Тыры-Пыры-Пассатижи

Я и забыла, как здорово пишет Кейт Аткинсон. И как сильно она напоминает мне Джейн Остин. Ну если бы Джейн родилась чуть позже и знала что-то о настоящих пороках. Кейт тоже зоркая, остроумная и жадная до мелочей. «Храмы веселья» — книга о том, как жить не надо, но очень хочется. Упоительные праздники, танцы до мозолей, алкореки, блёстки … облавы, поножовщина, трупы в Темзе. У главной героини Нелли Кокер есть реальный прототип — Кейт Мейрик, владелица ночных клубов Сохо 1920-х. Судьи прозвали их «пляшущими преисподними и сточными канавами аморальности», хотя не исключено, что сами хулители в тех же «канавах» и отплясывали. Все ниточки романа ведут к клубам и Нелли — безответственные детки, хорошие\плохие полицейские, авантюристка-библиотекарша, криминальные авторитеты, вор-обиженка, юные артистки. Я переживала почти за каждого, особенно за артисток. Говорят, что «Храмы веселья» — это английский побратим «Великого Гетсби», только я бы не сравнивала. Ну кто сравнивает американские вечеринки с английскими? Английские с Эрл Грей, разумеется.

Оксана написала изумительный пост про дебютный роман Айрис Мёрдок и в конце попросила не обращать внимания на неприязненный тон. А я подумала вот о чём. Айрис же почти вся про неприязнь. И её герои — часто писатели, в основном жутко неприятные. Что не мерзкий персонаж, тот литератор, творческая натура и восторженный книгочей. Кажется, любовь к слову для Мёрдок — чёрная метка. Любишь книги, значит есть в тебе какой-то изъян, ген мудачества. Вот встретишь Айрис на улице, она спросит тебя об увлечениях. Искренне ответишь, мол живёшь литературой. Она глянет неодобрительно, вроде «всё с тобой ясно», будто по вечерам ты закладку не в книжке оставляешь, а в водосточной трубе соседнего двора. Хотя, конечно, это не так, а в точности наоборот. Айрис Мёрдок — великая, и кому как не ей любить писателей. Да и людей в принципе. Но воспитывать их как-то надо!

Мем дня

Я читаю, правда. Вы могли бы предположить, что я бросила, но нет — читаю, покупаю, читаю, покупаю, покупаю, покупаю. Вспомнила, что неплохо было бы вернуться к истокам — и снова писать отзывы. Только это как с утренним бегом или зарядкой — после перерыва попробуй расшевелись. Не хочу делать громких заявлений, просто подумаю. Если вместо пустоты, здесь вдруг появятся книги, не удивляйтесь. Что сейчас читаете?

​​Всем привет! Я вернулась из отпуска — к себе настоящей. Сразу отправила рабочее письмо, где называю вещи своими именами. Конечно, я печатала слово «конечный», согласно протоколу. Но получилось… как получилось 🤷‍♀️

​​Слушаю «Последний круиз писателя» Пьерджорджо Пулижи. Там есть такой персонаж — инспектор Карузо. И вот этот инспектор переодически «трогает свои фаберже». Серьёзно! Прям так и написано, слово-в-слово! Клянусь! Откуда у Карузо тяга к лёгким касаниям, никак не объясняется. Просто идёт служитель закона по палубе, раз — остановился, подумал, потрогал, пошёл дальше. И делает он это всегда очень неожиданно. Я даже вздрагиваю, ведь ничего не предвещает. Естественно, я поняла, что хотел сказать автор. А всё равно представляю господина с усами а-ля Пуаро, который почему-то везде таскает с собой пасхального «Петушка» императрицы Марии Фёдоровны. И трогает его, трогает. И «Кармен» ещё напевает. Да.

​​А почему в телефоне нельзя сразу напечатать «ё» там, где надо? Только не говорите мне, что можно. Не готова так в себе разочароваться. От отчаяния я разработала систему. Допустим, мне срочно нужно отправить сообщение: — Блёклая амёба в блёстках впёрлась в вертолёт Там же «е» везде лезет. Тогда я где-нибудь в сторонке печатаю «ещё», копирую оттуда «ё» и расставляю вместо «е». Мытарства, но другого выхода не вижу. И за какие заслуги у «ещё» такая привилегия, что «ё» там по умолчанию. И от чего «ёж» этой чести не удостоился? Чарльз Эдвард Перуджини «В оранжерее» 1878 год

В «Азбуке» придумали новую серию для меня — «Кофе, плед, убийство». Даже кота на корешок припечатали, чтобы совсем без шансов. Манипуляторы. Пока вышли всего две книжки, третья будет вот-вот — уже открыт предзаказ. И кажется, я его оформлю. Так увлеклась «Убийством в подарок» Карен Дюкесс, что не заметила, как исчез килограмм черешни. А это, знаете, показатель. Кэт живёт в Штатах, работает в оптике, варит супчики пожилому соседу и чувствует себя превосходно. После смерти мамы, перебирая наследственные вещи, девушка находит билеты на инсценировку убийства в какой-то британской глухомани — квест для любителей Эрл Грей и бездыханных тел у каминов. Тот, кто раскроет преступление, получит сногсшибательный приз — роль трупа в детективном сериале на ТВ. Кэт решает поучаствовать, чтобы немного развеяться. И вот всю книгу мы расследуем липовое убийство. Казалось бы, ничего особенного, а затягивает страшно. Вопросов куча. Кто здесь актёры, а кто обычные жители? А может, убийство настоящее? И вообще, на что матери Кэт сдалась эта игра в ищеек? А ещё тут есть магазин с умопомрачительным названием — «Книжка и мормышка». В нём продаются книги и рыболовные снасти. Убийственное сочетание.

Согласна 😊

​​Автозамена в телефоне настойчиво исправляет «шопер» на «Шопена». Ни на «опера», ни на «шокера», а на композитора. А вы говорите — потребительское отношение, упадок культуры и пу-пу-пу. Да смартфону самому надоело: оформить, оплатить и в шопер всё. Врубай Шопена! PS «Шопер» пишем с одной «п». И пусть в оригинале «shopper». У нас свой путь и орфография своя.

​​Простите, но в понедельник о буквах только так🐐

​​Узнала, что ответственного за приготовление соусов в ресторане называют сосье. Теперь жду повода щегольнуть словарным запасом: — Передайте сосье моё восхищение! Главное — не прогадать с общепитом. Не везде оценят. Вильгельм Август Лебрехт Амберг «Горничная», 1862 год

​​Проверяю договор. Клиент сидит напротив, смотрит в окно и вдруг задумчиво так говорит: — Погода сегодня прекрасная. И что мы здесь делаем? Пожимая плечами, резонно отвечаю: — Работаем — Где-то мы с вами ошиблись… Почувствовала себя героиней романа идей. Захотелось порассуждать о вечном: о времени сквозь пальцы, об абсурдности бытия, о плате за мещанские радости. Многозначительно вздыхаю. А он так же задумчиво: — НДС на две копейки не идёт Нет, подождите! А как же осознанная печаль, принятие того, что жизнь конечна?! Две копейки, простите!? — Да, конечно, сейчас исправлю «Безнадёжное дело» Антонио Ротта, 1871 год

​​По дороге в офис встретила лужу. Мы с ней часто видимся. После каждого дождя она вольготно располагается посреди тротуара в одном и том же месте. Справа от лужи палисадник, слева дорога. Чтобы выйти сухой из ситуации, нужно проявить или смелость или терпение — пройти по палисаднику, не получив метлой по хребтине от дворника, или дождаться пока проедут машины, и оббежать препятствие по проезжей части. Ни смелости ни терпения у меня нет, зато есть непоколебимая вера в себя. Я сразу решила экономить время и нервы — задрала штанины, встала на цыпочки и ринулась в воду. Только сделала шаг, слышу строгий женский голос за спиной: — Ну куда ты в грязь?! Остановилась. Думаю, странная дамочка, да какое ей вообще дело?! Претворилась глухой и хладнокровно продолжила рискованный путь. — Нет, ты посмотри! Глупое создание! Зачем тебе туда!? И тут моя душа заклокотала от гнева — тоже мне чистоплюйка, вот так ни за что на улице оскорблять человека?! На работу мне надо! Приготовив яростную отповедь, резко оборачиваюсь и … гляжу на бежевого шпица и его грустную хозяйку с поводком. — Ой, Персик, давай уже какай. И домой пойдём. Так неожиданно, что центр мироздания — не я, а какая-то пушистая собачка. Картина «Тайное письмо» Пьер Франсуа Эжен Жиро Середина XIX века

И ещё у них плацкарт — плацкарта! А рельса — рельс! Невозможно внезапные люди🚞

​​Меня вчера спросили, где можно найти сосуд Дьюара. А я про него никогда не слышала даже, не то чтобы справки раздавать. Писсуар Дюшана знаю, сосуд Дьюара нет. Конечно, подумала, что вещь с таким красивым названием должна храниться в Бельведере или в Помпиду — эпатажный чайник с тайным смыслом. Человек в музее смотрит на сосуд Дьюара и думает «какого хера?» выходит за рамки дуальных оппозиций. Оказалось, нет. Сосуд Дьюара — термос для перевозки газов. Никаких тайн, сплошная польза. Ну ладно. Зато кругозор подкачала.

Ну хоть у кого-то всё хорошо🫶

​​Читаю необременительный детектив Йена Мура «Смерть в Шато». И взгляд зацепился за это вечное противостояние глаголов «завопить» и «возопить». Главный герой любит время от времени «завопить», а героиня «возопить». Понятно, оба вопят. И в чём разница? По словарю глаголы означают одно и то же — начать громко, пронзительно кричать. Только «завопить» — просторечный вариант, а «возопить» — книжный. Получается, переводчика мотает из стиля в стиль? То обычное настроение, то возвышенное. Может, и так. Но я придумала теорию. Для меня эти слова выражают абсолютно разное состояние духа. Завопить — издать мрачный крик. Возопить — издать ироничный вопль. Чувствуете, да? Пока господа стонут, дамы изумлённо хмыкают. Информация для любознательных. Внизу поста картина Фредерика Лейтона «Орфей и Эвредика», 1864 г.

Самое страшное то, что я тоже представила себе осла в минской многоэтажке. Всё, закрываем блог. Хватит 🐴

​​А вот вы как говорите? — «По приходУ в офис», «по приездУ домой» и «по прилётУ из отпуска»? Вообще неправильно! Как бы эксцентрично это не звучало, грамотный человек скажет: — «По приходЕ», «по прилётЕ», «по приездЕ» Потому что здесь предложный падеж — и надо согласовывать. Лично мне предлог «по» никогда не нравился. Мутный он какой-то, всегда в напряжении держит. «Когда прилечу» звучит гораздо человечнее. Но если срочно нужно выразить крайнюю степень безразличия без «по» обойтись трудновато, конечно.