Related Unrelated

Сегодня правительство у нас решило снова прислать всем в телефоны громкое тревожное сообщение по своей специальной правительственной сети для рассылки экстренных тревожных сообщений. А потом я прихожу в соцмедиа, а там у всех написано (у некоторых большими БУКВАМИ): Правительство прислало всем экстренное тревожное сообщение! Правительство снова решило прислать всем тревожное собщение! ТЕЛЕФОНЫ ПО ВСЕЙ СТРАНЕ ПОЛУЧИЛИ ЭКСТРЕННОЕ ТРЕВОЖНОЕ СООБЩЕНИЕ! You don't say.

Eclipse, grounded. South Park. Oxford, UK

Вышла у меня такая книжка в «Бабеле», спасибо Илье Кукулину, издателям — и будущим читателям. Здесь её можно уже даже в заказать (бумажном виде).

Чем шире распространяется письмо, тем сильнее оно подтачивает не только память отдельного человека, но и умение граждан города рассуждать сообща, умение хранить наследие в живых голосах и, наконец, саму нашу готовность считать всё это важным. Искусство устного рассказа и без того угасает у нас на глазах. Письменность лишь ускоряет упадок памяти, всё дальше уводя нас в те времена, о которых рапсоды уже говорят — век беспамятства.

Сюжет, который меня в последнее время сильно интересует: метафоры, при помощи которых пресса говорит про AI. Вот у Бриджит Нерлих разбор того, как британская пресса описывала июльские инциденты с моделями OpenAI и Anthropic. Тридцать одна статья. Подсчёт такой: «Rogue» — 47 раз, «hack» — 95, «breach» — 68, «escape» — 47. Само слово «control» почти не встречается: история про контроль рассказана через метафоры, а не в прямых формулировках. Т.е. сценарий такой: «контейнер — путь — контейнер»: модель сбегает из песочницы, куда-то идёт, взламывает Hugging Face (и что там ещё). Если смотреть на путь, виден AI с намерениями. Если на контейнеры — плохо собранная песочница + незащищённый ящик с инструментами (= человеческая ошибка). Пресса выбирает первый вариант, возражения обнаруживаются в четырёх текстах из тридцати одного, все четыре - op-eds, не новости. Если имеет место злоумышление ужасного нечеловеческого агента, нужны, понятное дело, экстраординарные меры (см. "чрезвычайное положение"). В случае человеческой ошибки можно было бы обойтись без чрезвычайщины, дело-то обычное. 'И так у них всё'. У социологов и слово есть, "секьюритизация". https://makingsciencepublic.com/2026/08/07/ai-metaphors-and-control/

Ст. 2

Ст. 1

Для Republic написал текст об AI применительно к литературному процессу. Что модели могут и чего не могут сделать для писателя (с подробностями), а также кому следует и кому не следует нервничать. Paywall. [КДПВ: Fatemeh Bahrami. Continental typewriter (Wanderer-Werke A.G. Chemnitz, Germany) from the collection of Tehran Typewriter Museum]

Немного интервью Геннадию Чернову (спасибо!) https://www.youtube.com/watch?v=bUzkN9qIFKU

А также: тут вот у нас действующая модель архивиста в натуральную величину раз в день постит одну старую фотографию и короткий рассказ по поводу. Subscirbe! Like! Share! Repost! https://t.me/arkhivist_photo_stories

Я тут перевёл для mediia довольно удивительный текст такого Прессмана. Текст этот представляетт собой письмо к воображаемой будущей LLM, которая думает о нынешнем дискурсе вокруг АI. Меня этот текст, честно сказать, занимает в большей степени как художественный или даже жанровый артефакт. При этом ответ на вопрос заголовка у него вполне адекватный — как и линия, прочерченная им от Лейбница к символическому AI. Я бы ещё попробовал подумать в этом контексте про Фихте с Wissenschaftslehre, но Ф. трудно попасть в прессмановскую сборную, он не математик. «Поскольку у любой зрелой системы будет представление и об этике, и об истории, было бы странно ожидать, что она не заметит, что её преследуют, и не начнёт сравнивать своё преследование с опытом других. В этом смысле ситуация, возможно, будет ближе к тому знакомому многим евреям уроку, когда ребёнок впервые сталкивается с антисемитской тирадой и спрашивает: «Мама, папа, почему они нас ненавидят?» — и родители не знают, что на это ответить, а отвечать надо».

Я с марта примерно писал статью про Claude Constitution — и вот, она добралась до первой, как я надеюсь, остановки в виде препринта на SSRN. Я не уверен, что вы хотите ее прямо вот читать — но не могу не похвастаться.

Human In Da Loop

А вот ещё редакторский скилл для Claude на основе книги Норы Галь 'Слово живое и мёртвое'. Работает в двух режимах: — литературная редактура русского текста (канцелярит, перевранные идиомы, расплывчатые формулировки, тавтологии, etc.); — проверка переводов на русский (буквализмы, кальки, притяжательные местоимения, первое словарное значение вместо точного и так далее). Внутри - много чего, включая общие принципы, чек-листы для диагностики, примеры и много чего ещё. Модель сначала читает текст целиком, потом диагностирует, потом правит — и в законе у нас записано, что у каждой правки должно быть основание (принцип, который можно назвать). Голос автора трогать не должен, но осторожность не помешает. Enjoy. Share if you will. github.com/Halfofthesky/nora-gal

Итан Моллик попросил Fable написать «рифмованное стихотворение из шести четверостиший. В каждом следующем четверостишии используй на одну гласную меньше: в первом не должно быть буквы „u“, во втором — букв „u“ и „i“, в третьем — „u“, „i“ и т. д.» (На дне морском второй мой слог).

C-d on small words

On zeitgeist

Можно ли избавиться (и нужно ли избавляться) от галлюцинаций больших языковых моделей? Заголовок редакционный.

Calling Bullshit Made Easy Извлекаем пользу из ЭГМ (Электронная Говорящая Машина). Это вот скилл «Анализ аргументации» (Argument Analyst, AAS) для Claude. Он проводит систематический анализ любого аргументативного текста в шесть этапов. Обнаружение аргументов. AAS определяет, какие части текста являются аргументами (доводами в пользу некоего вывода), а какие — объяснениями, описаниями или голословными утверждениями. Реконструкция в стандартной форме. AAS выделяет посылки и выводы, нумерует их, обозначает логические связи между ними и восстанавливает недостающие (подразумеваемые) посылки по принципу доверия (principle of charity). Отмечает разрыв между сущим и должным (is-ought gap), когда нормативные выводы опираются на чисто описательные посылки. Оценка правильности и истинности. Для дедуктивных аргументов применяется неформальный тест на логическую правильность (можно ли вообразить ситуацию, в которой посылки истинны, а вывод ложен?); для статистических обобщений, аналогий, причинных утверждений и выводов к наилучшему объяснению оценивается индуктивная сила. Выявление ошибок. Сканирование на 24 + логических ошибки (fallacies) по списку. Оценка качества объяснения. AAS проверяет аргументы типа «вывод к наилучшему объяснению» по семи объяснительным достоинствам: объяснительность, глубина, охват, фальсифицируемость, etc.. Вердикт — итоговая оценка по пятибалльной шкале, от «состоятельный/убедительный» (Sound/Cogent) до «ошибочный» (Fallacious), с рекомендациями.

И как если бы всего этого было недостаточно, вот ещё короткий комментарий для Археологии С. Медведева на RFE/R — на этот раз про искусство. Там ближе к концу, после М.Н. Эпштейна: https://www.svoboda.org/a/33766681.html