Мухиддин

https://youtu.be/C40z59Oev3s?si=IxqlGFfi1Vg9Pn49

У Нолана в Одиссее, как и в Оппенгеймере, посреди фильма есть очень сильная сцена: как корабль проплывает сирен. Вот эта часть судьбы Одиссея меня впечатлила в первую этим любопытством. Во вторую — его способностью преодолевать страдания. В Оппенгеймере такой сценой была та, где он вел лекцию и ему показалось, что аудитория взорвалась. И тоже, как Оппенгеймер, это рефлексия американской истории. Я даже не думал, что так почувствую, но Мэтт Деймон в итоге очень убедительный Одиссей. Наверное впервые он понравился мне в роли. Другое дело — финал. Его я совершенно не понял, это совершенно выбивалось из всех тем и переживаний Одиссея. Но, не считая финала, фильм мне понравился.

Начиная думать о политике, думаю вот так: Я так понимаю, что помимо роли искусства в познании, есть ещё и его (а точнее культуры) роль в политике. Проблемы и социализма (с каждого по способностям: если каждый может работать сколько хочет, то как быть, если окажется, что желающих недостаточно для общего комфорта?), и анархизма (если нет государства, кто тебя защитит от злых/равнодушных людей?) решаются культурой. И с одной стороны, анархизм тут точнее — потому что проблема должна решаться через индивида, так как культура связана с самостояльным, личностным мышлением. Хотя, может быть, возможен какой то способ мышления через, например, общие поля между людьми. Потому что это же очень важная, экзистенциальная вещь — Другой. И возможно, это как-то теряется в мышлении через индивида. Потому что помимо заброшенности в мир, меня и мира, есть не менее важное предлагаемое обстоятельство: есть я, мир и Другой! Может тут где-то есть какая-то формула померанцевского диалога (где диалог важнее любого отдельного мнения). С другой, социализм точнее в том смысле, что, мне кажется, нужен плавный переход к анархизму. То есть вот есть проблемы, которые нужно решить, и в этом может помочь государство. А альтернатив государству, пока эти проблемы стоят, я не вижу. Эти проблемы — как раз вопрос зла: есть ли в человеке что-то сущностное, что является источником грубости. Я, к слову, считаю, что да: это отчётливость, внутренняя пустота, страх. Другое дело — что, я считаю, с этим можно научиться работать… и конечно, никогда работу с этим нельзя будет поставить на конвейер, так как это работа над собой, выход за собственные рамки, развитие. И этому нельзя научиться, точнее, каждый раз приходится учиться заново: и даже тем труднее, чем более ты считаешь себя в этом опытным. Но я думаю, что все же некий закон, по которому можно развиваться, может быть найден с опорой на те вещи, которые даны человеку на самом деле в обход отчётливости (как феномена на самом деле неотчётливости всего, отчётливостью я называю внутреннюю пустоту, где все неотчетливо) так, что он на них может положиться: я имею в виду заброшенность в восприятие. За счет чего будет происходить повышение этой культуры, решение этих проблем? Наверное, за счет того, что человечество обуздает феномен боли (для меня боль — это единица восприятия, потому что любое восприятие есть некое вторжение в поле твоего сознания, взаимодействие, то есть по характеру боль). За счет того, что человечество научится работать с болью и заброшенностью. Потому что боль — это вечный источник чуткости. То есть условно в анархизме будет создана сеть для взаимопомощи на основе лишь искреннего желания людей кому-либо помочь. А это желание будет вызываться именно добровольным использованием человеком боли, его культурой жизни в развитии через боль (и следовательно — большей чуткости и большего количества людей в состоянии жизни, а не выживания, в состоянии желания давать, а не только брать, оба которых есть в человеческой жизни). Вообще я бы хотел когда-нибудь попробовать каким-то собором написать ту конституцию, которая опиралась бы на гораздо более тонкие и сущностные законы. То есть перейти от конституции формальной аристотелевской логики хотя бы к конституции что ли диалектической.

Сейчас чувствую, что чтобы перешагнуть себя, нужно будет иметь дело с каким-то неприятным неявным ноющим холодом, который я помню по ситуациям своей ненужности

Вот теперь, после того, как я к 20 годам достиг этапа подростковой любви к аниме и року, наконец пришел момент, когда я дорос и до базового спектра перспектив самоидентификации 15-летнего подростка: я хочу прочитать Гераклита, Достоевского, Кропоткина, Маркса, Пифагора, Беньямина и малопопулярное у Толкина ну и Брука, Белля, Стайн, Фроста, Асангу и Сюаньцзана ещё, это-я-так-просто-прибавляю-что-сейчас-хочется-ещё-найти Ребята кому больше 15, спойлерите что меня ждет дальше по жизни!

Картина “Верховный суд снимает "Яблоко" по наущению партии "Родина"". Х/м, 2026г

Второй раз смотрю Кагуя, какой же пробивающий эффект у сцены бега, вспомнил, какая сила у экспрессионизма Это очень по мне, очень эмоционально, действенно и минималистично

Бред Яблоко на Поварской запечь не удалось, оказалось, что высокой кухней правят тараканы Это ощущается ужасно, невероятно ужасно, просто ощущение абсолютной душности, пресности, отсутствия кого-либо воздуха, выжженности. Я даже не ожидал, что меня это так расстроит, это такой слом надежд Есть один урок, который я вынес из этой ситуации. Сидеть сложа руки — не вариант, нужно участвовать и ломать изнутри. В отместку за Яблоко хочется, чтобы Единая Россия не оказалась на первом месте. Их надежда на то, что миллионы опустят руки и не придут, не должна оправдываться. Пусть хотя бы Новые люди. Понятно про окно возможностей, но если бы все, кто не согласен с положением дел, голосовали бы за кого угодно против, это была бы все же совершенно другая ситуация, мне кажется. Конечно, за кого-либо другого голосовать нет энтузиазма и куража. Но наверное, это был бы лучший шаг. Если общий гнев и общая грусть смогут вылиться в это, направиться на это, будет супер. Но я еще и сам не уверен, стоит ли голосовать, потому что не хочется… чтобы захотелось, нужно, чтобы это стало общим настроем. Что вы думаете?

«Яблоко» будет в избирательном бюллетене на выборах в Госдуму под номером 2️⃣ Шар с этой цифрой вытащил сегодня на жеребьевке в ЦИК председатель партии Николай Рыбаков. «Вытащил именно тот номер, который хотел, потому что выбор для граждан — или "Единая Россия" (вытянула № 1 — прим.), или "Яблоко". Теперь мы знаем, что у граждан есть возможность проголосовать за мир и свободу — за номер 2», сказал Рыбаков и показал ✌️– знак победы. 🍎 За мир. За свободу. За Яблоко! ‼️Поддержите нас

Ещё и два как виктори (к слову, правильной стороной)). Супер находчивость!

Сейчас ищу формально первую работу, чтобы начать работать с сентября. Вообще я бы, конечно, хотел устроиться куда-нибудь в связи с театром или философией, но я понимаю, что не могу даже себе представить, что может быть сейчас уместнее и лучше. Поэтому хочу попросить, если вы знаете о каких то интересных или на ваш взгляд подходящих мне вакансиях, пишите, пожалуйста!

Сейчас купил недавно пришедшую в Фаланстер книгу «Искренность и подлинность», которая зацепила меня названием, а потом и началом, в котором цитируется фраза Полония, сказанная Лаэрту: «Всего превыше: верен будь себе. Тогда, как утро следует за ночью, Не будешь вероломным ты ни с кем». И решил сформулировать, что для меня искренность. Попробовать подобрать слова. Это лишь одна из попыток, они не вызывают устали, я не ставлю на ней печать: искренность — это какая-то связь с тем, что подлинно происходит с человеком. И прикосновение к этой подлинности происходящего со мной — невероятно питает смыслом. Стоит коснуться — самостоятельно или столкнувшись с этим случайно — ключа к тому, что со мной происходит, как серая картинка взрывается цветами. Я подчеркиваю, что это подлинно происходящее всегда есть. Но оно бывает столь разным, что для того, чтобы обойти его и рассмотреть, бывает нужно долгое копошение в том, что может казаться совершенно несущностным и посторонним. И поэтому мне кажется, что смысл — это свежевыжатый сок чувств. То есть он по природе не логичен, а экзистенциален. Вообще смысл я знаю как чувство смысла. И в этом смысле, он точно есть — потому как даже если человек чувствует острое отсутствие смысла вокруг себя, само это чувство, само переживание этого человека — уже, хотя он может и не видеть этого, рождает смысл. Важно только раскопать в себе это переживание, выразить. Поэтому обладает что-либо смыслом или не обладает — это вопрос не соответствия какой-то логике (тем более, что в философии самое интересное — парадоксы). А это скорее вопрос присутствия в этом чем-либо искренности.

Друзья историки, почему-то в интернете не могу найти хоть немного более подробное, чем в абзаце, описание того, что происходило в Польше в 1968. Посоветуйте, пожалуйста, где почитать — необязательно прямо книгу, хотя бы хорошую статью

Добавляю: 19. Анатолий Эфрос — Профессия: режиссёр 20. Пустое пространство — Питер Брук 21. Бледный огонь — Набоков 22. Роберт Фрост 23. Другие берега — Набоков 24. Бильярд в половине десятого — Бёлль 25. Записки из подполья — Достоевский 26. Дни Турбиных 27. Белая гвардия 28. Соглядатай 29. Маркс 30. Бакунин 31. Кропоткин ✅ 32. Столп и утверждение истины — Флоренский 33. Платон — Кратил ✅

Пару месяцев назад мы гуляли с папой и я сказал, что совершенно не хочу эмигрировать, а чувствую желание быть участником будущего России. И папа задал вопрос, на который я тогда затруднился ответить: «Остался бы ты в Российской Империи или уехал бы в 1912 году, если бы точно знал, что через пять лет неминуемо случатся Октябрьская революция и последующие репрессии?»

Последний век большинство тех, кто называется современными философами — занимаются социологией: в том по крайней мере смысле, что начинают размышление о человечестве с общества, с социума. Это для них как бы единица, они начинают с определения его свойств и законов. И представления об обществе становятся как бы такой базой, на которой строится все остальное. Хотя, наверное, и эти представления строятся чаще всего на базе из представлений о природе и материи как онтологии, как мире. Ощущение, будто теперь, когда познанием занимается наука, философии отведена тема общества. Для меня это совершенно непонятно, я считаю, что начинать надо с человека, с личности. И потому, что любое знание — личностно, а не общественно (как не старается наука, ведь и она тоже — особый метод познания, опирающийся на личностный выбор, личностное решение. Если что, наука — это не эксперимент. Это особый ход мышления, приходящий к тому, что нужно познавать через эксперимент. И вот этот ход чисто индивидуален); и потому, что общество для меня — слишком контекстная категория, слишком синтетическая, тогда как по-моему куда более, что ли, натуральной является ситуация заброшенности, категории «я» и «мир». Нет, я не считаю, что кто-то должен мыслить как я, что есть какой-то правильный путь мышления — я резко против этого. С этим я бы спорил гораздо жестче, чем с философами-социологами, потому что непринятие других путей — это смерть философии и рефлексии. Но вот моё личное отношение к тем философам последних ста лет, которые сводят философию к социологии, не разбираясь в глубине личности, превращая её в объект, молекулу какого-то неисчисляемого молока — не очень, я бы и не назвал это философией, потому что не вижу в этом рефлексивных корней, не чувствую опоры на реальность, мясо того, что есть (для меня связанное с эмоциональным содержанием мысли, хотя и это, наверное, мои предпочтения как экзистенциалиста), только пустые логические структуры.

В этот день, 25 лет назад в 2001 году, в японских кинотеатрах состоялась премьера картины Хаяо Миядзаки «Унесённые призраками». После выхода «Унесенные» побили рекорд Японии по посещаемости кинотеатров, было продано более 16,8 млн. билетов всего за 10 недель, обогнав «Титаник». #ghibli