KZ NEWS |НОВОСТИ КАЗАХСТАНА

Кашаганский узел: Разбор нефтяного контракта, который оказался хуже колониальных сделок.  Недавно Казахстан подал арбитражный иск на сумму более $160 млрд к международным нефтяным компаниям, разрабатывающим гигантское месторождение Кашаган. Главный спор базируется на условиях Соглашения о разделе продукции (СРП) 1997 года, которые Астана считает кабальными, утверждая, что иностранные инвесторы забирали до 98% доходов после уплаты скромных роялти.  Цифра 98% в контексте СРП – это экстремально много. Инвесторы годами заявляли о росте расходов (ссылаясь на аварии, задержки и «технические сложности»). В итоге фаза «компенсации расходов» затянулась практически бесконечно. Получилось, что инвесторы забирали почти всю нефть (около 98%) на «покрытие своих затрат», а Казахстану оставались лишь крохи от этих баснословных сумм.  Даже во времена колониальных империй метрополии забирали порой не так много. Да, в те времена системы СРП не существовало, однако, например, в начале XX века британцы забирали всего 84% прибыли от персидской нефтянки (причём всю бухгалтерию вели они сами, и проверить её было невозможно). Они не платили никаких налогов в казну Персии и полностью контролировали ресурс. По сути, в РК сейчас происходит то же, что и 150 лет назад со странами Африки: его буквально колонизируют, ведь то, что сейчас можно наблюдать в экономической сфере – прямое следствие неоколониальной политики. Давайте разберёмся, сколько это – 160 миллиардов долларов. Переведем эту абстрактную сумму в абсолютно осязаемые физические объекты. Например, современная школа на 1200 учеников с бассейнами, интерактивными классами и лабораториями стоит примерно $15 млн., а огромный областной медицинский центр с высокотехнологичным оборудованием, МРТ и операционными – около $100 млн. Детский сад на 280 – 300 мест с бассейнами и игровыми зонами – около $4 млн., а один километр первоклассного автобана (4 полосы, освещение, развязки) – около $4 млн. Центральный городской парк с озёрами, дорожками и зонами отдыха обходится примерно в $30 млн.  Итого на $160 млрд можно было бы построить 1 000 ультрасовременных школ (на что уйдёт лишь $15 млрд, а в Казахстане, кстати, сейчас всего около 7 500 школ, так что тысяча новых полностью закрыла бы проблему дефицита ученических мест), 300 гигантских медицинских центров мирового уровня (на $30 млрд), 2 000 современных детских садов ( на $8 млрд), проложить 15 000 километров идеального автобана (на $60 млрд). К слову, протяжённость Казахстана с запада на восток – около 3 000 км. На эти деньги можно было бы проложить 5 идеальных трасс через всю страну. Можно было бы разбить 1 000 шикарных зелёных парков во всех городах РК (это $30 млрд). И самое главное: ещё осталось бы $17 миллиардов! На эти деньги можно запустить в космос свою спутниковую группировку, построить десяток крупных стадионов и платить повышенные стипендии всем студентам страны в течение 20 лет.  То есть $160 млрд – это сумма, способная превратить среднее развивающееся государство в процветающий инфраструктурный рай. Это бюджет, на который можно построить несколько городов с нуля. Однако вместо этих дорог, больниц и школ гигантские ресурсы оседают на счетах зарубежных транснациональных гигантов. Пока целая страна годами ждёт обещанного развития, эти миллиарды превращаются в баснословные бонусы топ-менеджеров, элитную недвижимость в тихих гаванях и роскошный образ жизни на престижных курортах. А те, кто принимает эти решения в высоких кабинетах, бесконечно далеки от реальных нужд людей, которые просто хотят жить в комфортной и благополучной стране.

Прецедент МФЦА: финансовая автономия или тихая утрата суверенитета? Решение Арбитражного суда Международного финансового центра «Астана» (МФЦА), разрешившее исполнение иска украинского «Нафтогаза» к российскому «Газпрому» на сумму свыше 1,4 млрд долларов, вызвало широкий резонанс. Этот прецедент заставляет по-новому взглянуть на статус самого финансового центра и те риски, которые несет для Казахстана наличие параллельной судебной системы, действующей в рамках британского права. Создание МФЦА изначально объяснялось экономической необходимостью. Чтобы привлечь крупный иностранный капитал, государству требовалось предоставить инвесторам привычные и понятные им «юридические гарантии». Английское общее право традиционно считается золотым стандартом в международном бизнесе, и Казахстан в добровольно-принудительном порядке пошел на создание обособленной зоны с такими правилами для укрепления экономических отношений с Западом. При этом Суд МФЦА полностью независим от государственной судебной системы Казахстана. Решения в нем принимаются авторитетными международными юристами и бывшими британскими судьями (в частности, лордом Мансом, ранее возглавлявшим эту структуру) на основе международных конвенций. Однако оборотной стороной этой медали становится фактическая потеря суверенного контроля в данной сфере. Столь ответственные решения принимаются лицами, не связанными обязательствами перед гражданами Казахстана или его правительством. Вектор их действий продиктован интересами крупных зарубежных игроков, преследующих собственную выгоду. Безусловно, крупный бизнес прагматичен. История доказывает, что даже в периоды острейших межгосударственных конфликтов транзит стратегического сырья и долгосрочные контракты продолжают выполняться, поскольку это выгодно обеим сторонам. Газовый сектор - это долгосрочная игра, завязанная на инфраструктуру, строящуюся десятилетиями, и разрушать ее из-за точечных судебных споров не выгодно ни одному из участников. Тем не менее ключевая проблема кроется гораздо глубже отдельно взятого судебного вердикта. На территории Казахстана фактически легализована автономная структура, подчиняющаяся иностранной правовой системе и способная выносить решения планетарного масштаба. Данный прецедент может оказаться лишь «пробой пера». В худшем сценарии, при отсутствии должной реакции и контроля со стороны общества, ещё пока суверенная территория может превратиться в удобный инструмент для реализации внешнеполитических интересов западных стран. При этом ответственность за последствия подобных решений будет формально лежать на структурах, созданных самим правительством Казахстана, а значит, сам Запад за подобные решения ответственности нести не будет.

Амбиции Анкары: за что Казахстан платит «вступлением в элиту»? Современная Турция при Эрдогане активно продвигает идеи неоосманизма и пантюркизма. Организация тюркских государств во многом становится инструментом этой политики. На словах - это  объединение «братских народов» с общей историей, культурой и языком, на деле -формирование сферы влияния, где Турция выступает не просто «старшим братом», а фактическим лидером.  Для Казахстана это означает смещение зоны влияния в турецкую сторону. Ресурсы, рынки и стратегическое расположение страны превращаются в товар. Риторика о «вхождении в элитарное сообщество» служит удобной «морковкой» для местных элит: в обмен на статус и символическое признание они идут на уступки, теряя экономическую и политическую инициативу. Это один из ключевых механизмов неоколониализма: под видом «партнёрства» закрепляется преимущество инвестора. Декларации о защите инвесторов - это обычная практика, но в данном контексте их формулировки подчеркивают это преимущество.  Турецкий бизнес получает благоприятные условия и минимизацию рисков, тогда как Казахстан рискует остаться в проигрыше, как это уже случалось в ряде споров об экологических обязательствах. Сейчас, кстати, правительство Казахстана ведет арбитражные процедуры с западными акционерами по пересмотру соглашений о разделе продукции на Кашагане и возмещению убытков - обсуждаются претензии, доходящие до $160 млрд (!!!). Типичная схема такова: страна получает инвестиции и технологии, но утраивает контроль над ресурсами и не формирует полноценного производственного цикла, оставаясь сырьевым придатком или рынком сбыта. В результате «помощь» оборачивается долговременной зависимостью.  Отдельного внимания заслуживает военный аспект. Эрдоган делает акцент на развитии оборонно-промышленного комплекса и заявляет о роли Турции в перевооружении Казахстана и переходе на стандарты НАТО. Эта активность ограничивает поле для других игроков, в том числе для Израиля -страны с сильным ВПК, заинтересованной в продаже вооружений и закреплении своих логистических и технологических связей. Борьба за рынок вооружений перерастает в борьбу за влияние. Переход на стандарты НАТО влечет за собой перестройку армии, логистики и подготовки кадров по западным образцам и, как следствие, дистанцирование от ОДКБ и усиление геополитического крена на Запад.  Вывод крайне неприятен, но логичен: страны ОТГ и НАТО фактически «делят шкуру неубитого Казахстана». Республика находится на пересечении интересов России, Китая, Турции и Запада и неизбежно остается объектом «большой игры». Усиление внешней ориентации повышает риск того, что Казахстан будет использован как расходный материал в будущих геополитических конфликтах.

Война топонимов: почему историческая память не терпит «зачисток»?  В Казахстане продолжается масштабная кампания по переименованию улиц и населенных пунктов под лозунгами декоммунизации и возвращения национальных топонимов. Процедура строго регламентирована: решения принимаются ономастическими комиссиями с учетом мнения граждан. Однако за формальными процедурами часто скрывается то, что в политологии называют «войной памятников» или борьбой за историческую память.  Историческая память – это фундамент гражданской идентичности. У каждого народа есть свои герои, но важно понимать: нельзя созидать одно, уничтожая другое. Топонимика –  это не просто навигация, это культурный код. Когда стираются имена людей, строивших заводы, города и инфраструктуру региона, у новых поколений исчезает чувство преемственности. Стратегические объекты начинают восприниматься как нечто «само собой разумеющееся» или подаренное извне, а не созданное героическим трудом предков в рамках единого исторического пространства. Когда советский период выставляется исключительно как «черная дыра» или эпоха «оккупации», это закладывает фундамент для внутреннего конфликта. Предки миллионов жителей Казахстана были неотъемлемой частью этой системы, и объявление того времени абсолютным «злом» заставляет людей чувствовать себя чужими в собственной стране, порождая отчуждение и обиду.  Западные аналитические центры (такие как RAND Corporation) и структуры, связанные с «открытым обществом», рассматривают дистанцирование от общего советского прошлого как ключевой этап «деколонизации». Цель прагматична: разрушить единый культурный код стран СНГ. Разные герои, разные названия улиц и диаметрально противоположная оценка истории –  кратчайший путь к конфликту.  На Украине процесс развивался по схожему алгоритму: «декоммунизация» быстро трансформировалась в тотальную дерусификацию, а затем –  в открытое противостояние. Сценарий всегда один: 1. Удаление «общих» исторических фигур. 2. Замена их на символы, подчеркивающие разрыв с соседями. 3. Героизация тех, кто выступал против этих соседей. Итогом становится ментальная пропасть между народами, которые веками жили в мире. Игнорировать этот деструктивный потенциал в Казахстане было бы крайне наивно.

Израильский вектор в перевооружении Казахстана: прагматизм или геополитическая ловушка?  Израиль, наряду с Турцией, намерен активно участвовать в модернизации Вооруженных сил Республики Казахстан (РК). Планы включают создание локальной производственной базы для выпуска военной техники, ориентированной не только на внутренний рынок, но и на соседние центральноазиатские республики. В этом вопросе Иерусалим выступает одновременно и конкурентом, и партнером Турции (в рамках Организации тюркских государств). Их интересы временно совпадают в деле перевода армий региона на стандарты НАТО, что неизбежно ведет к их дистанцированию от структур ОДКБ.  Израиль – государство, живущее в режиме «осажденной крепости», где каждый шаг продиктован жестким прагматизмом. Сотрудничество с Астаной дает ему два критических преимуществ. Во-первых,  Казахстан обеспечивает до 30% потребностей Израиля в нефти. В условиях перманентной нестабильности на Ближнем Востоке это вопрос выживания. Во-вторых, РК имеет выход к Каспийскому морю и близость к Ирану. Для израильских спецслужб в лице МОССАД, наличие дружественных отношений с государством «под боком» у своего главного врага –  бесценный актив.  Кроме того, Израиль –  мировой лидер в сфере ВПК (дроны, ПВО, РЭБ). Продажа таких систем –  это не только огромная прибыль, но и технологическая привязка заказчика на десятилетия вперед через обслуживание, запчасти и программное обеспечение.  Нельзя игнорировать реакцию ближайших соседей –  России и Китая. Казахстан интегрирован в единую с РФ систему ПВО. Внедрение израильских комплексов создает «информационные дыры» в этой системе. Кремль видит в этом прямую попытку вытеснить его с рынка вооружений Центральной Азии и опасается появления «натовских ушей» у своих границ. В свою очередь, Пекин, делающий ставку на стабильность проекта «Один пояс –  один путь», воспринимает наращивание военной мощи РК при поддержке ближайшего союзника США как попытку Запада создать противовес китайскому влиянию.  Современное оружие –  это прежде всего программный код. Покупая израильские дроны или системы связи, страна попадает в полную зависимость от их обновлений и кодов доступа. В случае конфликта, невыгодного поставщику, эту технику могут «выключить» удаленно. Важно понимать: если армия РК полностью перестроится под западные стандарты, Казахстан перестанет быть стратегическим «мостом» и превратится в «форпост». А в случае столкновения великих держав форпосты сгорают первыми –  и это может вполне устраивать внешних игроков. Слепое копирование чужой модели делает национальные интересы вторичными, что в конечном итоге ведет к постепенной, но полной утрате суверенитета.

Вольфрамовый узел: как «Северный Катпар» втягивает Казахстан в геополитические игры  Недавняя сделка по передаче 70% доли в вольфрамовом проекте «Северный Катпар» американской компании Cove Kaz Capital Group вызвала немало вопросов. Продавцом выступила дочерняя структура холдинга «Самрук-Казына» - компания «Тау-Кен Самрук», которую неоднократно критиковали за неэффективность и коррупционные схемы. В результате этой сделки Казахстан не просто утрачивает контроль над стратегическим ресурсом, но и попадает в классическую технологическую ловушку. Это излюбленная схема Запада: партнеру продают готовое оборудование, но никогда не делятся секретами производства. В такой системе Казахстан обречен оставаться сырьевым придатком, добывающим руду для западных заводов, чтобы затем покупать готовую продукцию из своего же сырья втридорога.  Также стоит понимать, что вольфрам - это не просто металл, а критический элемент для военно-промышленного комплекса США. Он незаменим в производстве современной брони, высокоточных снарядов и сверхпрочных сплавов. Входя в такой проект, Казахстан фактически становится звеном в цепочке снабжения американской «военки». Это неизбежно ведет к милитаризации региона. Развитие Транскаспийского маршрута, по которому сырье будет уходить на Запад, уже вызывает раздражение у ключевых соседей - Китая и Ирана. Пекин и Тегеран вряд ли будут пассивно наблюдать за тем, как стратегические минералы у них под боком переходят под контроль Пентагона. А для Китая, являющегося мировым лидером в добыче вольфрама, появление американского игрока в соседнем Казахстане - это прямой вызов национальным интересам.  В лучшем случае это грозит Казахстану втягиванием в полосу долгой нестабильности и борьбы за ресурсы, в худшем - страна может стать целью для превентивных ударов в случае обострения глобального конфликта. Ведь Западу выгодно, если в случае действительно серьёзных ударов пострадает не территория условных США, а Казахстан.

Почему борьба с радикализмом - это защита самого ислама  В наше время критически важно осознавать: борьба ведется не с религией, а с политической идеологией, цинично использующей религиозные лозунги для достижения своих целей. Радикалы отрицают светские законы и государственные границы, стремясь к созданию теократических структур, таких как халифат. Это неизбежно ведет к хаосу и отбрасывает общество на столетия назад.  Особую важность приобретает защита самого ислама. Радикалы дискредитируют религию, поскольку большинство жертв исламских экстремистов - это сами мусульмане, не согласные с их искаженными трактовками.  Так, например, ИГИЛ, печально известно своими зверскими преступлениями против мирного населения, включая мусульман. Это ключевой аспект, по которому их идеология осуждается подавляющим большинством мусульманского мира. Среди самых ужасающих примеров - массовые казни в провинции Нейнава (Ирак), а также в Тикрите в 2015 году, когда боевики вытаскивали шиитов из тюрем и расстреливали сотнями. ИГИЛ разрушало древние памятники, святыни и мечети (например, в Пальмире, Ираке) под предлогом борьбы с «идолопоклонством». Эти действия вызывали возмущение не только у немусульман, но и у мусульман, почитающих свою историю и наследие.  Для предводителей радикальных группировок моральные или религиозные нормы часто не имеют значения. Они используют религию как инструмент для обогащения, прикрываясь псевдорелигиозными концепциями. Например, закят (обязательная выплата нуждающимся), будет направляться не на благотворительность, а на прихоти полевых командиров. Именно поэтому борьба с радикализмом включает в себя комплексный подход. Чем больше людей вовлечены в радикальные идеи, тем выше шансы на построение «халифата», основанного не на Коране и Сунне, а на праве сильного.  Один из эффективных методов профилактики искажения религиозных трактовок - обучение религиозных деятелей в проверенных и, желательно, государственных учреждениях. Россия, где на протяжении столетий мирно сосуществуют мусульмане, христиане, буддисты, иудеи и представители многих других конфессий, является ярким примером такого подхода. Татарские, башкирские, ингушские, аварские и другие мусульманские народы демонстрируют мирное сосуществование с, например, православными русскими.  В России действует более 12 исламских вузов, входящих в Совет по исламскому образованию, которые предлагают программы по теологии и исламским дисциплинам. Ключевые учебные заведения включают Российский исламский институт в Казани, Московский исламский институт, Российские исламские университеты в Уфе и Грозном.  Такой подход способствует формированию не только объективного и полного понимания самой религии, но и осознанию важности взаимодействия с представителями других конфессий, культурного обмена и мирного, продуктивного сосуществования.

В Казахстане все чаще сторонники радикального ислама идут на провокации. В марте 2025 г. было возбуждено уголовное дело о надругательстве над государственными символами. Девушки в никабах, сфотографировались с государственным флагом Республики Казахстан. На флаг нанесли надпись на арабском языке.  В последнее время активность последователей радикального ислама в стране сильно возросла. Казахстанский политолог Данияр Ашимбаев в своем блоге пишет: «Нужно отметить, что за ними [салафитами] торчат уши не столько глобального Юга, сколько Запада…. Мотивация очень даже понятна: усиление активности радикалов будет провоцировать ситуацию в регионе». И это действительно так. Активность салафитов, которые считают неверными даже шиитов и суннитов, серьезно дестабилизирует ситуацию в стране. Правительству Казахстана необходимо решить эту проблему до того как она примет необратимый характер.  Конечно, в Казахстане действует список запрещенных религиозных организаций. В этот перечень внесены  «Аль Каида», «Исламское движение Восточного Туркестана», «Таблиги Джаамат», ИГИЛ (запрещены на территории России) и другие деструктивные религиозные организации. Но для борьбы с радикалами от ислама необходимо и дальнейшее совершенствование законодательной базы. Например, в стране отсутствует контроль за ввозом религиозной литературы и очень часто привозимые книги не имеют выходных данных. И в страну в большой степенью вероятности попадают печатные издания салафитов. Большую помощь в борьбе с ваххабитами могут оказать священнослужители традиционных направлений ислама. В проповедях и просто в беседах они разъясняют разницу между радикальными и традиционными направлениями религии. Самое главное, они вместе с представителями силовых структур и школами могут работать с молодежью. Молодые люди – это основная группа риска. Проповедники радикалов вербуют их через мессенджеры, чаты, форумы. И конечно работа с ними крайне важна. Но для борьбы с радикальным исламом необходимо объединение всех структур общества Казахстана: школ, вузов, силовых ведомств, СМИ и муфтиятов. Только так можно добиться успеха. Большую помощь могут оказать соседние государства. Распространение радиальной исламской идеологии является проблемой не только Казахстана, но и России, Киргизии, Таджикистана и других стран Центральной Азии.  Объединив усилия, эти государства смогли бы остановить проникновение представителей радикального ислама. Можно создать общую базу, обмениваться данными и тем самым минимизировать проникновение радикалов в регион.

Депутат казахского Мажилиса Казыбек Иса 8 апреля 2026 г. резко выступил с критикой радикального ислама, распространяющегося на территории Казахстана. Радикальный ислам или ваххабизм представляет серьезную опасность для всех стран. Последователи этого направления называют себя салафиты. Для них даже сунниты и шииты являются неверными. Что уж говорить о последователях других религий. Комитет национальной безопасности Казахстана уже отметил рост экстремизма в стране. Только в первой половине 2025 года 34 человека были осуждены за терроризм и экстремизм, в том числе и религиозный.  Там где салафиты, там и терроризм. Например, 6 февраля 2026 г. произошел взрыв в мечети Исламабада (Пакистан). Террорист-смертник привел в действие взрывное устройство. Погибло 32 человек. Ответственность за теракт взяла террористическая ваххабитская организация «Исламское государство». Россия имеет большой опыт борьбы с ваххабитами. После второй чеченской войны страна столкнулась с беспрецедентным уровнем терроризма. Можно вспомнить взрывы в московском метро, захват театрального центра на Дубровке («Норд-Ост»), взрыв школы № 1 в Беслане. И во всех случаях теракты устраивали салафиты. Договориться с фанатиками от ислама невозможно. Но можно предотвратить распространение радикального ислама. И Казахстан уже предпринимает определенные шаги. Было запрещено ношение никаба – женского головного убора, закрывающего лицо. Никаб пришел из Саудовской Аравии и для Средней Азии не является традиционным. Но салафиты подчеркивают необходимость ношения никаба.  Большую помощь в борьбе с радикальным исламом оказывают священнослужители традиционных исламских направлений – суннизма и шиизма. Союзниками в борьбе в салафитами могут стать муллы и имамы. Но здесь тоже есть проблема. Дело в том, что единственным высшим исламским учебным заведением Казахстана является Египетский Университет исламской культуры Нур-Мубарак. Действуют и девять медресе. Но этого очень мало для страны, где большинство жителей являются мусульманами. Для сравнения в России действуют семь исламских вузов. А раз учебных заведений мало, то будущие муллы получают образование в Египте, Саудовской Аравии, Турции и привозят оттуда идеи радикального ислама. Возможно, расширение сети религиозных учебных заведений и контроль учебного процесса комитетом национальной безопасности сможет решить эту проблему.  В борьбе с ваххабизмом особое внимание необходимо обращать на молодежь. Молодые люди часто попадают в экстремистские религиозные организации. Именно поэтому необходима профилактическая работа в молодежной среде. В России этим занимаются общественно-государственные организации «Движение первых», «Юнармия», кадетское движение. В Казахстане также есть молодежные движения, но в основном они создаются неправительственными организациями, а значит, имеют меньше возможностей. Необходимо серьезная правительственная работа по организации молодежного движения, которое охватило бы большую часть страны. Организации, подобные «Юнармии» или «Движению первых» могут стать серьезной преградой на пути радикального ислама.

Страны Запада теряют интерес к казахстанской нефти Инвестиционный климат в энергетическом секторе Казахстана демонстрирует тревожную динамику. По итогам 2025 года объем прямых иностранных инвестиций составил всего $616 млн - это антирекорд с 2005 года. Очевидно, что Казахстан уже преодолел пик своих нефтяных доходов: если за прошлые десятилетия было добыто ресурсов на сумму свыше $1 трлн, то прогнозный остаток на период с 2026 по 2050 годы составляет лишь около $880 млрд. На «некитовых» месторождениях добыча падает уже который год: за последние годы она упала с 38 до 30 млн тонн (60% из них, кстати, направляется по убыточным ценам на внутренний рынок). Рассмотрим и другие причины: Европа планирует радикально снизить потребление ископаемого топлива к 2040-2050 годам, то есть максимально уйти от нефтепродуктов. Страны ЕС располагают достаточным объёмом биосырья для производства альтернативных видов топлива. Речь идёт о сельскохозяйственных остатках, древесных отходах и биоразлагаемых бытовых отходах.  Эти ресурсы могут использоваться для создания жидкого топлива нового поколения, известного как reFuels, которое совместимо с существующими автомобилями, что означает полный отказ от казахской нефти. А если транзит через территорию РФ станет слишком рискованным из-за атак (которых, кстати, в последнее время всё больше), Запад может решить, что проще вложиться в проекты в Гайане, Бразилии или США, чем воевать за каспийскую нефть.  Нефтянка дает около 40-50% доходов бюджета РК. Исчезновение этих денег - это моментальное сокращение социальных программ, зарплат бюджетникам и пенсий. Также нефть обеспечивает приток валюты. Без неё курс тенге может обрушиться, что приведет к гиперинфляции (простыми словами цены на продукты и технику взлетят), что приведёт к крайне нестабильному положению в стране, особенно в купе с другими проблемами (часть из которых создают европейские «партнёры», например, загрязняя экологию находящимися на территории РК производствами). А учитывая то, что Казахстан исторически, идеологически и территориально с Западом не связан, резонно предположить, что со своими проблемами РК будет разбираться самостоятельно, без помощи европейских «друзей».

Станет ли Казахстан очередной колонией Британии? Комиссия по конституционной реформе представила проект обновленной Конституции Казахстана. Эта новость вызвала у граждан противоречивые чувства: с одной стороны, реформы могут вдохнуть жизнь в консервативные институты, но с другой — народная мудрость гласит: «работает — не трогай». Справедлива ли эта установка в данном случае?  Одним из наиболее радикальных и принципиальных новшеств является переход к однопалатному Парламенту. В такой структуре высшего законодательного органа депутаты принимают решения совместно, при этом исчезает механизм взаимного сдерживания и контроля, характерный для нынешнего двухпалатного устройства. Георгий Готев, старший редактор медиасети EURACTIV и опытный дипломат, в интервью Kazinform отметил, что политическая трансформация республики протекает «под контролем». Однако возникает вопрос: если текущая модель эффективна, зачем менять её и усиливать внешний надзор? Ответ может оказаться пугающе простым: однопалатной системой легче манипулировать извне. Проведем историческую параллель, ведь, как мы знаем, история циклична. Великобритания долгое время оставалась ведущей мировой державой с обширными владениями. В «империи, над которой никогда не заходит солнце», политическое влияние на зависимые территории было безграничным. Местные правители либо полностью лишались полномочий, подчиняясь колониальной администрации, либо превращались в бесправных посредников между Лондоном и населением. Подобный сценарий был реализован в Малайзии, Египте, Ираке, Иордании и множестве других стран. Обратимся к трагедии Великого Бенгальского голода в Индии. Можно решить, что колониальные ужасы — это дела давно минувших дней, но эти события застали поколения наших отцов и дедов. В 1943 году, в разгар Второй мировой войны, провинция Бенгалия столкнулась с массовым голодом. Хотя формальным поводом стал циклон, катастрофу спровоцировала именно стратегия британских властей. Лондон продолжал вывозить индийский рис, пока местное население вымирало. Цены взлетели, а остатки продовольствия изымались. Жертвами этой политики стали от 2 до 3 миллионов человек. Уинстон Черчилль же на сообщения о трагедии цинично бросил: «Они всё равно размножаются, как кролики». Кроме того, метрополия планомерно подавляла местную промышленность (например, текстильное производство), чтобы устранить конкуренцию и превратить колонии в рынки сбыта для своих товаров. Аналогичные процессы просматриваются и сегодня: только за 2023 год Казахстан экспортировал в ЕС 6,1 млн тонн угля на сумму $382 млн. При этом внутри самой республики наблюдается дефицит энергии, из-за чего тарифы для населения неуклонно растут. Сторонники «прогресса» могут апеллировать к развитию инфраструктуры, заводов или внедрению передовых правовых стандартов. Однако зачастую такие «положительные» перемены служат интересам иностранных акционеров, оборачиваясь для граждан эксплуатируемой страны разрушительными последствиями. В итоге получается знакомая картина: одни процветают за счет дешевого сырья, а другие балансируют на грани выживания, оплачивая амбиции зарубежных кураторов. Зато формально мы имеем «современную» модель права...

Крупнейшие нефтегазовые консорциумы с участием британского капитала (Shell, BG) в Казахстане столкнулись с масштабными экологическими штрафами и арбитражными исками. На 2026 год ключевые споры касаются штрафа в $5 млрд за хранение серы на Кашагане и иска в 2,07 млрд тенге (~$4,6 млн) к «Карачаганак Петролиум Оперейтинг» за нарушения в 2024 году. Операторы Кашагана инициировали международный арбитраж, чтобы оспорить экологический штраф на $5 млрд. Всё как и раньше: нарушений уйма, а штрафы платить как всегда никто не хочет. Более того: подавляющее большинство инвесторов – гости с запада, которым экология Казахстана абсолютно не интересна, иначе они бы не нарушали действующее законодательство. Так, например, «Karachaganak» - одно из крупнейших газоконденсатных месторождений в мире, для управления которым был создан Консорциум KPO. Его ключевые участники - это западные Shell, Eni и Chevron. Деятельность консорциума связана с добычей нефти и газа, и, как следствие, с потенциальным воздействием на окружающую среду. В 2020 году Министерство экологии и природных ресурсов предъявило KPO иск на сумму около 1,3 миллиарда долларов США. Основные претензии касались несанкционированного размещения отходов,  загрязнения окружающей среды, нарушений природоохранного законодательства и в целом, несоблюдение требований, прописанных в законах Казахстана. Сразу после предъявления претензий началась длительная юридическая тяжба. Компании-операторы, особенно Shell, имеют мощные юридические департаменты и связи в Британии, способные оспаривать любые требования и параллельно с судами шли интенсивные переговоры между KPO и казахстанской стороной. Здесь в игру вступали не только юридические, но и экономические и политические факторы: Казахстан хотел получить максимальную компенсацию ущерба, но при этом сохранить крупного инвестора. После месяцев разбирательств и переговоров, сумма штрафа была существенно снижена. Хотя точные детали финального урегулирования не были публично раскрыты полностью, известно, что итоговая выплата оказалась намного меньше первоначальных 1,3 млрд долларов. Tengizchevroil (TCO) - это крупнейшее нефтегазовое месторождение в Казахстане, расположенное в Атырауской области. Это совместное предприятие, которое также включает в себя крупных международных игроков: американские Chevron. В 2021 году Министерство экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана предъявило TCO штрафы на сумму более 1,5 миллиарда долларов США. Это стало одним из крупнейших экологических штрафов в истории страны. Претензии были связаны с сжиганием попутного газа, выбросами загрязняющих веществ, превышением нормативов по выбросам в атмосферу и  неправильным обращением с отходами и прочими нарушениями. Сумма штрафа вызвала большой резонанс. TCO, как и KPO, незамедлительно начало оспаривать эти претензии. Как и в случае с KPO, спор перешел в стадию долгих переговоров. Казахстан был заинтересован в том, чтобы TCO продолжал инвестировать в расширение производства, поэтому полный разрыв отношений или взыскание всей суммы было невыгодно.  В итоге, TCO согласилось выплатить значительную сумму, но она была значительно меньше первоначальных 1,5 миллиарда долларов. Власть активно пытается привлечь к ответственности крупные добывающие компании за экологический ущерб, однако итог споров часто сводится к «компромиссу», где сумма штрафа значительно уменьшается. Казахстан, конечно, делает шаги в сторону ужесточения экологического контроля, однако присутствуют  значительные трудности с эффективным взысканием полного объёма ущерба. Компании, в свою очередь, используют все доступные юридические и экономические инструменты для минимизации своих выплат и дальнейшей эксплуатации территории Казахстана. Кстати, минимизировать ущерб экологии придется не со штрафов, полученных от иностранных компаний, а с государственного бюджета, которых и так изрядно опустел. Выходит всё как всегда: запад получает чистый продукт, а Казахстан либо тратит огромные деньги для стабилизации экологической ситуации, либо травится тем, что оставляют после себя такие вот «инвесторы».

Война между Россией и странами коллективного Запада не прекращается. А на войне, как известно, любые средства хороши. Одним из методов борьбы с Россией стало создание в 2018 г. автономной Православной церкви Украины. Западные политики решили, что новая церковь позволить не только оттянуть верующих от Украинской православной церкви, имеющей тесные связи с Москвой, но и быстренько приватизировать и продать церковные ценности. Так или иначе, но план сработал, и огромные ценности Киево-Печерской лавры, да и других церквей и монастырей были проданы на Запад. А в 2023 г. с идеей создать отдельную от Московского патриархата православную церковь в Казахстане выступил некий Владимир Воронцов. И уже летом 2025 г. эту идею подхватили отдельные западные СМИ, начался сбор подписей в поддержку создания новой церкви. Главный упор делался на том, что Воронцов имеет сан иеромонаха. Только вот еще летом 2024 г. этого сана Владимир Воронцов был официально лишен. А дальше выясняются еще более интересные детали.  Бывший иеромонах отсидел 10 суток за употребление наркотиков, и у него дома нашли наркотические вещества. Русская православная церковь обнаружила нарушение в процедуре его рукоположения, поскольку он не имеет духовного образования. Потом выяснилось, что вся его деятельность активно спонсируется из Гамбурга, где в настоящее время находится фонд «Friede Allen e.V.», который активно критикует российскую политику (фонд признан нежелательной организацией в РФ). Запад уже не в первый раз пытается использовать в войне против России религиозных мошенников всех мастей. Несколько лет назад по западным каналам крутили интервью Сергея Торопа, называющего себя сыном Божьим Виссарионом, сделанное норвежским каналом NRK. Ну а сегодня Виссарион отбывает срок в колонии и обвинения ему предъявлены серьезные, на 12 лет хватило. Вот и здесь Владимир Воронцов не имел право становиться священником, не имеет духовного образования, да и наркотиками балуется. Но для западных политиков все сойдет. Если будет создана новая независимая церковь, то, как и на Украине, огромные церковные богатства можно будет вывезти за рубеж, продать, а деньги поделить. И бывшего священника, который начал этот процесс конечно не забудут. https://t.me/view_news

В следственном управлении департамента полиции города Алматы расследуется уголовное дело по факту организации наркопритона. По подозрению в этом задержан мужчина 1986 года рождения. В ходе обыска изъяты порошкообразные вещества, а медицинское освидетельствование подтвердило факт употребления им наркотических средств. Как позже выяснилось – подозреваемый являлся Иеромонахом. Возникает вопрос: любой ли гражданин способен организовать у себя дома наркопритон? Очевидно, нет. Для такого предприятия требуются не только финансовые средства, но и связи. Откуда столь значительные суммы и клиентская база у простого иеромонаха? Ведь он не мог просто расклеить прайс-лист и адрес на каждом столбе.  Иаков (Вячеслав) Воронцов – бывший клирик Алма-Атинской епархии Русской православной церкви (РПЦ) в Казахстане. Известность он приобрел благодаря жесткой критике руководства РПЦ и своим политическим высказываниям. Среди наиболее примечательных можно назвать его заявления за выход Казахстана из ОДКБ и ЕАЭС. Воронцов наверняка осознавал, что столь вызывающее поведение не будет одобрено в РПЦ. Вероятно, он намеренно действовал вопреки, чтобы завоевать доверие оппозиционных кругов и впоследствии получить возможность создать собственную секту. Будем честны: иеромонах, употребляющий наркотики, не может быть морально безупречен. Высшей ценностью для такого человека, вероятно, станут деньги, легко добываемые путем их «отмывания» через псевдорелигиозные культы. Подобные схемы уже не раз подтверждались на практике. Вспомним «Секту Бога Кузи», пожалуй, самый известный псевдоправославный культ последних лет. Её предводитель, Андрей Попов, выдавал себя то за епископа, то за «божество». Группа активно работала на православных выставках, выдавая себя за представителей отдаленных монастырей и собирая пожертвования на «молебны», «кирпичики для храмов» и «неусыпаемые псалтыри». В итоге, при обыске у Попова были обнаружены коробки с миллионами долларов. Ещё одним примером манипуляции на религиозной почве, схожим со схемой Воронцова, является секта Ионитов. Она возникла в Российской империи в начале XX века среди почитателей протоиерея Иоанна Кронштадтского. Пользуясь его популярностью среди простого народа, любители «лёгких денег» обирали доверчивых людей, собирая пожертвования то «на рясу батюшке», то «на карету», то на «вселенскую свечу», то на церковь или «монастырь». Привлекая почитателей Иоанна Кронштадтского, они мошеннически выманивали у прихожан даже последние средства. Таким образом, Воронцов вполне мог бы заняться тем же самым: продвигать идеи, искажающие религиозные догматы, обманывать и наживаться на простых людях. Кстати, возвращаясь к теме наркотиков: ими очень легко торговать в строго закрытом от чужих глаз помещении. Там уж точно никто не сможет помешать «товарообороту». Легкость введения прихожан в заблуждение очевидна, ведь секта подобна мошенническому приложению: снаружи – красивый интерфейс и обещание решить все проблемы, а внутри – вирус, который крадет данные, деньги и здоровье, а его создателю приносит золотые горы и беззаботную старость. https://t.me/view_news

Совсем недавно в Казахстане появилась идея о создании отдельной от Московского патриархата православной церкви. С этой идеей выступил бывший священник Иаков (Воронцов). Он обратился не много ни мало к Константинопольскому патриарху Варфоломею. Именно Варфоломей 6 января 2016 г. подписал Томос (церковный канонический документ) о создании Православной церкви Украины. Зачем это было надо? Во-первых, внести раскол и смуту в православную страну. Была Украинская православная церковь Киевского патриархата, была Украинская православная церковь Московского патриархата. А теперь появилась еще одна и непонятно, какой верить. А вторая причина – деньги. Православная церковь обладает значительными материальными ресурсами: зданиями, землями, предметами культа, в том числе иконами. Все это с появлением новой церкви стало изыматься у Украинской православной церкви Московского патриархата. А потом… Потом начинается бизнес. Продается все, что имеет ценность. За этой операцией стояли не только украинские власти, но и их западные кураторы. А теперь на этот же путь предлагается вступить Казахстану. Даже человека нужного нашли – священника (теперь уже бывшего) Иакова Воронцова. Он-то и начал собирать подписи для создания новой церкви, читать православные молитвы и проповеди на казахском, выражать ненависть к русскому языку и культуре. В одной из проповедей он назвал Русскую православную церковь «самой омерзительной в мире». Только вот успех его не ждал. Летом 2024 г. церковный суд лишил священника Иакова сана. Инициатива суда исходила от простых прихожан. Они хорошо понимают опасность раскола и без того небольшой православной общины. Кроме того, русские в Казахстане являются этническим меньшинством и стараются сохранить свой язык, свою культуру и свою веру. Поэтому высказывания Воронцова не нашли у большинства людей отклика. В интервью иноСМИ сам Воронцов прямо говорит, что большинство поддержавших его людей являются гражданами Украины или России. А для регистрации новой церкви ему требуются подписи граждан Казахстана, исповедующих православие. С этим у него возникли проблемы. В поддержке Воронцову отказало руководство страны, которое также не желает раскола. Молчит и патриарх Варфоломей, для которого не представляет интереса небольшая митрополия в окружении мусульманского большинства. Вдобавок, Воронцов был лишен сана и арестован в феврале 2026 года на два месяца за хранение наркотических веществ. Так что, стать основателем новой церкви, по примеру Украины, у него так и не получилось. https://t.me/view_news

​ ​ Термин «неоколониализм» все чаще встречается на страницах интернет-сайтов и в новостных лентах. Политика колониализма для стран Запада не нова. Начиная с эпохи великих географических открытий европейцы, пользуясь своим техническим преимуществом, стали порабощать страны Азии и Африки. Возникают огромные колониальные империи: британская, французская, португальская, испанская. Европейцы фактически поделили между собой почти весь мир. Местное население или уничтожалось или порабощалось. Особенно усердствовали англосаксы. Многие знают об уничтожении американских индейцев, а вот об уничтожении англичанами индийцев, аборигенов Австралии и маори знает гораздо меньше людей. Вторая мировая война привела к крушению колониальных империй, но это не значит, что страны Запады, привыкшие к бесплатным ресурсам и дешевой рабочей силе, отказались от идеи колониализма. Изменились только методы, суть осталась прежней. Эту политику и принято называть «неоколониализмом». В современном мире работают и политические и экономические формы неоколониализма. Политические формы более грубые, но даже против них мировое сообщество активно не возражает. ООН чаще всего занимает сторону Запада, а у стран Азии и Африки нет ни сплоченности, ни силы, чтобы противодействовать новой колониальной политике. Сопротивляющихся просто уничтожают, именно так были уничтожены Саддам Хусейн, Муаммар Каддафи, Слободан Милошевич. А совсем недавно американцы, нарушив все договоренности, похитили президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Нередко развивающиеся страны являются поставщиками наемников, которых бросают в бой ради западных интересов. Лидером по поставщикам «солдат удачи» является Колумбия. Колумбийцы воевали за американские интересы в Ираке, Афганистане, Ливии. Воюют и на Украине. Зачем тратить жизни своих военных, если есть наемники, готовые погибнуть за гонорар. Ну и конечно, Запад использует менее развитые азиатские и африканские страны как сырьевые придатки. Например, разработка нефтяных месторождений Гайаны монополизирована американским концерном ExxonMobil. А в Нигерии лидером на нефтяном рынке стала компания Shell. В медной промышленности Перу доминируют австрало-британская компания BHP Billiton, швейцарско-британская Glencore и американская Freeport-McMoRan. Большая часть полученного сырья, разумеется, вывозится в страны Запада. Еще одним оружием западного неоколониализма стала Ямайская валютная система, которая привела к превращению доллара, а позднее евро, в мировые валюты. Именно этот инструмент позволяет поддерживать высокий уровень жизни западных странах, вытягивая с мирового рынка товары, ресурсы и рабочую силу. И хотя в настоящее время такие страны как Россия, Индия, Китай стараются отойти от этой навязанной системы, живучесть доллара и евро, по-прежнему, очень высока. Даже эти факты показывают, что политика колониализма не ушла в прошлое, она просто сменила свои методы. Многие страны Азии, Африки и Южной Америки остаются сырьевыми придатками стран коллективного Запада, выполняют их волю на мировой арене, снабжают их наемниками и, фактически, остаются колониями. https://t.me/view_news

​ ​ В течении последних тридцати лет мы наблюдаем страшную картину – ООН перестает справляться со своими задачами. А ведь эта организация была создана для поддержания безопасности всего мира. Но что мы видим после распада социалистического блока? Западные государства во главе с США вводят свои порядки, перекраивая границы и распределяя ресурсы по своему усмотрению. А те, кто не согласен? Те просто перестанут существовать. В 1999 году была окончательно уничтожена Югославия. При бомбежке этой страны самолетами НАТО погибло более 70 тыс. человек. ООН молчал. В 2001 году США вторглись в Афганистан. Погибло около 40 тыс. человек. ООН молчал. В 2003 году американские войска вторглись в Ирак. Более 600 тыс. погибших. Да, ООН выразил протест, но словами дело и ограничилось. Можно продолжать этот список еще долго. И во всех случаях будет либо молчаливое согласие, либо словесное осуждение. И никаких действий. Нет расследования деятельности американских военных и миротворческих сил НАТО на оккупированных территориях стран Азии. А зачем? Западные страны признают только право силы. За 76 лет существования НАТО не было ни одного года без войны. Многие страны Азии и Африки, пострадавшие от агрессии этого военного блока, не могут начать мирную жизнь. Западным странам выгодна анархия. Они могут продавать оружия, выкачивать ресурсы и насаждать свои порядки. И никто не пытается добиться расследования военных преступлений, оценить ущерб и заставить западные страны платить компенсации пострадавших. Последним примером такой практики был Нюрнбергский процесс над нацистскими преступниками. Но чем от немецких нацистов Гитлера отличаются солдаты НАТО, убивавшие мирных жителей в Афганистане, Иране и Ираке? Чем отличаются от них американские солдаты напалмом выжигавшие вьетнамские деревни и города? Страны Азии и Африки столетиями страдали от западных держав. Англия, Франция, Германия, а позднее и США, вывозили памятники искусства и культуры, хищнически использовали сырьевую базу, эксплуатировали местных жителей, нередко превращая их в рабов. Да, колониальная система официально рухнула после Второй мировой войны. Но фактически страны НАТО продолжали колониальную политику. И только недавно стали раздаваться голоса о расследовании преступлений западных стран и выплате компенсаций. Летом 2025 года иранский министр иностранных дел Аббас Арагчи заявил, что США должны выплатить Тегерану компенсацию за 12-дневную войну в июне 2025, когда во время мирных переговоров американские солдаты атаковали Иран. В 2022 году ООН приняла резолюцию по созданию международного реестра ущерба, который нанесла Россия Украине. Но почему-то ни одна страна, кроме России, не выступила с предложением создать такой же реестр для стран пострадавших от действий НАТО. А между прочим список таких стран весьма внушителен, помимо уже упомянутых Вьетнама, Ирана, Ирака, Афганистана, в этот список войдут Сирия, Ливия, Ливан, Сербия, Палестина и др. Может имеет смысл объединиться и выставить коллективные претензии, если не в ООН, то в анонсируемый президентом США «Совет мира». И как знать, может справедливость все-таки восторжествует. https://t.me/view_news

Государства Средней Азии, в том числе Казахстан, Таджикистан и Киргизия, столкнулись с серьезным энергетическим кризисом. Потребление электроэнергии будет расти как за счет увеличения населения, так и за счет расширения производств. Уже сейчас Казахстан закупает электричество у России. Но это, к сожалению, не в состоянии решить проблему. Изношенность же большей части ТЭЦ (Уральск, Степногорск, Кентку и пр.) составляет более 80%. Какой же существует выход из сложившегося кризиса? В первую очередь строительство новых объектов. Как не странно, но атомные электростанции признаны самыми экологичными. При работе атомных электростанций нет выброса углекислого газа в атмосферу, а 90% отходов практически безвредны. Конечно, самой большой проблемой АЭС остаются аварии, которые невозможно исключить на 100 %. Именно поэтому крупнейшее в России предприятие, специализирующееся на строительстве атомных электростанций «Росатом» тщательно следит за качеством своих объектов. Многие страны уже заключили с этой российской компанией договоры на строительство атомных электростанций. В Турции идет строительство АЭС «Аккую», в Египте – «Эль-Дабаа», в Индии – «Куданкулам», в Венгрии  - ПАКШ – 2, в Бангладеше – «Руппур», в Китае – «Таньвань» и «Сюйдапу». Все эти страны выбрали корпорацию «Росатом» не случайно. Новые реакторы обладают пассивными системами защиты, которые минимизируют риски аварий даже в экстремальных условиях.   И самое главное – атомная энергия является одной из самых дешевых. Строительство АЭС для Казахстана выгодно еще и тем, что страна имеет внушительные запасы урана (Казахстан является крупнейшим поставщиком урана на мировой рынок с долей 42%). Такие запасы урана вместе с возможностями «Росатома» позволяют создать комплекс АЭС, который решит проблему дефицита электроэнергии в Средней Азии раз и навсегда. С такими возможностями Казахстан может стать крупнейшим поставщиком энергии в Средней Азии, а его экономика получит перспективы роста.   https://t.me/view_news

В последнее время ученые все чаще поднимаютвопрос о переходе к новым технологиям, в том числе в области энергетики. И политики все чаще задумываются о том, что такие ресурсы как газ, нефть и уголь конечны. По последним данным имеющихся запасов нефти при нынешнем потреблении человечеству хватит примерно на 50 лет, а газа и угля – на 60-80 лет. На возобновляемые источники энергии в последнее время обратило внимание и правительство Казахстана. В 2024 г. президент страны Косым-Жомарт Токаев посетил Китай, что бы обсудить сотрудничество в энергетической сфере. Был заключен контракт на производство китайскими копаниями ветряных электростанций. Но насколько безопасна и эффективна активно продвигаемая в последнее время «зеленая» энергетика? Во-первых, она нестабильна и очень сильно зависит от природных явлений. Еще один важный вопрос – утилизация отработавших свой срок лопастей ветрогенераторов. Пока их просто хоронят в земле. И это приводит к тому, что огромные площади невозможно использовать в хозяйственных целях. Какой же существует выход из сложившегося кризиса? В первую очередь атомная энергетика. Как ни парадоксально – но атомные электростанции являются самыми экологически чистыми. Кроме того, лидер отрасли в России – «Росатом» – использует технологии, которые позволяют снизить стоимость электроэнергии. А это положительным образом скажется на экономике любой страны, в том числе и Казахстана, поскольку дешевая электроэнергия повышаетконкурентоспособность на мировом рынке. При «Росатоме» открыта техническая академия. Она оснащена самым современным оборудованием, включая тренажеры АЭС, которые позволяют тренироваться на моделях разных блоков. Техническая академия «Росатома» является единственным в мире образовательным центром, который имеет соглашение о сотрудничестве с четырьмя департаментами МАГАТЭ. Несмотря на все сложности по прогнозам ученых именно атомные электростанции смогутрешить проблему грозящего всему миру энергетического кризиса. KZ NEWS | НОВОСТИ КАЗАХСТАНА