@amnastiia

Я эмоциональная, шумная и беспокойная. Я не могу умеренно. Не могу чуть-чуть, немного, слегка. Я так не умею. Мои эмоции разбрызгиваются как бутылка шампанского, в которую замешали парочку горстей ртути. Веселюсь, пока не упадет последняя блестка, плачу, умываясь слезами, грущу так, что впору носить черную мантилью, а если уж смеюсь, то так, что ни конца ни края нет золотистым искоркам в моих глазах. Так за всю свою жизнь и не поняла, что в этом вечном шекспировском "лишь в чувстве меры истинное благо". Никогда в жизни не считала, сколько раз я улыбаюсь и смеюсь. Потому что такая, как я, все время что не плачет, то хохочет. Вот ни разу. А сегодня вот я знаю, что улыбалась пять раз. Пять. Целых пять. Как достижение прямо.

Привет, Алена. Я тебе обещала, что этот текст обязательно появится, и я напишу, что знаю, что ты сейчас это читаешь. В пятницу вечером, между уже выкуренной парочкой мятных сигарет, но еще до выпитой текилы, – это казалось хорошей идеей. В воскресение вечером, правда, таковой уже не кажется, но пусть в этом мире будет хоть что-то стабильно и хотя бы я смогу держать свои обещания. Всю свою сознательную жизнь лучшие слова в предложения, а предложения в тексты, я собираю, когда мне очень плохо. Это всегда работает безотказно: чем выше градус драмы и душевного разрыва, тем больше родится строк из-под моих пальцев. Когда я счастлива, то сказать нечего, а все попытки выглядят, как страдания пятилетки в прописях – так что я обычно даже не пытаюсь. Этой осенью я была счастлива. Беспокойна, тревожна, моментами отчаянна до дрожи в коленках, но счастлива. Не тихим и спокойным счастьем, о котором пишут в книжках, снимают в кино и о котором мамы обычно молятся для своих дочерей. Нет, не таким. А таким, что как цунами, американские горки, шипучие карамельки и пузырьки шампанского на языке, что хотелось сказать "ну и к черту это ваше спокойствие, если может быть вот так". Сложно, сильно, неуместно, что моментами приходилось зажмуривать глаза и задерживать дыхание. И все-таки счастливо. И на какой-то момент показалось, что вот оно. То самое. Такое, как будет всегда, такое, как должно быть, такое, просто такое и мое. И оно все рухнуло. Опять. Снова. Еще раз. Не знаю, какое из выражений подойдет больше, но в тот самый миг, когда показалось, что все ровно и стабильно, оно обрушилось. Я, честно, уже сбилась со счету в который это раз. Пятый? Десятый? Может уже и двадцать-какой-то, просто я не считаю уже. Но этот второй, когда не отпускает чувство неправильности происходящего. Я думала, что больше никогда не почувствую этой мерзкой неправильности происходящего. Когда не больно, не страшно, не что-то там ощутимо, а когда внутри выкручивается все и тебя выкидывает из реальности полностью. Семь лет назад я улетала от всего, что так сильно полюбила, и впервые ощутила, что это такое, когда все неправильно. Когда каждый шаг, каждый жест, каждое простое действие дается нечеловеческим усилием, потому что с каждую секунду хочется сесть на пол и закричать что есть силы, чтобы остановить это все. Потому что так быть не должно. Пусть как угодно, но не так, пусть больно, пусть одиноко, пусть по-любому, но только не так. Прошло семь лет, и я ни на день не переставала помнить, как это ощущается. Оно не забывается, не стирается и даже не затирается в яркости этих полосующих шрамов. Когда абсолютно все: каждый вдох, каждое движение ресниц, каждый миг – все неправильно. И просишь ты только одного – чтобы оно прошло. Столько лет оно не возвращалось, хоть и было все. Вот уж без преувеличения – все. Страшно до истерики, больно до нервного срыва, трагично до новой дыры в сердце. А теперь вернулось. И невыносимая неправильность происходящего меня не оставляет день за днем, минуту за минутой, секунду за секундой. Только я и эта неправильность. Только я. Очередной раз осталась только я.

Улетела с фразы «я знаю себе цену, но иногда у меня бывают распродажи»

Мне однажды сказали, что у любой тоски есть «год спустя». Знаешь, наверное они были правы. Только не год. Только целых три. И они были правы. Увы. Чертовски правы.

Я пропустила всю осень. Не знаю, как это получилось, потому что мой самый любимый месяц – октябрь. Еще кстати апрель, не знаю, почему. Несмотря на то, что октябрь раз и навсегда отравлен потерей моего невероятно близкого человека, в октябре родился еще один мой невероятно любимый человек – все в мире пришло в равновесие, не зря это эра весов, одним словом. Только вот в этом году я все прошляпила. Листья опали ковром, который кое-где напрочь смели, деревья уже голыми ветками протыкают мерзко сизое небо по утрам, а на девяносто секундном переходе по дороге в наш бизнес-центр снова задувает так, что хочется навсегда отрезать волосы и затакаться в какой-нибудь капюшон. Кажется, вот только начинался сентябрь, и мы ездили танцевать под открытым небом на набережной, как вдруг прогноз на завтра – "ощущается как 0 градусов", ну и как бы ноябрь уже в пятницу. Что я делала все это время – вопрос, ответ, на который, я, к сожалению, или, к счастью, знаю. И он меня бесит. Потому что у меня за эти два месяца эмоций столько, что можно в обычном режиме на год растянуть, а прогулки в парке – ни одной. И даже шарлотку ни разу не испекла. Только вот я на излете года так и не решила для себя: когда все то упорядоченное с прогулками в Летнем саду и какао вдребезги, но зато ворох новых эмоций – это мне на счастье или на беду?

Знаете, что такое неожиданный нервный стресс утром во вторник? Это когда ты обновил телеграм и обнаружил сто два непрочитанных чата. Которые тихо-мирно лежат в архиве, а ты их даже не видишь. Осталось теперь только разгрести это и не получить сердечный приступ🌚

Вообще я думаю, что если бы мне было нужно оставить всего пару тем, про которые я могла бы читать вечно, то я бы оставила только маркетинг и психологию. Первое, на самом деле, не далеко ушло от второго, но психология у меня одновременно и нужное, и интересное, и guilty pleasure вместо сказок на ночь. По психологии я читала уже огромное количество разных источников – от книг (даже Фрейда, между прочим) до личных текстов, поэтому сейчас мне особенно интересны живые знания и образованных специалистов, кто раскрывает и себя как профессионала, и делится своим опытом. У клинического психолога Лианы – именно такой канал. Она рассказывает, что всё то, что в нас есть - это нормально, просто важно научиться с этим взаимодействовать, поэтому каждый текст становится возможностью заглянуть чуть глубже внутрь себя и чуть больше познакомиться с самим собой. Как вот, например, текст о наших фантазиях и о чем они говорят с нами – киньте в меня камень, как говорится, кто такого не представлял. Или история о намоленных подарках – киньте в меня два камня, кто такого не читал и ни разу не видел еще. И обязательно прочитайте про гипноз, всегда говорю, что не все так (однозначно), как рисуется в голове на первый взгляд. С таким бережным подходом, когда психолог помогает не целенаправленно что-то менять, ломать и крушить в себе, а просто исследовать, слушать и слышать, изменения в себе не заставят себя ждать, так что очень рекомендую подписаться – такое лишним просто не может быть!

Моя душа не выдержала и заказала себе целый флакон Мансеры. Ближайшие пару месяцев собираюсь стабильно пахнуть кофе и конфетами с ликером. И опционально ещё безумием осенних вечеров🌚

На прошлой неделе в Петербурге резко походало. Настолько, что я, которая вечно "откройте окно, дышать нечем" в офисе просто околела и сегодня приехала в свитере. В первом попавшемся, выбранном по принципу "надевай и поехали уже". А потом айфон подкинул мне подборку воспоминаний в этот день год назад и я просто выпала – я сегодня одета абсолютно также, как и год назад. Год назад, когда пришла в свой первый рабочий день в компанию. Год. Триста шестьдесят пять дней. Всегда говорю, что время – жутко нелинейная величина, иногда его очень много, а иногда – катастрофически мало. Оно то сжимается в крошечный отрезок, когда кажется, что я просто моргнула и прошел год, то бесконечно растягивается, когда я начинаю думать, сколько всего в себя этот год вместил. Я перебираю какие-то моменты в голове и не могу поверить, что все это я и это со мной. Когда-то был момент, что я не занималась маркетингом? Честно? Честно-честно? Потому что год спустя кажется, что маркетинг со мной был всегда. Даже когда он похож на нечто невразумительное между юриспруденцией и бухгалтерией. Даже когда я просто целый день считаю, заполняю табличкки, снова считаю и так по кругу. Даже когда все совершенно не похоже на то, что я себе представляла, когда соглашалась на этот оффер. И я все равно чувствую себя счастливой. Я думала, что не сумею. Ну правда. Слишком всего было против, но идея закопать себя хотя бы в той области, о которой семнадцатилетняя я когда-то мечтала, была весьма притягательна. А потом все просто получилось. И маркетинг, и одиннадцатисантиметровые шпильки, чтобы бегать по коридорам, и посиделки с коллегами по вечерам, и поездки домой на такси в ночи, когда ты думаешь "какой это был классный день". Я не знаю, что будет завтра. Иногда похоже на огромную розовую сахарную вату. Иногда все ужасно. Иногда меня так укатывает на эмоциональных американских горках, что я на полном серьезе гуглю гороскопы. Иногда мне кажется, что я Далай-лама и Оракул всея женского рода. Иногда я вообще ничего не понимаю, и на полном серьезе пишу близкой подружке "что это значит". Иногда я хочу все бросить, как оно есть. Иногда не могу дождаться утра и бегу вприпрыжку. Единственное, что я знаю точно – это то, что это решение, принятое год назад, раскрасило мою жизнь так, как я уже не думала, что может быть возможно.

Когда я была маленькая, не помню, сколько мне точно было, наверное лет восемь, я призналась своей тете в том, что обманула маму и учительницу по физкультуре. Физкультуру в школе я ненавидела, у меня со спортом вообще были очень напряженные отношения: я, только когда уже выросла, поняла, что не в спорте проблема, а всего-навсего я терпеть не могу, когда меня трясут как грушу. Вот эти все прыжки, бег и тараканы по пересеченной местности – это мимо меня. Полтора часа в спокойном режиме на йоге или пилатесе – вообще не вопрос, а сорок минут бега с разной степенью поднятия всех конечностей – избавьте меня от этого ада, пожалуйста. Так вот избавлялась от ада я весьма прозаичными способами для восьмилетки, придумывая, что у меня что-то там болит и я себя плохо чувствую, благо голова у меня и правда болела с завидной регулярностью. Маме, конечно, я бы в своем вранье никогда не призналась, а вот тете было можно. Ей всегда можно было что-то такое рассказать и получить в ответ сочувствие. Когда тебе кажется, что небо на землю сейчас рухнет от твоих восьмилетних проблем, это сильно спасает. Я не помню, какими именно словами она со мной говорила. Если бы тогда я знала, что этих разговоров нам осталось очень немного, я бы, конечно, записывала, а может эта ценность и мудрость приходит лишь с годами, а не когда ты учишься в начальной школе. Но я запомнила суть – с проблемой, которая тебя тревожит нужно встретиться лицом к лицу. "Ты не сможешь бегать от физкультуры до конца школы, Настя" и что-то о том, что нужно искать решение, полюбить уроки, сказать маме, в конце концов. А еще то, что если я хочу быть взрослой, какой я себя считаю (в том возрасте самоуверенности мне было не занимать, куда что подевалось), то я просто обязана решить, как начать ходить на уроки – то есть как смотреть источнику своей тревоги в глаза. И не тревожиться из-за этого так сильно, что я всю неделю набиралась смелости, как бы поделиться случившимся. С тех событий прошло уже двадцать лет. Я закончила школу, бесконечно откашивая от уроков физкультуры. Потом точно также закончила университет. Тети нет уже много лет, и она не увидела ни первого, ни второго. На уроки физкультуры я теперь хожу по собственному желанию, как бы ни смешно это звучало, пусть это и классы по йоге. Только вот смотреть источникам своей тревоги в глаза я так и не научилась. Пытаюсь отсрочить неизбежное, пью вино бокалами, выдумываю сценарии в своей голове, которому "фантастические твари и где они обитают" позавидовали бы. Даже вот в час ночи съедаю конфету, к которой бы руки ни за что не потянулись при свете дня. И все равно ужасно тревожусь в бесплодных попытках прекратить это делать. И все бегу, и бегу, и бегу. И кто бы только знал, как хочется это остановить. Так что вот, на часах второй час ночи, конфета съедена, а тревога по-прежнему раскручивает на своей бешеной карусели. Я выросла, но так и не училась справляться, и мне снова кажется, что небо вот-вот рухнет на землю. Только в этот раз я одна против этого чувства.

Если честно, то я даже не думала, что буду так рада вернуться на коврик. Все-таки, как оказалось, ничто не прочищает мне голову так, как полтора часа на нем, ничто так не тормозит мой полет тревожных мыслей, которые сидят комком где-то в животе и подкашивают ноги стоит только начать их думать, ничто не позволяет так выдохнуть и хоть на чуть-чуть взять паузу. Только я, тишина и випарита-карани-мудра-асана🤍

Терпеть не могу такие дни, если честно. Когда вот даже придраться не к чему – все нормально. Ровно, просто, обыкновенно, ну вот одним словом нормально. А что-то бесит, с ума просто сводит. И ты отчаянно ищещь причину, на что бы переложить это: эти не написали, не сказали, не посмотрели и наоборот те написали, сказали и посмотрели, и ни за что не ухватиться. Смотришь на красивый закат (на Петербург сегодня как будто акварельные краски пролились), выпиваешь два бокала гевюрцтраминера и только все равно что-то внутри гудит пчелиным улеем: не то, не так, не те. Нет, нет, нет. Больше в отпуск не пойду, честное слово. Не нравится. Совсем не нравится.