Fleur

Я хочу самых простых, самых обыкновенных вещей. Я хочу заплакать, я хочу утешиться. Я хочу со щемящей надеждой посмотреть на небо. Я хочу написать тебе длинное прощальное письмо, оскорбительное, небесное, грязное, самое нежное в мире. Я хочу назвать тебя ангелом, тварью, пожелать тебе счастья и благословить, и еще сказать, что где бы ты ни была, куда бы ни укрылась — моя кровь мириадом непрощающих, никогда не простящих частиц будет виться вокруг тебя.

здравствуй, моя дорогая. здравствуй, научившая меня любить, любить понедельники, дождь, архитектуру. здравствуй, явившаяся ко мне со всеми своими секретами, красотой и сложным, горящим детством в глазах. здравствуй та, что так умело укротила мой спесивый, довольно сложный характер своими хрупкими руками. здравствуй та, что пахнет нежностью, лёгкой красной розой и уютом. здравствуй, моя единственная, трепетно сотворённая из моих мыслей и желаний, так незаслуженно посланная мне подарком свыше. здравствуй, моя любовь.

Мне порою хочется разодрать себе грудь и размозжить голову от сознания того, что люди часто ничего не могут дать друг другу. Ты не обретешь любви, радости, тепла и блаженства, если сам не подаришь все это другому, и никакой жар любви не осчастливит другого, если он стоит пред тобою холоден и безжизнен.

сердца пусты, либо наполнены не тем.

Я то думал, что подцепил тебя играючи, — и вот околачиваюсь под твоей дверью, позабыв дышать.

«Да, бывало, что я приезжал в Тбилиси, чтобы просто посмотреть ей в глаза. Этого было достаточно.» Роберт де Ниро, 1987

Кто-то, кого я любила, однажды подарил мне ящик, полный тьмы. Мне потребовались годы, чтобы понять, что это тоже подарок.