Рефлексия и реакция
описание
Авторские размышления о процессах в Беларуси. Связь - reflectionbelarus@pm.me Поддержка: patreon.com/reflectionbelarus
4 964
подписчиков
Охват к подписчикам
257,2%
ERR
Реакции к просмотрам
0,00%
0 на 20 постов
Пересылки к просмотрам
0,51%
1 304
Постов в день
0,0
всего 20
Где отзываются чаще
доля реакций к просмотрам- 20 июн.Стоит следить сейчас за беларусскими формированиями в Украине. Если они будут делать политические заявления или встречаться с украинскими политиками высокого уровня - значит зеленый свет на горячую фазу в ближайшее время дан. Если нет - значит ещё будут качать и держать на растяжке.0,00%
- 20 июн.Если непредвзято посмотреть на удары по Москве с военной точки зрения, то они мало влияют на ситуацию на фронте напрямую (гораздо больше здесь влияют удары по логистике в ближнем тылу). Да, как-то пострадает экономика, но здесь уже давно понятно что действует принцип старого анекдота про подорожавшую водку “папа, ты будешь меньше пить - нет, сын, ты будешь меньше есть”. Ровно тот же принцип действует и в отношении топлива: какие бы очереди не были на заправках, транспорт военных и спецслужб стоять на них не будет. Крах идеи “народ поднимет восстание” недавно показал Иран: в условиях коллапса силовики звереют, а народ фокусируется на выживании вместо протеста. Конечно, это не значит что удары по Москве безвредны. Политический и медийный эффект от них колоссален. То, о чем раньше лоялисты чаще шептались на кухнях, теперь всё чаще выносится в медийную плоскость: пора бы заканчивать. Война обходится дорого. Качественного иного результата чем есть достичь не удаётся. Приведут ли к чему то эти разговоры - сказать сложно. Но можно посмотреть на ситуацию с точки зрения целей Украины. У концепции “бить нужно по Москве в первую очередь” есть явный публичный апологет, который продвигает этот тезис буквально всю войну. Это Юрий Фельштинский, американский профессор, друг Березовского, соавтор книги “ФСБ взрывает Россию”. То есть буквально экзистенциальный враг Кремля и российских спецслужб. Нельзя конечно на 100% утверждать что именно Фельштинский консультирует офис Зелинского и украинский генштаб, но логика их действий на текущий момент полностью укладывается в канву рассуждений Фельштинского. В логике Фельштинского, нужно бить по Москве и только по Москве, потому что это единственная болевая точка системы. Можно сколько угодно бомбить условный Белгород и это не приведёт ни к чему. Все решения принимаются в Москве, москвичи до последнего оберегаются от тягот и невзгод войны, закачиваются деньги на социалку и благоустройство и т.п. - потому что Москва это единственный город в России, который имеет политическое влияние на ситуацию в элитах. Потери на фронте для генерала с Лубянки - это что-то далекое и абстрактное, а неработающий аэропорт или сирены ночью - они вот здесь конкретно толкают на мысль что “мы идём куда-то не туда”. Не ставим здесь задачи анализировать эту логику, к ней много вопросов. Интереснее что Фельштинский говорит про Беларусь. А про Беларусь, в отличие от большинства аналитиков и комментаторов по все стороны конфликта, он говорит очень много и часто. Основная его идея - победа в войне лежит через удары по Москве и через освобождение Беларуси. То есть он говорит буквально следующее: режим Лукашенко слабее путинского, поскольку имеет персоналистскую, а не групповую природу (Россией, по Фельштинскому, управляют спецслужбы и Путин лишь их ставленник, а не суверен). Режим непопулярен, армия воевать не хочет. Сломать можно относительно легко (ещё раз повторимся - это логика Фельштинского). Если Беларусь перестанет быть союзником РФ, а станет союзником Украины, балто-черноморская дуга замкнется, Россия утратит балкон для шантажа стран Балтии, снимется вопрос сувалковского коридора, логистика Украины станет намного легче и война для России прекратит всякий рациональный смысл. Триггер, по Фельштискому, для смены режима в Беларуси - военные удары со стороны Украины, для того чтобы показать что режим больше не контролирует ситуацию, а Россия помочь не в состоянии. Действует ли Киев в логике Фельштинского? И тут попадание на 100%. Складываем 2+2 - встреча Зеленского с Тихановской, ультиматум. Выброшенные в медиа цифры по количеству граждан Беларуси, воюющих на стороне РФ. Это не втягивание на войну - это посадка на растяжку, на которой можно лопнуть, затягивание в цугцванг, где не ходить невозможно, а любой ход может привести к катастрофе. Сработает ли? Перечитайте первый абзац. Сложные социальные системы имеют свойство реагировать на внешнее воздействие не так, как планируют те, кто воздействует. Но логика Киева на этот раз, похоже, читается как никогда ясно в словах американского профессора родом из Москвы.0,00%
- 3 мар.Беларусский нарратив всегда существовал в парадигме красной черты, которую Лукашенко не может перейти - сблизиться с Западом настолько, чтобы оторваться от России стратегически. Потому что за этой чертой - смерть Лукашенко или физическая (как угроза), либо политическая. Теперь с другой стороны есть не просто угрозы, а просто реальные примеры. Как руководители государств буквально за сутки превращались или в пожизненного узника или в труп. Да, пока Трамп высказывается на словах крайне уважительно о Лукашенко. Вариант предать Путина и сдать страну в западный лагерь лежал на столе всегда. Раньше этот вариант нёс запредельные риски для власти и жизни. Теперь и отсутствие этого выбора может нести такие же риски, если не большие. Политические процессы интересно рассматривать вместе с экономическими. Россия вводит для Беларуси таможенный контроль. Фактически это распад ЕАЭС в том виде, в каком он существовал. Как и с распадом советского блока и СССР, инициатива идёт из Москвы. Москва видит себя донором с точки зрения денег - поскольку денег у самих становится мало, то становится и не до донорства. Нет денег платить за политику. Оба процесса в конце идут в одну точку бифуркации - экзистенциального выбора для Беларуси: капитулировать перед Россией или перед Западом. В случае капитуляции перед Россией внутри новой страны Беларусь автоматом получает статус стран Балтии после советской оккупации. Даже при отсутствии видимых внешних протестов, это всегда будет бомбой замедленного действия, но уже в контексте потенциально новой итерации развала самой России. К тому же, в экономике России не все хорошо: даже если санкции будут сняты, конверсия ВПК будет очень болезненной. Остаётся фактор войны. На войну нужны люди. Сможет ли Россия в турборежиме трансформировать общество потребления в жесткую тоталитарную систему? Может попробовать. И, видимо, будет пробовать. Получится ли? Слишком много неизвестных, уравнение слишком сложное чтобы предсказывать. Непонятен фактор усталости от текущей войны и конфронтации (он высок), не до конца понятны последствия экономического кризиса и их влияние на общество и его политическое поведение. А главное - удастся ли на идейном уровне продать массам войну против всех, которая коснётся каждого. Кажется, это наиболее сложная задача из всех. Но Путин не может не задумываться, что ракета теперь может прилететь и в его бункер.0,00%
- 3 мар.Трамп конечно совершенно новую реальность создаёт. Вот например у нас годами шёл дискурс о гипотетических возможностях влияния Путина на Лукашенко. Может ли послать вагнеровцев для создания беспорядков? Может ли отравить? Может ли устроить “штурм дворца Амина” ? Очень много разговоров, намёков, но всё это разговоры. Трамп открыл портал в совершенно новый мир. За два месяца - одного руководителя государства захватил и судит, второго просто убил. Без предупреждения, с семьёй и соратниками. Конечно были дипломатические танцы, заявления, бряцания оружием. Но это воспринималось как дежурные вещи. Путин не бомбил Банковую, не создавал прецедента. Свято бдил неписаное правило про панов и холопов. Воевать - удел холопов. Теперь этого правила нет. “Кубе приготовиться” говорит сенатор Грэм. Руководство Кубы чётко в голове рисует картину будущего в эти минуты. Здесь надо мыслить не категориями режимов, а непосредственно категориями их руководителей. Ведь речь про их будущее лично, а не про будущее режима, систему мировой безопасности (которая растоптана вхлам и топтать её первый начал совсем не Трамп). Ну то есть любой руководитель любого государства, враждебного США, отныне буквально чувствует ствол приставленный к собственному затылку. Один раз - случайность, второй раз - тенденция. После кейса с Ираном отсылки на доктрину Монро больше не действует. Америка действует везде, где посчитает нужным. По крайней мере в текущем моменте. Ситуация имеет огромное количество переменных и неизвестных, требует невероятное количество экспертизы, поэтому трудно поддаётся прогнозированию. Иранский режим в достаточной степени чёрный ящик, в том числе сам для себя. Но всё же определенные выводы сделать можно: 1. Трамп начал и останавливаться не собирается. Кубе конкретно намекнули что она следующая. Куба в полной блокаде. Куба - это личное, это огромная диаспора в нескольких поколениях на территории Штатов. Возможно, обойдётся малой кровью, потом что Кубе противопоставить буквально нечего. 2. Срок планирования операции 2-3 месяца. Ровно такой срок планировалась операция против Мадуро. Если от момента похищения Мадуро отсчитать два месяца, то получим срок удара по Хаменеи. 3. Цель операций - не смена режима напрямую. Цель - заставить руководство режима идти на уступки, иначе оно будет уничтожено. Для авторитарного режима пойти на уступки означает медленную, управляемую, но потерю власти. И уже с новой властью идут переговоры. Если новая власть не понимает правил - цикл запускается заново. Потеря власти в этом сценарии - неизбежность. Вопрос в том это будет управляемая потеря, с гарантиями, с торгом или быстрая потеря власти путём потери жизни. 4. Концепт режимоцентричности меняется на персоноцентричность. Это очень важное изменение. Победить режим тяжело - у любого режима огромное количество бенефициаров и силовой контроль. Но для персоны автократа это не имеет значение. Не имеет значение какое будущее будет у твоего режима, не имеет значения будет ли удар в ответ, не имеет значения определен ли преемник, не имеет значение какие издержки понесет агрессор. Потому что тебя в этот момент в живых на земле уже не будет. И даже если твои дети выживут, им будет крайне тяжело. Тут же анализируем фактор ядерки - какая тебе разница будет ли ответный удар, если ты уже будешь мертвый под обломками бункера валяться? Люди, которые будут после тебя, будут иметь максимум мотивации такой удар в ответ не наносить. Ядерка защищает государство, но не защищает первых лиц.0,00%
- 19 дек.То есть это просто игра с заменой Лукашенко, но не с заменой его отношений с РФ. Чтобы в эту игру играть нужно высочайшее доверие со стороны Путина. И вряд ли бывшие политзеки им обладают - в Украине Путин доверял только собственному куму, хотя очередь за поддержкой к Путину других деятелей не иссякала. Рационально эта позиция объясняется только одним - игра на номенклатуру внутри Беларуси и будущего преемника, чтобы была рамка чтобы вместе сесть за круглый стол, куда не попадут те, кто для номенклатуры выглядят радикалами. Но никто не знает в каких условиях будет сам транзит. Его более “радикальная” вероятность с точки зрения перемен зависит от состояния РФ в тот момент и её готовности лезть в дела последнего сателлита. Если Россия не сможет влиять никак - можно быть гораздо смелее в желаниях. И здесь мы снова возвращаемся к теме экономического удушения РФ. Когда, на месте Путина, ты видишь тренд на медленное удушение своих ресурсов, твой единственный шанс - взломать ситуацию, вывести её на новый уровень эскалации. Война. Одна уже есть, вариантов не остаётся как смотреть в сторону другой. Но риски там - запредельные. Время играет на США, потому что экономике РФ лучше не становится. Поэтому их задача - увеличивать личные риски при таком раскладе для руководства РФ с одной стороны, с другой стороны - манить отменой санкций, чтобы эффект отмены отдельных не отменял удушение в целом. В то же время Россия традиционно демонстративно эскалирует через подготовку к войне, что само по себе (эскалация) является целью процесса, а не сама война как таковая (которая впрочем может случиться в виду естественного движения спирали эскалации). Это довольно сложная игра и логика, которая вызывает просто невероятную шизофрению в медиа, потому что обе стороны играют в противоречивую игру. Совершенно неизвестно как это всё закончится. Но известно одно - окончательный статус-кво зафиксируют политики нового поколения, опирающиеся на электоральную устойчивость и согласованные протоколы безопасности. До этого момента ещё очень много будет временных договоренностей, откатов, кидков и прочего. Потому что невозможно построить доверие между людьми, которые кидали друг друга бесконечное число раз. Не доверяет никто и никому. Это важно помнить всем, кто пытается построить доверие старыми методами слов, заявлений, жестов и т.п. Но время работает всегда на более эффективный с экономической точки зрения блок. И если Путин живёт в парадигме “каждые последующие условия мира для Украины будут хуже чем предыдущие”, то в отношении России действует ровно та же парадигма “каждые условия отмены санкций будут тяжелее чем предыдущие”.0,00%
- 19 дек.В сентябре 1987 года случилось историческое событие: лидер ГДР Эрих Хонеккер прибыл с государственным визитом в ФРГ. В Восточной Германии это подавалось именно как полноценный государственный визит, но Бонн придумал очень хитрый протокол. Определенные атрибуты были: звучал гимн ГДР, поднимался флаг. Но нюансы церемониала подчеркивали — это особый случай, речь идет о приеме главы не совсем иностранного государства. Скажем так, государства с «более сложным статусом». ГДР находилась в положении, когда экономический кризис больно ударил по их основному партнеру — СССР. Необходимо было срочно прорубать окно на Запад, и в этом плане визит казался многообещающим. Нельзя сказать, что до этого отношения между немцами были идеальными — они были сложными. Но ФРГ пошла по принципу прагматики и даже, в какой-то степени, признания. Западные немцы регулярно выкупали у ГДР политических заключенных, вели экономические проекты — то есть держали восток в фокусе, сотрудничали с текущей властью и порой демонстративно оказывали ей почести. Визит 1987 года прошел триумфально. А через два года ГДР перестала существовать. Конечно, не по той причине, что её “разложили” из ФРГ. Это произошло уже давно, а вот советский штык исчез. Но ГДР мягко упала в объятия ФРГ, растворившись в ней (впрочем, не до конца). Зачем ФРГ на это шли? В 1987 году еще не было понятно что будет с СССР. Но республиканская администрация в США уже поставила на разрядку с СССР. Рейган заключал с Горбачевым договор о РСМД. Любая историческая аналогия не будет точной, но сложно не увидеть общее с тем, что происходит сейчас вокруг Беларуси. Снова в России экономика идет на спад. Снова республиканская администрация пытается договориться с Россией. Снова идут заигрывания с её сателлитами. Оптика 1987 года позволяет посмотреть на ситуацию по иному, нежели принято смотреть на это сейчас. Это не капитуляция перед РФ. Это, возможно, попытка подготовить почву для “мягкой посадки”. “Мягкая посадка” в этом случае, как и в случае с СССР - это желание перевернуть ситуацию в новое равновесие без большой войны. Развал государства, как и в случае СССР, не желателен для США. Но США ему не препятствовали, т.к. с точки зрения контроля над ядерным оружием всё произошло достаточно мирно. Давайте обратим внимания на суть снимаемых Трампом санкций. Они выглядят как красивые жесты, но как-то так получается что из-за злых европейцев (плохой полицейский в этом сюжете, непривычная роль для ЕС), они по факту не работают в полной мере. Сняли санкции на Белавия - и что, вернулся пассажиропоток? Нет и близко, даже если появятся рейсы в США (зачем, если есть Стамбул?), вряд ли они спасут Белавию от потери традиционного рынка, а Беларусь от изоляции. Сняли санкции на калий - а через что его везти в нужным объемах по-прежнему непонятно. В пакетах переговоров с Россией лежит конкретика по потенциальной линии фронта, численности ВСУ, статусу Украины, но конкретики по том какие именно санкции снимут с России нет. Экономически ослаблять Россию не перестанут, как не переставали ослаблять СССР, при всех поцелуях/рукопожатиях генсеков с президентами США. Понимает ли это Путин? Скорее всего понимает. Равно как и понимает что никакой “финляндизации” он не примет, потому что оригинальная Финляндия в итоге вступила в НАТО, как только замаячил конфликт НАТО с РФ. Поэтому и ни на какие серьёзные переговоры особо идти не хочет. В его понимании линия раздела сфера влияния будет окончательной и будущей прото-линией фронта, поэтому она должна быть западнее, гораздо западнее чем сейчас стоят российские войска, и он верит что может перенести её западнее, не через силу, так через политические перемены в Украине (отсюда и всплывшая тема выборов). Любая игра в “финляндизацию” сегодня - это либо наивная попытка кинуть Путина, либо попытка продать сателлитные отношения с РФ под видом нейтралитета. Второе, кстати, не так уж и плохо в текущей перспективе, т.к. формальный суверенитет сохраняется. Но это с позиции текущей перспективы, где Лукашенко висит в таком же положении.0,00%
- 12 сент. 2025 г.Весьма интересна динамика изменений, не пойдёт ли она экспоненциально? Но тут гадать не будем, ведь это всецело зависит от главной переменной - финансовых ресурсов РФ.0,00%
- 12 сент. 2025 г.В общем, у нас впереди есть некий непреодолимый рубеж, который превратит ситуацию в качественно иную. Власть РФ прекрасно понимает эти проблемы, поэтому превентивно закручивает все гайки, которые только может (были бы в Непале умнее, не выключали бы все соцсети сразу, а замедляли по очереди, в течение длинного периода). Отсюда и желание разговаривать с Трампом сколько угодно и обещать что угодно (не останавливая войну), лишь бы получить хоть какие-то послабления санкций или иные формы выгодного экономического сотрудничества. К слову об остановке войны - для РФ это будет сценарий чреватый катастрофическими социальными последствиями. Вернутся фронтовики и начнут задавать неприятные вопросы. А доход их семей оскудеет. Даже если боевые действия остановятся де-факто, России, как это бы не выглядело парадоксальным, будет выгодно еще долго держать уцелевших контрактников на передовой, подальше от тыла, и сохранять им привычные выплаты. Естественным образом, как и в ранней стадии конца СССР, под нож идут все не жизненно важные внешние проекты. Сирию и Армению уже сдали. Лукашенко после которой встречи не может привезти от Путина денег. Денег нет. __ Если вы думаете что эпохальные исторические изменения происходят каким-то театрализированным способом, по-голивудскому сценарию, то история в 80% случаев работает совсем не так. Голливуд наступает лишь в самом конце. А до этого происходят некие события, которые в моменте имеют одно восприятие, а ретроспективно выглядят совершенно по-иному. Например нарратив “Россия даёт добро на контакты Лукашенко с американцами в контексте потепления отношений с администрацией Трампа, а тот говорит американцам что он верный союзник России” может ретроспективно превратиться в “Россия ничего не может предложить Лукашенко взамен за прекращение контактов с американцами, а убрать его слишком рискованно, поэтому Россия закрывает глаза на такие контакты, а Лукашенко на словах делает вид что он ближайший союзник России, а на деле ведёт свою политику, например сообщает Польше о провокации с дронами”. Выбирайте свою версию, но факт остаётся фактом - контакты есть. Факт остаётся фактом - люди выходят. Да, новых сажают, но гораздо чаще дают химию. Пик жестокости репрессий пришёлся на 2023-2024 годы. Сейчас этот пик заметно ослаб, а ещё и стали систематически выпускать людей. Ещё один факт - соседи ведут себя всё жестче. Учения “Запад” всегда отрабатывали плюс-минус один сценарий - деблокада Калининграда. Но границу с Калининградом не закрывают. Закрывают границу с Беларусью (хоть и учения далеко от границы). С РФ бодаться пока ещё опасно, а с РБ уже можно. Беларусь заявила о 13 тысячах состава на учениях. А Польша пригоняет под границу 40 тысяч. По-хорошему, РБ нужно собирать аналогичную группировку у границ, потому что это явный диспаритет. Но собирать нечего, и поэтому на белорусской стороне все будут делать вид что ничего не происходит. В Беларусь вернулась политика. Отказ покидать Беларусь Статкевича - это политическое действие. Режим будет вынужден реагировать, скорее всего некрасиво - красивых выходов нет. Но как политик Статкевич проявил себя проактивно - сам навязал действие, создал инфоповод и добавил себе тысячу очков в копилку образа несгибаемого политика. Одно дело порвать паспорт на пике протестов - другое дело отказаться от выезда за границу после 5 лет тюрьмы, чтобы опять гарантированное туда вернуться, лишь бы добавить ложку дегтя в переговоры с американцами и слегка всколыхнуть деполитизированное общество. А Азарёнок полноценно травит пророссийских активистов. Все эти явления кажутся разрозненными. Но при отдалении от отдельных фактов тренд очевиден - Лукашенко идёт на уступки Западу и пытается отделиться от Москвы. Медленно, неохотно, с оговорками, с проявлениями показательной лояльности Путину и жесткости к врагам - но системно и непрерывно, всё больше и больше он идёт на ослабление чрезвычайно мощно завинченных ранее гаек. Здесь важен не масштаб ослабления, а сам тренд. Который может вызвать интересные вопросы внутри силового аппарата РБ. Зачем старались?0,00%
- 12 сент. 2025 г.Существует только одна стратегически важная переменная в войне - финансовые ресурсы РФ. Этот фронт самый динамичный, и то, что происходит на этом фронте, влияет и на фронт боевой, и на все остальный фронты. Можно даже сказать что всё остальное что происходит - это производные от этой переменной. Толковые экономисты давно посчитали что при таком темпе ведения войны, Россия может находить ресурсы на войну в течение еще очень долгого времени, чуть ли не десятилетиями. Это правда, и этот тезис - основа всего кремлевского поведения, именно его озвучил Мединский: “Мы будем воевать столько, сколько потребуется”. Это доминирующий нарратив в котором живёт руководство РФ. Но можно поставить вопрос чуть по иному: сколько России хватит ресурсов на войну без значительного падения уровня потребления в тылу? И ответ на этот вопрос скорее всего измеряется уже в месяцах. Сейчас в экономике РФ существует финансовое уравнение, у которого нет хорошего решения. Год заканчивается с дефицитом бюджета в несколько триллионов рублей при условии нуля ликвидных денег в запасах. Далее есть несколько вариантов: 1) Эти деньги можно напечатать. Это вызовет всплеск инфляции. А ставка и так экстремально высокая, её поднятие не сможет сбить инфляцию. Инфляция (в бытовом понимании - рост цен) - это проблема номер один по важности для россиян, согласно многочисленным опросам. 2) Можно девальвировать рубль, это даст резкое увеличение выручки экспортеров в рублях и увеличение рублевых поступлений в бюджет. Минус тот же - инфляция, теперь за счет резкого удорожания импорта. Импортные составляющие, так или иначе встроены практически во всех технологические цепочки. Это значит что подорожает практически всё. А ажиотажный спрос на валюту может раскрутить инфляционную спираль. 3) Можно увеличить налоги. Проблема в том что основные дойные коровы - нефтяная и газовая отрасли- сами находятся в тяжелой ситуации. Газпром глубоко убыточен. Нефтянка держится на грани, но нефтепереботчики сами просят помощи из бюджета чтобы сохранять текущие цены на заправках. А ещё дроны выбивают частично нефтепереработку. Облагать же налогами отрасли сервисные, такие как ритейл - это означает что и в этом сценарии простой и непростой народ увидят рост ценников в магазинах. 4) Можно “одолжить” эти деньги у банков. Проблема - банки себя чувствуют не очень хорошо с точки зрения балансов. Скорее всего этот вариант будет выбран как базовый, потому что он наименее проинфляционный. Но на любые движения вокруг банков вкладчики реагируют крайне нервно. А слухи о заморозке вкладов в той или иной форме обычно вызывают у вкладчиков панику. Паника у вкладчиков бьет по банковской системе, у которой и так не очень хорошие дела. Гипотетически, банковскую систему можно докапитализовать на сколько угодно (заодно отжав), но см. п. 1. Альтернатива - крах банков. Хороших вариантов нет. Или резать бюджет и обижать бюджетников, или допустить инфляцию и обидеть всех, кроме узкой прослойки владельцев и менеджмента экспортных компаний. А Путин не молодеет. А от войны на третий год лишь усталость. А беспилотники летят всё дальше и все массивнее. А очереди в военкоматы не растут. Рано или поздно, все вектора сойдутся в единой точке бифуркации, когда большинство населения России, включая её политический бомонд, так или иначе задетые происходящим, публично зададут вопрос: “А зачем вообще всё это такой ценой?”. Что будет после этого вопроса никто не знает. Возможно, Россия переродится в тоталитарную страну образца середины ХХ века, где все будут работать в сплошном военном лагере. Но вероятность этого не очень велика - никто не хочет в военный лагерь. Есть и другой сценарий - в истории России уже были прецеденты, когда настоящего царя заставили отречься собственные генералы. Даже если представить жесткий сценарий, где Путин пытается надеть сталинский френч, нет оснований полагать что эта система еще с большей скоростью не полетит к катастрофе за счет примитивизации управления. Лукашенко поддержал в этом деле Путин. А Путина кто поддержит? Си?0,00%
- 24 июн. 2025 г.Особое внимание заслуживает факт присутствия на переговорах с американской стороной главы КГБ Беларуси. Это крайне важный сигнал. На сегодняшний день именно этот человек, по всей вероятности, занимает неформальную вторую позицию в иерархии власти. Его допуск к переговорам подобного уровня свидетельствует о том, что режим рассматривает сложившуюся ситуацию прежде всего как прямую угрозу собственной безопасности и выживанию системы в целом. Если бы разговор шёл о чём-то ином — о снятии отдельных санкций, о техническом сотрудничестве или экономических вопросах — на переговорах, скорее всего, присутствовали бы представители экономического или политического блока. Но был выбран именно руководитель ключевого силового ведомства. Это означает, что, несмотря на внешнюю стабильность, внутри системы нарастает осознание серьёзности положения. Белорусский режим чувствует, что на кону уже не просто тактические уступки, а сама способность продолжать управлять страной без внешней опеки. А еще Лукашенко не молодеет.0,00%
- 24 июн. 2025 г.Китай, несмотря на последний визит Лукашенко, также не проявляет серьёзной заинтересованности в углублении связей с Беларусью. Нет ни подписанных стратегических соглашений, ни потока делегаций, ни признаков реального экономического сближения. Вероятно, Пекин выбрал осторожную стратегию выжидания и готов медленно, постепенно наращивать влияние, не становясь при этом донором белорусского режима и не втягиваясь в рискованные политические проекты. В результате для Минска формируется ситуация структурного тупика. Восточные партнёры не готовы поддерживать режим Лукашенко в необходимом масштабе. Единственный оставшийся выход — это попытаться наладить отношения с Западом. Однако даже здесь успехи весьма ограничены. Переговоры с США не привели к снятию ни одной санкции, не было сделано никаких реальных уступок. Единственный осязаемый результат — сам факт проведения переговоров, который, с точки зрения режима, не даёт мгновенных дивидендов. Более того, ценой этих переговоров стало освобождение ключевого политического оппонента Лукашенко — шаг, на который ранее он категорически не шел. Это подчёркивает, насколько высока ставка для режима в нынешней ситуации. Даже мизерный шанс на открытие диалога с Западом оказался для Лукашенко столь ценным, что он был готов заплатить политически болезненную цену, не получив взамен никаких видимых гарантий. Если рассматривать ситуацию в Беларуси в более широком контексте, нельзя игнорировать разрушение норм международной политики, о котором уже говорилось ранее. После 24 февраля 2022 года миропорядок, основанный на правилах, фактически прекратил существование. В этот новый хаотичный ландшафт встраиваются и внутренние процессы, происходящие в Беларуси, в том числе на экономическом уровне. Экономическая ситуация в стране ухудшается. По итогам первого квартала текущего года сальдо счета текущих операций Беларуси оказалось отрицательным — дефицит составил порядка двух миллиардов долларов. Данных за второй квартал пока нет, но вряд ли можно ожидать, что ситуация принципиально улучшится. Напротив, скорее всего дефицит продолжит расти. При этом Россия, по тем причинам, о которых уже шла речь, будет всё менее способна оказывать масштабную экономическую поддержку. Собственные ресурсы Москвы стремительно сокращаются, а приоритетно они будут направляться на войну в Украине. Таким образом, под внешне монолитной, казалось бы, конструкцией белорусского режима скрывается целая совокупность нарастающих рисков, причём темп их роста можно охарактеризовать как экспоненциальный. Политический контроль внутри страны, каким бы полным он ни выглядел, не отменяет этих структурных уязвимостей. Именно поэтому, несмотря на публичную демонстрацию стабильности, режим Лукашенко вынужден идти на диалог с Западом. Встреча с представителем США Китом Келлогом и последовавшее после неё освобождение ключевых политических заключённых — лишь первый шаг в этом направлении. С высокой вероятностью давление на Лукашенко продолжится, и следующие уступки — в той или иной форме — неизбежны. Даже если это не приведёт к масштабной политической либерализации, Беларусь, в любом случае, движется в сторону состояния, в котором влияние внешних игроков на внутреннюю политику возрастёт настолько, что режим рискует потерять возможность самостоятельно принимать стратегические решения. Возможно, речь не идёт о полном откате к ситуации 2019 года, но сформируется новая конфигурация, при которой степень внешней зависимости окажется критической. В какой именно форме это проявится, пока предсказать сложно, но сама тенденция очевидна.0,00%
- 24 июн. 2025 г.Однако дальнейший ход событий показал, что дело было не только в Путине. С приходом Трампа на пост президента США система международных правил начала рассыпаться ещё быстрее. Сам Трамп, человек крайне импульсивный и по сути равнодушный к соблюдению традиционных норм, стал символом разрушения старого миропорядка. Важно не столько то, какую конкретную политику он проводил, сколько то, что его стиль, непредсказуемость и пренебрежение устоявшимися рамками открыли окно возможностей для действий, которые раньше считались невозможными. Причём это окно открылось не только для авторитарных государств, но и для самих стран коллективного Запада. Запреты и табу перестали восприниматься как непреложные. Сегодня, пожалуй, осталось только одно негласное, но всё ещё сохраняемое правило: не уничтожать глав иностранных государств. Израиль в ходе противостояния с Ираном фактически ликвидировал значительную часть иранской политической и военной верхушки. Тем не менее, Верховный лидер Ирана, аятолла, продолжает оставаться в живых. Хотя, как отмечают многие наблюдатели, прямые сигналы о готовности перейти и эту последнюю черту уже звучали. На момент написания этого текста этот рубеж всё ещё не был пересечён. Но остаётся ощущение, что это может измениться в любой момент. Пересечение этой черты станет разрушением последней основы старой международной системы. Убийство действующих глав государств превратит международную политику в бесконечную игру в охоту, где любые переговоры станут практически невозможны: с кем вести диалог, если каждый из участников постоянно живёт под угрозой физического устранения? Эти тенденции, безусловно, осознаются и в Минске. Для политического режима в Беларуси это создаёт качественно новую реальность. В такой ситуации уже нельзя полагаться на прежние гарантии или рассчитывать, что правила сдерживают всех участников. Это во многом объясняет, почему стратегически Беларусь стремится любой ценой наладить контакт с Западом. Речь уже идёт не просто о тактическом манёвре, а о вопросе выживания режима в условиях, когда старый миропорядок окончательно уходит в прошлое. Стоит подробнее остановиться на фоне и особенностях белорусско-американских переговоров, которые в настоящий момент продолжаются. Судя по всему, они ведутся с ведома Москвы и, вероятно, вписываются в контекст общего осторожного потепления в отношениях между Россией и США. Тем не менее, для режима Лукашенко эти переговоры имеют значительно более глубокое значение, чем просто тактический манёвр в русле российской политики. Минск стремится выжать из них максимум возможного. Для Москвы эти контакты можно преподнести как попытку открыть, пусть не "двери", но хотя бы "санкционные форточки", через которые можно будет ослабить экономическое давление. Поскольку экономика Беларуси полностью встроена в российскую, любые послабления для Минска автоматически влияют на российские экономические сегменты, в том числе на критически важные, например, в оборонной сфере. В этом контексте Москва может даже быть заинтересована в определённом успехе этих переговоров. Однако для Лукашенко этот процесс имеет гораздо более высокую ставку. На восточном направлении, в отношениях с Россией и Китаем, Минск фактически упёрся в тупик. Продолжение движения в этом направлении лишь сокращает пространство для манёвра и увеличивает зависимость, но не создаёт новых возможностей. Переговоры с США проходят на фоне начинающейся рецессии в России. Деньги у Москвы ещё есть, но финансовый ресурс не безграничен. Российская система выстроена таким образом, что деньги на войну будут находиться всегда, однако общий уровень жизни населения в ближайшей перспективе, скорее всего, начнёт снижаться, и это станет серьёзным вызовом для российского режима. Более того, Москва постепенно сворачивает участие в проектах, не связанных напрямую с войной в Украине. Мы уже наблюдаем дистанцирование от конфликта с Ираном, отсутствие заметной помощи режиму Башара Асада, медленное сворачивание африканских инициатив. Все доступные ресурсы сосредоточены на украинском фронте.0,00%