёлками ещё летают дроны-камикадзе, жгут машины, стараясь сорвать логистику. Ночью в небе хозяйничает Баба Яга. Но жизнь уже возвращается в эти разбитые войной улицы и дома. Тропинок становится больше, у магазинов появляются очереди. Бойцы уже ходят по городу без бронежилетов, но всегда с оружием. Местных жителей, тех, кто отказался от эвакуации, знают по имени-отчеству, здороваются. Местные здороваются в ответ. Наконец, местные жители начинают облагораживать свои подъезды, кусочек земли перед домом, в частном секторе возвращаются к огородам. Посёлок ещё бомбят, ещё прилетают ракеты и дроны, но жизнь уже возвращается. Жизнь всегда возвращается!

Год назад погиб гвардии старший лейтенант Александр Попов, командир моего друга Робина Венедиктова, спасший его в том бою летом 2023-го, когда наши бойцы тяжело и мужественно отражали украинский контрнаступ. Вечная память герою! Быть воином - значит жить вечно! Видео смотреть в ВК: https://vk.com/wall19060014_12402

Я понял, что у меня - кризис среднего палеолита, если... — Вы часто говорите, что нынешние мамонты — ничто по сравнению с палеолоксодонами вашей юности; — вы отказываетесь жевать перебродивший ячмень и плясать у костра; — вы предпочитаете каннибальским вечеринкам задумчивое раскрашивание себя охрой в одиночестве; — вы считаете, что копья бросают только лохи, настоящий мужик ходит на бизона с голыми руками; — вас больше не привлекают денисовские женщины; — вы не переносите новомодную кроманьонскую музыку; — у вас во рту меньше зубов, чем пальцев на правой руке (а их там три, два откусил пещерный лев); — вас бесят эти понаехавшие из Африки хипстеры-сапиенсы; — ваш сын просит вас присмотреть за его восьмерыми отпрысками, пока он ходит за кремнем к далёким горам (три дня пути в одну сторону); — вас уже не беспокоят пещерные вши — волос на голове просто не осталось. https://dzen.ru/a/Zi9ojXBEx0vuv1Qi

Трагедия в Брянске 10 марта. Еще одна горестная страница в летописи ведущейся с 2014 года войны против России и русских людей, советских людей всех национальностей, а если смотреть глубже и дальше, то эта война не прекращалась после победных реляций американских президентов, вице-президентов, шефов ЦРУ в 1991 году, когда собственные руководители сдали нашу Родину, предали народ. Эта война Запада против Востока, а под прицелом как Россия, так и Иран, где кровавые упыри - педофилы и людоеды из Коалиции Эпштейна убивают детей и стариков. Под прицелом западных - американских, европейских, натовских, израильских ракет и Китай, и КНДР, и Индия, да и все остальные "варварские народы", не согласные стать пищей для демократически обезумевших мировых паразитов, у которых один лишь мотив существования - "сдохните вы все сегодня, а я завтра, и пусть после меня хоть потоп". Не буду цитировать ни Библию, ни Новый Завет с Кораном, пусть эти священные писания так зримо и выпукло обнажают сатанинскую суть нашего общего врага на Западе, хотя и среди песков и оазисов Глобального Юга и Востока смертельно опасной гадюкой притаился хвост вертящий вдоль и поперек своей заокеанской, нет, не собакой - гиеной, трупоедом. Сколько еще таких трагедий предстоит нам пережить, друзья. Вопрос даже не риторический. Да и не вопрос, а утверждение, требующее согласованных действий всего нашего общества. И власти, и народа, и, прежде всего, нашей доблестной армии во главе с Верховным главнокомандующим, Генштабом, с конституционными органами управления такой огромной и необъятной страны, как Россия. Сами военные, мобилизованные и добровольцы, кто уже четыре года на фронте, считают, что наш президент и правительство делают правильно, что не переводят страну на военные рельсы, не мажут пушки на хлеб вместо сливочного масла, не заставляют народ затягивать пояса, как это было в 1941 г. И пусть в стране проводятся фестивали и конкурсы, праздники, выходные вместо всеобщей мобилизации и напряжения сил с миллионными жертвами, как это было в Великую Отечественную, и это правильно, как говорил мне не один из наших славных воителей на Донбассе, но все же трагедия в Брянске 10 марта, как и другие в том же кровавом мартирологе жертв России после 1991 года: первая чеченская, вторая чеченская, взрывы жилых домов в Москве, подлодка Курск, Норд-Ост, Беслан, Южная Осетия, хоронящий своих детей с 2014 года шахтерский Донбасс, Белгород, Крокус-Сити, Курская область и вот Брянск... И пальцы рефлекторно сжимаются в кулаки, и гневом пылают наши сердца, и на губах застывает невысказанной печатью "Доколе!", а пепел нашего общего Класса стучит в коллективную память русских людей, среди которых все этносы и языки России. В нынешний Год единства народов нашей Родины каждое такое болезненное напоминание о том, что если мы не выстоим, если мы проиграем эту войну с Западом, наша участь предрешена. Педофилами и людоедами с острова Эпштейна, той нелюдью, что правит свой сатанинский бал среди пылающего, ею зажженного мира. В кровавом пламени всеобщей войны сгорят и эти упыри. Ведь как сказал наш президент и Верховный главнокомандующий, мы прямо в рай, а они просто сдохнут. Но как говорил товарищ Сухов, хотелось бы еще помучиться... И вбить осиновый кол в поганую грудь того коллективного вурдалака, вампира, который своим лживым языком треплется о мире, требует себе десять Шнобелевских премий за то, что убивает детей в Иране и России, крадет президентов и духовных лидеров суверенных стран. Да будут прокляты эти поджигатели Третьехрамовой мировой войны! А мы еще посмотрим, кто кого прикопает. Лично у меня нет никаких сомнений, что победим мы и эта раковая опухоль планеты Земля будет хирургически точно удалена из грядущего будущего без войн и мирового капитализма, постоянно порождающего то фашизм, то ультраимпериализм, то педофильско-людоедский глобализм имени Эпштейна.

В моем личном рейтинге литературы о СВО произошли изменения: в топ ворвалась книга Евгения Николаева «Моя Новороссия. Записки добровольца», которая скоро выйдет в издательстве КПД. Это невероятное сочетание юмора и трагедии, политических размышлений и бытовых зарисовок, живописных описаний природы и философии, исторических экскурсов и суровой окопной правды. В книге чередуются главы, которые автор разделил на мирные и военные. Николаев начинает с рассказа о своей семье, смешно описывая жизнь предков на острове близ Сахалина в начале XX века. Все население островка составляло 50 человек. Их можно описать очень коротко, так это и делала моя бабушка: папа, мама, я, красноармеец с винтовкой и айны. Айны очень любили мою бабушку и очень боялись мою прабабушку. <…> Местный шаман пытался бороться с прабабкой своей магией, но победить эту женщину ничего не могло (она умерла почти в столетнем возрасте в 1991 году). Шаман умер от гриппа... Но среди забавных историй есть и трагические. Например, рассказ о прапрадеде, военвраче, который в 1941 году командовал госпиталем на колесах. Когда немцы захватили госпиталь, старик вышел к ним в форме и валенках, и своим дрожащим голосом начал читать на немецком языке «Фауста». Немцы, завороженные, слушали и аплодировали, не трогая раненых. Но финал был ужасен: после того как дедушка закончил чтение, его схватили и сожгли в топке паровоза. Николаев, родившийся в Молдавии, с теплотой пишет о местах детства. Он описывает скальный монастырь, древние пещеры, где когда-то жили жрецы, а теперь - православные монахи. С любовью вспоминает пресное Сарматское море, поверхность которого горит «белым пламенем» из-за триллионов раковин моллюсков, погибших миллионы лет назад. Эти раковины создали слой породы, который местные называют «недомрамором». Упоминает и могилу легендарного певца патриархата Орфея, расположенную у скального амфитеатра с идеально круглым кратером, наполненным чистой, живительной водой. Книга оживляет и исторические личности: Григория Котовского, бессарабского Робин Гуда, и Леонида Анулова, одного из основателей «Красной капеллы» - тайной сети советской разведки в странах Оси во время ВОВ. Эти истории придают тексту глубину и историческую значимость. Но самые сильные главы - о войне, которая идет сейчас. Николаев пишет с беспощадной честностью, не приукрашивая действительность. Он описывает окопный быт изнутри, рассказывает о войне с самого близкого расстояния. Меня несколько шокировали откровения автора о женщинах в зоне боевых действий. Евгений считает, что им там не место, так как опасно и часто приводит к окопному «Дом-2, построй свою любовь на передовой», что жутко отвлекает солдатов от войны. Поразили разоблачения автором людей, зарабатывающих на СВО - «командиры-коммерсанты, тыловики-несуны, псевдоволонтеры...». Очень много страниц в книге посвящено Херсону. Чувствуется, как болит сердце у автора за оставленный город, который он успел полюбить. И читая по дням записи ноября 2022 года, понимаешь и разделяешь непримиримость Николаева к врагу. Он сам после ухода российских войск из Херсона не мог дальше оставаться гражданским, оставил волонтерство, взял в руки оружие и пошел воевать. И это достойно уважения.

Проехали еще одну остановку и вышли все втроем. Пожелали друг другу хорошего дня и пошли. Каждый своей дорогой. Поднимаясь в горку, думал, как хорошо, что хожу или пешком, или в холодное время года пользуюсь маршруткой, не обременяя себя машиной и ее регулярным откапыванием из-под снега. А ведь когда каждую зиму махал лопатой до седьмого пота, отрывая автомобиль из снежного плена. 11.03.2026 г.

В царстве Снежной королевы Игорь Дадашев Утро в заснеженном мартовском Магадане. За двое суток после Международного женского дня в городе выпала двухмесячная норма осадков. Снег самым бесстыжим образом валяется на улице, так что все советские алкаши - завсегдатаи вытрезвителей за семьдесят лет существования СССР нервно курят в сторонке и молча завидуют такой бессовестности. Снега, разумеется. Им, алкашам, так никогда не удавалось напиться. До такой кондиции и количества. В маршрутку набилось до хренищи народу, страждущего не похмелиться, а добраться до работы вовремя. Мужики, обычно пропускающие дам вперед, ломанулись наравне со слабым полом. Когда подошла моя очередь, встал к дверей аки ангел у ворот в рай, пропуская одну, вторую, третью, четвертую безгрешную душу дамского пола... Стоявший за мной славянского, не среднеазиатского, вида гастарбайтер с большой сумкой, видно вахту закончил и ехал на автовокзал, чтобы оттуда улететь домой, недовольно спросил: "Вы всех пропускать будете?". "Надо же женщин вперед пустить, - ответствовал нейтральным тоном, пропуская последнюю тетеньку, - не волнуйтесь, все влезем". В середине нерезинового салона с левой стороны присели две женщины. Одна средних лет, у окна, вторая - сильно постарше, у прохода. Бабулечка оказалась той еще трындычихой. Трындела, не закрывая рта, всю дорогу, присев на уши своей соседке с поджатым выражением губ безмужней разведенки. "Вот была хорошая школа в советское время, а теперь - лицей! - бросила камень в лицейский огород божья старушка, - лицей!". Ее соседка помоложе потрогала наклеенным двухсантиметровым ногтем мочку уха: "А что с ним не так?" Бабушка не замедлила с ответом: "Да ничего. Просто была школа. Стала лицеем. И водители, которые давно работают, и те спрашивают перед остановкой: "Школа, есть сходящие?" А на самом деле это лицей. И даже узбеки-водители не знают, что это лицей. Вообще как много стало мигрантов. Ужас! Глаз некуда бросить, одни узбеки! Я дочке звонила, спрашивала, у вас в "Хэвиметалле" (местная рудная компания) есть узбеки? А она смеется, нет, говорит, мама, только русские." Русский мужчина лет сорока, сидевший неподалеку от говорливой старушки, поймал мой улыбчивый взгляд и тоже в ответ понимающе улыбнулся. Как мученик первых веков христианства, с радостью идущий на арену Колизея. Молча. Но с пониманием момента. Зато не стала молчать дама в норковой шубе, сидевшая за трындычихой: "Женщина, может быть, вы замолчите?! Всю дорогу будете говорить? И голос-то какой противный!". Но обескуражить божью старушку оказалось невозможно. Она продолжала на весь забитый салон раздувшейся компактной "Газельки" комментировать международные события. Маршрутка остановилась на красный свет возле автовокзала. Бабулечка посетовала на то, что сейчас на его фасаде нет часов. "А как было хорошо раньше, сразу видно, который час. Почему мэрия не поставит снова часы?". Возле маршрутки остановился УАЗик "Патриот". Трындычиха мигом его срисовала взглядом опытного штирлица и выдала: "УАЗ "Патриот", делают на Ульяновском автозаводе. Раньше был, в советское время ого-го! Военная техника, внедорожник! Везде проходил. А этот, так себе проходимость. У моего покойного старика когда диарея была, и то лучше проходимость наблюдалась. А этот жрет, как бедный, мама не горюй! И при такой прожорливости, что бензина, что масла, фиговый автомобиль. Хуже нового китайца. Или подержанной японки..." Славянский гастарбайтер с обвислыми карпатскими усами вышел со своим баулом. В том хостеле, откуда он ехал, еще много таких вахтовиков ночует. Люди менялись, пол автобуса выпнулось наружу, столько же втиснулось им на смену. Продвинулся чуть вперед и встретил двух знакомых дам - коллег с прежней работы. Обе обрадовались мне, как родному. С одной я так каждый день езжу. А вторая сегодня не стала откапывать зарывшуюся машину, решила впервые за долгое время воспользоваться общественным транспортом.

Американская и израильская пропаганда давно пытается представить происходящее на Ближнем Востоке, как битву «свободного и просвещённого Запада» с отсталыми и кровавыми режимами. Иран в этом контексте представляют государством, потерявшим светский облик и вместе с ним все блага цивилизации и культуры. Государством, где 47 лет назад власть якобы захватили злобные религиозные фанатики, погрузившие страну во тьму мракобесия и невежества. Но реальность куда сложнее. Мученически погибший Верховный лидер Ирана сейед Али Хаменеи был крупнейшим богословом и интеллектуалом, человеком книги. Он всю свою долгую жизнь занимался переводами, писал труды по исламской мысли и культуре, читал и размышлял. Рахбар прекрасно знал русскую классику. Глубоко изучал философскую и нравственную проблематику Достоевского и Толстого. Высоко ценил произведения Чехова и Горького. Один из самых влиятельных людей в Иране — секретарь Высшего совета национальной безопасности Али Лариджани - не просто политик. Он прежде всего крупный философ, защитивший докторскую диссертацию о Канте и написавший три книги, посвящённые кантовской философии: — «Математический метод в философии Канта» — «Метафизика и точные науки в философии Канта» — «Интуиция и синтетические априорные суждения в философии Канта». Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи — выдающийся дипломат. Его докторская диссертация посвящена эволюции концепции политического участия в исламской политической мысли XX века (Кентский университет). Он также написал книгу «Сила переговоров: принципы и правила политических и дипломатических переговоров» — серьёзный труд, переведённый на многие языки. В нем анализируются типы политических переговоров, психология переговорщика, логика дипломатических процессов и механизмы достижения договорённостей. Западную философию в Иране изучают серьёзно и давно. Другими словами, иранцы хорошо знают и понимают Запад — и как собеседника, и как противника. А теперь посмотрим на другую сторону. Что мы знаем об интеллектуальном багаже американского лидера Дональда Трампа? Судя по его крайне небогатому словарному запасу и манере речи, книг за свою долгую жизнь он прочитал немного. Писать он тоже почти не писал. Самая известная его книга — The Art of the Deal — была написана журналистом Тони Шварцем, который позже признавался, что почти все сделал сам. Остальные «бестселлеры» американского лидера создавались по той же схеме — «литературными неграми». Самые известные цитаты Трампа: «Хватай их за вагину». «Почему мы принимаем всех этих людей из вонючих дыр?» «Неважно, что пишут СМИ, пока у тебя есть молодая и красивая задница». «Я знаю слова. У меня лучшие слова». Перед нами два совершенно разных мира. Один — мир книг, философии и долгих интеллектуальных традиций. Другой — наглости, разврата, самоуверенной грубости, телевизионных шоу и пустых лозунгов.

Сейчас люди не знают как похудеть. Потеют в спортзалах, едят таблетки горстями. А надо как в армии. Кто служил в Советской армии, помнит классическое общевойсковое меню: на первое - вода с капустой, на второе - капуста без воды, на третье - вода без капусты. И все, ты строен и привлекателен для девушек.

Встретились в рукопашной. Наш охохлаченному бандеровцу полбашки снес. Не добил бывшего друга, как Тарас Бульба младшего сына. Хохлы утащили своего с собой, что редко бывает. Так-то они по заветам своих арийских, черепомерных хозяев добивали раненых, чтобы не возиться. Даже со своими. "А зори здесь тихие" помните? Вот именно! Но и наш не остался не раненым. В отличие от ставшего инвалидом бывшего земляка и друга, отступил достойно после поединка. В нашем госпитале его подлечили. И как теперь дальше жить нам. И им, кто с той стороны воюет. Бывшим русским. С русскими фамилиями, именами, даже с бакинским происхождением, или грузинским, среднеазиатским... Вот почему всеми фибрами души, с армейской молодости своей ненавижу всякий национализм. Который из бытовой формы заболевания приводит к тому, что некогда бывшие братья, земляки, однокурсники становятся вот такими непримиримыми врагами на поле боя. Я сказал, Шекспир? Это штука будет посильнее фаустовского Гёте и бандеровских гётваранов. Кто из бакинцев, поймет. Эта трагедия пострашнее античных древнеримско-афинских-троянских эпосов. Тут бери повыше - цельнотянутая Махабхарата. Гражданская война пандавов и кауравов. Куда там оксфордскому профессору Толкину с его эльфами и орками. Здесь многотомье книг великих воителей ведийского допотопного мира. И опустивший в отчаянии лук бесстрашный царевич Арджуна, полубог, на минуточку, на своей колеснице: "Говинда, я не буду сражаться!". И библия индуизма в поучениях Верховного бога Вишну в его земной ипостаси Кришны. Когда-нибудь наше противостояние с извечным дранг-нах-наховским, НАТОвским врагом на Закате завершится. Вот таким вот ударом, сносящим полбашки, и тогда новые будущие небесные и земные певцы гандхарвы, бродячие отшельники йоги-бабоёги сложат на новодревнерусском санскрите следующую Махабхарату. О битве, в очередной раз изменившей ландшафт коллективной души человечества. Но мне не увидеть этими глазами ту будущность. Поэтому, как поэт из Советского Союза, последний советский поэт, как меня назвал 11 лет назад один доктор филологических наук, рецензируя предыдущую книжку стихов "Последний поезд в Магадан", делаю свое дело - продолжая традицию, идущую и от безымянного автора "Слова о полку Игореве" до Пушкина, Лермонтова в девятнадцатом столетии, до Блока, Есенина, Клюева, Тарковского, Наровчатова в двадцатом и тех певцов Русской Весны, кто в строю с 2014 года. И остается лишь держать строй. Своих. Крепко сжав перо, видеокамеру, а когда придется, то и вороненый ствол АК-74. Вот такое "доброутро", друзья)). И где находится Друзь, или нофелет, или испуганный патриотизмом народа Ургант, или даже некогда голосистые иноагенты Гребеневич и Макаренщиков мне глубоко фиолетово. Уже четыре года прошло с хероического взятия Верхнего Ларса. Каждый выбирает свою Юрмалу с израильским Кипром в дубайском Майями. Мы только остаемся в России. И это внушает. Хорошего дня, друзья! 09.03.2026 г.

Не для хлебоуток. Прибаутки. Доброутро, друзья! Интересно, как поживает "что-где-когдаевец" Друзь? Но все равно, доброутро! Чуть было не брякнул, "хлебоутки")). Кто такие "хлебоутки" я не знаю. Кажется, персонажи какого-то современного мультика. Так я их, кроме Маши и Медведя, не смотрю. А и Машу с МедведЁм видел лет 15 назад. Да, эта серия понравилась. Хотя и не так как наша родная классика. Как "Ну, погоди!", "Варежка", "Шпионские страсти", "Скамейка", "Матч-реванш", "Снежная королева", "Балерина на корабле", "Дюймовочка", "Легенда о старом маяке" и другие мультики, на которых я рос в детстве, они, конечно же, роднее и ближе. Зумерам не понять)). Утро девятого, как июньские девственницы-лиственницы в Магадане, марта - это вам не цезарьские календы. От скрипа в коленях маловато колоть гиалуронку. Надо просто витамином Д закинуться и пойти в спортзал. И там и простой пищей, хлебоуточно ежесуточно питаться. Кусок хлеба с чаем, или каши - рисовой, гречкой (так и не привык, несмотря на два года жизни в Ленинграде, к грече и куре на поребриках грильных греющихся), овсянкой, сэр, пшеничкой, с некоторым количеством овощей, тушенкой, иногда куском самостоятельно приготовленного мяса, когда на плов дети придут, или на запеченные ребрышки в духовке, долму или бозбаш. Ну это по праздникам, когда почревоугождать не особый грех, не требующий долгого поста с молитвой. И шиитских "шахсей-вахсей". Доброутро началось в субботу понедельником. Благо сегодня перенесенный, как вирус ковидлы на ногах, праздник. С воскресенья. А у шестидневников театральных ни праздников, ни выходных, кроме одного в понедельник. Который, как правило, не отмечается еженедельно, ибо всегда найдется дело на работе и в выходной. С утра понедельника - уборка кубрика, как приучила еще мама в детстве, а потом в армии закрепил товарищ старшина. Замечательный был человек - прапорщик Кириенко. Эх, узнать бы, где он сейчас. Не старый ведь, должно быть, человек. Остался ли в Средней Азии, или в Россию выехал после распада СССР. Почему-то думается, что не на Украине он. И тем более не с майданутыми убийцами в одном рассыпающемся гороховом строю. Хотя всяко бывало. Мне рассказывал историю один бакинский земляк, из коренных, с которым мы жили на соседних улицах, а потом тридцать лет в Магадане рядом, через водохранилище, правда, проживали. Земляк на год меня моложе. Отучился в военном училище на ракетчика. Вместе с ним учились и два его товарища, наши бакинские земляки. Оба русские по этнической записи в пятой графе советского паспорта. Все трое в конце восьмидесятых получили лейтенантские погоны... Потом двое из них попали служить в части, расквартированные в России, а один на Украину. И после 1991 года этот русский бакинец остался в незалёжной. Принес второй раз присягу, хотя она дается один раз. И в России тех, кто присягал в СССР, не заставляли переприсягать. И до весны 1993 года в российской армии оставалась советская присяга. Ну не важно, время шло. И пришло к 2014 году. Один из этих русских бакинцев, давно уже отставник, пошел добровольцем в народное ополчение Донбасса. А его земляк и однокурсник по военному училищу вступил в ВСУ. И как у Шекспира в трагедии оба встретились на поле боя под Славянском. Русские мужики. Славяне. Офицеры. Один воевал за Русский мир, за убиваемых хохлами русских детей Донбасса и мирных жителей восставшей против киевского нацизма Новороссии. А второй пришел на Донбасс - убивать москалей. Русский человек. Бывший русский. С советским военным образованием. Бакинец, родившийся и выросший в нашем южном городе у теплого берега Каспия, где мы не спрашивали друг друга, кто азербайджанец, кто армянин, кто русский, кто еврей, татарин, грузин, лезгин, талыш, курд...

Мессии - Бельцин Мундела и Солженицше Афроамериканец Бельцин Мундела отсидел сорок лет в гулагере. В соседних камерах с белым власовцем Солженицше. Они дружили вместе и делили одну пайку в 25 грамм хлеба, что на 100 грамм меньше, чем в блокадном Петербурге, на двоих. И оба писали свои труды. Бесцветными чернилами из молока и лимонного сока, которые им выдавали за вредность палачи гулагеря. И когда Солженицше обменяли на чилийского коммуниста и выслали вон из страны, то он из-за руб. ежа начал активную деятельность по освобождению Бельцина Мунделы. А еще они вместе и вдвоем копали подземный ход из своей камеры, которую еще при царе начал рыть граф Монте-Кристов. Но не успел. За свои 28 лет отсидки в гулагере Монте-Кристов прорыл только пять метров бетонной кладки своей стершейся до размеров зубочистки оловянной ложкой. Но в ХХ веке у зэков Бельцина Мунделы и Солженицше были отбойные молотки, которыми их заставлял добывать в шахте уголек сам сталинский любимец Страханов. Но у Бельцина Мунделы и Солженицше была справка из гулагерной больницы о том, что у первого грыжа, а у второго рак. И их, благодаря этой справке, на работы в шахту не выводили, а давали молоко, которое им сцеживали прямо из груди в комнатах для посещений их жены, и лимоны, которые им полагались по прямому указу кровавого Гуталина во избежании цинги. Примечательно, что цыганам-антикоммунистам цинга не грозила и им не давали лимонов. А только манную кашу, которую цыгане ненавидели. Их пытали этой кашей, насильно заставляя ее есть в гулагере. Но когда свободная и невидимая рука капиталистического рынка победила в Соврассии и Афроамерикании коммунизм, то Бельцин Мундела стал императором, которому вручили еще и Шнобелевскую пермию войны и мира. Сегодня эту пермию должны по наследству передать великому подебителю злого персидского царя и ста семидесяти школьниц, не считая почти миллиона врагов в концлагере отдыха под закрытым небом в секторе Газа. Потому что как и персы - враги 300 спартанцев, палестинцы тоже плохие и злые люди, которые не дают возможность гегемону построить на своем месте бизневосточный Лазурный берег с роскошными отелями для благородных и святых богачей. Потому что согласно откровениям пророка Мормонида, солидный Господь пребывает только среди солидных господ. А кто не богат, тот грешник, которому прямая стезя в ад. Вот так справедливость - городская, бургерная, буржуазная, мiстечковая, капиталистическая, невидиморыночная и торжествует. И Бельцин Мундела, как и его друг и соратник по камере в гулагере Солженицше, уже вознеслись и пребывают в раю для солидных господ.Аминь. 09.03.2026 г.