Анархистский фронт — RU

https://t.me/anegofromworldgap

https://t.me/anegofromworldgap

СЧАСТЛИВОЙ ВЕСНЫ — НАВРУЗ! Автор: Хассе-Нима Голкар Любая радость, и особенно празднование Навруза — это стрела прямо в глаз иранского фашистского исламско-шиитского государства! ПРИМЕЧАНИЕ: Учитывая разрушительную войну и жестокие репрессии, унесшие жизни тысяч протестующих со стороны правящего исламского правительства в Иране, маловероятно, что многие скорбящие люди в стране встретят Навруз в этом году с искренней радостью и душевным покоем. Навруз — это народный культурный праздник, название которого происходит от персидских слов «новый» и «день». Он знаменует первый день весны и весеннее равноденствие, которое ежегодно приходится на 20 - 21 марта по иранскому календарю. Весеннее равноденствие наступает в момент, когда Солнце пересекает экватор, переходя из южного полушария в северное. Это длится не весь день, а лишь небольшой момент времени, который варьируется в зависимости от местоположения на Земле. В 2026 году этот момент наступает в пятницу 20 марта, ровно в 18:15:59 по иранскому времени и в 15:45:59 по центральноевропейскому. В этот момент начинается новый солнечный 1405 год. Некоторые иранцы, в зависимости от своих культурных или политических взглядов, определяют начало года иначе. Историческое происхождение Навруза неизвестно, однако как весенний праздник он отмечается на Иранском плато уже более трёх тысяч лет. Сегодня Навруз также празднуется во многих странах и регионах мира: включая Афганистан, Албанию, Армению, Азербайджан, Грузию, Ирак, Казахстан, Косово, Кыргызстан, Курдистан, Россию, Сирию, Таджикистан, Турцию, Туркменистан, Узбекистан и другие. 23 февраля 2010 года Генеральная Ассамблея ООН официально признала Навруз международным днём. Традиционно празднование Навруза состоит из трёх частей: а) праздник огня (Чахаршанбе-Сури) б) праздничные дни Навруза (стол Хафт-Син) в) Сизда-Бедар Одним из важнейших символов Навруза является стол Хафт-Син, включающий семь символических предметов, начинающихся с персидской буквы «С». Хотя интерпретации могут различаться, обычно они понимаются так: 1. Сабзе (ростки) — символ возрождения 2. Саману — символ достатка 3. Сенджед (сушёные плоды лоха) — символ любви 4. Сир (чеснок) — символ здоровья 5. Сиб (яблоко) — символ красоты и благополучия 6. Сомак (сумах) — символ восхода солнца 7. Серке (уксус) — символ терпения и долголетия К столу также часто добавляются: Гиацинт — символ весны Монеты — символ богатства Зеркало — символ истины Свечи — символ света и осознания Крашеные яйца — символ жизни и плодородия Гармала — символ защиты от несчастий Сладости и орехи — символ праздника и радости Книга поэзии великих персидских поэтов (иногда религиозный текст) Празднования Навруза завершаются на тринадцатый день месяца фарвардин (2 апреля) — день, который традиционно проводят на природе. В этот день многие иранцы выходят из домов и собираются на открытом воздухе, чтобы насладиться природой, музыкой, смехом и праздником, часто бросая сабзе со стола Хафт-Син в текущую воду. Хафез Ширази (1325–1390 гг.): «Ни то не осталось, ни это не останется». Когда народ един - он непобедим! Да здравствует Навруз! Нет муллам! Нет шаху! Нет войне! Женщина — Жизнь — Свобода!

https://t.me/AnarchistFront

Любая форма авторитарного перехода должна быть отвергнута. Никакое переходное правительство с абсолютным лидером или благожелательной диктатурой не может быть принято. Власть должна немедленно перейти к советам и народным собраниям, чтобы предотвратить воспроизводство фашизма. Неорганизованный гнев ведет к люмпенизму или новым формам фашизма. Горизонтально организованный, классовый, антигосударственный гнев может открыть путь к подлинной коммунистическо-анархической революции, способной пробить выход из политического тупика, устранить коррупцию и монополию и построить общество без господства. Время ожидания истекло. Настало время действовать.

Политический тупик — это состояние, в котором институты больше не способны решать структурные проблемы, реформы заблокированы, а кризисы аккумулируются. С точки зрения независимых левых — марксистов и анархистов, которые не ищут спасения ни в Исламской Республике, ни в империалистическом вмешательстве, — этот тупик является продуктом глобального капитализма и государственного авторитаризма. Для Питера Гелдерлооса тупик присущ любому государству, и единственным реальным решением является немедленная отмена государства и построение неиерархического общества. Марксисты, такие как Троцкий и Грамши, напротив, интерпретируют тупик как результат противоречий капитализма и подчеркивают необходимость мобилизации рабочего класса для социалистической революции. В Иране признаками политического тупика являются глубокий экономический кризис, отмеченный безудержной инфляцией, нехваткой энергии и бегством капитала; подавление протестов с сотнями убитых и тысячами арестованных; паралич принятия решений среди элит; международная изоляция и прогрессирующее разрушение социальной ткани. Эта ситуация соответствует тому, что Грамши описывал как органический кризис, в котором старое умирает, а новое еще не может родиться, создавая пространство для таких болезненных симптомов, как фашизм. ФАШИЗМ ЧЕРЕЗ ОПТИКУ ПОЛАНЬИ, ТРОЦКОГО, МАРКСА И БАКУНИНА Карл Поланьи рассматривал фашизм как ответ либерального капитализма на кризис саморегулирующегося рынка. Лев Троцкий определял фашизм как открытую террористическую диктатуру наиболее реакционных элементов финансового капитала, которая мобилизует отчаявшуюся мелкую буржуазию для уничтожения организаций рабочего класса. Его ответом был единый рабочий фронт, вооруженная самооборона и революционная организация. Карл Маркс описывал люмпен-пролетариат как пассивное разложение старого общества и как инструмент реакции. Михаил Бакунин, напротив, видел в нем инстинктивную антигосударственную энергию и потенциальную силу восстания, если он не заражен буржуазной цивилизацией. Однако в сегодняшнем Иране монархические люмпены гораздо больше напоминают фигуру, описанную Марксом, чем ту, что представлял себе Бакунин. ПРЕДЛАГАЕМЫЕ СТРАТЕГИИ Чтобы противостоять фашизму, выйти из политического тупика и превратить социальный гнев в структурную революцию, необходимо строить горизонтальную организацию снизу — на базе советов рабочих, студентов, женщин, меньшинств и маргинализированных групп, — без абсолютных лидеров. Укрепление советов, независимых профсоюзов и комитетов всеобщей забастовки означает превращение гнева в коллективную власть. Необходимо создать антифашистский рабочий фронт по линии, предложенной Троцким, объединяющий социалистов, анархистов, независимых коммунистов и поддающиеся оздоровлению группы люмпенов для противостояния формирующемуся монархическому фашизму. Фашисты должны быть изолированы с помощью самообороны и классовой пропаганды, а не через союзы с либеральной буржуазией. Систематическая работа над классовым сознанием должна разоблачать арийский национализм, культы личности и исключающую политику как в интернете, так и вне его. Люмпенизированные слои следует привлекать к революции не обещаниями новой власти, а через конкретные материальные интересы, такие как рабочий контроль над производством и распределением. Экономический гнев, вызванный инфляцией и безработицей, должен быть переведен в русло всеобщих забавок и прямых действий на рабочих местах, на транспорте и в университетах. Только так можно парализовать режим и развеять иллюзию легкого фашистского решения. После свержения режима преобразования должны быть немедленными и структурными: национализация без компенсации банков, крупных отраслей промышленности и природных ресурсов и передача их под управление рабочих советов; подлинный этнический федерализм; полный демонтаж репрессивных институтов и их замена самоуправляемыми народными силами; экономика, основанная на коммунах, отменяющая частную собственность на средства производства и природные ресурсы.

СОХЕЙЛ АРАБИ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТУПИК И ОПАСНОСТЬ ФАШИЗМА В знак солидарности с "Анархистским фронтом (Ирана и Афганистана)" и другими участниками протестов в Иране, "Анархисты в Латвии" (https://instagram.com/anarhistilatvija) публикуют перевод поста преследуемого властями блогера Сохейля Араби из англоязычного Телеграм-канала фронта https://t.me/AnarchistFront_English «В конце концов наступал момент, когда и экономическая и политическая системы оказывались перед угрозой полного паралича. Охваченный страхом народ отдавал власть в руки тех, кто готов был предложить простой и понятный выход, соглашаясь заплатить за него любую цену, — это означало, что пришло время для фашистского решения». Карл Поланьи, «Великая трансформация» (1944) ФАШИЗМ ИЛИ ЛЮМПЕНИЗМ? И фашизм, и люмпенизм являются продуктами капиталистических кризисов и политического тупика, но они различаются по своим корням, организации и функциям. Фашизм обладает стройной идеологией: крайний национализм (в Иране часто выражающийся через арийство и враждебность к «другим», таким как арабы, турки, курды и белуджи), культ лидера (Реза Пехлеви подается как «абсолютный спаситель») и требование тоталитарного государства во имя «национального возрождения». Его целью является организованная власть и систематическое устранение политических оппонентов (левых, республиканцев, этнических меньшинств). Его социальная база — это прежде всего охваченная кризисом мелкая буржуазия: приходящий в упадок средний класс, разочарованные мигранты и обанкротившиеся торговцы, которые под давлением экономической стагнации, инфляции и потери социального статуса доходят до расизма и конспирологического мышления. Люмпенизм, в марксистском понимании люмпен-пролетариата, лишен реальной идеологии. Он эмоционален, оппортунистичен и деструктивен. Его целью является не структурированная власть, а достижение временного статуса через оскорбления, угрозы сексуального характера, вербальное насилие в интернете и запугивание. Его социальную базу составляют маргинализированные слои, хронические безработные и бывшие низовые сторонники режима, которые, попав в немилость, превратились в монархистов в поисках новой идентичности. В СОВРЕМЕННОМ ИРАНЕ МОНАРХИСТОВ МОЖНО РАЗДЕЛИТЬ НА ТРИ ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ: Первая состоит из умеренных — молчаливого меньшинства: противников режима, поддерживающих символическую или конституционную монархию и готовых к диалогу с другими антирежимными силами. Они избегают вербального насилия и не относятся к семье Пехлеви как к неприкасаемой или стоящей выше критики. Вторую тенденцию образуют фашисты, примерно 10–20 процентов. Они организованны и в значительной мере состоят из мигрантов среднего класса, проживающих в Европе и Соединенных Штатах. Они продвигают неофашистскую идеологию, сочетающую арийство, антиэтнический расизм и восхваление «благожелательной диктатуры». Они используют в качестве инструментов пропаганды такие медиа-ресурсы, как Manoto и Iran International, и открыто отвергают лозунг «Ни Шах, ни Шейх». Третья тенденция состоит из люмпенов, примерно 30–40 процентов, громких и очень заметных. Не имея политической программы, они имитируют фашистский язык и поведение, широко используя сексистские оскорбления, угрозы изнасилованием и запугивание. Они часто становятся инструментами зарождающегося фашизма, какими могут стать и головорезы нынешнего режима, превратившись в рядовых солдат авторитарной оппозиции. Общим корнем как фашизма, так и люмпенизма является политический тупик режима: его неспособность разрешить экономический кризис, подавление протестов и международная изоляция. Этот тупик подтолкнул часть среднего класса к люмпенизации и подпитал широко распространенное чувство национального унижения в той его разновидности, которую анализировали Ханна Арендт и Джейсон Стэнли. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТУПИК

From Anarhisti Latvijā Greetings from Latvia! СОХЕЙЛЬ АРАБИ: У НАС НЕТ ИНОГО СПАСИТЕЛЯ, КРОМЕ НАС САМИХ! Чтобы узнать, чем мы можем помочь участникам протестов в Иране, мы, "Анархисты в Латвии" (https://instagram.com/anarhistilatvija), связались с "Анархистским фронтом (Ирана и Афганистана)". Товарищи ответили, что им сейчас нужны репосты. Публикуем перевод поста от 29 января из канала, который товарищи ведут на английском - https://t.me/AnarchistFront_English Это заметки известного иранского блогера Сохейля Араби, более 10 лет преследуемого властями. * * * 27 января 2026 года. Интернет нашего класса отключен, и лишь с огромным трудом после нескольких кровавых дней нам удается выйти на связь. Если вкратце: хотя то, что произошло, ужаснее катастрофы и Холокоста, это были лишь предварительные толчки куда более мощного взрыва. Беспомощные люди оказались в ловушке, словно окровавленные птицы, окруженные беспощадными хищниками. Мы боролись с юности, потому что предвидели эти дни, и эта навязанная многосторонняя война все еще продолжается - она тяжелее и сложнее, чем когда-либо. Многие семьи в трауре: обгоревшие тела, следы крови на асфальте, пули, нападения с ножами, кровь, кровь... И бесчисленное количество раненых, покалеченных и задержанных. * * * 29 января 2026 года. Это только предварительные толчки! Мы должны готовиться к более суровым временам и масштабным бедствиям. Волны инфляции, следующие одна за другой с ужасающей скоростью, ввергли жизнь людей в тяжелейший кризис. Менее чем за месяц доллар вырос на 25 000 томанов; за год он поднялся с отметки 70 000 до 150 000 (в два раза); менее чем за 18 месяцев (с середины 2024 - прим. пер.) - в три раза! При этом доходы ничуть не выросли, а из-за отключения интернета и недавнего удушения (удушения экономики из-за санкций и действий властей - в том числе, из-за повышения налогов - прим. пер.) многие потеряли работу или их заработки резко сократились... Многие семьи потеряли кормильцев (убитых или брошенных в тюрьмы). Водители такси и курьеры онлайн-служб сталкиваются с падением доходов из-за сбоев в работе интернета и навигации, а цены на многие товары первой необходимости выросли в разы. Я не говорю, что это затишье перед бурей, потому что здесь нет никакого затишья, но, без сомнения, надвигаются еще более свирепые штормы. Умы людей в смятении, многие ждут помощи от еще более крупных грабителей, и в таких условиях мало кто думает об организации и действии на упреждение. Но мы не должны забывать, что у нас нет иного спасителя, кроме нас самих.

Продолжающееся из-за экономического коллапса народные восстания, инфляция и девальвация валюты, встраиваются в эту систему как низовые восстания против внутреннего угнетения и внешнего империалистического давления. Лозунги протестующих о смене режима - "Смерть Хаменеи" - подчёркивают, как противостояние империализму Соединённых Штатов превратилось в инструмент репрессий, где антиимпериализм превращается в "империализм дураков", который оправдывает коррупцию и неравенство. Восстания 2025-2026 годов перекликается с предыдущими восстаниями, от революции 1979 до протестов Маша Амини 2022, но в контексте многополярного мира, они рискуют быть использованы другими странами. Россия и Китай поддерживают режим оружием, торговлей и дипломатией, чтобы противостоять США, в то время как запад усиливает протесты, для оправдывания санкций и потенциальной интервенции, представляя протесты как либерально-демократическую борьбу, а не классовую или антиколониальную. Эта динамика является примером многополярного колониализма: суверенитет Ирана притесняется не какой-то одной империей, а целой сетью конкурирующих держав, где протесты народа становятся пешками в руках сильных мира сего, вытесняя истинное освобождение на второй план.

Точка зрения анархо-синдикализма Анархо-синдикализм поддерживает самоорганизацию рабочих, прямое действие и отсутствие иерархических структур; и предлагает иранцам решить проблемы с коррупцией и угнетением в Исламской республике на корню. Эта точка зрения рассматривает государство вместе с его теократическими и капиталистическими союзниками, как эксплуататоров, закрепляющих неравенство за счёт контроля над трудом и ресурсами, а также за счёт репрессий. Победа лежит не в смене одного авторитарного режима другим (например замена на монархию или либеральную демократию), а в построении низовых горизонтальных структур и непосредственном расширении прав и свобод граждан. Ключевая стратегия включает создание независимых профсоюзов - объединений свободных от государственного или религиозного контроля - с целью организации всеобщих забастовок на базарах, на заводах по переработке нефти, и на прочих общественных местах. Это должно парализовать экономику, выведя труд рабочих из коррумпированных государственных институтов, и распределив его на нужды общества, например, на сети взаимопомощи для распределения продовольствия и коллективы самообороны. Используя горизонтальные советы, участники практикуют прямую демократию, формируют сети между городскими торговцами, сельскими фермерами и студентами, отвергая авторитарное руководство. Прямые действия, как захват средств производства и публичных мест, создаёт авторитарному режиму проблемы, даже без иностранного вмешательства (которое зачастую лишь усиливает империализм). Усиление солидарности вне этнических и классовых рамок могут подорвать позиции КСИР, привлекая разочарованных в режиме солдат как единомышленников. В конце концов, наша цель - создание безгосудраственного общества, где промышленность контролируется коллективно, исключая первоисточники коррупции - государственные монополии и привилегии элит - через добровольное создание федераций, в которых человеческая свобода будет ставится выше прибыли или устаревших догматов. Позиция Ирана по многополярному мироустройству довольно спорная, с одной стороны это сопротивление западному доминированию, а с другой это часть сети смежных империй. Исламская Республика считает себя оплотом противостояния с "Атлантистским империалистическим порядком" сотрудничая с Россией и Китаем в таких организациях как БРИКС и ШОС, чтобы бороться за многополярный мир, который бросит вызов санкциям США и изоляции. Антиимпериалистическая риторика Ирана растёт из революции 1979, которая свергла проамериканскую монархию и создала режим, что будет себя позиционировать как борца с колониальным наследием, включая переворот против Мосадеха организованный ЦРУ в 1953. Однако, эта позиция лишь маскирует внутренние противоречия: режим теократического авторитаризма, экономическая некомпетентность и прокси войны (например в Сирии и Йемене), служащие инструментом для регионального влияния, являются отголосками колониальной тактики "разделяй и властвуй"

Анализ Протесты 2025 - 2026 годов подчёркивают серьёзные проблемы исламской республики , вызванные неэффективным экономическим управлением, международными санкциями и авторитаризмом. Крах риала, коррупция, субсидии на поддержку марионеточных режимов и мировая изоляция от рынков подорвали доверие общества, сделав из простых повседневных трудностей катализатор протестов и демонстраций. В отличии от протестов 2022 года, которые вспыхнули от одного конкретного инцидента, это восстание выросло из социально экономических проблем, и за счёт этого затронуло городские базары, сельские провинции и университеты. Ответ режима, затрагивающий грубую силу КСИР и Басидж, лишь усилил эскалацию, приведя к боевым столкновениям и формировании ополчений, потенциально подрывая лояльность сил безопасности, в случаи дезертирства. Геополитически, внешние давление от угроз Трампа или от сообщений о подготовки Израиля к нанесению ударов (например, "Операция Железный Удар") могли усилить нестабильность, хотя оставался риск для объединения сторонников жёсткого курса. Упорство протестов, несмотря на репрессии, подчёркивает серьёзные изменения: жители Ирана перестали боятся, а их лозунги с экономических сменились на призывы к смене режима. Тем не менее, разрозненное руководство и ограниченная международная поддержка могут подрывать стойкость протестующих, ведь фокус внимания Запада остаётся слабым и разрозненным. Если это не изменится, то это вполне может привести к переломному моменту, как падение Сирии в 2024. Однако, планы режима (например план побега Хаменеи) указывают на внутреннюю панику и возможный вакуум власти. В целом, непрекращающиеся беспорядки показывают на неспособность теократии к решению коренных проблем с коррупцией и неравенством, что может привести к ещё большим переменам в регионах.

Масштаб и влияние В протестах участвовали самые разные группы населения из торговцев, студентов, священников и обычных граждан; невзирая на классовые различия. Главной силой протестов были экономические факторы, но лозунги также затрагивали и коррупцию теократического режима, его некомпетентность и репрессии граждан. По итогу как минимум 19 смертей и неизвестное число раненных, однако независимая проверка ограниченна из-за интернет ограничений и блэкаутов. Режим ввёл военное положение и мобилизовал силы КСИР, но число дезертиров всё ещё минимально. Западные медиа обратили внимание меньшее, по сравнению с прочими региональными конфликтами, тем не менее поддержка со стороны сообществ диаспоры растёт. Эта восстание отличается от прочих своей скоростью распространения и концентрацией на экономике. Оно представляет самый серьезный вызов исламской республике со времён 1979.

Отчёт и анализ 2025-2026 Иранские протесты Неутихающие протесты в Иране, которые начались 28 декабря 2025 года, на данный момент являются самой сильной волной беспорядков с 2022. Вызванные в первую очередь глубочайшим экономическим кризисом: стремительный рост инфляции, обрушение национальной валюты (Иранского риала) и быстрорастущие цены на основные продукты, как еда и бензин; демонстрации быстро превратились в массовый призыв для свержения режима К 5 января 2026 года протесты продолжаются девять дней, охватив более 107 городов по всей стране, включая крупнейшие городские центры как Тегеран, Хамадан, Кум, Илам и Ясуж. Ход протестов и ключевые события 28 декабря 2025 (День 1): Протесты вспыхивают на Гранд Базаре в Тегеране и других торговых районах, где из-за девальвации риала и гиперинфляции торговцы и владельцы магазинов закрыли свой бизнес. Люди на демонстрациях скандировали лозунги против плохой экономической политики и коррупции, а первоначальные митинги фокусировались на высоких ценах и падающем уровне жизни. Есть сообщения, что ближайшие базары также закрылись, в знак солидарности, привлекая к протестам студентов и обычных граждан 29-31 декабря, 2025 (2-4 день): Беспорядки распространились за пределы Тегерана в регионы Гилан и Фаса из-за недовольства нехваткой воды и электричества на фоне ухудшающейся экономической ситуации. Столкновения усиливались, против протестующих начали использовать слезоточивый газ на станциях метро и водяные пушки на улицах. На площади Таджриш, в Тегеране, подожгли большие плакаты с Али Хаменеи и начали скандировать "Смерть Хаменеи!", требуя смены режима. Сообщается, что протестующие стали кидать камни и коктейли Молотова, а силы безопасности, включающим ополчение Басидж и Корпус Стражей Исламской Революции (КСИР) в ответ открыли огонь, используя боевые патроны. 1-2 января 2026 (5-6 день): Протесты значительно растут по охвату и становятся всё более жёсткими. В регионе Илам улицы напоминали зоны боевых действий: поступали сообщения, что граждане вооружаются и формируют ополчение. По некоторым сообщениям офицер КСИР загорелся из-за брошенного коктейля Молотова, а в некоторых местах поджигали полицейские участки. Демонстрации охватили университеты и привлекли большие толпы людей в центр Тегерана, де-факто находившимся под военным положением. Число жертв начало расти: как минимум 19 погибших в результате столкновений. 3-4 января 2026 (7-8 день): С этого момента восстание охватило 107 городов, столкновения усиливались, а некоторые протестующие вооружались. В Хамадане и Куме огромные территории оказались под "повстанческим контролем" и происходили повсеместные стачки с охранными силами. Тяжёлые военные машины были развёрнуты, но протестующие не сдаются, используя самодельные огнемёты в некоторых случая. Во всём мире проходят акции солидарности, например в Эдмонтоне, Канада. 5 января, 2026 (9 день) Протесты идут девятую ночь подряд и не думают стихать. Правительство в состоянии повышенной готовности, и развед данные свидетельствуют что Хаменеи готовился к плану побега в Москву со всеми членами семьи и 20 помощниками, если службы безопасности проиграют или случится переворот.

https://commons.com.ua/uk/interv%CA%BCiu-z-anarkhistskym-frontom-afhanistanu-ta-iranu/ آنارشیسم در دوران آیت‌الله‌ها و طالبان: گفتگو با «جبهه آنارشیستی» ایران و افغانستان. پاینوشت : این مصاحبه بیش از ۷ ماه پیش با جبهه آنارشیستی توسط رفقای اوکراینی انجام شده است و اینک منتشر شده است. با تشکر از رفقای اوکراینی برای انجام مصاحبه

Интервью с анархистами из Ирана и Афганистана ФаКеЛ взяла интервью у представителей «Анархистского фронта», анархистов с Ирана и Афганистана. Как мы писали ранее, они категорически осуждают радикальный ислам, выступают за права женщин и ЛГБТК+. Интервью на русском и персидском языках. Курсивом выделены вопросы от нас, а жирным шрифтом выделены ответы. Само интервью مصاحبه با آنارشیست های ایران و افغانستان فاکل با نمایندگان "جبهه آنارشیستی" و آنارشیست های ایران و افغانستان مصاحبه کرد. همان‌طور که پیش‌تر نوشتیم، آن‌ها اسلام رادیکال را به‌شدت محکوم می‌کنند و از حقوق زنان و ال‌جی‌بی‌تی‌کیو+ دفاع می‌کنند. این مصاحبه به زبان‌های روسی و فارسی منتشر شده است. سؤالات ما به‌صورت ایتالیک و پاسخ‌ها به‌صورت بولد مشخص شده‌اند. خود مصاحبه #Вне_Кавказа #Интервью Федерация Кавказских Либертариев / ФаКеЛ / ФКЛ

Анархистский фронт: Вопрос Палестины и отношение общества к Западу — один из самых сложных узлов в Иране и Афганистане. С одной стороны, опыт переворотов, санкций, войн и военной оккупации сформировал недоверие и критику западных государств, особенно США и НАТО, рассматриваемых как внешние силы, равнодушные к страданиям народа. С другой стороны, ценности индивидуальной свободы, прав женщин, секуляризма и социального благополучия, которые ярко проявлены в западных обществах, вдохновляют многих. Что касается Палестины, существует сочувствие к страданиям людей, но большинство общества не верит, что иранское правительство действует из моральных побуждений; скорее, оно использует вопрос как инструмент политической легитимизации и внутреннего контроля. Таким образом, взгляд общества двойственный: антиимпериалистический и в то же время открытый к современным свободам; критика западного доминирования сочетается с вдохновением от его обещаний освобождения. В целом, иранское общество открыто к другим странам и международным отношениям и активно поддерживает идею глобального согласия на уровне народа. ФаКеЛ: В вашей организации присутствуют только люди из Ирана и Афганистана? Анархистский фронт: Состав анархистских сетей не ограничен Ираном и Афганистаном; он имеет транснациональный характер. Эти сети распространяются через мигрантов, беженцев и активистов в странах Европы. Внутри Ирана деятельность из-за жёсткого преследования в основном скрытная, ячеистая и неофициальная. Связь между внутренними и внешними группами осуществляется через неофициальные каналы, независимые СМИ и сети поддержки. Эта географическая рассредоточенность может казаться слабостью, но для самоуправляемых анархистских структур она обеспечивает выживаемость и продолжение деятельности даже в условиях интенсивного полицейско-военного давления. ФаКеЛ: Очень удивительно, что нашлись анархисты в таких закрытых регионах. Это радует и безумно воодушевляет! Какие слова вы бы хотели передать нашим читателям? Анархистский фронт: Присутствие анархистов и радикальных сил в таких закрытых и насильственных пространствах кажется удивительным, но является естественной реакцией на концентрацию репрессий, неравенство и господство. Анархизм здесь — не интеллектуальный жест, а форма жизни, сопротивление государству, официальной религии и рентному капиталу. Послание борьбы простое: свобода — не подарок государств и не результат внешнего вмешательства. Она рождается внутри поражений, репрессий, страхов и маленьких актов сопротивления. Люди этого региона — субъекты истории, а не просто её молчаливые жертвы.

Анархистский фронт: Судебная система и тюрьмы в Иране — часть структурного механизма подавления, а не нейтральный институт правосудия. Самовольные аресты, принудительные признания, физические и психологические пытки, тяжёлые приговоры за политическую деятельность и широкое применение смертной казни демонстрируют, что главная цель системы — не правосудие, а запугивание и контроль общества. Тюрьмы выполняют функцию управления телами и сознанием, а не наказания за преступления. Многие заключённые арестованы не за «преступление», а за потенциальную угрозу политическому порядку. Эта юридическая жестокость оставляет глубокие раны в коллективной психике и создаёт структурную травму, последствия которой сохраняются для будущих поколений. Недавно независимые анархисты, такие как Афшин Хейратян и другие, подверглись давлению с целью принудительных признаний о сотрудничестве с западными государствами, были похищены, заключены и подвергнуты пыткам; мы крайне обеспокоены их состоянием здоровья. Судебная система Афганистана функционирует в строгом соответствии с шариатом и крайне жестока. Различия существуют в типах преступлений: По гражданским делам, касающимся обычных людей, решения принимаются в соответствии с исламским правом и судьями Талибана; здесь выигрывает тот, кто имеет связи или может дать взятку, поскольку коррупция при Талибане сильнее, чем при прежней республиканской власти. Для политических активистов и оппозиционеров система чрезвычайно жестока. Освободившиеся из тюрем Талибана рассказывают о пытках; многие оппозиционеры после ареста убиты или исчезают без следа. Продажа и употребление алкоголя также строго преследуются: обвиняемых жестоко избивают ещё до суда, а затем проходят судебные процедуры. В целом судебная система Талибана функционирует с крайней жестокостью и коррупцией, без прозрачности. ФаКеЛ: Какое будущее вы видите за теми правительствами, которые сейчас находятся в Иране и Афганистане? Куда, по-вашему мнению, катятся Тегеран и Кабул? Анархистский фронт: Будущее нынешних правительств в Иране и Афганистане следует рассматривать скорее как «продолжающийся кризис», а не как стабильность или плавный переход. В Иране власть сталкивается с серьёзной эрозией социальной легитимности, хроническим экономическим кризисом, глубоким разрывом между государством и обществом и растущей международной изоляцией. Система сохраняется благодаря силовому аппарату, рентным ресурсам и контролю насилия, а не социальной поддержке. Иран движется к «полной политической блокаде» и «постепенному распаду социального капитала», где любой внезапный сдвиг, как снизу, так и внутри власти, может привести к резкой нестабильности. В Афганистане перспектива ещё мрачнее. Талибы не представляют современное государство, а скорее докомандное идеологическое образование, управляющее логикой исключения женщин, систематического подавления, глобальной изоляции и экономического краха. Кабул застрял в цикле бедности, вынужденной миграции, засухи, социальной закрытости и отсутствия перспектив. Режим Талибана не способен на экономическое восстановление, не обеспечивает социальное примирение и не имеет внутренней или международной легитимности. Продолжение этой ситуации означает углубление социального распада, расширение неформальной экономики и постоянное производство насилия и нестабильности. В целом, как Тегеран, так и Кабул движутся по разным, но сходным путям к исторической блокаде: Тегеран — с маской современного силового государства, Кабул — с откровенной идеологической формой власти. Один постепенно разрушается изнутри, другой находится в состоянии устойчивого коллапса. ФаКеЛ: Как Палестина влияет на жизнь в Афганистане и Иране? Тяготеет ли общество к Западному (проамериканскому) миру? Может быть народ смотрит на Америку, Израиль и Европу, как на луч, который может вытянуть Ближний Восток от радикального ислама, либо же народ все таки понимает, что члены НАТО и их союзники, это империалисты?