Серебряный век

В хате Пахнет рыхлыми драченами; У порога в дежке квас, Над печурками точеными Тараканы лезут в паз. Вьется сажа над заслонкою, В печке нитки попелиц, А на лавке за солонкою – Шелуха сырых яиц. Мать с ухватами не сладится, Нагибается низко, Старый кот к махотке крадется На парное молоко. Квохчут куры беспокойные Над оглоблями сохи, На дворе обедню стройную Запевают петухи. А в окне на сени скатые, От пугливой шумоты, Из углов щенки кудлатые Заползают в хомуты. Сергей Есенин, 1914 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Василий Кандинский. Два овала. 1919 Холст, масло. 107,0 × 89,5 см Русский музей, Санкт-Петербург ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Пригвождена Пригвождена к позорному столбу Славянской совести старинной, С змеею в сердце и с клеймом на лбу, Я утверждаю, что – невинна. Я утверждаю, что во мне покой Причастницы перед причастьем. Что не моя вина, что я с рукой По площадям стою – за счастьем. Пересмотрите всё мое добро, Скажите – или я ослепла? Где золото мое? Где серебро? В моей руке – лишь горстка пепла! И это всё, что лестью и мольбой Я выпросила у счастливых. И это всё, что я возьму с собой В край целований молчаливых. Марина Цветаева, 1920 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Вернуть любовь ...То ненависть пытается любить Или любовь хотела б ненавидеть? Минувшее я жажду возвратить, Но, возвратив, боюсь его обидеть, Боюсь его возвратом оскорбить. Святыни нет для сердца святотатца, Как доброты у смерти... Заклеймен Я совестью, и мне ли зла бояться, Поправшему любви своей закон! Но грешники – безгрешны покаяньем, Вернуть любовь – прощение вернуть. Но как боюсь я сердце обмануть Своим туманно-призрачным желаньем: Не месть ли то? Не зависть ли? Сгубить Себя легко и свет небес не видеть... Что ж это: зло старается любить, Или любовь мечтает ненавидеть?.. Игорь Северянин, 1908 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Николай Дубовской. Родина. 1905 Холст, масло. 165 × 275 см Омский областной музей изобразительных искусств имени М. А. Врубеля, Омск ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Сирень Из букета целого сиреней Мне досталась лишь одна сирень, И всю ночь я думал об Елене, А потом томился целый день. Всё казалось мне, что в белой пене Исчезает милая земля, Расцветают влажные сирени, За кормой большого корабля. И за огненными небесами Обо мне задумалась она, Девушка с газельими глазами Моего любимейшего сна. Сердце прыгало, как детский мячик, Я, как брату, верил кораблю, Оттого, что мне нельзя иначе, Оттого, что я ее люблю. Николай Гумилев, 1917 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Григорий Мясоедов. Страдная пора. Косцы. 1887 Холст, масло. 164 × 282 см Государственный Русский музей, Санкт-Петербург ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Песня последней встречи Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки. Я на правую руку надела Перчатку с левой руки. Показалось, что много ступеней, А я знала — их только три! Между кленов шепот осенний Попросил: «Со мною умри! Я обманут моей унылой, Переменчивой, злой судьбой». Я ответила: «Милый, милый! И я тоже. Умру с тобой…» Это песня последней встречи. Я взглянула на темный дом. Только в спальне горели свечи Равнодушно-желтым огнем. Анна Ахматова, 1911 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Ты меня, моё солнце Ты меня, моё солнце, Всё равно не согреешь, Ты горишь слишком тихо, Я хочу слишком знойно! Ты меня, моё сердце, Всё равно не услышишь, Ты стучишь слишком звонко, Я зову слишком робко! Ты меня, моё счастье, Всё равно не утешишь, Ты солжёшь слишком нежно, Я пойму слишком горько! Ты меня, мой любимый, Всё равно не полюбишь. Я горю слишком ярко - Ты возьмёшь слишком просто! Тэффи, 1923 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Лев Бруни. Портрет Артура Лурье. 1915 Холст, масло, 138,5 х 127 см Государственный Русский музей ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Первый гром Вновь тучи синие нахмурились кругом, Вдали идёт дождя туманная завеса, Из леса и с полей повеяло теплом, — И вот уже гремит весенний первый гром, И радуга сверкает из-за леса! То с юга май идёт по рощам и полям, — Как юный светлый бог, смеётся и ликует, И пробуждает жизнь, и возвещает нам, Что уж настал конец последним тёмным дням, Что он весны победу торжествует! Иван Бунин ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Михаил Нестеров. Голова старика. 1878 Этюд Бумага, масло. 57 x 45 см Башкирский государственный художественный музей им. М.В. Нестерова, Уфа ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Я знаю, что мы не случайны Я знаю, что мы не случайны, Что в нашем молчаньи - обман... - Бездонные чёрные тайны Безмолвно хранит океан! Я знаю - мы чисты, мы ясны, Для нас голубой небосвод... - Недвижные звёзды прекрасны В застывшей зеркальности вод! Я знаю - безмолвия полный Незыблем их тихий приют... - Но чёрные сильные волны Их бурною ночью сольют! Тэффи, 1910 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Михаил Нестеров. Евангелист Марк. 1911 Эскиз медальона Царских врат Троицкого собора в Сумах Бумага, гуашь. 9 x 9 см Государственная Третьяковская галерея, Москва ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Я проходил, а вы стояли Я проходил, а вы стояли У двери сада вдалеке: Царевна в белом покрывале С цветком подснежника в руке. "Войди, прохожий, в сад мой тайный! Здесь тишь, цветы и водомёт". — О нет, свободной и случайной Стезёй судьба меня ведёт. Максимилиан Волошин, 1913 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Михаил Ларионов. Розовый куст после дождя. 1904 Холст, масло. 99 х 145,5 см Государственный Русский музей, Санкт-Петербург ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Зелёные стихи Зеленеют все опушки, Зеленеет пруд. А зелёные лягушки Песенку поют. Ёлка – сноп зелёных свечек, Мох – зелёный пол. И зелёненький кузнечик Песенку завёл… Над зелёной крышей дома Спит зелёный дуб. Два зелёненькие гнома Сели между труб. И, сорвав зелёный листик, Шепчет младший гном: "Видишь? рыжий гимназистик Ходит под окном. Отчего он не зелёный? Май теперь ведь… май!" Старший гном зевает сонно: "Цыц! не приставай". Саша Чёрный, 1921 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Я, гений Игорь-Северянин Я, гений Игорь-Северянин, Своей победой упоён: Я повсеградно оэкранен! Я повсесердно утверждён! От Баязета к Порт-Артуру Черту упорную провёл. Я покорил Литературу! Взорлил, гремящий, на престол! Я,— год назад,— сказал: «Я буду!» Год отсверкал, и вот — я есть! Среди друзей я зрил Иуду, Но не его отверг, а — месть. — Я одинок в своей задаче! — Презренно я провозгласил. Они пришли ко мне, кто зрячи, И, дав восторг, не дали сил. Нас стало четверо, но сила Моя, единая, росла. Она поддержки не просила И не мужала от числа. Она росла, в своём единстве Самодержавна и горда,— И, в чаровом самоубийстве, Шатнулась в мой шатёр орда... От снегоскалого гипноза Бежали двое в тлень болот; У каждого в плече заноза,— Зане болезнен беглых взлёт. Я их приветил: я умею Приветить всё,— божи, Привет! Лети, голубка, смело к змею! Змея! обвей орла в ответ! Игорь Северянин, 1912 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Валентин Серов. Портрет великого князя Павла Александровича. 1897 Холст, масло. 168 x 151 см Государственная Третьяковская галерея ✍️ Серебряный век @silverage_tg

Я, гений Игорь-Северянин Я, гений Игорь-Северянин, Своей победой упоён: Я повсеградно оэкранен! Я повсесердно утверждён! От Баязета к Порт-Артуру Черту упорную провёл. Я покорил Литературу! Взорлил, гремящий, на престол! Я,— год назад,— сказал: «Я буду!» Год отсверкал, и вот — я есть! Среди друзей я зрил Иуду, Но не его отверг, а — месть. — Я одинок в своей задаче! — Презренно я провозгласил. Они пришли ко мне, кто зрячи, И, дав восторг, не дали сил. Нас стало четверо, но сила Моя, единая, росла. Она поддержки не просила И не мужала от числа. Она росла, в своём единстве Самодержавна и горда,— И, в чаровом самоубийстве, Шатнулась в мой шатёр орда... От снегоскалого гипноза Бежали двое в тлень болот; У каждого в плече заноза,— Зане болезнен беглых взлёт. Я их приветил: я умею Приветить всё,— божи, Привет! Лети, голубка, смело к змею! Змея! обвей орла в ответ! Игорь Северянин, 1912 год ✍️ Серебряный век @silverage_tg