Кризис жанра. Удовольствие и/или деньги? Коуч Наталья Еременко

ЭТАП 3. ЧТО ВЫ НА САМОМ ДЕЛЕ ПЫТАЕТЕСЬ СДЕЛАТЬ? Доброе утро. Ну что, вчера кто-нибудь поймал себя за хвост? 🙂 Теперь расшифровка. Но сразу важное: Это не типы личности. Если вы выбрали Б — это не значит, что теперь вы официально «тревожный проверяльщик мессенджеров». Мы смотрим только на стратегию, которую мозг использует в конкретной ситуации. А — анализировать прошлое Мозг пытается найти причину. Если я пойму, где ошиблась, значит, смогу вернуть себе контроль. Б — проверять Мозг ищет новую информацию. Может быть, появилось сообщение. Может быть, изменился статус. Может быть, я сейчас узнаю что-нибудь, что снимет неопределённость. В — злиться Иногда тревогу гораздо легче переживать через злость. В злости больше энергии и ощущения силы: «Это не я здесь беспомощна. Это ты неправильно себя ведёшь». Г — срочно действовать Деятельность помогает не чувствовать состояние. И сама по себе занятость совершенно не плоха. Вопрос только в том: я выбираю сейчас действовать — или убегаю от того, что чувствую? Д — придумывать варианты Мозг пытается подготовиться ко всему сразу. Парадокс в том, что он делает это ради безопасности — а в итоге может создать ещё десять причин для тревоги. Е — оставаться в своей жизни В этой конкретной ситуации неопределённость переносится легче. Это не означает, что человек всегда спокоен и просветлён. В другой ситуации автоматическая реакция вполне может включиться. И вот главный вопрос игры: Не «как перестать тревожиться?» А: «Как быстро я замечаю момент, когда мой автоматизм уже начал управлять мной?» Потому что между «что-то произошло» и «я уже сорок минут живу внутри сценария, который придумала сама» есть маленький промежуток. И его можно учиться замечать. Попробуем прямо сейчас. ПРАКТИКА НА 3 МИНУТЫ Остановитесь. Не нужно специально садиться медитировать. Можно сделать это прямо там, где вы сейчас. Почувствуйте стопы. Обратите внимание на дыхание. Не меняйте его специально. И ответьте себе на три вопроса: 1. Что я сейчас ТОЧНО знаю? Только факты. Без объяснений. 2. Что я додумала? Версии. Предположения. Интерпретации. Катастрофические сценарии. 3. Что действительно зависит от меня прямо сейчас? Не завтра. Не от другого человека. Не от обстоятельств. От меня. Сейчас. И останьтесь с этим ответом ещё несколько дыханий. Вот и всё. Это не практика, которая гарантирует, что вы больше никогда не будете тревожиться. Она помогает вернуться из придуманного будущего в ту реальность, которая существует прямо сейчас.

ЭТАП 2. А КУДА УШЛО ВАШЕ ВНИМАНИЕ? Теперь вернитесь к своему вчерашнему… точнее, сегодняшнему выбору. И вместо вопроса: «Почему я так делаю?» задайте другой: «Куда в этот момент ушло моё внимание?» Посмотрите, какой вариант больше похож на вас. 1. На другого человека Что он делает? Почему не отвечает? Что он думает? Как относится ко мне? 2. На себя Что со мной не так? Что я сделала неправильно? Не слишком ли я…? 3. В будущее Что теперь будет? К чему это приведёт? А если дальше будет ещё хуже? 4. На поиск угрозы Что случилось? Что я пропустила? Что здесь может быть опасного? 5. На попытку перестать чувствовать Срочно заняться делами. Переключиться. Отвлечься. Поесть. Посмотреть сериал. Сделать что угодно, лишь бы не быть в этом состоянии. А может быть, вы обнаружили что-то шестое. Напишите себе — или сюда в комментарии — куда чаще всего улетает именно ваше внимание. И на сегодня всё. Ничего с собой исправлять не нужно. Маленькое задание до завтра: Если возникнет хоть одна ситуация неопределённости — просто поймайте момент: «О. Вот сейчас это началось». И посмотрите: куда пошло внимание и что вам захотелось сделать автоматически. Не останавливайте себя и не воспитывайте. Просто наблюдайте. Завтра будем разбирать, зачем мозг вообще это делает — и что можно сделать, чтобы не отдать ему руль целиком.

ЭТАП 1. ПОЙМАЙТЕ СВОЙ АВТОМАТИЗМ Представьте ситуацию. Вы написали важному для вас человеку сообщение. Он его прочитал. Проходит час. Потом второй. Ответа нет. Что вы скорее всего сделаете первым? Не анализируйте долго. Выберите ближайший вариант. А. Начну вспоминать наш последний разговор. Может, я что-то не то сказала? Б. Проверю мессенджер. Потом ещё раз. И ещё раз — просто посмотреть. В. Разозлюсь. Ну можно же нормально ответить. Г. Решу, что не хочу зависеть от чужого ответа, и загружу себя делами. Д. Поймаю себя на том, что уже придумала несколько вариантов того, что могло произойти. Е. Продолжу заниматься своими делами. Ответит — хорошо, не ответит сейчас — тоже переживу. Запомните свою букву. И можете написать её в комментариях. Только букву. Пока никаких объяснений. И не меняйте ответ, даже если через пять минут вам покажется, что другой выглядит симпатичнее 🙂 Вечером будет второй этап.

Сегодня у нас суббота, а значит — играем. На этот раз не будет теста в духе «выберите картинку и узнайте, какая вы богиня» 😄 Будет небольшой эксперимент про вас настоящих. Про то, что вы автоматически делаете, когда в жизни появляется неопределённость. Игра будет идти два дня — субботу и воскресенье. Всего будет 3 этапа. На каждый понадобится примерно 5–10 минут. Если пройти все три, к концу игры вы сможете заметить: — куда первым делом уходит ваше внимание, когда вы тревожитесь; — что вы обычно делаете, чтобы вернуть себе ощущение контроля; — помогает ли вам эта стратегия или только сильнее затягивает; — и что можно сделать вместо неё. А в воскресенье я дам очень короткую практику, которой можно пользоваться потом в обычной жизни — особенно когда мозг уже убежал строить 17 вариантов будущего. Важно: здесь нет правильных ответов. Не нужно выбирать, как «надо». Наоборот — чем честнее вы поймаете свою настоящую автоматическую реакцию, тем интереснее будет результат. И ещё договоримся сразу. Мне очень нужна ваша обратная связь в конце игры. Что было полезно? Что неожиданно заметили про себя? Что хотелось бы разобрать глубже? Потому что я хочу делать такие игры регулярно — и ваши ответы помогут мне понимать, что действительно работает. Ну что. Начинаем? Через несколько минут будет первый этап.

Для хорошей семейной ссоры второй человек вообще не обязателен. Это не только женская суперспособность. Бывает и наоборот. Говоришь мужу что-нибудь человеческое: — Слушай, ты можешь в следующий раз предупредить, если задерживаешься? А в ответ получаешь говна на лопате: — Ну конечно! Я опять всё делаю не так! И сидишь такая: эмм… а с кем ты сейчас разговаривал? Жена сказала одну фразу. А услышать можно совсем другую: «Ты плохой». «Ты опять меня подвёл». «Ты ничего нормально сделать не можешь». И ответить уже не жене. А маме. Бывшей. Собственному чувству вины. Всем женщинам мира, которые когда-либо были тобой недовольны. Мы все так умеем. Между тем, что человек сказал, и тем, что мы услышали, помещается целая биография. И одна из вещей, которым меня учит практика осознанности, — замечать этот крошечный момент: что сейчас произошло на самом деле? Что я действительно услышала? А что уже добавила сама? Чтобы хотя бы иногда выяснять отношения с человеком, который стоит перед тобой. А не со всеми людьми из своего прошлого, которых мозг предусмотрительно пригласил на семейный совет.

Я купила возможность сегодня не падать в обморок от мысли: ребёнку может понадобиться трансплантация, а у нас нет денег и совершенно непонятно, что делать. Мне по-прежнему страшно, и я не знаю, получится ли купить вторую квартиру удалённо. Но у нас есть варианты: уже выплаченное жильё, материнский капитал, наши доходы и моя способность зарабатывать. В этом для меня сейчас один из самых честных смыслов денег. Они позволяют не только путешествовать, выбирать хорошие апартаменты и заказывать дорогое вино. Они не отменяют страшного, но дают возможность не оставаться перед ним совершенно беспомощной. На вершине меня накрыло потому что я увидела расстояние между женщиной, которой шесть лет назад было страшно уйти из найма, и мной сегодняшней. Поэтому кричала я, похоже, не только потому, что мы дошли до вершины. Я увидела, куда я дошла за эти шесть лет.

Вчера на вершине Серро-Арко я орала «ура» так, будто мы только что взяли Эверест. Хотя особенно героически в этой истории выглядел Лёша: часть маршрута он прошёл с двенадцатикилограммовым Оскаром на плечах. Оскар периодически шёл сам, потом снова пересаживался на папу, и так мы добрались до вершины высотой около полутора тысяч метров. Нам ещё невероятно повезло: Анды были видны. Здесь они показываются не каждый день, а вчера открылись перед нами во всей своей красоте. У меня от восторга буквально распирало грудную клетку, поэтому тихо радоваться я не смогла. Кричала «ура» с воплями, как и положено приличной женщине в предгорьях Анд. Просто вырвалось) После музеев у нашего отпуска в Мендосе началась вторая серия — трекинг. Вчера мы поднимались на Серро-Арко, сегодня едем к старой заброшенной вилле, где гуляют гуанако. А по дороге нам уже встретилась серая патагонская лиса — местный zorro. Мендоса совсем не похожа на ту Аргентину, которую мы знаем. Здесь великолепная кухня, множество ресторанов и настоящий гастрономический туризм. Но из-за почечной диеты Оскара мы не можем просто ходить с ним по ресторанам. Ему нельзя соль, количество натрия приходится считать, поэтому в поездках нам обязательно нужна собственная кухня. Мы готовим Оскару сами, днём гуляем по музеям и горам, а вечером укладываем его спать и заказываем блюда из ресторанов в апартаменты. Открываем шикарное вино, которое даже по аргентинским меркам считается дорогим, и устраиваем себе тот отпускной вечер, которого у нас обычно не бывает. Апартаменты мы тоже искали под себя. Нам были нужны кухня, тишина, деревянный пол и собственное отопление, которое можно регулировать. Для Аргентины такой набор почти джекпот, особенно зимой. В итоге мы нашли красивое место в закрытом комплексе, где совпало вообще всё важное. Знаете, этот отпуск в Мендосе полностью оплатила я. Дорогу, апартаменты, наши поездки, музеи, рестораны — всё это оплачено деньгами, которые я заработала своей работой. Мне важно не проскочить мимо факта с привычным: «Ну получилось и получилось, что такого». Примерно шесть лет назад я решила уйти из найма. Уходила я не с позиции, которую давно хотелось забыть. Я была генеральным директором и совладелицей бизнеса, занимала топовую позицию. Но мне хотелось работать самостоятельно, и я решила выйти в свободное плавание. Мне было очень страшно. Сейчас моя работа позволяет мне полностью оплачивать наши семейные путешествия и выбирать не самый дешёвый вариант, а тот, который действительно подходит нашей семье. С кухней для Оскара, отоплением для нас, тишиной, красивым пространством, поездками в горы и дорогим вином по вечерам. Наш бюджет не устроен по схеме «муж зарабатывает, жена красиво тратит». Лёша закрывает, например, аренду нашего дома в Сьерра-де-лос-Падрес. Мы специально выбрали не квартиру, а дом в тихом районе частной застройки, где нет высоток. А я оплачиваю наши путешествия и тот уровень отдыха, который нам подходит. При этом наша жизнь совсем не превратилась в глянцевую картинку, где деньги есть, Анды стоят красиво и больше ничего не происходит. Неделю назад у Лёши заблокировали карту и счета. В отпуск мы поехали в условиях финансовой неопределённости. И как раз в день нашего подъёма ему всё разблокировали. Лёша вообще крутой: сам связался со всеми, отправил документы и всё разрулил. А утром мы разговаривали с финансовым брокером и обсуждали, куда приземлить материнский капитал. Мы думаем о второй квартире в России, и это не совсем история про инвестиции ради инвестиций. Одна из реальных перспектив на будущее — Оскару может понадобиться трансплантация почки. Возможно, делать её придётся в России, а на лечение потребуется очень много денег. У меня уже есть квартира, которую когда-то я купила в ипотеку и полностью выплатила. Не исключено, что ради лечения Оскара нам придётся её продать. И тогда всё равно понадобится жильё в России — место, куда мы сможем приехать, где будем жить и где хотя бы сможем оформить регистрацию. И сейчас я особенно ясно понимаю, что когда-то купила не только квадратные метры.

Лайкайте людей так, как вы хотели бы, чтобы лайкали вас (с) Джейсон Стэтхэм Ни на что не намекаю) Сегодня учусь и работаю в отпуске. Мое любимое - нейробиология денег. Коуч я про секс и деньги потому, что это две темы лично для меня - вечно заряженные. Кайфовые

По стилю это неоколониальная архитектура с ярким неоплатереско — отсюда вся эта испанская декоративность: резьба, гербы, бюсты, гирлянды, арки, майолика, балконы и театральная роскошь фасада. После приватизации банка в 1998 году здание передали государству с условием, что использовать его будут только для культуры, поэтому сегодня внутри бывших банковских залов проходят выставки, концерты, спектакли и другие культурные события. Второй — бывший Banco de Mendoza, нынешний Espacio Contemporáneo de Arte Eliana Molinelli. Его спроектировал архитектор Карлос Аготе; композиция здания относится к академическому французскому классицизму. Главный зал устроен вокруг огромного восьмиугольного пространства с колоннами и куполом диаметром около 30 метров — тем самым, с витражами, под которым я сегодня зависла. Здание признали культурным наследием ещё в 1987 году, в 1997-м передали под культурные функции, а с 1999 года здесь работает ECA — пространство современного искусства. Особенно смешно, что я, ничего этого ещё не зная, посмотрела на центральный витраж и подумала: «как будто сверху на сад какого-нибудь Людовика». Французский след я, получается, сначала почувствовала глазами, а уже потом прочитала про него.

Я ехала в Мендосу за Андами. А расплакалась в старом банке Мы поехали в Мендосу за природой: за Андами, горами, трекингами, тропами и термальными источниками. Дорогу специально выбрали автобусом, чтобы было меньше нагрузки на нас с Оскаром: без связки автобус — самолёт — такси, а просто сесть и приехать. Но уже здесь Оскар приболел, немного расклеились и мы с Лёшей, поэтому вместо больших поездок у нас вчера были короткие вылазки по очереди: один остаётся с ребёнком, второй выходит погулять. А если бы всё шло по нашему плану — горы, маршруты, поездки, — я, возможно, вообще не попала бы туда, где оказалась. В воскресенье мы ехали в кафе есть совершенно шикарное итальянское мороженое и по дороге я увидела одно здание. Меня так зацепила его архитектура, что я сразу попросила: «Лёша, пожалуйста, сфотографируй, запиши адрес. Я хочу про него почитать и обязательно туда сходить». Пошла. Оказалось — бывший банк. Внутри у меня было ощущение, будто я попала в какой-то вестерн: старые банковские стойки, дерево, огромное пространство, потрясающая перспектива со всех сторон. Кажется, сейчас распахнутся двери и войдут ковбои грабить банк. Я походила, всё рассмотрела, а потом пошла во второй бывший банк неподалёку. Сначала меня совершенно захватило само пространство: огромный круглый зал, колонны, балюстрада второго этажа и витражи наверху. Главный круглый витраж сразу напомнил мне сад, как будто смотришь сверху на идеально разбитый французский парк времён какого-нибудь Людовика. А вокруг него маленькие круглые витражи — море, корабли, руки, какие-то фигуры и символы, которые хочется разглядывать и разгадывать. Так интересно: уже потом я прочитала про архитектуру здания и выяснила, что эта моя ассоциация с Францией возникла не на пустом месте — в архитектуре бывшего Banco de Mendoza действительно есть французское влияние. Я стояла в центре этого пространства, задрав голову, и вспомнила свою доску визуализации. На ней есть музей Гуггенхайма в Нью-Йорке, куда я очень хочу попасть. Я сохраняла фотографии изнутри: круг, этажи вокруг, взгляд снизу вверх, огромное пространство над головой. И вот я стою внутри другого круга. Не в Нью-Йорке, а в Мендосе. В бывшем банке, куда вообще могла сегодня не попасть. А потом я пошла дальше, смотреть экспозиции. Здание теперь - пространство современного искусства. И тут меня накрыло окончательно. Я смотрела на яркие картины, на совершенно прекрасных рыб с выпученными глазами, на растения, лица, цвет. Подходила ближе, отходила, залипала на детали, возвращалась к каким-то работам второй раз. И несколько раз чувствовала, как подступают слёзы. Я пыталась понять, что именно со мной происходит. Это какой-то восторг, который граничит с болью. Меня буквально распирает изнутри: грудная клетка становится шире, хочется глубже дышать, даже голос у меня меняется — становится ниже и глубже. Как будто внутри появляется больше пространства и я сама становлюсь больше. И в этом восторге есть примесь сожаления. Мне жаль, что меня так долго здесь не было. Не конкретно в этом здании и не конкретно в Мендосе — а вот в этом всём. Что я так долго не смотрела на искусство, не ходила среди него, не была в его контексте, не слышала этот язык. И сейчас, оказавшись внутри, я вдруг почувствовала, насколько сильно по этому скучала. Мне не хотелось отсюда уходить. Я уже всё посмотрела, но ходила ещё круг, снова смотрела на рыб, снова поднимала голову на витражи. Это похоже на встречу с чем-то очень близким после долгой разлуки, когда только в момент встречи понимаешь, как сильно тебе этого не хватало. И самое точное слово, которое я пока могу найти для этого чувства, — узнавание. Как будто какая-то моя часть, которой очень долго не было места в моей жизни, вдруг расправилась. И я вместе с ней стала немного шире. P. S. Немного про сами здания, потому что они прекрасны даже без моей эмоциональной драмы. Первый — бывший Banco Hipotecario Nacional, построенный в 1924–1929 годах по проекту архитектора Эстанислао Пировано.

Вы можете вместе собирать пазлы и почти оргазмировать от этого. Готовить, разговаривать, смеяться, заниматься какой-то бытовой ерундой. Он застёгивает тебе ботинки, когда у тебя на руках ребёнок, потому что видит, что тебе тяжело, и не ждёт отдельной официальной заявки на помощь. Ты кладёшь ему на рабочее место протеиновые батончики, потому что знаешь: когда он голодный, его начинает тянуть на булки, а потом бомбит вообще от всего. Вы замечаете уязвимые места друг друга чуть раньше, чем там сформируется огромный дефицит и кто-нибудь начнёт орать. Удовольствия становится больше в каждом дне. Меньше эмоциональных качелей, зато больше постоянной теплоты, заботы, близости и взаимопонимания. И секс там тоже есть. Он может быть более длительным, нежным, внимательным и спокойным. Он становится сексом про открытость, уязвимость, бережность, теплоту и даже доброту. Хотя кажется, что секс и доброта вообще рядом не стояли. И никто никого не убивает за ошибку, неудачный вечер или отсутствие оргазма. Просто вам хорошо быть вместе. Это копится. И это надёжно. Поэтому я не могу выбрать одну из двух категоричных позиций. Я думаю, что доступ к собственному удовольствию нельзя полностью отдавать партнёру. Но и делать вид, будто от партнёра в сексе вообще ничего не зависит, тоже довольно странно. А как у вас? Ваше сексуальное удовольствие больше зависит от знания собственного тела, от партнёра или рождается именно во встрече двух людей? И замечали ли вы разницу между сексом на эмоциональных качелях и сексом в надёжной близости?

Подписана я на двух совершенно разных блогерш. Одна из них вообще никак не связана с темой секса. Но тут обе с разницей в несколько дней внезапно решили пропиздеть про оргазмы. Первая написала, что самое главное в сексе — это мужик. Именно мужчина полностью отвечает за удовольствие женщины и её оргазм. Хороший мужик — будет тебе и секс, и удовольствие, и оргазм. Нет хорошего мужика — ну, значит, хрен тебе, а не удовольствие. Вторая блогерша постарше и, как мне кажется, гораздо опытнее в этой теме: у неё как раз блог связан с сексом. И она тоже довольно категорично заявила, что удовольствие и оргазм — ответственность самого человека. Не его партнёра, а исключительно его самого. И я хожу с этим всем в голове. Хотя вроде бы в отпуске, темы у меня сейчас совсем другие: Оскар приболел, с соплями с рук не слезает, карта у мужа заблокирована. Но я решила, что сейчас самое время пропиздеть про секс. Во-первых, мне не нравится категоричность обеих позиций. Мне вообще кажется, что со взрослой аудиторией категоричность плохо работает. Ты же взрослый человек и понимаешь, что в жизни бывает и так, и так. Когда у тебя ещё не очень много сексуального опыта, возможно, ты действительно сильнее связываешь своё удовольствие с мужчиной. Есть рядом классный мужик — я хочу секса. Нет мужика — как будто и хотеть нечего. Но потом может появиться другой опыт. Например, ты год ни с кем не встречаешься и вообще не занимаешься сексом. И что, твоё либидо на это время куда-то исчезает? Ты больше не хочешь прикосновений, телесного удовольствия, наслаждения? Нет, конечно. Потому что либидо — это не функция наличия в твоей жизни классного мужика. И если полностью переложить доступ к своему удовольствию на партнёра, то вместе с ним можно закрыть дверь и к собственной оргазматичности. Как будто только другой человек может открыть тебе доступ к твоему же телу. Но из этого совершенно не следует, что партнёр ни на что не влияет. Потому что самый фееричный секс, прямо вылет башки, нередко случается в совершенно хуёвых отношениях. Я сама проходила через такой опыт, и клиентки много раз делились похожими историями. Мужчина пропадает, эмоционально недоступен, говорит одно, а делает другое, забывает о том, что для тебя важно. Ты злишься, ждёшь, фрустрируешься, не понимаешь, что происходит. Эмоциональный фон раскачивается так, что вся накопленная в отношениях жажда, злость и напряжение потом бабахают в сексе. И оргазмы там могут быть действительно феерическими. Не потому, что мужчина какой-то сексуальный гений, а потому, что в постели реализуется всё то, чего тебе не хватает за её пределами. Но когда ты выбираешь стабильного, эмоционально открытого партнёра, с которым хочешь строить дом, рожать детей и встретить старость, отношения и секс становятся другими. Это мужчина, которому ты доверяешь и который не обманывает твоё доверие. Он бережёт тебя, ценит твой вклад в отношения, готов говорить о трудном и замечать, где сам говнится. А заметив, готов что-то с этим делать: идти в терапию, медитировать или как-то иначе разбираться со своим эмоциональным дерьмом, а не просто оставлять его лежать посреди ваших отношений. Рядом с ним твоя уверенность в себе не рассыпается. Ты не худеешь от нервов, не выгораешь, не перестаёшь чувствовать себя красивой и не превращаешься за пять лет в собственную измученную старшую сестру. И секс с таким человеком будет совершенно другим. Там ответственность за твоё удовольствие действительно во многом лежит на тебе: насколько хорошо ты знаешь своё тело, умеешь говорить о желаниях и готова открываться. Но одновременно открывается дверь в близость. И тогда секс перестаёт быть только физическим актом с инструкцией: здесь потри, тут намажь, вот так меня переверни, а теперь пять минут не двигайся. Удовольствие появляется ещё и от эмоционального контакта. От того, что ты можешь сказать человеку то, в чём очень уязвима, а он способен это выдержать. Не обесценить, не высмеять, не использовать потом против тебя. Да и важность самого секса немного снижается, потому что в отношениях становится много других тёплых мест.

Если ждать, когда всё наладится, можно забыть прожить свою жизнь Я уже четвёртый год живу в эмиграции. У моего маленького сына после тяжёлой болезни осталась почечная недостаточность, и впереди у нас много неопределённости. При этом у меня есть любимая работа, интересная учёба, любимый и любящий муж, взрослая дочь, собака, дом и обычная жизнь, в которой кто-то всё время хочет есть. В некоторые дни я не красивая герла, которая изящно справляется с обстоятельствами. Я просто уставшая тихая женщина, которая печёт пирог и заботится о близких, как умеет. Очень легко решить: сейчас не до радости. Вот разберёмся со здоровьем, документами, деньгами, переездом, работой — и тогда наконец расслабимся и начнём жить. Но у этого плана есть один недостаток: всё никогда не бывает разобрано до конца. В своей работе я много лет сопровождаю женщин в изменениях и постоянно вижу, как мы откладываем не только отпуск, удовольствие или красивое платье. Мы откладываем самих себя: «Сначала решу проблемы детей». «Сначала начну больше зарабатывать». «Сначала приведу в порядок тело». «Сначала закончу всё важное». А потом жизнь снова подбрасывает что-нибудь важное. У неё, знаете ли, очень стабильная контент-стратегия. Поэтому сейчас я учусь другому. Не ждать, пока появится огромный запас сил, а восстанавливать их прямо внутри дня: приготовить что-то вкусное, выйти на прогулку, сделать короткую телесную практику, полежать десять минут в тишине, три минуты медитации. Не считать радость предательством серьёзности ситуации. Можно бояться за ребёнка и смеяться. Можно не знать, что будет дальше, и планировать поездку. Можно устать и всё равно почувствовать, что сегодняшний день был хорошим. Не зарабатывать отдых хорошим поведением. Отдых нужен не после того, как всё сделано. Он нужен, чтобы у нас вообще оставались силы что-то делать. И не требовать от себя красиво справляться. Порой восстановление выглядит как растрёпанная женщина на кухне, которая водится с тестом и мурчит под нос песенку. Это внутри звучит как: «Сегодня я позабочусь о своей жизни так, как мне доступно сейчас». Про это мои проекты. И группа медитаций и клуб «Бесстыжие», - как не откладывать себя до лучших времён. А что вы обещаете себе разрешить, когда наконец всё наладится?

Стыдно рассказывать об этом, хотя мы не сделали ничего плохого: квартира давно продана, все счета оплачены, блокировка произошла из-за ошибки. Но стыд — это чувство. И мы решили не назначать его своим финансовым консультантом. Именно этому помогают практики осознанности: не просто понимать свои паттерны головой, а замечать импульс, выдерживать напряжение и возвращать себе возможность выбора. В сентябре я буду давать практики из нейробиологии денег в клубе «Бесстыжие». Некоторые уже пробую в «Расслабляндии». Потому что такие вещи мало просто обсудить. Важно учиться по-другому действовать — через внимание, тело и нервную систему. А у вас при финансовом напряжении какой полюс включается чаще? « Надо срочно хоть чем-нибудь себя порадовать» — или «всё, теперь запрещаю себе вообще всё»?

Позавчера у Лёши заблокировали все счета. А сегодня мы всё-таки едем в Мендосу. И это, как ни странно, история не только о коммунальных службах, ошибках и необходимости найти квитанцию за 2022 год. Хотя ёшкин кот: найти сейчас квитанцию за 2022-й — уже отдельная практика на устойчивость. Это ещё и история о том, как мы принимаем решения о деньгах. У нас был общий счёт на отпуск, на который я переводила деньги. Он оформлен на Лёшу — и вместе со всеми его счетами оказался заморожен. Я открываю приложение, а там на балансе ноль. Хотя деньги есть. Просто воспользоваться ими мы не можем. Билеты в Мендосу уже куплены. Отель забронирован. И первый импульс был совершенно понятным: — Денег нет. Какой отпуск? Всё отменяем. Но мы стали считать. Если мы отказываемся от поездки, часть денег за автобус нам не возвращают. Деньги за отель — тоже. То есть, пытаясь «сэкономить», мы всё равно несём финансовые потери. Только ещё и без отпуска. А отдых нам сейчас правда нужен. Последний раз я объявила, что ухожу на две недели в отпуск, восемь месяцев назад. И провела этот отпуск в реанимации с Оскаром. С тех пор были месяцы болезни сына, страха за его жизнь, врачей, неопределённости и огромного напряжения. У Лёши — всё то же самое. И он не может взять отпуск когда угодно: у него были запланированы именно эти две недели. В итоге мы решили занять деньги у друзей и всё-таки поехать. Не в формате: «Давайте сейчас отдохнём, а там как-нибудь Вселенная разберётся». Мы оговорили конкретный срок возврата и отдельно обсудили, как будем отдавать долг, если счета вдруг не разморозят вовремя. То есть посчитали потери, риски, имеющиеся ресурсы и ценность отдыха — и приняли решение. Почему я об этом рассказываю? Сейчас я прохожу обучение по нейробиологии денег. И там мы обсуждали, как мозг ведёт себя в условиях длительного дефицита. Когда денег постоянно мало, особенно привлекательным становится удовольствие, которое можно получить прямо сейчас. Поэтому человек может покупать всякую условную шнягу, без которой прекрасно прожил бы, но которая даёт хотя бы короткое: — Зато сейчас мне хорошо. Это немного похоже на питание. Мы можем прекрасно знать, что невозможно годами жить на булках, пицце и кока-коле, не добирать белок и клетчатку и чувствовать себя прекрасно. В двадцать организм ещё дипломатично молчит. После сорока уже довольно убедительно выражает своё мнение. Но одного знания обычно недостаточно, чтобы автоматически изменить поведение. И вот в разговорах о «бедном мышлении» часто говорят только об одном полюсе: импульсивно потратить, получить удовольствие сейчас, а с последствиями разбираться потом. Например, взять в долг телевизор, хотя совершенно непонятно, чем этот долг отдавать. Зато телевизор уже стоит, сериальчики идут, жизнь хоть сегодня стала приятнее. Но есть и второй полюс. Если человек вырос в семье с таким отношением к деньгам, он может либо повторять тот же сценарий, либо уйти в противоположный. Я называю это контрзависимым поведением. Я сама долго была именно на этой стороне. И многие мои клиентки тоже. Мы не покупаем себе ничего. Разрешаем только полезное: обучение, тренинги, саморазвитие. Или что-то настолько необходимое, что без этого уже буквально нельзя жить. Никакой импульсивной шняги. Красота. Только свободы в этом не больше. В одном случае человек не может выдержать отсутствие удовольствия и немедленно тратит. В другом — настолько боится оказаться похожим на свою бедную семью, что зажимает себя и запрещает себе всё. Получается всё то же: «Назло маме отморожу уши». Только финансовая версия. Один полюс: «Потратить, а там разберёмся». Другой: «Ничего себе не позволять, пока не наступит абсолютная финансовая безопасность». Которая почему-то всё не наступает. И то и другое — не свобода выбора. Свобода появляется, когда мы можем заметить свой автоматический сценарий, выдержать эмоции, посмотреть на реальную ситуацию и принять решение, исходя из здравого смысла. Не всегда тратить. Не всегда экономить. А выбирать. Нам с Лёшей стыдно занимать деньги. Стыдно, что мы вообще оказались в такой ситуации.

Когда жизнь сужается до размеров квартиры. Митрошина почти полтора года находилась под домашним арестом без возможности выходить из квартиры и пользоваться интернетом. После приговора она вернулась в соцсети и прямо сказала, что будет входить в работу постепенно. Мне импонирует не сам факт красивого возвращения и не обязательная для интернета сцена с фениксом, который встряхнул пепел с брендового жакета. Мне интересны конкретные вещи: Она не изображает, будто домашний арест был чудесным ретритом, в который просто забыли включить Бали. Она говорит, что ей было тяжело, рассказывает о растерянности после выхода и не пытается мгновенно вернуться в прежний темп. При этом она не провела полтора года, ожидая, когда жизнь снова станет жизнью. Она выстроила доступный внутри квартиры распорядок, ежедневно тренировалась, работала над книгой коллеги, занималась тем, что помогало сохранять тело и психику в рабочем состоянии. И сейчас она не делает вид, будто обязана за неделю наверстать полтора года отсутствия. Возвращается маленькими шагами, снова учится быть среди людей, пробует работать, рассказывает о пережитом ровно в той мере, которую выдерживает. Психологическая устойчивость не выглядит героически. Это способность признать масштаб случившегося, не отдать ему всю оставшуюся жизнь и сохранить несколько простых действий, которыми ты ежедневно подтверждаешь себя: «Я всё ещё здесь». Раскраски, силовые тренировки и стойки на руках могут показаться нелепыми рядом с уголовным делом, домашним арестом и публичным крушением репутации. Но нервная система не умеет восстанавливаться оттого, что человек нашёл достаточно величественную мысль. Ей нужны рутина, повторяемость, движение, посильная нагрузка, концентрация внимания и хотя бы небольшой кусок реальности, которым человек ещё может управлять. У меня вызывают уважение люди, которые во время падения находят в себе силы раскрашивать картинки, тренировать тело и понемногу собирать жизнь из того, что пока осталось доступным.

Я никогда не умела быть удобной женщиной. И я не бунтарка. Но каждый раз, когда жизнь предлагала мне готовую роль, она сидела на мне как чужое пальто: рукава длинные, плечи не на месте, в жопе давит и дует, а окружающие уверяли, что так и надо. В детстве меня просили не принимать всё близко к сердцу. Родственники мечтали добавить мне степенности. Подростком их смущали мои платья, и пугали мои идеи, но еще больше всех удивляло и раздражало, что я смею говорить их вслух и напрямую задавать вопросы. Потом началась взрослая жизнь, и вместо разговоров о приличиях появились разговоры об успехе. Формулировки изменились, интонация осталась прежней. Чтобы чего-то добиться, нужно вкалывать. Чтобы хорошо жить, нужно выгрызать себе место. Чтобы тебя уважали, нужно стать незаменимой. Слово «выгрызать» мне всегда казалось подозрительным. Ни один счастливый человек его не произносит. Я жила с ним внутри, с гордостью. Даже сейчас, если сказать вслух «выгрызать себе место», ладонь сама сжимается в кулак. Тело помнит. Любопытно то, что сейчас ко мне не приходят женщины, которым не хватает силы воли. У них с этим полный порядок. Они умеют работать, терпеть, брать ответственность, держать лицо, вытаскивать других, принимать решения, когда страшно, и улыбаться в те дни, когда хочется спрятаться под одеяло. Они приходят с другой бедой. Им давно негде жить. Не в смысле квартиры, а в собственной жизни. Она занята чужими ожиданиями, чувством долга, правильностью, страхом кого-то разочаровать. Там всё аккуратно расставлено по местам, кроме хозяйки. И меня по правде радует, когда клиентки пишут: «Я поступила учиться». «Я впервые не поехала к маме на выходные». «Я показала мужу, сколько зарабатываю». «Я купила землю». Кстати, земли там двадцать гектаров. До сих пор улыбаюсь, когда вспоминаю эту историю. Человек пришёл проверить, нет ли у него депрессии, а через некоторое время подписал документы на участок и строительство поместья, о котором боялся даже мечтать вслух. Психология вообще странная профессия. Может показаться, что работаешь с запросом про усталость, а человек вдруг начинает строить дом. Мой главный профессиональный недостаток заключается в том, что я так и не научилась делать людей удобными. И себя тоже.

Чтобы исполнять желания, мало денег. Нужны ещё силы хотеть Я сейчас в Буэнос-Айресе. Вчера почти весь день ехала сюда. А в пятницу мы отправляемся в Мендосу — смотреть Анды. И мне очень хочется не просто добраться, сфотографироваться и рухнуть без сил. Мне хочется видеть, чувствовать, удивляться, радоваться. То есть быть в собственной жизни, а не тащить себя по ней за шкирку. И вот что я думаю. Мы много говорим про деньги на желания: на путешествия, квартиру, обучение, новое дело, красивую одежду, отдых. Но для исполнения желаний нужны не только деньги. Нужна ещё энергия: — понять, чего я хочу; — перестать откладывать это «на потом»; — найти вариант; — написать, узнать, посчитать, предложить; — сделать хотя бы один реальный шаг. А когда женщина живёт на последнем проценте зарядки, даже любимое желание начинает выглядеть как ещё одна задача. Поэтому в квесте «Расслабляндия» мы будем не просто лежать кверху ножками и дышать. Хотя и это обязательно будем. Каждый день участницы смогут выбрать короткую практику: дыхание или фрагмент женской и гормональной йоги — чтобы постепенно возвращать телу энергию. А ещё можно выбрать маленькое денежное действие. Сделать конкретный шаг к своему желанию: посчитать стоимость поездки, отложить первую сумму, написать потенциальному клиенту, узнать условия обучения, выставить счёт, предложить свою работу, открыть наконец выписку и понять, что там происходит. А вечером — не сказать привычное: «Ну и что? Я почти ничего не сделала». А авторизовать результат: Что именно я сделала? К какому желанию это меня ведёт? Что теперь стало возможнее? Потому что замеченный результат возвращает энергию. Это наши +20 к внутреннему «мур» и ещё немного сил на следующий шаг. На время квеста я открываю вход в клуб «Бесстыжие» на одну неделю. Стоимость — 990 ₽. Все практики после квеста останутся у вас на Яндекс Диске. Напишите мне «Расслабляндия», если хочется не просто отдохнуть, а вернуть себе силы на жизнь, желания и деньги.