tgindex

МИР ВСЕМ

описание

Мир Всем - Mir Vsem - Friede Allen - Peace Unto All - Помощь антивоенным священнослужителям Наш сайт https://www.mir-vsem.info/ @mirvsemproject - лс

← к каналу@murvsem
1 694
подписчиков
Охват к подписчикам
24,6%
ERR
Реакции к просмотрам
5,56%
1 221 на 44 постов
Пересылки к просмотрам
0,83%
182
Постов в день
1,7
всего 44

Где отзываются чаще

доля реакций к просмотрам
  • 17 авг.без подписи13,52%
  • 13 янв.Год в российской тюрьме. Сергей Чапнин — о сфальсифицированном деле церковнослужителей Для Public Orthodoxy религиовед Сергей Чапнин напоминает, как развивалось уголовное дело двух церковнослужителей, близких к митрополиту Тихону (Шевкунову) — чтецов Дениса Поповича и Никиты Иванковича. За год сфальсифицированное (как утверждают большинство знакомых с ситуацией экспертов) дело не продвинулось — следственные мероприятия словно застыли. Чапнин напоминает в связи с этим: Годовщина первого ареста Дениса требует от нас не просто помнить, но и сугубо молиться – о Денисе и Никите, обо всех заключенных российских тюрем за убеждения и по политическим мотивам. Следует вновь и вновь задавать вопросы церковной иерархии, которая продолжает молчать о репрессиях против своих чад и отказывает им в какой-либо поддержке. #россия #рпц13,25%
  • 11 авг.Записки священнотаксиста. Земля незаживающая Последний заказ привёз меня сюда. Точнее, клиенты вышли чуть раньше, просто мне надо было подняться наверх и, развернувшись, ехать вниз по своим рабочим делам. Но я понял, что моя дорога на сегодня завершается здесь. Поздний вечер. Затихающий под араратскими ветрами жаркий летний день. Ночь уже спустилась, и стало немного легче. Я в Ераблуре. Это воинский пантеон, главное военное кладбище Армении. Передо мной, словно застывшая каменная свеча, возвышается храм. Он ещё открыт, и внутри светло от множества горящих свечей. И ещё я понимаю, что в этот поздний час здесь многолюдно. Я о тех, кто ещё жив и пришёл сюда к тем, кто нашёл тут последнее пристанище и покой. Кладбище очень хорошо освещено, горят фонари над улицами некрополя. И люди, много пришедших людей. Вот женщина сидит на скамейке перед памятником. Сидит почти не шевелясь, лишь опираясь головой на руку. Вот возле могилы целая семья, рядом с памятником дети 6–7 лет, кажется, погодки, мальчик чуть старше девочки. Замечаю, что с ними мужчина значительно старше мамы этих детей, возможно, дедушка. И ещё две женщины. Дети обнимают и гладят фотографию. Вот чуть дальше пятеро мужчин возле более старого захоронения. Они молчат, а рядом с ними на металлическом блюде, на разожжённых углях, дымит вкусный, древесный ладан, простой, постовой, незабываемый. Я крещусь и прохожу мимо вглубь кладбища, туда, где более старые захоронения. А туда, где плещутся флаги, которые очень хорошо видно с дороги внизу, я не смог пойти. Стало больно в груди и заболели глаза. От множества молодых лиц, от глаз почти детей, которые смотрят на тебя с этих белых камней, смотрят так, словно это не ты, а они проходят сейчас мимо тебя. И я не спустился туда, не пошёл, а повернул дальше, в старую часть. Мне надо было найти одну могилу. Но и там я нашёл памятник с давно знакомой мне фотографией. Этот парень погиб ещё в 2016 году во время тяжёлого неравного боя, подорвав себя гранатой. В школе, которую назвали в его честь, учились и учатся мои дети. А ещё в этом году умерла мама этого солдата. Умерла тоже ещё совсем молодой. Но пережив сына почти на десять лет. Десять тяжёлых лет. Начиная от часа, когда к ней пришла весть о его смерти. Эта дорога больше и больнее Вечности. Но надеюсь, что милосердный Господь даровал ей встречу с сыном за пределами этой невыносимой материнской дороги. Зная, что этой дорогой идут и шли множество земных матерей. И ещё Одна. Та, Которой пришлось не только увидеть и перенести страдания и смерть Сына, но и ждать встречи долгие, долгие годы. А могилу я нашёл. Почти забытую. Украинского правозащитника Николая Кичмара, который вместе с наблюдателями от ООН попал под обстрел и скончался от ран в больнице ещё в 1992 году. Благодарный армянский народ похоронил его здесь, среди и без того нестихающей своей боли. Я постоял рядом, вспомнил и помолился. И пообещал себе вернуться, чтобы привести могилу в порядок. Хотя она и не находится в запустении. Как и ни одна из находящихся здесь могил. Война закончилась? Не знаю. Я не знаю, заканчивается ли она после затихшего последнего выстрела и последней закопанной могилы солдата. Я не знаю. Здесь не заживает земля. Как одна большая рана. Пока летний и яркий Ереван, наполненный туристами и огнями ресторанов и кафе, совсем не засыпает от наплыва всего этого множества гостей, здесь тоже нет сна. И тоже не гаснет огонь. Над покоем и болью. Обязательно приходите сюда. И принесите цветы. И попросите Бога о мире. Священник Андрей Мизюк, бывший клирик храма преподобного Серафима Саровского г.Саратова ❤ Поддержать отца Андрея и его семью пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно): USDT (TRC20): THV47cSTiAcKwvt86fieWMXJtQhhY4MTNu Bitcoin (BTC): 1JmfWNvk2WkcdmVV8spKeQM6JcxQqb66af Ethereum (ETH): 0xa94724790b5649ce132e23ed1c78deb87bf95c1612,57%
  • 13 авг.без подписи12,53%
  • 8 авг.Без срока годности «Когда вы вернётесь? Будете ли служить дальше?» — кажется, это самый частый вопрос, который задают в личных сообщениях и при встречах запрещённым священнослужителям, в том числе и мне. Ответы звучат, скорее всего, так: «На всё воля Божья; Бог усмотрит себе пастырей; когда всё закончится». Поначалу такие вопросы меня ставили в тупик, и я отвечал что-то подобное, неуверенно, вскользь, боясь обмануть вопрошающего и рассмешить Господа Бога своими планами. Я написал письмо своему епископу. Многие из вас его уже читали — оно здесь, на канале. В частности, там шла речь о мотивах моего поступка. Апостол Павел сказал: «Помните узников, как бы и вы с ними были в узах…» (Евр. 13:3). И с недавнего времени я нашёл ответ на эти вопросы, прежде всего для себя: «Конечно, буду служить. Когда к служению вернут моих собратьев». Тех священников, которых вывели за штат и запретили в служении только за то, что их совесть не позволяла благословлять участие в братоубийственной войне. Со многими мы даже не знакомы лично, но я ощущаю себя рядом с ними. Пока они не приступят к служению, не вернусь в привычный алтарь и я. «Если страдает один член, страдают с ним все члены» (1 Кор. 12:26). Но есть и вторая часть ответа. Она простая: «Я никуда не уходил, чтобы возвращаться». Моё служение Богу и людям не прекращается. Оно продолжается везде, где ты остаёшься христианином, а не функционером. Выслушать, помолиться, разделить чужую боль — это тоже священство, новозаветное. Иногда самое подлинное. И, честно говоря, именно сейчас я чувствую себя священником и христианином глубже, чем в те годы, когда исполнял обряды и получал содержание. Храм для меня сейчас — любое место, где человек говорит с Богом искренне. А паства — все, кто ищет Христа. История Церкви знает немало таких «запрещённых», которые не переставали быть пастырями. В советские годы священники, лишённые регистрации, во времена арианства и иконоборчества епископы, изгнанные с кафедр, продолжали окормлять людей. Ибо «Дух дышит, где хочет» (Ин. 3:8). Сталкер ❤ Поддержать «Мир Всем» и антивоенных исповедников пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно): USDT (TRC20): TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCV Bitcoin (BTC): bc1qget0pcrl4cn6r4vr8479nm68hm2hkm6azhxxcy Ethereum (ETH): 0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f12,08%
  • 12 авг.Ходила на суд над Никитой Иванковичем и Денисом Поповичем. Это молодые ребята христиане, работали в церкви, закончили семинарию, хотели стать священниками. ФСБ обвиняет их в том, что они по заданию украинских спецслужб хотели взорвать «духовника Путина». В качестве доказательства – пачка сока, в которую была спрятана взрывчатка. На суде говорили, что сок был куплен и проведен в честном знаке уже после того как ребята оказались в тюрьме. И переписка в мессенджере с телефона, который ребята говорят, что увидели впервые в момент задержания. Теперь им грозит срок вплоть до пожизненного лишения свободы. Про суть дела пусть журналисты пишут, я про другое хотела рассказать. Заходишь на сайт суда, смотришь он-лайн расписание судебных заседаний, едешь в суд на яндекс-такси со стаканчиком айс-кофе. Современный вроде мир вокруг, центр Москвы. Входит судья, все встают. Молодой симпатичный следователь, угрюмый прокурор, маленькая группка запуганных девушек из церковного хора и в железной клетке обвиняемые – Денис и Никита. Оба говорят судье о том, что их пытали, что показания по их уголовному делу они давали под пытками током. Судью, следователя, прокурора это не волнует – они тут собрались по другому поводу, чтобы решить, на сколько месяцев еще продлить ребятам содержание под стражей. Пытки током отношения к делу не имеют. Скажите, сколько вам надо дней для ознакомления с 10 томами дела, если 250 листов каждый том? Никита говорит, что он верующий человек, христианин, думал жить в России, создать семью, стать священником, служить Богу и людям. Никого никогда не думал взрывать, от следствия не скрывался, уезжать из страны не пытался, ни с какими спецслужбами Украины не общался, все вещдоки увидел первый раз уже на следствии, подвергся пыткам, виновным себя не признает, уже 1,5 года ни за что ни про что сидит в тюрьме, просит отпустить его из-под стражи. Дьявольский театр не отклоняется от сценария, актеры исправно играют свои роли. Следователь – молодой доброжелательный симпатичный человек – встает и говорит, что просит отказать Никите и Денису в освобождении. Угрюмый прокурор встает и повторяет – заключение, заключение. Молодой тоже вполне симпатичный судья зачитывает решение – продлить Никите и Денису содержание под стражей еще на 2 месяца. А ведь мог же кто-то из них троих сказать что-то не по сценарию? Что-то другое. И Никита и Денис уже сегодня были бы дома. Весь наш человеческий ад делается руками не каких-то страшных чертей, а вполне себе симпатичных обычных людей. Судебное заседание закончилось. Маленькая группка поддержки стоит в коридоре в оцепенении. Никиту и Дениса в наручниках ведут мимо. Никита на прощание кричит: «Христос воскресе!». И мы сразу выходим из ступора и кричим в ответ: «Воистину воскресе!!!». Ребят увозят в тюрьму на Лефортовском валу. Я где-то в тех же краях еду на работу на яндекс-такси со стаканчиком кофе в руках. Подключаюсь к рабочему он-лайн собранию. Пока где-то кого-то пытают током.11,53%
  • 15 авг.без подписи11,31%
  • 14 авг.Когда эта война закончится Когда-нибудь эта война закончится. Закончится её самая страшная, видимая часть: перестанут стрелять, перестанут лететь ракеты и дроны, перестанут приходить сообщения о погибших. Люди вернутся домой — те, кому будет куда возвращаться. Начнут восстанавливать города, дома, школы и храмы. Но сама война в этот день не закончится. Она ещё очень долго будет продолжаться в человеческих судьбах. В семьях, где за столом навсегда останется пустое место. В жизни тех, кто потерял близких. Тех, кто был ранен. Тех, кто потерял дом, работу, бизнес, привычную жизнь. Тех, кто однажды собрал несколько вещей и уехал, не зная, увидит ли когда-нибудь снова свой город. Разрушенное здание можно отстроить. Гораздо труднее восстановить разрушенное доверие между людьми. И, наверное, именно здесь для христиан начинается один из самых трудных вопросов — о том, что будет после войны. Потому что Евангелие говорит вещи, которые легко читать в мирное время и мучительно трудно исполнять после пережитого зла. «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9). Христос не говорит: блаженны победители. Не говорит: блаженны те, кто оказался на правильной стороне истории. Он говорит: блаженны миротворцы. А дальше — ещё труднее: «Любите врагов ваших… и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:44). Это совершенно не означает, что зло нужно перестать называть злом. Христианское прощение не требует объявить преступление нормой, забыть погибших или отказаться от правды и справедливости. Но христианство требует чего-то, пожалуй, ещё более тяжёлого: не позволить злу окончательно определить то, кем становимся мы сами. Апостол Павел сформулировал это почти предельно кратко: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12:21). Можно пережить войну и всё равно оказаться побеждённым ею — если ненависть становится частью тебя и передаётся дальше, детям и внукам. И здесь невозможно не говорить о роли Церкви. Русской Православной Церкви ещё предстоит очень тяжёлый разговор о собственной роли в этой войне. О словах, которые были сказаны. О благословениях, которые были даны. О попытках придать военным действиям религиозное оправдание. Всё это не исчезнет вместе с последним выстрелом. У церковных слов тоже есть последствия. Когда религиозный авторитет используется не для примирения, а для оправдания насилия, рана оказывается глубже политического конфликта. Потому что человеку после этого приходится заново отвечать не только на вопрос о своём отношении к России, Украине, государству или армии. Иногда ему приходится заново отвечать на гораздо более страшный вопрос: а где во всём этом был Христос? Именно поэтому так важно, что все эти годы существовали христиане, в том числе священники и миряне Русской Православной Церкви, которые отказывались принимать войну как норму. Кто-то говорил об этом публично и дорого за это заплатил. Кто-то помогал беженцам. Кто-то собирал гуманитарную помощь. Кто-то просто продолжал повторять очевидное евангельское слово о мире тогда, когда это слово стало неудобным. Сегодня появляются и инициативы помощи в восстановлении разрушенных украинских храмов. Возможно, кому-то кажется, что говорить о восстановлении ещё рано: пока продолжается война, восстановленное завтра снова может оказаться разрушенным. Но есть здесь и другой смысл. Восстановление начинается не только тогда, когда кладут новый кирпич вместо разбитого. Оно начинается тогда, когда человек отказывается считать чужую боль чужой. После войны понадобятся годы, чтобы восстановить дома. Возможно, десятилетия — чтобы восстановить отношения между людьми. А доверие к Церкви, скомпрометированное оправданием насилия, может восстанавливаться ещё дольше. И всё же христианская надежда именно в том и состоит, что последнее слово остаётся не за разрушением. Война учит человека видеть во враге мишень. Христос требует снова увидеть в нём человека. Война приучает отвечать злом на зло. Евангелие предлагает почти невозможное: разорвать эту цепь. И когда однажды перестанут стрелять, перед христианами встанет задача, возможно, не менее трудная, чем сегодня: не просто дождаться мира, а стать миротворцами. Война заканчивается приказом прекратить огонь, а мир начинается гораздо позже — в человеческом сердце. Патер Браун ❤ Поддержать «Мир Всем» и антивоенных исповедников пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно): USDT (TRC20): TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCV Bitcoin (BTC): bc1qget0pcrl4cn6r4vr8479nm68hm2hkm6azhxxcy Ethereum (ETH): 0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f9,72%
  • 16 авг.О немилосердном заимодавце В неделю 11-ю по Пятидесятнице сегодня на воскресной литургии звучит притча «о немилосердном заимодавце» (Мф. 18:23–35) — глубоко поучительная и трагическая история о том, как человек, имевший очень большой долг перед своим царём, получил от него полное прощение всего долга, но сам не смог и не захотел простить своего личного должника, долг которого измерялся гораздо меньшей суммой, и получил в результате за это от царя сокрушительное и жестокое наказание, которое он вряд ли смог вынести и пережить. Эта история и её уроки, конечно, поначалу были обращены к современникам и согражданам Господа Иисуса, но эти уроки актуальны и вечны во все времена и для всех народов, особенно когда наступают тёмные и мрачные времена войн, социальной несправедливости, беспредела и беззакония власть имущих, времена тоталитарных диктатур, репрессий и прочей тирании. Времена, когда сильные мира сего и их карательные структуры, сами погрязшие в бесчисленных преступлениях и нарушениях всех мыслимых и немыслимых заповедей и законов, начинают методично и жёстко наказывать своих подданных, сограждан, всех, кто слабее и беззащитнее, за малейшие нарушения — по надуманным и принятым на ходу псевдозаконам и правилам. Сами должны «десять тысяч талантов», но душат и бросают в темницы тех, у кого долг всего «сто динариев». Любое правосудие, любая законность должны быть основаны прежде всего на справедливости, честности и правде, на возможности быть оправданным и получить снисхождение из милосердия. Без этого всё превращается в беспредел, террор и бесконечные репрессии, которые рано или поздно обязательно обрушатся и на тех, кто устраивает их против «одного из товарищей своих». Господь, неподкупный и всевидящий Судия и Царь всех, призовёт этих лукавых и злых мучителей и «отдаст их истязателям», и каждый из них получит по делам своим. Совершенно очевидно, что эта притча и её урок относятся не только к тем, от кого зависят судьбы и жизни миллионов подданных и подчинённых. Эта история обращена и лично к каждому человеку, любого звания и положения. Да, все грешны и несовершенны в этой земной жизни, поэтому Господь и учит нас: чтобы каждому получить прощение своих грехов, надо «простить… от сердца своего брату своему согрешения его» и уж тем более никого не душить, не бросать в темницы — и не только потому, что и тебя может постигнуть то же самое, а потому, что надо стремиться к милосердному и гуманному способу и принципам решения проблем, споров и конфликтов. Да поможет нам в этом Господь и да простит и помилует Он всех нас! Аминь. Анонимный исповедник «Мир Всем» ❤ Поддержать «Мир Всем» и антивоенных исповедников пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно): USDT (TRC20): TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCV Bitcoin (BTC): bc1qget0pcrl4cn6r4vr8479nm68hm2hkm6azhxxcy Ethereum (ETH): 0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f8,89%
  • 17 нояб. 2024 г.Священники Андрей Кордочкин и Валериан Дунин-Барковский на антивоенном митинге в Берлине Российские священники Андрей Кордочкин (Вселенский Патриархат) и Валериан Дунин-Барковский (Архиепископия Православных Церквей Русской Традиции в Западной Европе, Московский Патриархат) — организаторы проекта «Мир Всем» — принимают участие в антивоенном митинге в Берлине, который проходит сегодня. Акция проходит под лозунгами «Нет — Путину, нет — войне!», «Свободу России!». Колонну возглавляют Юлия Навальная, Владимир Кара-Мурза и Илья Яшин. 📷: инстаграм Ксении Лученко #православные #рпц #россия #священники8,57%
  • 7 авг.Последний вагон «И если ты шёл и пел ни о чём — тебя убьют ни за что». («Элвис за нас», Green Crow) Мне кажется, многие до сих пор живут с ощущением, что перед человеком стоит выбор: промолчать и жить спокойно или говорить правду — и тогда быть готовым заплатить за свои убеждения. Но всё течёт, всё меняется… Теперь всё проще попасть «под замес», даже если ты ни рыба ни мясо. Границы ответственности постоянно расширяются. Под уголовные дела попадают уже не только владельцы компаний и руководители, но и менеджеры, бухгалтеры, юристы, сотрудники комплаенса, программисты, технические специалисты — если следствие считает, что они участвовали в работе «неправильной» организации. Где именно завтра пройдёт эта граница, заранее никто не знает. Сегодня это может быть общественная организация. Завтра — СМИ. Послезавтра — сотрудники (а то и премиум-пользователи) Telegram. Или любая компания, деятельность которой государство решит объявить преступной. Получается странная ирония. Тот, кто первым сознательно сел в поезд репрессий ради своих убеждений, по крайней мере понимал, куда и зачем он едет. А тот, кто до последнего надеялся «не высовываться», однажды может обнаружить, что его просто затолкали в последний вагон. Уже без его выбора. Поэтому, возможно, главный вопрос нашего времени уже не в том, удастся ли любой ценой избежать страданий. Если однажды страдать всё равно придётся, пусть хотя бы это будет ценой верности правде, совести и Христу, а не следствием случайности, статистики или чужого решения. «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5:10) Ichteolog ❤ Поддержать «Мир Всем» и антивоенных исповедников пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно): USDT (TRC20): TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCV Bitcoin (BTC): bc1qget0pcrl4cn6r4vr8479nm68hm2hkm6azhxxcy Ethereum (ETH): 0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f8,51%
  • 24 сент. 2025 г.Обращение матери пленного священника УПЦ Константина Максимова Светлана Максимова, мать священника Константина Максимова из гор. Токмака Запорожской области, обратилась к правозащитным сообществам и всем, кто помогает освобождать гражданских заложников. После оккупации города её сын отказался переходить в РПЦ и получать российский паспорт, открыто молился за Украину и её победу. За это его не раз бросали в подвалы и подвергали давлению. 16 мая 2023 года Константина задержали на КПП «Чонгар». Девять месяцев он провёл в полной изоляции и под пытками, затем оккупационный «суд» приговорил его к 14 годам колонии по статье «шпионаж». Сейчас он находится в России. «История моего сына — не исключение. Таких историй — тысячи. Их “вина” лишь в патриотизме и несломленности. Мы должны вернуть всех гражданских заложников, иначе независимость невозможна», — заявила мать священника, призвав международное сообщество усилить меры по освобождению плененных. #украина #упц8,48%