Интегрируй это. ПРЛ, кПТСР, травма и тело.
описание
Место для размышлений о природе психологической травмы, заметок на полях, возмущений и ворчбы Канал травматерапевта Марии Корниловой для психологов и терапевтов
1 130
подписчиков
Охват к подписчикам
50,6%
ERR
Реакции к просмотрам
5,59%
1 119 на 39 постов
Пересылки к просмотрам
0,57%
115
Постов в день
0,0
всего 39
Где отзываются чаще
доля реакций к просмотрам- 31 дек.В общем, долгий, красивый, продуманый текст сюда я явно напишу уже в следующем году :) Времени что-то нет совсем, увы мне :) А пока - спасибо вам, что были со мной в уходящем, комментировали, лайкали, читали. Отличного вам всем наступающего года, и чтоб поменьше в нем было острого стресса, хронического стресса, диссоциации и травмы, а больше счастья, удовольствия, спокойствия и интеграции! 🎄🍾🎂🎉❤️🔥12,01%
- 31 мар.Яниумерла, и это хорошая новость. Но за отчетные три месяца мы: доехали до Грузии (6 чемоданов, 3 рюкзака ручной клади, три кота в переносках, Вадим 4 года). Долетели до Буэнос-Айреса. Сбегали экстренно в больницу, отделались испугом. Переехали в Кордобу. Начали гнездиться, привыкать, раскладывать вещи и обживаться. Сдали Вадима в сад. Сходили в три загса, везде получили по лбу. Выматерились. Незапланированно вылетели в Буэнос Айрес на две недели. Поженились. Вернулись. Воюем с местным загсом и миграсьоном. Аргентина, чтоб вы знали, местами как Россия. Есть Буэнос-Айрес и есть все остальное, и всему остальному федеральные законы не писаны. Полностью поменяли режим жизни и офигеваем от необходимости решать кучу вопросов с местной весьма и весьма неповоротливой и не желающей работать бюрократии на испанском уровня А1-я ни понимаю ничего. Параллельно работа и ведение курса. Вдобавок мой новый ноутбук решил что моя флэшка для него слишком стара, и слитую со стационарного компа информацию, включая черновики файлов для канала, читать отказался. А у меня тут прям цикл оборвался, который я, наивный воробушек, сперва думала дописать в Грузии, потом в Байресе, потом в Кордобе. Ну что, стоит признать поражение. Но яниумерла, и думаю, на текущем уровне нагрузки скорее всего смогу вернуться к ведению канала хотя бы раз в неделю. Для начала, думаю, закончу таки цикл про обучение и подготовку психотерапевтов, а потом... потом накопилось всякого. По мотивам эмиграции, и по многим другим мотивам. Привет тем, кто все еще читает меня и не отписался за все это время!11,08%
- 21 авг. 2024 г.без подписи8,99%
- 21 янв.⬆️ Западный подход с его очень длительным обучением вроде как решает и эту задачу тоже. Годам к 28-29, когда там уже можно в самостоятельное плавание, люди обычно этот самый жизненный опыт получают уже. И синяков и шишек, и исцеления от них. Но есть тревожная тенденция, о которой начинают говорить сейчас. С учетом дороговизны и длительности подготовки, а так же малодоступности высшего образования для уязвимых групп, все больше и больше складывается линия того, что психотерапевтами становятся дети благополучных родителей из довольно благополучной среды. Это не значит, что у них нет проблем, и проблем порой серьезных. Но вряд ли у них есть опыт голода, уличных драк, нищеты и жизни в гетто, со всеми вытекающими. Ну а с учетом дороговизны психологической помощи, есть тенденция превращения психотерапии в историю «богатых для и о богатых», либо историю «КБТ по страховке». А так же оторванности специалистов от опыта реальных проблем, особенно об этом говорят в моей области. В России, с нашим практически полным отсутствием регуляции, а так же стихийным становлением профессии в 90-е, история другая. Длительное время доступ на обучающие психотерапевтические программы был открыт буквально всем, людям любых профессий. Да и сейчас это регулируется «практическими институтами» где как и порой кое-как. Кто-то берет «психологов, социологов, психиатров и педагогов», кто-то хочет психологическую магистратуру к концу обучения, кому-то достаточно курсов, а кто-то, кто, например, может сам диплом о профпереподготовке дать, по прежнему берет всех подряд. И это, кстати, часто обозначает, что люди, решившиеся идти по этому пути, довольно хорошо понимают что и зачем делают. Уже взрослые, уже образованные, уже состоявшиеся в своей первой профессии. Уже чаще всего с опытом кучи личных проблем, а часто еще и опыта 90-х, собственной успешной личной терапии. С сильной мотивацией и пониманием для чего они пришли. С возможностью смотреть на жизнь с разных «колоколен». И как по мне это прям очень даже не плохо, если на жизненный опыт и разнообразный бэкграунд намотать пачку психологических знаний, несколько обучений, и отшлифовать в практике. И я знаю очень, очень много отличных прям терапевтов, прошедших именно этот путь. Но, к сожалению, таковы не все. И приходят, и получают бумажки об окончании и совершенно «случайные» люди. И те, кто на самом деле сам пришел «подлечиться» - в этом как таковом ничего плохого нет, во многих терапевтических школах первый год обучения принципиально «клиентский». Но есть те, кто в своих проблемах застревает, или идет на программу не подразумевающую обучения через личный опыт. Или те, кто решил для себя что «психотерапия это неплохой бизнес, ничего личного», или те, кто просто не способен понять глубины и сложности работы, и остается на уровне «лозунга» и «техника вывезет». В хорошем случае таких студентов, конечно, стараются отсеять, но возможности сделать это ограничены и зависят от программы обучения и политики руководства института. В плохом — сертификат об окончании обучения получают все. Что это значит на практике? С одной стороны то, что в России довольно много очень сильных, если не гениальных психотерапевтов без «профильного» образования. С другой — что в профессии очень много случайных людей, а так же весьма посредственных специалистов. Увы. продолжение следует...8,85%
- 13 янв.⬆️ Для становления личности, тоже место такое, очень общеизвестное, очень важно прохождение кризисов. Их много, возрастных, семейных, профессиональных в том числе. Становление психотерапевта так же в обязательном порядке подразумевает прохождение определенных профессиональных кризисов. Их довольно много, разные исследователи выделяют разное количество, но лично я считаю что говорить о том, что терапевт действительно состоялся можно после прохождения первых трех. И многие терапевтические обучения устроены так, чтобы эти кризисы человек прошел во время обучения. И я считаю это максимально правильным и тем, чем категорически нельзя жертвовать, чтоб обучение сократить и удешевить. О чем речь? Ну, первый — это очень многим, в разных профессиях и областях, знакомый «кризис неофита». Я нашел свою школу! Теперь я знаю ответ на все вопросы! Моя школа самая правильная! Тут самые рабочие техники! Я все могу, ура-ура! Место понятное, терапевту важно почувствовать опору, принадлежность, понять структуру, без этого дальше не двинуться, но есть риски. Может появиться неукротимое желание всех вокруг, желающих того или нежелающих, поинтерпретировать через призму метода (есть кстати терапевтическая поговорка что мол «не интерпретируйте, да не интерпретируемы будете»), применять техники всегда и везде и даже там где не надо, обесценивать другие подходы и превозносить свой. Время первой эйфории... которое, в хорошем случае, должно пройти и разбиться о безжалостную реальность. И привести к второму кризису — профессиональной компетенции. Терапевт должен обнаружить что клиенты не вписываются в его гипотезы, реагируют иначе, чем «по учебнику», техники работают не все и через раз, его метод не решает всех задач, он ни хрена не знает и не понимает что происходит. Растерянность, стыд, тревога, отрезвляющий удар по профессиональной самооценке — все это необходимо пройти и пережить, чтобы осознать что психотерапия куда больше чем техника, все контролировать невозможно, ты живой человек и напротив тебя — такой же живой. Здесь можно застрять в роли «вечного студента», и попробовать вернуться на первый этап, пойти поучиться чему-то еще, поменять модальность, но итог снова будет тем же. Здесь, по идее, опять же должны отсеяться те, кто поймет «психотерапия — не мое». Ну а третий этап я б назвала кризисом профессионального становления. Терапевт ли я или самозванец? Можно ли мне делать вот это, чему не учили, но что кажется сейчас в процессе максимально естественным? Где я заканчиваюсь как человек, и начинаюсь как профессионал, и как одно влияет на другое? Время осознания что клиенты так же влияют на нас, как мы на них. Время актуализации собственных травм, столкновения со своим несовершенством и уязвимостью. Вот здесь по идее должна сформироваться очень важная история — возможность опираться на себя и собственную личность в процессе работы, способность отделить свою уязвимость от своей силы, научиться это использовать. По моему мнению к автономной работе на постоянной основе человек готов после прохождения этих трех кризисов. И вот тогда он и является по сути своей, а не внешнему названию, психотерапевтом. В общем, какая-то итоговая формула такова: человек, имеющий общепсихологические и свойственные подходу знания и техники, ведущую мотивацию помогать, определенным образом, в ходе личной терапии и первой практики под супервизией сформированную личность, прошедший первые профессиональные кризисы, работающий в рамках своей модели и компетенций. Сложно, но ИМХО, это наиболее полный ответ на вопрос «кто такой психотерапевт». и я еще попишу на тему...8,25%
- 15 мая⬆️ И для каждого по отдельности самая выгодная стратегия — подставлять и закладывать. Преследовать только свои интересы. Почему? Потому что если ты сотрудничаешь, а другой нет, — твой проигрыш максимален. 10 лет — или 2, или 0? Ответ, казалось бы, очевиден. Но для системы самый выгодный путь — сотрудничество. Суммарный проигрыш системы минимален тогда и только тогда, когда обе ее части вступают на путь примирения, взаимного уважения, уступок, учета интересов другого. 1 суммарный год против 4 или 10. А по сути это и не проигрыш, а взаимная выгода и выигрыш системы. Причем здесь наша голова? Да при том, что психика наша, с одной стороны, единая и целостная система. С другой, в силу кучи причин, нашпигована она порой, казалось бы, взаимоисключающими историями. Противоречивым опытом. Разнонаправленными потребностями. Конфликтующими установками и убеждениями. Потому что она поляризована, а в случае травмы и диссоциированна, все эти когнитивные диссонансы, поведение противоречащее убеждениям, знаю что делать но не могу и иже с ним... Вот, выяснено и вроде досконально, как это — быть хорошим родителем. Не спать ночей, выполнять все рекомендации ВОЗ, всегда договариваться и объяснять, не повышать голоса, оставаться для ребенка ресурсной фигурой, подзатыльник — ну все, ты нанесла ребенку непоправимую травму и тебя можно списывать как родителя. На другом конце, кстати, — вполне обычный засранец с бананами в ушах, родительское выгорание, усталость, бессилие достучаться и куча-куча других факторов... Хороший вопрос, кстати, а полезен ли самому ребенку такой родитель, ну, если вдруг у родителя получится? ВСЕГДА справляющийся, без страха и упрека.... Второй полюс, ну, тот от которого так долго уходили — оры, крик, ремень, унижение, тварь ты неблагодарная, я все ради тебя! Казалось бы, очевидно «плохой», но именно туда проваливается рано или поздно измотанный неидеальный родитель, которому не хватает ресурса. И срывается в штопор самообвинений, чувства вины, страха и стыда, что ситуацию, в общем-то, не улучшает, и ребенку тоже явно не полезно... Дальше в таком случае либо качели, либо интрапсихическая фиксация на одном из полюсов. Имхо, по настоящему хороший-то родитель как раз тот, кто позволяет себе иногда быть плохим. Усталым, замотанным, невнимательным, злым,если необходимо жестко устанавливающим границы дозволенного. Не жестящим, не мотыляющимся туда сюда, а просто и тем и другим. И любящим, заботливым, балующим, включенным — тоже, в первую очередь. В этом и есть баланс, и снятие конфликта. Найти б его только в реальной жизни — все родители и все дети разные, и комбинации случаются затейливые... Тем не менее выдать маме другого ребенка или ребенку другую мать терапевт не в силах. А помочь заметить амбивалентность отношений, сосуществование плохого и хорошего, выйти из замкнутого круга стыда, страха, обиды, определить границы допустимого — вполне возможно, и отношения это обычно значимо выравнивает. А если мы говорим про травму, в основе которой лежат диссоциация? Разрешить противоречие, найти компромисс, выстроить приоритеты здоровая психика худо-бедно может сама. А когда разные части нашего опыта буквально разорваны по разным плохо сообщающимся подсистемам? Частям. Эго-состояниям. Внутренним персонажам? И один из них зудит постоянно, ну, что-то в духе, «у тебя были идеальные родители, неблагодарная ты тварь! Ты по гроб жизни благодарна быть должна!» - а другой кричит что «эти сволочи мне всю жизнь испортили!» Чтобы достичь компромисса надо выслушать обе стороны, принять правду, которая заключена и там и там. Найти непротиворечивое решение, которое устраивает человека целиком. Снять напряжение, которое буквально у человека внутри головы. Заметить амбивалентность и выдержать ее. Сочетание силы и слабости, индивидуального и социального, власти и бессилия, «детского» и «взрослого». Отгоревать несовершенство и невозможность идеального выхода и идеальной жизни - и принять этой. Именно это и снимает то страдание, убрать которое можно в кабинете, открывает новые дороги и новые отношения. Но сделать это бывает ой как сложно.7,91%
- 15 апр.⬆️ Но блин, людям все время надо дальше, выше быстрее, сильнее, эффективней, доказательней и, желательно, подешевле. А если в чат входит еще и бизнес... Можно набрать группу в 40 человек, вести ее вдвоем-втроем четыре года, до конца обучения дойдет 18. Можно набрать 100 человек, и выпустить их через полгода-год. Правда, придется чем-то пожертвовать. Например, работой в группе с участниками, заменить учебными видео с «симулированными кейсами», где роль выдуманного клиента берет на себя тот же тренер. Или работой под супервизией в общем кругу/в малых группах в присутствии супервизора. Проще же, короче, дешевле разбить все 100 человек на тройки и отправить «отрабатывать техники» самостоятельно, в залы зума. Тренер будет заглядывать на 3 минуты раз в 20 минут. Можно сэкономить на супервизиях. Можно теоретические материалы записать на видео, пусть студенты сами посмотрят, это их ответственность. Много чего можно, на подобным образом организованной программе я училась сама. Это была схема-терапия в Психодемии. У меня нет вопросов к самой схеме, это вполне рабочая терапия, с хорошими техниками, с грамотным обоснуем, как всегда, со своими плюсами и ограничениями. В большинстве своем вели программу грамотные тренеры и действительно отличные специалисты, говорили умные и правильные вещи, орать мне хотелось за все время обучения всего пару раз. Но обучение началось в декабре, в июле следующего года закончилось. Формально у меня в сертификате стоит 254 ак.часа, по факту очные практики проходили два раза в неделю по два часа, трижды с перерывами на каникулы. Примерно половина практики — работа студентов в тройках, тренер заглядывает пару раз минуты на три. Короче, реальной очной учебы было часов на 160 академических — остальное типа видео и самостоятельная подготовка. На нашем потоке еще были общегрупповые супервизии (аж 6 кейсов разобрали!), со следующего потока их убрали. В группе было очень много студентов с нулевой подготовкой и без опыта других обучающих программ. В конце — довольно формальный экзамен, где проверялись в основном теоретические знания и насколько хорошо ты научился «типировать» клиента согласно схемной терминологии, а не умение реально работать. Сертификат получили почти все. Да, тренеры говорили о том что «обучение только начинается» и про «это первый этап», но... но? Схема, тем временем, является терапией разработанной специально для «сложных случаев», для клиентов с ПРЛ и кПТСР. Я не могу не задаваться вопросом, сколько студентов услышало звон, но так и не поняло откуда он? Сколько вооружится протоколами и техниками, и начнет довольно грамотно нарезать клиента на режимы и схемы, выбросив за борт самого человека? Не все, далеко не все, и для кого-то это правда будет первый этап, просто шаг в профессию, но из 100 человек, боюсь, много. Стоимость обучения кстати, сократив часы, подняли. И после этого я искренне сомневаюсь что можно с нуля подготовить терапевта, добиться его профессиональной трансформации, за такое короткое время. Кабы схеме учили три года, как меня когда-то психодраме и гештальту, отличная была бы штука, вот что я скажу. Кабы для допуска к работе требовалось фиксированное и большое количество часов обучения+терапии+супервизии — тоже было бы неплохо. Кабы экзамены не были бы формальностью... но имеем то, что имеем. В итоге, разнообразие «психотерапевтов» и психотерапевтов велико, гарантий нет, жизнь тлен, но найти своего специалиста - можно. Такие дела.7,83%
- 5 янв.⬆️ У практикующего психолога, должно быть во всяком случае, в фокусе сам человек, его личность, и очень развита способность сопереживать и эмоционально включаться. Соприсутствовать не отстраняясь в сильном горе, ужасе, крахе, бессилии, разделять это состояние с клиентом. Вдолбленная мною аксиома — «мы не лечим диагноз, мы помогаем человеку», и совершенно неважно какие именно и сколько диагнозов у него при этом стоит. Плюс, честно скажем, от столкновений с врачами-психотерапевтами в системе, как личных, так и опосредованных, у меня крайне плачевный опыт. Я знаю при этом абсолютно прекрасных практикующих психотерапевтов с базовым «врач». Я видела при этом в своих обучающих группах студентов-медиков, впадающих в ступор при виде слез клиента, с моментальным отстранением и «пожалуйста, только не плачь». В итоге, не выдерживающих обучения. Поэтому мною практикуемое личное мнение — никогда не обращаться к «системному» врачу-психотерапевту, при этом я вполне могу рекомендовать отдельных коллег, из врачей «вышедших». Теперь про психологов, именно в юридическом смысле. Психолог — это человек с высшим психологическим образованием, точка. То есть бакалавр/специалитет/магистратура. И совершенно необязательно, что такой психолог работает с людьми, знает как и умеет это делать. Психологи бывают возрастные, психофизиологи, общие, производственные, социальные. Про то, чему учили на кафедре психологии труда в мои времена шутили, что это «наука о том почему падают самолеты и как это предотвратить». Если опираться на усредненные программы вузов, то психолог-по-диплому, в среднем по больнице, обладает пачкой общих знаний о том как функционирует мозг, знаком с историей психологии, обладает базовыми знаниями о когнитивных процессах, знаком с азами матстатистики, логики, философии, биологии, особенно нервной системы, азами психологического эксперимента. Знает основы психологии личности, возрастной, социальной, производственной, психофизиологии, психодиагностики. Ознакомлен с методологией психологии. Более глубокие знания в одной из областей зависят от специализации. Фсе. Отдельной строкой бегут клинические психологи. Те же психологи с базовой подготовкой, но с более глубокой специализацией по двум направлениям: патопсихология и нейропсихология. Вот именно этих товарищей уже во время обучения гораздо более тщательно учат отличать норму от патологии, тому каковы есть психические расстройства и пограничные состояния, замечать нарушения мышления, расстройства функций, выявлять поражения мозга, проводить экспериментально-психологическое обследование. Пожалуй только клиников уже на институтском уровне знакомят с азами реабилитации и психотерапевтических подходов. Клиники обязаны проходить практику в стационаре и исторически рассматриваются как «помощники» врачей-психиатров. Правда, есть капля безумия: обычно серьезной психодиагностикой занимаются именно они, но диагноз ставить — падам! - не могут. И, скажу я вам, хорошо обученный клинический психолог в ряде случаев счастье, и единственный кто «могет». Например, с речевой апраксией моего сына успешно работает именно нейропсихолог. Но в целом, психолог-по-диплому без дополнительного обучения практической психологии к работе с психологическими проблемами людей не подготовлен. И выпускать нас «в поле», работать с людьми, без дополнительного обучения «немедицинской психотерапии» нельзя. Психологи могут заниматься зубодробительной наукой или преподавать. Исследовать. Работать в «смежных» областях, например очень много психологов в HR и PR. Вообще работать не по профессии... Но, по-любому, чтоб работать с людьми — нужно дополнительное обучение... той самой «психотерапии», которой в этой модели как видите, просто нет. Всем, и врачам-психиатрам, и психологам нужно дополнительное практическое образование. И вот тут и начинается та самая интереснейшая путаница... продолжение следует...7,59%
- 7 янв.Историческая справка... Я, в общем недаром писала, про юрисдикции и про то, что российская юридическая система определений ху из ху полностью унаследована из СССР. В Советском Союзе не только секса не было. Еще там не было: РАС, СДВГ, депрессий, тревожных расстройств, птср и кптср, осложненного горевания, кризисов семейных и личных, расстройств адаптации, профессионального выгорания и хронического стресса, суицидальных мыслей, селфхарма, экзистенциальной тревоги, созависимости, компульсивного поведения, избегающей, тревожной и дезорганизованной привязанности, детско-родительских трудностей и психосоматики. Что уж там говорить про такие тонкие сферы, как кризисы идентичности, поиск и исследование себя и некоторые трудности с границами. Система как есть сложилась не просто так. В СССР была «норма» и «патология», и ты того, будь добр, вписывайся в эту самую «норму» хоть тушкой, хоть чучелком. Если не справляешься — то ты «просто» тупой, ленивый, неорганизованный, слабак, неудачник и вообще ходячий позор и посмешище. Соберись, подтянись, будь как все. Если не справляешься совсем — добро пожаловать в «паталогию». Тогда тобой будут заниматься врачи-психиатры. А для всей «серой» зоны между «нормой», ну то есть отменным психологическим здоровьем, и «паталогией», то есть выраженной и «не поддающейся исправлению» дезадаптацией была трудотерапия, порой принудительная, и алкотерапия. К сожалению, самым доступным и дешевым способом «снять» стресс и «обезболиться» был и остается алкоголь. А для «лечения» алкоголизма путем «кодировки» как раз отлично подходит медицинский гипноз и профессия врача-психотерапевта. Не, подвижники своего дела, вдумчивые и человечные врачи, конечно же были. Как и действительно сильнейшие ученые, но до сих пор, сорок лет спустя, найти «нормального» психиатра все еще далеко не просто, доверия «системным» врачам очень мало, больше «частникам», а очень многие люди психиатров боятся и категорически отказываются от приема таблеток, даже тогда когда это просто уже необходимо. А психологи? Ну, психологи в СССР были. Чудом. Очень небольшое количество. Пытающиеся выжить под катком государственной идеологии, и разрешенные в целом, в основном чтобы эту идеологию обслуживать. С героическими и не всегда успешными попытками таки сохранить и развить науку. История развития советской психологии — тот еще триллер, но если не углубляться, то многие советские психологи были сильнейшими теоретиками и учеными, и многие их открытия гениальны и актуальны и сейчас. Но практического применения психология почти не имела. Психоанализ, как буржуазный пережиток, был репрессивно запрещен в конце 20-х, своей школы психотерапии в СССР не было, зачем она советским «нормальным» людям? Патопсихология в помощь психиатрам, нейропсихология для специфических состояний, типа той же апраксии или дислексии, а так же после удаления опухолей мозга. Психологи труда — чтоб самолеты не падали. Психофизиологи если не двигать науку, то на первых полиграфах тоже надо работать. Выпускалось по всему СССР — в 80-е уже, после оттепели, ну пара сотен психологов в год, а раньше и того меньше. И образование, очевидно, было заточено на подготовку будущих ученых, исследователей, преподавателей, очень узких специалистов на Службе Государевой и Большой Медицины. Ну, вот эту систему — и во многом эти же принципы подготовки студентов-психологов, унаследовала Россия, в которую пришли 90-е. Расстройство адаптации, как по моему мнению, случилось разом у всей страны, и запрос на психологическую помощь населению оказался колоссальным. Вот только специалистов, умеющих эту самую помощь оказывать, практически не было. Ну не считать же таковой, в самом деле, сеансы гипноза по телеку, которыми занимался один там известный врач-психотерапевт? Ладно, запрос на психологическую помощь... очень во многих школах открылась ставка школьного психолога, психологи стали крайне востребованы в бизнесе, от HR и рекламы до просто поиска решений, позволяющих бизнесу функционировать эффективней, власти понадобились политтехнологи. А людей, способных заполнить этот дефицит, не было. ⬇️7,57%
- 8 янв.⬆️ И ряд терапий базово и прямо совершенно не заточен на работу с клиникой, и в работе с ней, при прямом следовании методу, будет бесполезен, а порой и вреден. Гештальт, к примеру, базово и изначально, разработан для работы с «нормой», его основная формула — работаем на повышение осознанности клиента. Клиент с ПРЛ, при этом, может быть очень осознанным и рефлексивным, он все давным давно понимает, он сделать ничего не может. Проблема на другом уровне, подобраться к ней через базовые техники гештальта сложно, если не невозможно. Туда же работа с травмой. Доосознаваться можно до нехорошего, а клиент уйдет в бешенстве. Психодрама as is с ее спонтанностью и катарсисом того же пограничника с его высокой импульсивностью и эмоциональной дисрегуляцией может только еще сильнее «раскачать». КБТ как есть абсолютно бесполезна при ПРЛ (и не только), но очень неплохо справляется с депрессией и тревожностью. Не заточены ни разу в базе своей на работу с клиникой ни клиент-центрированный подход, ни нарративка, ни ряд других терапий, включая новомодный майндфулнесс. И, наоборот. DBT и EMDR, например, в принципе не нужны людям, у которых нет ПТСР, ПРЛ, суицидального поведения. Ну и есть терапии, которые, в принципе, подходят для работы с широким кругом проблем, как «клинических», так и «нормы», да и те же гештальт и психодрама, как минимум сейчас, имеют свои «клинические расширения». Но точно нет одной единственной терапии «для всего». Не говоря уже о роли в процессе самого терапевта, его личности, подготовленности, готовности работать с тем или этим кругом проблем, и вообще много чего. Но о роли терапевта в другой раз. Есть вещи, базовые для всей психотерапии вообще, и общие для всех школ и направлений. Необходимость альянса для успешной работы, способность терапевта к эмпатии и точности понимания, терапевтическая этика и ее соблюдение, структурированный сеттинг, имеющий понятные границы, необходимость регулярных встреч, терапевтический контракт. Есть довольно сильно различающиеся. Фактически, у каждого направления есть своя «теория всего». Какая именно теория личности лежит в основе подхода? Что является причиной проблемы? Глубинные убеждения, травма, глубинные конфликты, дисфункция семейной системы, дефицит навыков... Что является причиной изменения? Инсайт, переработка памяти, изменение системы отношений, новые навыки, интеграция... Что первично, техника или отношения терапевта и клиента? Какова роль терапевта в процессе, что он может, что не может, а к чему он обязан? Недирективный поддерживающий стиль или директивный, с сильным вмешательством терапевта? Какие техники используются и допустимы? Какой используется формат работы? Индивидуальный, семейный, групповой? Как мы замечаем и контролируем результат? Работаем «по протоколу» или в живом и свободном стиле, «от ситуации»? Как регулируется работа терапевта? В общем, если подбивать итог, то психотерапий много и разных, их общая цель помогать людям справляться с очень широким кругом самых разных психологических проблем, какие-то из них методологически и технически больше подходят для работы с клиникой, какие-то для работы с нормой, какие-то применимы и там и там. Вот ряд таких психотерапий и пришел в Россию 90-х, и стал использоваться, а так же «обтесываться» под наши условия и развиваться. продолжение следует....7,26%
- 25 июн. 2024 г.⬆️ Но что, если предположить, что все пошло не так, как в мультике? Что, если наши новообретенные эмоции самозародились из выброшенного, отброшенного, запихнутого в самые дальние уголки памяти материала? И там, на их основе, сформировали новый "головной центр", и новую идентичность. А там, быть может, и третий? Как вам идентичности "я - хороший человек", "ненавижу вас всех" и "я никуда не гожусь" (а может быть и больше), ну, с сопутствующими эмоциями и “центрами управления”, которые существуют в голове человека тоже одновременно, но как бы по отдельности. И каждая считает главной именно себя, и вытесняет другие, и в принципе стремится забыть об их существовании? Собственно, примерно так и выглядит не интегрированная, диффузная идентичность, если быть совсем точной — диффузная идентичность с точки зрения создателей ТФП, Кернберга, Йоманса и Ко. Есть еще диффузная идентичность глазами Джеймса Марсии, там немного про другое, и я возможно еще допишу про это статью. Не суть. Суть в том, что сознание человека оказывается расколотым и не связным, и его поведением начинают рулить аффекты — те самые Радость, Тревожность, Гнев и так далее. Помним же, что в мультике в какой-то момент становится очевидным, что рулит поведением повзрослевшей Райли она сама, через свою идентичность-убеждения, и что до эмоций доходит, что не они тут главные? Но в случае диффузной, расколотой, не связной идентичности рулят аффекты. В зависимости от того, какая снаружи там среда, какой аффект она вызывает — включается тот или иной "головной центр", то или иное поведение, и оно не особо адаптивно, так-то. Затем, вполне возможно, событие снаружи заканчивается, но один головной центр объявляет войну второму за недостаточно хорошую и адаптивную реакцию на эту наружу. В сознании происходит вечный конфликт, вечная война за то, какие реакции, какие убеждения, и даже какие воспоминания являются правильными и годными, а какие нет. Ну и логично, что самому человеку в этом непонятно, страшно, больно, у него нет какого-то целостного представления о себе, его поведение часто противоречиво, его мотает... Как по мне — прекрасное описание пограничного расстройства. Почему так может сложиться? Из мультика явно, что у Райли в целом чудесные, ресурсные и поддерживающие родители. Они среднего класса, своя комната у ребенка, родители за нее болеют, радуются ее успехам, поддерживают когда ей плохо, с ними можно поговорить. На ее потребности обращают внимание, до такой степени, что она занимается женским хоккеем, без всех этих вот «ты ж девочка, ты должна». Никто не бьет Райли, никто ее не отвергает, никто не гонит ее дальше-выше-сильнее — она отличница и хороший игрок скорее потому, что ей это нравится. И я полагаю, именно это: много ресурсов, хорошая среда — делает возможным объединение полярностей, внутренних противоречий в некоторое единое целое. Не сразу, через серьезную работу психики, но делает. А что если мы говорим о ребенке, родители которого нестабильны и противоречивы? О среде, в которой вообще непонятно, что такое хорошо, и что такое плохо, потому что за одно и то же поведение тебя сегодня ругают, а завтра хвалят? О насилии, буллинге, и другом звездеце, которые так расшатывают психику, что аффекты становятся невероятно сильными и острыми, и фиг их обуздаешь? Я думаю, именно в этих случаях интеграция становится невозможной. Ребенку просто не хватает ресурсов чтобы объединить все эти противоречия в единое целое, создать единую непротиворечивую картину себя. А мы, психологи, в итоге наблюдаем то состояние, которое называем или кПТСР, или ПРЛ, или каким-то другим РЛ, или пограничным уровнем организации психики - зависит от нашего образования и школы. А как интегрировать? Да так же как в мультике. Признавать, замечать и уважать все состояния себя. Сталкиваться с неприятными эмоциями и проживать их, и признавать их ценность, в том числе. Прощать и принимать любого себя — но не любому себе давать волю. Взрослеть. #заметкинаполях #кПТСР #ПРЛ6,93%
- 8 янв.Психотерапия и с чем ее едят Теперь, наверное, стоит написать, что ж такое это за зверь, та самая «западная» психотерапия, которой все побежали учиться? Ну для начала, самое главное. Стоит развести терминологию. Психотерапия вообще — это способ оказания профессиональной помощи при психологическом страдании и нарушениях функционирования путем структурированного взаимодействия терапевта и клиента (пациента). Взаимодействие это не подразумевает применения медикаментов, практически всегда включает разговорный компонент, но так же может включать в себя другие техники: упражнения, домашние задания, экспозиции, работу с телом, групповую динамику, арт-терапию, переживания, работу с системой отношений и так далее. Зависит от конкретного направления терапии. А этих направлений очень много. Каждое из таких направлений является одним из способов «делать психотерапию», имеет свои сильные стороны и ограничения, преимущественно применяемые техники, свою методологию и историю возникновения и развития. И является психотерапией. Но какой-то конкретной. Школой. Направлением. Каждая школа из-чего-то да выросла. И тут стоит отметить, что на Западе, где становление психотерапии и ее традиция имеют более чем столетнюю историю «все не как у нас». Есть психотерапевтические подходы, основанные врачами-психиатрами. Начиная с психоанализа Фрейда. Туда же гештальт Перлза, туда же КБТ Бека, эриксоновский гипноз Эриксона, экзистенциальная терапия Ялома, экзистенциальный анализ Франкла, психодрама Морено, биоэнергетика Лоуэна. Есть подходы, созданные психологами: DBT Марши Линехан, ACT Хейза, схема Янга, IFS Шварца, клиент-центрированная Роджерса, биосинтез Боаделлы, бодинамика Марчер и даже EMDR Шапиро. Часть терапий создавали «вообще-не-психологи», например нарративку создали социальные работники Уайт и Эпстон. Стоит прям явно оговориться, что часть терапий, как минимум изначально, рассчитана только и исключительно для работы с «нормой и проблемами невротического уровня», другая часть подходит для работы с так называемой «малой психиатрией», что-то может и то и это. Давайте и это разведу точнее. «Малая психиатрия», или клиника - это такая зона между «нормой» и грубыми нарушениями работы психики, довольно широкая, надо сказать. Сюда попадают расстройства работы психики без психоза, без грубого нарушения тестирования реальности, без грубых органических поражений мозга, но с явными и заметными нарушениями адаптации, выраженным страданием, нарушением функционирования. То есть «страдание/сбой адаптации» не ситуативно, а устойчиво, повторяется длительно и в разных ситуациях, интенсивно, явно выражен дистресс, затронуты разные сферы жизни. Это все расстройства личности без психоза, выраженные и длительные расстройства адаптации, тревожные расстройства, длительные депрессивные состояния без психоза, ОКР, моя любимая травма, т.е. ПТСР и кПТСР, сюда же суицидальные мысли, селфхарм и кое-что из психосоматики. Отчасти ряд нейроотличий, про них оговорка — здесь психотерапия не метод лечения, а метод поддержки и в каком-то смысле дообучения. Проблемы нормы отличаются ситуативностью возникновения, довольно легкой обратимостью, тем, что цепляют меньшее количество сфер жизни. К ним, чаще всего, относятся такие штуки как кризис идентичности, потеря смысла, возрастные кризисы, ситуативная тревожность, ряд проблем в отношениях, перфекционизм, выгорание, трудности при смене ролей, прокрастинация. Соответственно, в работе с «нормой» психотерапия рассматривается как форма сопровождения, поддержки, развития клиента, при работе с более тяжелым кругом проблем — она является формой лечения. ⬇️6,90%