Долгарева • Река Смородина

мы к осени становимся бессмертны, такие легкие и полые внутри, поблекшие, лишенные пигмента, запоминай же медленность момента и нелюбимых в зиму не бери. а этой ночью было: тот, который (ну, дальше и не надо — тот, который) — приснился старым, желтым и больным. как прячут смех под смертным приговором, вот этим старческим — как передерг затвора — так жизнь запряталась под остальным. дыши холодным, и люби, и не надейся, от равноденствия до равноденствия впитает глина снеги и дожди. три яблока лежат на полотенце, такие красные лежат на полотенце, куда покатятся — туда иди. 2021

Представьте, что вечером вы укладываете спать двух своих маленьких дочек. Одна так и не смогла самостоятельно подойти к вам. Вторая так и не смогла сказать: «Спокойной ночи». Алине всего 4 года, но за её плечами уже 11 операций. Её сестра-двойняшка Полина после кохлеарной имплантации только начинает слышать мир и учится произносить первые слова. Они появились на свет намного раньше срока - такими крошечными, что обе сразу оказались в реанимации. Пока мама часами ждала за дверью, врачи боролись за жизнь её девочек. Им удалось выжить. Но обычного детства у сестёр так и не было. Сегодня Алина учится делать свои первые шаги с ходунками. Полина - понимать обращённую речь, смотреть в глаза, говорить первые слова. Каждая новая победа даётся месяцами огромного труда. Но останавливаться сейчас нельзя. Если прервать занятия, всё, чего удалось добиться за эти годы, может быть потеряно. Родители сделали всё, что могли. За годы лечения накоплений не осталось, а оплатить новый курс самостоятельно семья уже не в силах. На новый курс осталось собрать 518 400 рублей. Братья и сестры, пожалуйста, помогите Алине и Полине не потерять шанс однажды самостоятельно пойти навстречу маме и сказать ей самые важные слова. Помочь сёстрам: pmfond.ru

А вот еще все забываю вам показать репортаж «Комсомольской правды» про наш с Андреем Бледным концерт. Полностью он тут: http://kp.ru/daily/277804/5286618/ Но вы же по ссылкам не ходите, вот вы какие! Так что я процитирую немножко. Про меня там довольно некомплиментарно, но про Андрея хорошо) «...Тем более, когда на сцене, нога на ногу, бок о бок скромно восседала Анна Долгарева — одна из главных современных поэтесс страны, военкор KP.RU, женский голос Донбасса, краткий и кроткий талант, — что трепетно волновалась, мяла пальцы, будто пластилин, отстукивала ритм на пюпитре пальчиком (задавая пульс пришедшим мальчикам) и обаятельно-невольно выпячивала «Я» в слове «девЯностые». Но тактично старалась никак не акцентировать безупречное поэтическое «Я» в этот вечер. Ведь рядом с ней, воздушным литературным тяжеловесом, был даже не претендент на пояс — а новичок: бритый и бородатый дядя, которому в ноябре стукнет 50. И чудо случилось. Невероятно, но факт: Бледный заволновался, хоть и не дрогнул. Что фиксировало гиперответственность. Да, слово может и придавить! Шутка ли, пара сотен человек, среди которых и узнаваемые, и экспертные (телеведущая Тутта Ларсен, режиссер сериала «Солдаты» и музыкант группы «Оркестр «Черная балалайка» Дмитрий Магонов, актеры Михаил Сиворин и Мария Янушевская, кинокритик Илья Шамазов и др.), набились в тесные «Тонны», чтобы подышать честным авторским слогом. Никаких тебе файеров, оглушительных битов, электрогитар и ударных установок. Никакого драйва, разгона, угара и самоподзавода. Только интимная звенящая тишина, где каждая буква на вес. Только голый нерв и голос. Только лучшие произведения — семья: любимая жена Катя, дочь Стася и сын Ярик, тихо возвышавшийся в кепке «ПАПА» (мерч Хаски) над рослыми взрослыми мужчинами. Папа, конечно, рядом — и на сцене уже лет 30, и стадионы собирал в двух столицах, и читал в Боярских палатах спектакль «Обитель. 16 рота» по роману Захара Прилепина, и в кино снимался, и даже теперь пестует настоящего Никиту Кологривого в спектакле «Дон Жуан» в образе Дона Луиса. И все же поэзия — штука такая. Раздевает, обнажает, обезоруживает даже самого брутального дядьку. Микрофон в широкой лапе Андрея порой колебался. Низкий голос автора порой падал на экстремальные глубины — там, где сиплои почти обрыв. Где предельно откровенно и даже сакрально».

Город Владимир, я напоминаю! Китоврас! Совершенно чудесный фестиваль. Будут Александра Маринина, Андрей Рубанов, Эдуард Веркин, Юрий Поляков, Анна Долгарева (eto ya), Егор Сергеев и Влад Маленко. Я 16-го в 18.15. Ну и расскажите, где погулять в условиях ограниченного времени! В Покрова-на-Нерли я опять не поеду, я без машины же.

Я умела любить огромно, словно дом, который поднимается до неба и кажется маленькому ребенку не менее, чем скалой. А теперь у меня в голове брусника, перетертая в мелкую кашицу, и никакой из домов не мой. Снилось мне: ты пришел и сказал, что живой. Что это было такое задание, специальная глубинная разведка длиной в одиннадцать лет. Длиной в жизнь мою (не задавшуюся изначально). А далее жизнь, и мы учимся жить ее, и я тревожусь, все-таки одиннадцать лет, и однако жизнь понемногу, но уверенно строится. Может быть, дело даже доходит до брака, так или иначе, у меня получается успокоиться. Я помню: земля раскисла тогда совершенно. Был апрель, никаких онлайн-карт, я все потеряла, вслепую ходила по грязи, и ноги уже до колена, как в серебре, были в ней. И белые каллы, прозрачные на просвет каллы, теряющие лепестки, и лепестки сплетаются в рубашки для лебедей. Анна Долгарева #стихи август 2026

«Как-то все я не знаю». Вот бывают такие дни, когда как-то все я не знаю! Из рук валится, а надо генеральную уборку делать, и ты понимаешь, что какую там генеральную, вещи бы распихать. И не то чтобы тошно, и не то чтобы томно. Как-то все я не знаю. Рыба ещё эта, ее соседка жарит. И вроде есть парфюмы для дома всяческие, но оказывается, что запах перебивается только сигаретой. Рыба, рыба ещё эта. И тапок. Один нормальный летний тапок! Устарел и снова вошел в тренды, сносу ему не было. Из Переделкино в пятницу приехала в двух тапках, абсолютно трезвая, не поздно. В субботу тапок был один. Спрашиваю котов, где второй, не признаются. Коты эти еще! Глистогонка два месяца лежит на столе с некоторой укоризной, напоминает, что надо проглистогонить эту дикую стаю и привить. Видели скульптуру «Самсон пытается дать таблетку коту»? Китти позировала. Линзы контактные с Вайлдберриз не пришли, Вайлдберриз этот еще! Ухи от очков болят! И есть в этом всем всплескивании руками и недоумевании не столько печаль-тоска, словно тихонечкий смех над самой собой. Потому что лет уже много, и можешь позволить себе ахать и закатывать глаза; это юность зверино серьезна в своем надрыве. А сейчас нежность такая прозрачная пропитывает котов этих, и печальные останки драцены, и необустроенный быт, - теплая, вечерняя, словно август. Август этот еще. Две недели осталось.

Приснилось тут государство, где юноши в семнадцать лет превращались в птиц, их закапывали в землю, в двадцать пять откапывали и они превращались обратно. Ну как в птиц. В пингвинов. По крайней мере, очень похоже на пингвинов. И вот горы и такие пингвины в коматозе стоят под горами. А на эти восемь лет вместо этих юношей их жизнь живут подменные существа из другого мира. Выходишь из коматоза и смотришь, что тут за тебя наворотили, очень интересно. Учитывая, что всяческий фольклор я сейчас читаю много, разнообразно и по пять книг одновременно, даже не могу понять, из какой схемы это приползло.

Картина Репина «придавили», а также «кто это сделал, а»? Бонусом Феликс Эдмундович помогает писать мне статью (сам, лапками).