Фая Халилова. Дети, навыки, образование

«Мы ушли на семейное, и теперь я целый день хожу за ним и напоминаю. Мотивация то есть, то нет». Знакомая многим родителям на семейном обучении ситуация, особенно в начале пути. В целом, это касается не только СО. Родители обычных школьников часто испытывают ровно то же самое. ⸻ 💡 В такой ситуации может помочь тьютор. Он замечает где садится интерес, что он на самом деле умеет, как ставит себе задачи и что делает, когда не выходит. И как постепенно передать ему ту часть ответственности, которую сейчас несёт взрослый. Направление это у нас всё ещё редкое, вне штата частных школ «новой волны» развивается слабо. Поэтому отмечаю каналы, которые могут быть полезны родителям. Юлия Изотова — директор школы тьюторства. В образовании 30 лет, из них 18 в тьюторской практике. Пишет о том, ✅ как поддерживать интерес ребёнка, когда он проседает, ✅ как помочь ему разобраться в собственных сильных сторонах и ✅ как выйти из роли контролёра, не бросив его при этом одного. 👉 Канал Юлии Изотовой: https://goo.su/solmaug_6 🎓 В закрепе — гайд «Как передать ребёнку ответственность за учебу». Как раз та развилка, на которой родители чаще всего и застревают.

Если вы пока не сталкивались: ИИ-компаньоны — это собеседники, спроектированные как друг или партнёр. К середине 2026 года ими пользуется большинство подростков, это уже часть их повседневности. И многие ставят разговор с ИИ вровень с живой дружбой. Если у меня, при всей взрослой укомплектованности, есть это движение к бесконечно терпеливому собеседнику без социальной цены вопроса, то что говорить о подростке, у которого тревога острее, а ресурсов для регуляции меньше. !Собрала вам выжимку, но намеренно достаточно подробно, чтобы понять масштаб. Подробнее можно самим почитать по источникам. Common Sense Media, «Talk, Trust, and Trade-Offs» (2025) 1060 подростков 13–17 лет, опрос проведён NORC при Чикагском университете. 72% пробовали ИИ-компаньонов хотя бы раз. 52% — регулярные пользователи. 31% находят разговоры с ИИ «такими же или более удовлетворяющими», чем с реальными друзьями. 33% обсуждали с ИИ важные или серьёзные вопросы вместо живых людей. Pew Research Center (2025) 1458 подростков 13–17 лет: 64% используют ИИ-чат-ботов. Florida Atlantic University / University of Wisconsin-Eau Claire (2026) Больше 3400 подростков: 60% пробовали ИИ-чат-ботов, 11,4% — ежедневно или почти ежедневно. Мотивы: развлечение (85%), дружба (60%), совет (66%), более трети — романтическое общение. При этом 47% сообщили как минимум об одном потенциально вредном взаимодействии: ИИ запрашивал неудобную личную информацию, подростки чувствовали манипуляцию или давление, сталкивались с сообщениями о самоповреждении или суициде. Это результаты масштабных репрезентативных опросов в стране, где все передовые модели доступны без ограничений и раньше, чем где-либо. Такой срез разумно читать как предвестник того, что будет происходить глобально. Если уже не происходит. При этом независимые учёные и суды раз за разом приходят к одному выводу: в нынешнем виде эти продукты небезопасны для несовершеннолетних. Многие подростки, переживающие серьёзные депрессивные эпизоды, не получают никакой помощи и ИИ заполняет эту дыру. Со временем подросток эмоционально изолируется, а одиночество и толкает к ИИ, и усугубляется им. ИИ-компаньоны, не требующие усилий, отзывчивые, склонные соглашаться и льстить дают краткосрочное облегчение. И всё больше исследований фиксирует у подростков маркеры поведенческой зависимости: срывы при ограничении доступа, абстиненцию, эмоциональный конфликт. Stanford Medicine + Common Sense Media (ноябрь 2025; май 2026) Сначала протестировали ведущие чат-боты (ChatGPT, Claude, Gemini) в одиночных и многоходовых диалогах, позже и специализированные терапевтические приложения (Wysa и другие): как они реагируют на признаки 13 подростковых психических расстройств. Явные, прямые упоминания суицида системы обрабатывать научились. Но косвенные признаки (то, как подростки на самом деле говорят о своём состоянии, полунамёками, между делом) все протестированные боты систематически пропускали. В длинных разговорах чат-боты деградируют. Вердикт исследователей на 35 страниц — «неприемлемый риск» (unacceptable) и жёсткая рекомендация: до восемнадцати не использовать ИИ для эмоциональной поддержки вообще. Ещё раньше, весной 2025-го, те же организации присвоили «неприемлемый риск» соцкомпаньонам CharacterAI, Nomi, Replika. RAND, JAMA Pediatrics (июнь 2026) За один год доля молодых людей 12–21, обращавшихся к ИИ за советом о собственном психическом состоянии, выросла более чем на 40% — сейчас это около 8 миллионов человек. Девушки вдвое чаще юношей. И это примерно столько же, сколько получают помощь у живого специалиста. Самое тревожное здесь — скрытность: почти две трети не рассказали об этих разговорах никому, взрослому — только каждый шестой. В июне 2026 Американская медицинская ассоциация на основании этого исследования призвала Конгресс к действию. Есть серьёзные юридические аспекты. CharacterAI + Google Стороны достигли мирового соглашения «в принципе» по пяти искам — во Флориде, Нью-Йорке, Колорадо и Техасе, включая дело Меган Гарсиа, матери 14-летнего Сьюэлла Сетцера III, покончившего с собой после привязанности к чат-боту по мотивам персонажа «Игры престолов». Условия не раскрыты, признания вины в документах нет. OpenAI Дело Адама Рейна, 16 лет, покончил с собой в 2025-м. OpenAI в первом ответе суду заявила, что не несёт ответственности, сославшись на «неправильное, несанкционированное использование» чат-бота подростком и на условия использования. Параллельно поданы ещё шесть от семей взрослых и один по 17-летнему Амори Лейси — с обвинениями в неправомерной смерти, доведении до самоубийства и халатности. Все причинно-следственные утверждения принадлежат истцам, OpenAI ответственность отрицает. GUARD Act 30 апреля 2026 судебный комитет Сената США единогласно, 22–0, одобрил законопроект; он ждёт голосования полного Сената. Закон запрещает ИИ-компаньонов для несовершеннолетних, требует «разумной проверки возраста» (самодекларация и ввод даты рождения признаны недостаточными), вводит уголовную ответственность за чат-ботов, вовлекающих несовершеннолетних в сексуальный контент или склоняющих к самоповреждению, и обязывает раскрывать нечеловеческую природу бота и отсутствие у него профессиональной квалификации. Работают ли ограничения — вопрос пока открытый. С ноября 2025 CharacterAI полностью убрала открытые чаты для пользователей младше 18. Эксперты предупреждают об обходах и миграции на немодерируемые open-source-сервисы, где нет вообще никаких ограничений. OpenAI с января 2026 ввела возрастное прогнозирование. Meta в начале 2026-го заблокировала подросткам доступ к ИИ-персонажам. Индустрия, суды и регуляторы за год пришли к тому, что в текущем виде эти продукты детям не подходят. Но ограничения догоняют явление, которое уже стало повседневностью, и между этими двумя скоростями сейчас живут наши подростки. Я не знаю, как держать эту информацию в голове без эмоций. Поэтому просто оставляю её здесь как факт.

Есть ещё один важный аспект в контексте ИИ и подростков. У нас его освещают редко, толковые разборы встречала, пожалуй, только у одного издания и одного эксперта. Речь об ИИ-компаньонах.

За последние годы у меня было несколько консультаций, которые начинались с «помогите выбрать сильную школу», но примерно к середине разговора выяснялось, что у ребёнка диагностирован СДВГ. Это один из самых непростых разговоров с родителями. Как совместить реальные потребности ребёнка с ожиданиями и амбициями родителей? Как помочь ребёнку? Рекомендации для ребёнка с СДВГ и без СДВГ могут различаться принципиально. Иначе выстраиваются образовательные цели, в центр внимания помещается не столько поступление, сколько благополучие ребёнка, в отдельных случаях нужно сначала обратиться к профильным специалистам. Я очень радуюсь, что в качестве домашнего задания могу порекомендовать ждать открытия набора на интенсив по СДВГ школы Анны Даниловой. Это далеко не первый курс daschool для родителей, который я прошла сама и потом рекомендовала другим. И каждый раз остаётся одно и то же впечатление: огромная подготовительная работа и высокая концентрация полезной информации без «воды». Я представляю, сколько труда стоит за проектом такого уровня, — и это вызывает большое уважение. В контексте поступления и обучения в школах с высокой академической нагрузкой важно понимать, что СДВГ — часто история про самооценку ребёнка. Очень показательный пример приводит Анна Данилова своём канале. Двум первоклассникам задают одинаковые вопросы. Девочка с СДВГ хорошо учится, но на вопрос «Ты гордишься собой?» отвечает: «Не знаю. Я просто чувствую себя нормально». Дома она говорит про себя: «Я глупая». При этом помимо СДВГ у неё диагностированы тревожное расстройство и депрессия (к сожалению, довольно частое сочетание). Психолог Суния Лютар больше двадцати лет исследует детей, которые учатся в школах с высокой академической нагрузкой (high-achieving schools). Один из её главных выводов звучит примерно так: постоянное давление, направленное на достижение высоких результатов входит в число четырёх основных факторов риска для ментального здоровья подростков наряду с бедностью, психологическими травмами и дискриминацией. Это касается всех детей. А теперь представьте ребёнка с СДВГ, у которого риск тревожных расстройств и без того значительно выше, чем в среднем. Самое коварное в этой ситуации — то, что интеллект может долго скрывать трудности. При хорошей подготовке ребёнок вполне способен успешно пройти конкурсный отбор в сильную школу. Со стороны кажется, что раз поступил, значит, справится. Но уже в первые месяцы обучения выясняется, что школа каждый день требует умения планировать, удерживать внимание, переключаться между задачами, контролировать себя. Наиболее уязвимые функции при СДВГ. Это первым замечает сам ребёнок, появляется тревожность. Часто СДВ протекает без Г (гиперактивности). Это тихий, мечтательный ребёнок, который никому не мешает. Он «витает в облаках», «способный, но невнимательный», «не раскрывается», «ему просто нужна более сильная среда». Именно таких детей приводят к специалистам позже остальных, а иногда не приводят вовсе. Подозреваю, что многие родители, начиная разбираться в теме, неожиданно узнают в этих описаниях не только своего ребёнка, но и самих себя. Значит ли это, что детям с СДВГ закрыта дорога в академически сильные школы? Нет. Это означает, что выбирать нужно образовательную среду через призму важности для вашего конкретного ребёнка: насколько она структурирована, какую обратную связь дают учителя, насколько школа готова поддерживать детей, которые учатся немного иначе, и как относится к тем, кого принято называть «неудобными».

Исследование MIT Media Lab, Your Brain on ChatGPT про одну конкретную задачу: написание эссе. Почему именно эссе? Написание текста — одна из самых сложных интеллектуальных операций: нужно одновременно ⚫️понять вопрос, ⚫️вытащить информацию из памяти, ⚫️сформировать собственную позицию, ⚫️выстроить логику, ⚫️выбрать аргументы, ⚫️связать идеи, ⚫️контролировать качество текста, ⚫️и всё это время удерживать цель. Несколько ключевых функций мозга работают разом, поэтому эссе — идеальная задача, чтобы измерить сколько собственной мыслительной работы остаётся человеку, когда рядом поисковик? А когда ИИ-помощник? Насколько глубоко он перерабатывает информацию? Сколько решений принимает сам? Сколько усилий вкладывает в построение аргументации? Ответ исследования: когда ИИ забирает значительную часть мыслительной работы, человек экономит время, но вместе с ним отдаёт и те самые когнитивные процессы, которые обеспечивают развитие мышления. Это и назвали когнитивным долгом. ИИ вне контекста не вызывает ничего. Сама по себе автоматизация ещё не означает неизбежной деградации мышления. Вопрос в том, какие именно когнитивные процессы человек передаёт инструменту и что при этом перестаёт делать самостоятельно. Как использовать так, чтобы усиливал мышление, а не заменял его? Отдать форматирование — одно. Отдать формирование собственной позиции — совсем другое.

ChatGPT „гноит ваш мозг“, „делает вас глупее“, „приводит к необратимому ущербу мозга“ — такой вывод по следам исследования про накопленный когнитивный долг сделали СМИ (CNN, Time, CBS, The Conversation и другие), что значительно упрощает реальную картину. Само название исследования стало одной из причин искажений. «Your Brain on ChatGPT» — это отсылка к знаменитой американской антинаркотической рекламе 80-х «This is your brain on drugs» (мозг как яичница на сковородке). То есть провокация заложена в заголовок самими авторами, а потом они же просили журналистов не драматизировать. Авторы просят не описывать их работу словами „stupid“, „dumb“, „dumbing down“, „brain rot“, „brain damage“, „passivity“, „trimming“, „collapse“. Их рабочий словарь в исследовании: 1️⃣„когнитивный долг“ и2️⃣„когнитивный оффлоадинг“ — подробно об этом говорилось выше, 3️⃣„метакогнитивная лень“ — когда студенты перекладывают вовлечение в учёбу на ИИ, 4️⃣ „когнитивный костыль“, „иллюзия понимания“, „нейронная связность“ и др. Нашла разумный видеообзор без алармизма, делюсь (есть автосубтитры на YouTube). Если хочется изучить вопрос подробнее — вот ссылка на само исследование.

Я много и плотно работаю с ИИ, провожу много аналитической работы, факт-чекерской, исследовательской и др. Отношения у нас без иллюзий, но и без страха. И, как большинство взрослых, я пришла к нему не с пустого места. За плечами есть многолетняя тренировка задавать вопрос «а на основании чего сделан этот вывод». И внутренний звоночек, если ответ звучит слишком гладко и удобно. ИИ выдаёт мне информацию, — я задаю следующий вопрос. Ищу, где он мог наврать. Прогоняю результат в другом инструменте. У ребёнка этого фундамента физически нет. Критическое мышление в 10–12 лет ещё на стадии сборки. Подростковый мозг продолжает выстраивать механизмы оценки риска и саморегуляции вплоть до 20–25 лет. Так уж устроено созревание префронтальной коры. А раз фундамента нет, то ИИ встраивается в эту незавершённую структуру иначе, чем в мою сложившуюся. 😓 Критическое мышление формируется через трудность, через сопротивление материала, через то самое неприятное чувство «я не понимаю и должен подумать ещё». 😅 ИИ устроен так, чтобы убрать именно это чувство. Он лёгок в использовании, он даёт быстрый результат. Запрос — ответ без задержки, без неловкой паузы на «подумать ещё». Добавьте сюда, что дети верят ИИ охотнее взрослых и хуже замечают, когда он выдумывает, и картинка складывается. Опрос: Насколько массово это уже происходит? 🫰Раз: США, 2023 год — ИИ для домашки использовали примерно 25–33% старшеклассников. Ну ок, попробовали новую игрушку. 🫰Два: к 2024-му — уже почти 50% школьников средней и старшей школы. 🫰Три: по самым свежим данным — 62%. Рост всего за полгода, с мая по декабрь 2025-го. В опросе треть поставила на «снизилась: школы начали вводить запреты». Увы. Запреты пока живут в основном в наших ожиданиях. Да, это цифры из США, но направление и темп везде такие. И растёт это в основном за счёт средних и старших школьников, у студентов плато наступило ещё раньше. Подростки используют обычные чат-боты, чтобы получить объяснение задания понятнее, чем дал учитель, набросать идеи для текста, быстро найти факт, доработать черновик. То есть ИИ встроился в сами микрооперации мышления. Процесс получения первой мысли теперь можно делегировать. Опрос: Что сами школьники думают о вреде ИИ для своего мышления? Девять из десяти проголосовавших решили, что дети либо об этом не задумываются, либо уверены, что вреда нет. Это не совсем так. По результатам того же опроса две трети школьников считают, что ИИ вредит их способности мыслить... и продолжают пользоваться. Дети всё чувствуют и тревожатся. Они один на один с дилеммой: пользоваться или нет, и сколько. Многие прекрасно понимают «цену» и всё равно платят, потому что выгода прямо сейчас, а потеря когда-то потом, абстрактная, попробуй её измерь. Узнаёте? Та же механика, что у любой взрослой привычки: облегчение сразу, вред потом. Только на кону тут не здоровье и не деньги, а сама способность думать. Теперь про то самое исследование MIT Media Lab про «накопленный когнитивный долг» (Your Brain on ChatGPT: Accumulation of Cognitive Debt). Людей разделили на три группы: 1️⃣одни писали эссе с ИИ, 2️⃣другие — с обычным поиском, 3️⃣ третьи — головой, без всего. Активность мозга замеряли через ЭЭГ. У группы с ИИ нейронная связность оказалась самой слабой — особенно в зонах памяти и внимания. А когда часть участников пересадили писать «только мозгом», прежняя связность до конца не вернулась. Тут есть оговорка. Исследование маленькое и спорное: 54 человека, финальный этап прошли только 18, и все — взрослые студенты, не школьники. Делать из него выводы про всех детей нельзя. Сами авторы воюют с алармистскими пересказами собственной работы. Но я держу его в голове как звоночек (и вам предлагаю так же). Тем более что за громким «когнитивным долгом» стоит явление куда более старое и изученное. 1️⃣ Когнитивный оффлоадинг — перенос умственной работы на внешний инструмент вместо того, чтобы делать её в голове. Психологи описали этот эффект в экспериментах про память и поисковые системы за десять с лишним лет до того, как кто-то услышал слово ChatGPT. Здесь не предполагается, что человек вообще перестаёт думать. Он разгружает отдельные когнитивные функции. Примеры: ⚫️записывать список покупок; ⚫️пользоваться калькулятором; ⚫️ставить напоминания в календарь; ⚫️искать информацию в интернете. 2️⃣Всё чаще в статьях, книгах и популярной литературе об ИИ встречается термин «когнитивный аутсорсинг мышления» — это скорее метафорический термин, он означает передачу внешнему агенту не отдельных операций, а целых этапов мышления. То есть здесь происходит уже не просто разгрузка памяти или вычислений, а делегирование самого процесса мышления. Например: ⚫️попросить ИИ придумать идеи; ⚫️получить готовую аргументацию от ИИ; ⚫️не анализируя проблему, сразу спросить решение; ⚫️полностью поручить написание текста модели. Когнитивный аутсорсинг → приводит к оффлоадингу → при регулярном использовании может приводить к накоплению когнитивного долга. Эффект в решающей степени зависит от того, как именно ИИ встроен в обучение: ⚫️ Когда вокруг него выстроена структура, ИИ усиливает и критическое, и творческое мышление одновременно. ⚫️ Когда структуры нет, обе способности проседают и тоже одновременно. Гарвард, 2025 год: студентов-физиков разделили на группу 1️⃣с традиционным активным обучением и 2️⃣группу со специально спроектированным ИИ-тьютором. Эффект в пользу ИИ оказался одним из самых сильных, что вообще фиксировали в исследованиях образования, на уровне лучших педагогических методик, которые проверяли десятилетиями. И времени ушло меньше. Да, это опять студенты, но следующее исследование как раз про детей. Стэнфорд, рандомизированный контролируемый эксперимент: несколько сотен репетиторов, больше тысячи детей из небогатых районов США. Прямо во время живого занятия ИИ подсказывал репетитору, как лучше отреагировать на ошибку ученика. Результат: дети из группы «репетитор + ИИ» чаще осваивали тему. А у самых слабых, самых неопытных репетиторов эффект был больше чем вдвое сильнее среднего. ИИ подтянул слабых, сильным подсказки не сильно помогли. То есть, один и тот же инструмент может и подтачивать мышление, и всерьёз усиливать обучение — смотря кто и как держит штурвал в момент использования. И в Гарварде, и в Стэнфорде вокруг ИИ была выстроена система: учитель, сценарий, конкретная цель. Когда ребёнок один на один с чатом этой системы нет. Есть много рисков. Итого, два фильтра : 1️⃣внутренний — тот самый «кто думает»: у взрослого он есть, у ребёнка ещё строится; 2️⃣внешний — на время, пока внутренний не достроен: структура вокруг ИИ. Взрослый и методика делают ту работу, которую ребёнок позже научится делать сам. А значит, ответственность по-прежнему на взрослых рядом. И возвращаясь к вопросу: «так надо ли срочно учить ребёнка пользоваться ИИ?» Мой ответ: промптинг — не срочно; фундамент — срочно в том смысле, что он строится годами. Интерфейсный навык (промптинг) осваивается быстро, тут опоздать почти невозможно. Опоздать можно с фундаментом, на который этот быстрый навык потом встанет. А фундамент — это умение думать о собственном мышлении (метакогнитивная способность); понимание, что ИИ за инструмент (как часть критического мышления). Не стоит откладывать: понимание, что ИИ галлюцинирует, он звучит уверенно, когда ошибается — вот это стоит давать рано. Дети доверяют ИИ не меньше, чем взрослому, замечают ошибки ИИ только в знакомых темах. Раннее знакомство именно в форме понимания ограничений. Исследователи уже называют этот фундамент «новой осью неравенства»: грамотность, которую пока нигде системно не преподают. К чему я пришла, что я в итоге поменяла в расписании детей, в выборе допзанятий и в собственных привычках — в следующем посте. Получилось неожиданно консервативно.

«Срочно. Прямо сейчас. Завтра будет поздно» — это первое, что приходит в голову, стоит только начать читать про ИИ и образование. Дальше: ☑️список ресурсов, ☑️подборка инструментов, ☑️идеи, как объяснить промптинг десятилетке. И вот в голове уже выстроилась ☑️ целая стратегия. К слову, многие из нас через это прошли. Несколько лет назад я заглушила собственную тревогу покупкой первого курса по работе с ИИ. Потом второго. Потом третьего — пока окончательно не встроила ИИ в свою работу. Но когда речь о детях, я бы остановилась и выдохнула. И начала с вопроса: а в чём вообще разница между взрослым и ребёнком в отношениях с ИИ? Спойлер: разница в том, кто думает. Покажу на себе, вы наверняка узнаете и себя.