Русский Стиль

Священное новое: почему нам нужно современное христианское искусство Зайдите в любой наш храм или посмотрите на типовую роспись нового собора. Это величественно. Это правильно. Но это — музей. А живой вере нужен живой язык. Мы привыкли считать, что разговор о Боге требует исключительно сусального золота, суровых ликов святых и запаха ладана. Любая попытка заговорить об этом на языке современного мира клеймится. Нам десятилетиями внушали страх перед актуальностью. Давайте честно признаемся сами себе: для огромного пласта нашей молодежи, выросшей в цифровом шуме, клиповом мышлении и нейросетях, классика (безусловно, важная!) сегодня звучит как иностранный язык без перевода. Они смотрят на иконы с уважением туриста, но их сердце остается холодным. Им непонятен визуальный код прошлого, потому что они живут в совершенно ином информационном поле. Как достучаться до человека, который засыпает под ASMR-ролики, идет по улице в беспроводных наушниках, а мир воспринимает через экран смартфона? Ну... С помощью современного визуального кода. Дело не в том, что старая икона плоха. Она хороша! Но дело в том, что она говорит о вечности тогдашним голосом. А нам нужна актуалочка. Современное христианское искусство — это не замена традиции. Это ее продолжение. Это тот самый мост между Небом и спальным районом мегаполиса. О чем оно говорит? О Христе посреди бетонных коробок, панелек и промзон. О надежде, которая пробивается сквозь холод души так же упорно, как трава трещины асфальта. Это не десакрализация, которую все так боятся. Это перевод — точный, актуальный, так сильно нам нужный. Нам отчаянно необходимо свое, русское, XXI века. Искусство, которое переведет Нагорную проповедь на язык жителя Москвы, Мурманска или Челябинска. Которое сможет объяснить суть жертвы Христа тому, кто привык потреблять контент со скоростью свайпа. Современное христианское искусство может быть неудобным, провокационным, угловатым. Настоящее творчество всегда такое. Но именно через эти неудобные формы к человеку возвращается главное — ощущение Встречи. Не законсервированной в церковном календаре, а в моменте, прямо здесь и сейчас. Когда ты смотришь и понимаешь: Он видит тебя прямо сейчас. Когда ты тонешь во всей своей усталости, цинизме и тоске. Давайте перестанем бояться диджитала и креатива! Инструменты меняются, суть — никогда. Пора возвращать священному право на сегодняшний день. Иначе завтра это священное останется лишь в памяти искусствоведа или историка религии. Галерея Солянка и Русский стиль в очередной раз сделали два невероятных проекта. На этот раз — про современное христианское искусство. Завтра — в воскресенье — еще можно успеть посмотреть две выставки. Одна из них — Ольги Шумовой, «Сакральное. Цифровое» от проектов «После Иконы» и «Русский Стиль». Творчество Ольги — синтез плакатного искусства, дизайна и высокой христианской традиции. И, честно говоря, я просто очень сильно люблю ее работы, они меня действительно цепляют. Я бы весь ее канал к себе отрепостила! Вторая выставка — Марии Шелест, «Благая весть» от проектов «Русский стиль» и «После иконы». Евангельский текст на протяжении двух тысячелетий остаётся неиссякаемым  источником для изобразительного искусства — и графические работы Марии не пересказывают Священное  Писание, а предлагают нам пережить его как личный диалог, собирая  целостный образ Христа. Это просто нужно видеть и прожить.

До краеведения надо дорасти. Недавно сие понял, и может быть это только моё ощущение, потому что от экспертов нередко приходилось слышать иное. Дескать нет, в нежном возрасте историю надо начинать с краеведения, а потом расширять до масштабов мировой. Но если бы мне классе в 5 сказали, что карельские камни интереснее гоплитов и легионеров, я б поднял этого человека на смех. Мы жили на даче на карельском перешейке чуть ли не по полгода. Сосновые леса, песчаные бережки, ледяная ладожская вода — все это было моей каждодневной реальностью. И конечно же я, интересуясь историей, знал базу и про новгородцев, и про шведов с датчанами, и про варяжские драккары на Неве. Но ум мой блуждал вместе с Ксенофонтом по глубинам персидской державы, искал пролив вместе с Магелланом, переходил Рубикон с Цезарем и вместе с Лейфом плыл к Ньюфаундленду. А то и вовсе, нёсся вместе со всадниками Теодена по Пеленнорским полям, чего не стоит недооценивать. Потому что от Теодена на Пеленнорских полях — один шаг до Теодориха на Каталаунских. Главная задача обучения истории в раннем возрасте (относительно раннем — лет в 10-12) — это поразить воображение ребенка масштабом и красотой всего бывшего в мире. Вообще главная задача педагогики, что бы вы ни преподавали — проявить перед юным человеком красоту бытия, а затем научить его и самому её извлекать. И потому, краеведение конечно же нужно. Но не в формате учебников. По крайней мере до определенного времени. Краеведение ребенка — это есть чернику, купаться, строить шалаши в лесу, разводить костры, влюбляться, ловить рыбу и ещё многое, многое, многое. Делать этот край своим. Впитывать его. И тогда однажды случится чудо. Чудо в котором он поймет, не на уровне строки в параграфе, а где-то в глубине своего нутра. Что Лейф вполне мог проплывать и мимо Васильевского острова. Что камень, на котором он сидел влюблённый, мог сотни лет быть границей между княжествами. Что на острове, который он видал с берега, и правда могут быть зарыты арабские дирхемы. Почувствует кожей, как люди делали эту землю своей и передали её ему. И тогда он поймёт, что в том огромном и восхитительном, что было в мире, у него есть своя собственная часть. Он ее суверен. И никто уже не вырвет из его сердца этого восхищения. Может быть он почувствует это в 20 лет. Может в 30. Может в 40. Может только выйдя на пенсию. Но это уже не так важно. Я вот сейчас испытываю жгучее желание обойти каждый метр моего родного приладожья. Готов часами идти до груды камней среди леса, которая прежде была крепостью, усадьбой, мельницей. Потому что все это моя собственная часть того восхитительного мира, любовь к которому начиналась с Ксенофонта, Магеллана, Теодена на Пеленнорских полях и множества других великих и прекрасных событий.

Проект «Набат и благовест» попал под странное судебное решение об авторских правах. Призываем наших читателей поддержать проект: https://t.me/nabat_utrachennogo/17249

В рубрике «Книга недели» — «Крушение гуманизма» — А. Блок, В. Молодяков Это сборник поздней прозы Блока, который помогает приблизиться к мировоззрению поэта последних лет жизни. «Революция», «романтизм», «гуманизм», «большевизм», «музыка», «свобода», «культура», «цивилизация» — в текстах 1918–1921 годов эти слова звучат не как отвлечённые понятия, а как нерв эпохи, пережитой художником изнутри. Сборник составлен исследователем Серебряного века, историком и коллекционером Василием Молодяковым. Его сопроводительные статьи помогают увидеть, как складывалась философия Александра Блока и его отношение к революционным событиям в России. Особую ценность изданию придаёт визуальный ряд: специально для книги художник Семён Галинов создал серию офортов на меди. Вместе с текстами Блока они образуют единое полотно напряжённого повествования и сообщают героико-трагическое настроение.. «Крушение гуманизма» — библиофильское издание ограниченным тиражом 700 экземпляров. Книгу можно найти в книжной лавке Галереи Солянка Объединения «Выставочные залы Москвы» 📍 Галерея Солянка м. Китай-город, ул. Солянка, 1/2, стр. 2 (вход с ул. Забелина) 🕘 ежедневно с 12:00 до 22:00