Возвращение России

«ЖЕРТВАМ ОТ ПАЛАЧЕЙ, С ЛЮБОВЬЮ» Что может быть хуже установки памятника деспотам и организаторам террора? Наверное, только памятник жертвам от последователей палачей.   Оказывается, некоторое время назад по почину и под покровительством Минюста решено в Санкт-Петербурге установить памятник трём святым юристам, убитым советской властью в 1922 году за защиту Церкви и за неприятие советских методов управления: Сергию (Шеину), Иоанну Ковшарову и Юрию Новицкому.   То есть это тот самый Минюст, который каждую пятницу публикует очередные проскрипционные списки «врагов народа» «иностранных агентов», пытается обелить себя и примазаться к тем, кто оказался в первых таких списках.

ДОНОСИКИ В СТРОЮ (к важному генеалогическому источнику) Продолжаем приводить примеры значимого генеалогического и общеисторического источника – доносов. Советские образцы этих документов ценны тем, что в них регулярно приводятся биографические детали жизни граждан. Причём именно те, которые граждане склонны были скрывать: например, принадлежность до революции к образованным слоям населения, служба в Белой армии или несогласие с «генеральной линией» партии после 1917 года.   Вот 2 примера секретной служебной переписки Коммунистического университета им. Сталина в Ленинграде, где в 1935-36гг перемывают косточки двум советским гражданам в связи с их биографией:   -так, выходец из дер. Григорьево Мяксинского района Ленобласти ГОЛУБЕВ Фёдор Васильевич – это якобы сотрудник НКВД, который якобы был купцом до революции. Пишут: «Надо проверить это». Правильно, и родословным исследователям сегодня при обнаружении такого документа надо бы сделать проверку таких утверждений: они часто оказываются ложью или ошибкой.   - а аспирант Комвуза им. Сталина ТЫМАНЮК, возможно, «служил в Белой армии у Колчака... Также вызывает сомнение его социальное происхождение». Более того, он исключён из партии «за троцкистскую вылазку» и «по своим замашкам производит впечатление офицера».   Подобные ценные для биографических исследований документы могут находиться в архивных делах с самыми разными заголовками, но чаще всего это секретная переписка со спецслужбами, особенно по личному составу.   Архивные источники: ЦГАИПД СПб. Ф. 3864. Оп. 11. Дела 15 и 38.

Я арестован и нахожусь на Шпалерной. Прошу Вас послать мне следующее: 1) постельное и носильное белье 2) миску, кружку и ложку 3) папирос и спичек, чаю 4) мыло, зубную щетку и порошок 5) ЕДУ. Я здоров. Прошу сообщить об этом жене. НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ, 9 августа 1921 г. Венички

ДВА МИРА ОТЦОВ И ДЕТЕЙ 24 октября 1907 года. Россiя. Ведомство военное. Санкт-Петербургский клинический военный госпиталь. Смотритель госпиталя в звании полковника пишет в Корохоткинское Волостное правление Смоленского уезда: «Прошу объявить крестьянину Корохоткинской волости дер. Замошья Михею Семченкову на просьбу, поданную им на имя Начальника Императорской Военно-медицинской академии, что сын его Фёдор Михеев Семченков служит в сем госпитале младшим палатным надзирателем и что ему приказано мною написать письмо отцу Михею, которое отправить заказным письмом и расписку о сдаче на почту этого письма показать мне. При этом уведомляю, что сын его Фёдор Семченков заявил мне, что писем от отца не получал». Источник: РГВИА. Ф. 939. Оп. 1. Д. 402.   Пояснение, если нужно, простое. Отец в Смоленской губернии потерял связь с сыном, уехавшим служить в Санкт-Петербург: ни письма от ребёнка. Отец пишет запрос в Госпиталь, где предположительно служит чадо. В ответ госпитальное руководство не просто пишет, что с сыном всё в порядке, где и кем он служит, но обязывает сына «написать письмо отцу, отправить заказным письмом и расписку о сдаче на почту этого письма показать». Характерный для дореволюционной жизни эпизод. Почитание отца и матери, хоть и не прописано в военных уставах, но основано на религиозной этике христианства и прочих конфессий.   Пройдёт всего 10 лет и начнётся совершенно новый период. С новой этикой: массовые публичные отказы от родителей и прочей родни. Причём максимально позорными способами: перед собраниями коллективов и в газетах. Это было одним из условий возможности трудоустройства и учёбы, условие карьеры. Надо было официально предать родителей за то, что они были лишенцами или прочими «социально-чуждыми», которых так опасалась советская власть. Своей задачей последняя было разобщать общество, чтобы укреплять контроль над ним.   Думаете клевета либералов, иноагентов, масонов и пр.? Полистайте разделы объявлений советских газет 1920-30-ых годов - и убедитесь сами. Два мира – два Шапиро.

"9 апреля 1930 года. Ржевский Окружной отдел ОГПУ – председателю Ржевского окрисполкома. Секретно. По имеющимся у нас сведениям председатель Зубовского с/с Молодотудского района Соколов Павел д. Котлово, Лебедев Михаил из совхоза Харино (чл. ВКП(б)), из д. Зубово Сергей (фамилия неизвестна) – при составлении описи имущества у попа в Зубовском с/с были сильно пьяные. Опись производили до утра, заставляя ночью попадью ставить самовар и разливать вино. При уходе домой захватили с собой: банку варенья, перчатки, карманные часы, 45 рублей денег, серебряный крест и другие вещи. На второй день, когда населению стало известно такое положение, они вернули крест и варенье попу. Подтвердить могут граждане д. Зубово. Сообщается для сведения и принятия мер" Источник: ГАТО. Ф. Р-2504. Оп. 2. Д. 8. Л. 22. #Ржевский

Страничка чьей-то ностальгии. Это надо помнить.