mit offenem Visier

Я очень благодарен катехуменам за то, как с ними читается Писание. В одиночку я не понял бы столько про Бытие, сколько понял, читая его с ними. *** Исав был в папу, Иаков в маму. Исав дикий нравом, Иаков тихий домосед. И вот эта хитренькость в Иакове — оборотная сторона боязни конфликтов. Если он видит несправедливость или зло, он не может ему противостать. Он убегает или хитрит. Отца обманывает — а почему, собственно, нельзя было дерзновенно сказать: отец, посмотри, не я ли больше достоин первородства, чем Исав, которому на твой завет с Богом наплевать с высокой колокольни? От брата сбегает. Обман тестя проглатывает. А потом сам обманывает тестя и уходит не попрощавшись — хотя что бы Лаван мог ему сделать, это же его дочери и внуки. Оно же страшно — лицом к лицу со злом! И поэтому, чтобы всё-таки встретиться с менее тонким и открытым к завету с Богом, но все-таки обманутым им братом, Иаков должен научиться противо-стоянию, стоянию лицом к лицу, стоянию в искренности и подлинности. Так вот — именно этот опыт открывается Иакову в ночной схватке с Богом на мосту через реку Иавок. *** Это что-то важное, что делает Иосифа прообразом Христа больше, чем Иакова. Христос пошел на смерть и страдания «с открытым забралом», добровольно, не прячась и не ища анестетиков — отказавшись даже от кислого вина с горькой смирной.

Блестящие – Там, только там (Mr.pinky & Mafu Remix)

У меня на луне Вафли ежедневно, Приезжайте ко мне, Милая царевна! Хлеба нет на луне, — Вафли ежедневно. На луне не растет Ни одной былинки; На луне весь народ Делает корзинки — Из соломы плетет Легкие корзинки. На луне полутьма И дома опрятней; На луне не дома — Просто голубятни; Голубые дома — Чудо-голубятни. Убежим на часок От земли-злодейки! На луне нет дорог И везде скамейки, Что ни шаг, то прыжок Через три скамейки. Захватите с собой Молока котенку, Земляники лесной, Зонтик и гребенку... На луне голубой Я сварю вам жженку. 1914, О. Мандельштам

кстати Бог помогает не отворачиваться