Дневники Славяна

Ну какая красота, а!

На неделе множество раз листал книгу исследователя и собирателя архивных фото Артура Бондаря с военными снимками Ольги Игнатович. Сестра знаменитого советского фотографа Бориса Игнатовича, она тоже много снимала, и вместе с братом, другими родственниками и коллегами они образовали чуть ли не бюро фотожурналистов, колеся по СССР с репортажными заданиями. Книга называется «Ольга Игнатович. В тени большого брата», и в названии есть авторское стремление показать и её вклад в съёмках Второй Мировой войны, и в целом познакомить с фотографом, чьи снимки долгое время были обозначены только фамилией. Причём сама Игнатович была заметной женщиной: гоняла на мотоцикле, курила папиросы и предпочитала кожанки вместо мундиров. Из тени сестра выходит очень мощно — только в найденном Артуром Бондарем архиве было больше 1500 негативов, из них собрали книгу на почти 500 страниц. Недавно этот сборник стал одним из победителей конкурса книжного дизайна AIGA International «50 Books | 50 Covers» 2025. С обложки глядит красивое, открытое и какое-то даже свойское лицо, наполовину скрытое твёрдым клапаном-открывашкой. Как будто знаком с человеком давно, и как будто через секунду можно будет начать когда-то прерванный разговор. Разговор — тот что в книге — будет тяжёлый, но автор берёт не столько смертельной брутальнстью материала и не обилием кровавых сцен, а максимально человечной дистанцией и какой-то душевной точкой съёмки. И в чём-то даже спокойным ритмом репортажа. Для съёмок войны и её последствий это выглядит очень страшным диссонансом. И трудно назвать один запомнившийся или главный кадр. Здесь как и во всяком архиве свою роль играет его объём, и он давит не меньше, чем усталые лица, мятые гимнастёрки, железные стволы оружия и беспролазная грязь на дорогах. Заканчивается книга мрачновато — на последних страницах драматургические появляются изъеденные плесенью сканы фотографий, на которых теперь можно только угадывать контуры человеческих фигур. И с одной стороны хочется позаламывать руки, что всё в итоге пропадёт, но парадоксально остаётся что-то светлое. Ведь этот-то архив нашли, и память о его авторе и героях сохранили. Сохранят и ещё. P.S. Всё-таки полистал внимательнее, и самая последняя фотография в — портрет фронтовички с ребёнком — больше про жизнь.

Из интересного моей ленты: 19 августа Арт-галерея Ельцин Центра покажет фотовыставку про августовский путч 1991 года. Судя по внушительному списку авторов из анонса, это будет наиболее представительная коллекция фото о тех днях. 20 августа в Синаре-Арт пройдёт лайв-запись подкаста о ленинградском андеграунде. Экспертом будет рок-исследователь Александр Кушнир, а ведущим — музыкальный журналист Дима Ханчин, который недавно душевно вспоминал славные деньки группы Городок Чекистов. Последний шанс посмотреть выставку современного художника Паши Пошукая «Убереги мою душу от тоски» в красноярском музее «Площадь мира». Сибирское искусство это супер! Выставка до 30 августа. А если не посчастливиться оказаться в Екатике или Красноярске (к сожалению, такое бывает), то дом писателей Переделкино устраивает большой фестиваль про отечественную неформальную культуру 1970-х, и проведёт его 22-23 августа в Москве, 29-30 августа — в Петербурге.

А рассказ Бротигана "Высотка в Сингапуре" вот такой, обожаю его: Только высотка в Сингапуре сообщает какую-то красоту этому дню в Сан-Франциско, где я иду по улице, чувствую себя кошмарно и наблюдаю, как мой разум функционирует с эффективностью жидкого карандаша. Мимо проходит молодая мамаша -- она разговаривает с маленькой девочкой, которая, на самом деле, еще слишком мала, чтобы разговаривать, но все равно разговаривает о чем-то с мамашей, причем весьма возбужденно. Я не могу разобрать, что она говорит, такая она маленькая. То есть, совсем еще малышка. А потом мамаша ей отвечает, и мой день взрывается дурковатым фейерверком. -- Это была высотка в Сингапуре, -- говорит она маленькой девочке, а та отвечает ей с большим воодушевлением, точно ярко раскрашенная звуками монетка: -- Да, это была высотка в Сингапуре!

Покупал однажды фотоаппарат на интернет-барахолке. Очень обходительный продавец подробно всё рассказал и даже отправил в посылке открытку и написал в ней, что в камере осталась плёнка, и на неё он сделал только один кадр скайлайна в Сингапуре. Я даже немного разъярился, что вот ведь, не преминул прихвастнуть своим Сингапуром, а ещё вспомнил рассказ Бротигана "Высотка в Сингапуре". Забрал катушку после проявке, и действительно первым кадром там было фото с внушительным городским видом в довольно распространённой манере "Старое и новое". Называю (иронически) такие фото "смысловой кадр" и сам делаю их регулярно. Что ж, теперь будет снимок из города, где я никогда не бывал.

Эх, последний месяц лета, а у меня даже не было летнего хита. Разве что задел за живое этот лайв группы Slippers, такой душевный, молодецкий и легкий. Все такие растрёпы там, и классно играют, и даже барабанщица поет! И эта дурная хаотичная камера добавляет непосредственности и сопричастности: дя аже чувствую ворсистый ковролин на полу, резиново-металлический запах от микрофонов и кабелей и пыльную духоту от конвертов с пластинками на полках. Наверняка эти приятные ребята после сета пошли пить пиво на улицу, чего всем желаю https://youtu.be/aNoK2fntSg0?si=2HRsgqTtLCp8eOga

За июль прочитал три книжки Еганы Джаббаровой. Вроде звучит солидно, но они такие тоненькие, что можно было и за день. Хотя вот вроде и тоненькие, но про очень уж тяжкие вещи говорят. И удивительно, как некоторые, даже самые крохотные моменты сблизили с текстом, это для меня признак классной книжки. Например, сходный опыт посещения кабинета охраны зрения, где час смотришь на какие-то движущиеся кружочки, и ничего не происходит (возможно, даже мы были в одной больнице на улице Ерёмина). Или вкрапления уральской поэзии в текст, такое ненавязчивое, но очень характерное и бьющее в точку. И конечно, мучительные описания гадкой екатской осени-зимы-весны, когда все время холодно и бесприютно. Поскольку прочитал книги разом, то и в голове они смешались в одну, как какой-то трёхтомник, единый корпус текстов. Плюс проза автофикшена часто ходит по кругу и повторяется, здесь это было вплоть до похожих предложений. Мне вообще кажется, что автофикшену более всего подходит формат поста в канале. Короткие тексты о личном, складывающиеся во что-то большее и всегда возвращающие к себе. Иногда, правда, такая близость пугает и отталкивает, но здесь опыт погружения в жизнь другого какой-то особенный: и очень горький, и очень красивый.

Роберт Франк

Роллстон Кроуфорд

Славно провел часть выходных, разглядывая альбом фотографий американского художника Ролстона Кроуфорда. Купил случайно, автора не знал, снимки очень понравились. Кроуфорд начал снимать как бы в подмогу своим абстрактным работам и индустриальным пейзажам США 1930-х, но потом втянулся, и появились серии фоторепортажей о нью-орлеанских оркестрах, лихие зарисовки с портовыми рабочими, исследования промышленной архитектуры или прямая документация уличного пространства. Как только увидел его снимок с трамваем, сразу подумал о другом и гораздо более известном фото Роберта Франка, которое часто ставят на обложку его книг “The Americans”. Тоже напряженные и смурные лица из окна в резком свете в трамвае, который идет на запад, вероятно. Но если у Кроуфорда это скорее изучение плоскости снимка с взаимодействием света и тени, то у Франка это часть репортажа о внутреннем раздрае во внешне благополучной послевоенной Америке. Нравятся оба изображения, и интересно, Кроуфорд держал в голове работу Франка, когда снимал свою? Уж точно он её видел: разница в снимках 20 лет. Или все это по большей части дело случая, и замечается только в таких вот приятно проводимых воскресеньях.

Фото художника и дизайнера Леонида Салмина. Понравилось название: «Старейший тополь Городка чекистов». Представил, что кора это как бы двор, а цветочки (или грибочки?) это мы в свое время, и в нём как-то произрастаем.

Где я, там пух, там тополь пыль устроил, парит, мой дух не так, невидимо, меня не удостоил, тебя, меня минует или завтра, проснешься словно с пустотой на завтрак, меня, тебя, тепличного, босого, я не умею плавать в этом небе, что такого? 17/6/26 #стихи

Ох, ну и драма, ну и трагедия в этом заголовке новостей! Так и просится на поэму, графический роман, анимацию или самиздатовский зин

Не люблю просыпаться раньше будильника или когда его вообще нет. Время, которое могло быть прожито в захватывавшем, тревожном или даже страшном, но таком притягательном сне, теряется в тупом ворочании, перекладывании рук и ног и прочей бесполезной ерунде. Однажды я также проснулся и, поёрзав в кровати как волчок, подошёл к окну. Июльское солнце ещё не окатило жаром палисадник, кусты отливали тяжелой сырой зеленью. Никто не успел покидать окурки в жухлую траву, и это место в этот момент было только моим. Я даже обрадовался, что незапланированно встал раньше. И вот где-то выше, в одном из окон раздался то ли писк, то ли трель, от которого вся неожиданная приятность утра улетучилась. Я вертел головой как птенец, который ждёт сверху то ли опасности, то ли клюва с кормом. Наконец, понял: у кого-то из приоткрытой балконной двери, за меланхолично качающейся белой тюлевой шторой пиликал будильник на телефоне. Точь-в-точь та же стандартная мелодия, что настроена и у меня. Ну что ж такое, и тут он меня достал. *** Человеку нужно минимум Восемь часов сна. Человеку нужно, чтобы Хоть когда-то пришла весна. Та, что без конца и края, В Красноярском крае, Шубы, шарфы, шапки теряет, Хоть какая-никакая весна. Весна, лето, а за ним осень И снова зима, в которой Человеку нужно минимум Восемь часов сна. (Давно у меня не собирались никакие строки, даже как-то удивительно это)

Люблю уходить гулять без цели, пялиться на окружающее, перекатывая в голове повторяющиеся мысли. Так повелось давно, и со временем мой шаг в таких прогулках стал убыстряться и убыстряться. Хотя я и не торопился из точки А в точку Б, но стал воспринимать эти минуты и часы безрассудной и даже бесполезной тратой времени. Недавно тоже выбежал так: надо пройтись, все же гуляют, сколько можно сидеть, уже половина лета как испарилась. Набрал скорость и вообще перестал понимать, что я тут делаю. Сбавить шаг было тяжело, и куда делась эта неуловимая привычка прохаживаться, не торопясь? Понадобилось минут десять, чтобы идти действительно медленно, и удивительно, как преобразилась улица при этом темпе. Дома как будто развернулись, показывая свои кирпичики и решёточки, кусты за заборами протянули веточки, заходящее солнце мягко, хоть и под острым углом, освещало проулки красно-рыжим. Наконец-то у меня получилась самая настоящая прогулка. Дома я снова засел перед экраном, перебирая старые снимки. Я прошёл все стадии: от тоски и ужаса, как всё плохо и на что потрачено почти полжизни до восторга и гордости, что вон сколько всего получилось. Но конца этом делу не предвиделось, я тасовал папки и файлы в них как хитрый картёжник, надеясь обмануть сам себя. В конце концов без конца листал то одни фото, то другие, забыв, зачем вообще за это взялся. Фотография эта появилась не случайно, но почему-то я её не ожидал. Не ожидал тогда, давно, когда нажимал на кнопочку. Не ожидал сейчас, когда она теснилась среди других, более ярких, ракурсных или просто памятных снимков. Ритмично чередовались дома в разных оттенках, близких серому и красно-бурому, частично раскуроченный тротуар венчал дворовой короной деревянный забор, шла женщина в плаще и платке. Ну что за фото вообще? На него бы не обратили внимание на ревью, прошли мимо отпечатка, даже до сих пор беспокойный для некоторых вопрос "на что снято?" имел бы скучнейший ответ: какая-то пластмассовая зеркалка. Но вот именно на этом кадре я остановился, сделал передышку, стал смотреть медленнее. И фото как будто забрало меня внутрь — туда, где я не спешил и был открыт многому. Через пару дней, разобрав всё или почти всё и наведя порядок или сделав только его видимость, я вышел на улицу и нарочно сразу зашагал небыстро. Никуда не торопился, переставлял ноги совсем еле еле, но ничего не происходило. Никакой приятности, домики не проворачивались, кусты не тянулись, даже птицы куда-то делись. Так и пришёл, уже торопясь домой. Видимо, надо заново учиться медленности. А фотография эта вот:

Моя классная племянница закончила школу, поэтому не вижу никаких препятствий (многократно) прослушать этот хит: https://gorodokchekistov.bandcamp.com/album/--2