tgindex

Лебедев про мозг

описание

Михаил Альбертович Лебедев (@lebedevmikhaila) — нейроученый. Индекс Хирша — 57 (Google scholar). https://sites.google.com/site/lebedevneuro/curriculum-vitae https://scholar.google.com/citations?user=cvd2xxcAAAAJ&hl=en

← к каналу@augmented_brain
6 046
подписчиков
Охват к подписчикам
4,5%
ERR
Реакции к просмотрам
1,25%
149 на 50 постов
Пересылки к просмотрам
1,75%
209
Постов в день
12,0
всего 283

Где отзываются чаще

доля реакций к просмотрам
  • 16 авг.Тема долголетия сегодня развивается в двух ортогональных подпространствах. С одной стороны, эксперты в области фундаментальной науки, такие как Александр Панчин и Александра Бернадотт, фокусируются на исследовании базовых биологических механизмов старения: измерении длины теломер, анализе накопления мутаций, оценке перспектив генной терапии или криоконсервации. С другой стороны, практическая медицина и государственные инициативы ищут прикладные методы поддержания высокого качества жизни в старшем возрасте. Масштабным примером здесь выступает проект «Московское долголетие». Помимо спортивных и творческих секций, проект запустил программу сохранения когнитивного здоровья совместно с Федеральным центром мозга и нейротехнологий ФМБА России. В нее вошли цифровые нейротренировки на онлайн-платформах для развития памяти и внимания, а также курсы нейрокоррекции с использованием нейрогарнитур и технологий биологической обратной связи (нейрофидбека) для контроля стресса и нормализации сна. При этом проект сохраняет и традиционную социальную составляющую, предлагая участникам пешеходные и автобусные экскурсии, прогулки на теплоходах по Москва-реке, а также постоянные лекции по истории, искусству и цифровой грамотности. С точки зрения международной академической науки эффективность массового применения именно цифровых брейн-тренажеров остается предметом дискуссий. В октябре 2014 года Стенфордский центр долголетия совместно с Институтом развития человека Макса Планка опубликовал официальное заявление «A Consensus on the Brain Training Industry from the Scientific Community», которое подписали десятки ведущих нейробиологов и когнитивных психологов со всего мира. Авторы консенсуса прямо указали, что общий вывод международной группы однозначен: научная литература не подтверждает заявления о том, что использование программных «игр для мозга» изменяет функционирование нервной системы таким образом, чтобы улучшать общую когнитивную производительность в повседневной жизни или предотвращать когнитивное замедление и заболевания мозга. Ученые подчёркивают, что возражают против утверждений, будто игры для мозга предлагают потребителям научно обоснованный путь к сокращению или обращению вспять когнитивного снижения, поскольку на сегодняшний день нет убедительных научных доказательств этого. По их мнению, обещание «волшебной таблетки» отвлекает от лучших доказательств того, что когнитивное здоровье в пожилом возрасте отражает долгосрочные эффекты здорового и активного образа жизни, а преувеличенные заявления просто эксплуатируют тревогу пожилых людей. Вместо упражнений в смартфонах Стенфордский консенсус указывает на три фактора с доказанной эффективностью: регулярная аэробная физическая активность (стимулирует васкуляризацию мозга и нейрогенез), настоящее обучение сложным новым навыкам (освоение языков или музыкальных инструментов заставляет строить принципиально новые нейронные сети) и активная социальная вовлеченность. В результате получается примечательный парадокс: внедряя сомнительные цифровые тренажеры, государственные программы параллельно организуют именно то, что советуют ведущие мировые нейрофизиологи — экскурсии, путешествия, лекции, движение и живое общение. И именно эти классические социально-бытовые факторы обеспечивают мозгу реальную доказанную защиту.4,85%
  • 07:44«Квантовая психология», эффект наблюдателя и магия слов: как псевдонаука паразитирует на физике В выпуске на канале «ТОПСПИКЕР» доктор физико-математических наук Алексей Семихатов и доктор психологических наук Виктория Шиманская разбирают популярность «квантовых психологов» и механизмы лженаучных манипуляций. Анатомия манипуляции Псевдоэксперты активно используют эффект терминологического замешательства. Нагромождение строгих научных понятий («когерентность», «доминантная частота», «коллапс волновой функции») перегружает восприятие. В состоянии такого интеллектуального тупика у человека резко возрастает внушаемость, чем и пользуются авторы курсов по «трансформации реальности». Что на самом деле означает «эффект наблюдателя»? В квантовой механике «наблюдатель» — это не человеческое сознание и не «сила мысли», а любое физическое измерение или взаимодействие квантовой системы с окружающей средой (декогеренция). Чтобы «схлопнуть» волновую функцию, разум не нужен — достаточно измерительного прибора или банального теплового излучения стен лаборатории. Иллюзия «управления энергией» Силлогизм «мы состоим из атомов, в атомах заключена энергия, значит, мыслью мы управляем материей» — чистый логический подлог. Мысль — это локальный электрохимический процесс в нейронных сетях, а не ментальный транслятор, перекраивающий физические законы Вселенной. Главный амбассадор темы — Татьяна Черниговская Самой известной фигурой на стыке нейронаук, проблемы сознания и квантовой тематики в русскоязычном пространстве остается Татьяна Черниговская. Ее медийные лекции сделали ее ключевым образом, к авторитету которого одинаково часто апеллируют как популяризаторы науки, так и адепты «квантовой психологии» (хотя академический подход требует строго разделять физические факты и гуманитарные метафоры). Наука — это не инструмент быстрой маркетинговой психотерапии, а дисциплина ума, умение строго анализировать факты и честно работать с неизвестностью. https://youtu.be/7W2B2IHEKJw?si=Tc6z1WqpGfT6Dwhg4,05%
  • 16 авг.Начальные стадии деменции и легкие когнитивные нарушения проявляются не в умении решать головоломки, а в бытовых сбоях. Человек начинает путаться в маршрутах по району, забывает, выключил ли он плиту, теряет нить разговора, по нескольку раз переспрашивает одно и то же или оказывается не в состоянии оплатить коммунальные счета. Пожилой человек может потеряться в собственном дворе или путать порядок действий при приготовлении пищи. На этом фоне предложение лечить подобные поражения мозга с помощью абстрактных компьютерных игр выглядит как профессорский кретинизм. Очевидно, что человек, регулярно теряющий ключи в собственной квартире, не вернет себе бытовую самостоятельность от того, что будет кликать мышкой по зажигающимся на экране квадратикам или запоминать цепочки букв. Попытка подменить реальную адаптацию к жизни дрессировкой на наборе искусственных стимулов кажется обреченной на провал. С этим не согласны разработчики методов когнитивного тренинга. В основу популярных платформ, таких как Люмосити, БрэйнЭйчКью, КогниФит, Нинтендо Брэйн Эйдж и Когмед, легла гипотеза о сохранении нейропластичности в пожилом возрасте. Пользователя тренируют на решение мыслительных задач: в упражнении Дьюал эн-бэк нужно удерживать в памяти совпадения звуковых и визуальных сигналов с шагами назад, в задачах Гоу Нау-Гоу и тестах Струпа — реагировать на один цвет и подавлять реакцию на другой, а в пространственных модулях — проходить лабиринты. Результат тренировок внутри игр никогда не бывает нулевым: участники осваивают алгоритмы и даже становятся мастерами конкретных упражнений. Проблема заключается в отсутствии дальнего переноса, что и вызвало жесткий вердикт научного сообщества и регуляторов. Федеральная торговая комиссия США возбудила иски против разработчиков, обязав их прекратить заявления о профилактике болезни Альцгеймера или повышении интеллекта. Консенсусы ученых из Института Макса Планка и Стэнфордского центра долголетия подтвердили, что доказательная база крайне мала. Выяснилось, что тренировки Дьюал эн-бэк не повышают подвижный интеллект или бытовую концентрацию, игры на контроль торможения не помогают соблюдать график приема лекарств, а прохождение виртуальных лабиринтов не снижает риск заблудиться на улице. Скептики указали на малые выборки в исследованиях разработчиков, отсутствие контрольных групп, влияние эффекта плацебо и замалчивание отрицательных результатов. Современные данные фМРТ пролили дополнительный свет на эту историю. На фМРТ при игровой тренировке наблюдается не системный рост мощности мозга, а эффект экономии, при котором мозг оптимизирует работу узких локальных сетей под конкретный стимул. Стоит предъявить смежную, но необученную задачу, как фМРТ фиксирует активацию сетей с нуля, показывая, что обучение не переносится на другие виды деятельности. Даже когда тренинги стимулируют холинергический тонус, эти биохимические сдвиги редко конвертируются в рост повседневной независимости. Домашние тренировки перед монитором имеют близкий к нулю результат, в то время как занятия под контролем специалистов дают эффект за счет социальной и эмоциональной вовлеченности. Этот тупик не уничтожил сам подход, а заставил его эволюционировать. Вектор исследований сместился к «мультимодальным» вмешательствам. Выполнение задач на внимание одновременно с физической нагрузкой в вызывает выделение нейротрофического фактора, создавая окно пластичности. Сложность же настраивается через мониторинг ЭЭГ и айтрекинг. Однако, увлекшись фМРТ, биологическими маркерами и VR-шлемами, исследователи рискуют наступить на те же грабли. В порыве высокотехнологичного витка профессорского кретинизма легко забыть, ради чего все это затевалось. Если пациент научился бродить по виртуальной реальности и демонстрирует всплеск нейротрофических факторов, но по-прежнему путает конфорки, забывает принять таблетки от давления и теряется по дороге в аптеку, то вся эта цифровая медицина гроша ломаного не стоит. Главным критерием любого вмешательства остается не красота снимков мозга и не счета в играх, а способность человека справляться с бытовой жизнью.3,91%
  • 17 авг.Все хорошо3,83%
  • 17 авг.Обещание открытого доступа (Open Access) было благородным: демократизировать науку и убрать пейволлы для читателей по всему миру. Реальность сегодня выглядит совсем иначе. То, что начиналось как движение за свободу знаний, превратилось в сверхприбыльный бизнес. За последнее десятилетие плата за публикацию статей взлетела до небес — нередко превышая $3,000–$10,000+ за одну работу. Руководители и издатели коммерческих Open Access платформ (включая такие мега-издательства, как Frontiers, MDPI и другие коммерческие гиганты) выстроили многомиллионные империи на бесплатном труде исследователей. Эта система создает жесткий раскол: Те, у кого есть гранты: Исследователи с крупным финансированием оплачивают эти счета не задумываясь — по сути, переправляя деньги налогоплательщиков напрямую в маржу издателей. Те, у кого денег нет: Молодые ученые, исследователи из стран с ограниченными ресурсами и независимые лаборатории без огромных бюджетов оказываются полностью выброшены из процесса публикации. Бюрократия: Институциональные метрики и грантовые агентства вынуждают авторов стремиться в эти дорогостоящие журналы, лишая качественных статей и поддержки традиционные, некоммерческие и научные общественные журналы. Бюрократическая ловушка: Финансирование зарубежных издательств за счет отечественной науки Позиция научных чиновников и оценочных комиссий заслуживает отдельной жесткой критики. Слепо привязывая KPI, продление грантов и академические рейтинги к публикациям в коммерческих журналах, бюрократия фактически душит национальные и русскоязычные научные журналы. Вместо того чтобы вкладывать средства в развитие отечественной научной периодики, повышение уровня рецензирования, перевода и индексации, официальная политика принуждает ученых выводить лучшие результаты за рубеж. Налогоплательщики оплачивают дважды: сначала сами исследования, а затем — баснословные чеки зарубежным коммерсантам за право эти результаты обнародовать. В это время отечественные журналы остаются без финансирования, авторов и перспектив развития. Как сломать эту систему? Как отмечал Карл Маркс, реальные перемены происходят тогда, когда трудящиеся осознают себя классом и видят свою коллективную силу. В науке ученые — это и есть рабочая сила. Коммерческие издательства полностью зависят от ученых, бесплатно отдающих свое время и экспертные знания в качестве рецензентов и редакторов. Если научное сообщество организованно откажется редактировать и рецензировать статьи для коммерческих журналов с грабительскими APC, эта бизнес-модель просто рухнет. Где публиковаться? Рабочая альтернатива уже существует: Архивы препринтов и открытое рецензирование. Платформы вроде arXiv, bioRxiv, medRxiv и Zenodo обеспечивают немедленный и бесплатный доступ к научным результатам. Если препринт не вызывает интереса, дискуссий или цитирований в профессиональном сообществе, то уплата $5,000 за «брендовый штамп» традиционного журнала ничего не изменит. А для действительно значимых работ будущим являются некоммерческие журналы с моделью Diamond Open Access (бесплатно и для авторов, и для читателей) и независимое сообщество экспертов. Пора прекратить бесплатно отдавать свой труд на укрепление чужих коммерческих состояний и начать требовать изменения системы оценки науки в пользу независимых и отечественных платформ. #OpenAccess #Наукометрия #АкадемическоеИздательство #Наука #НаучнаяПубликация3,59%
  • 16 авг.Энди Кларк — британский философ и когнитивист, один из главных апологетов теории предсказывающего кодирования. Недавно он получил престижную премию Жана Нико за исследования сознания. Суть его концепции проста: мозг не воспринимает мир пассивно, а непрерывно генерирует «контролируемую галлюцинацию» сверху вниз, используя зрительный нерв лишь для точечной подгонки деталей. Анатомический факт преобладания нисходящих проекций из зрительной коры V1 в латеральное коленчатое тело над восходящими сигналами от сетчатки Кларк возводит в абсолют. Но насколько его выводы применимы к жизни? Недавно я прожил идеальную иллюстрацию этого спора на собственном опыте. Я шел по улице и краем глаза зацепил футбольные ворота. Уверенный, что иду к спортивной площадке, я подошел ближе. Поле действительно оказалось перед глазами, но ворот на нем не было — просто большой зеленый луг. В первую секунду я даже подумал, что Кларк прав: мозг дорисовал привычный атрибут на основе контекста, сгенерировав чистую галлюцинацию. Однако позже я вернулся на то же место и решил разобраться. Ворота там действительно стояли, просто чуть в стороне. На подходе к полю с определенной точки они отчетливо попадают в периферическое зрение, но стоит подойти вплотную к краю луга, как они выпадают из обзора. Этот случай отлично показывает, где именно Кларк лукавит. Мозг ничего не выдумывал с нуля. Первоначальный сигнал о воротах был абсолютно реален и честно пришел по зрительному нерву от периферии сетчатки. Ошибка возникла лишь при сборке пространственной карты: мозг зафиксировал объект, но промахнулся с его точной привязкой. А когда я подошел ближе, реальный входящий поток просто вернул меня в действительность. Зрительный нерв отработал идеально, подвела лишь оценка дистанции. Философия Кларка любит превращать обычные особенности периферического зрения в громкие заявления о том, что мы живем в сплошной галлюцинации. Но лишать его наград за это, пожалуй, всё же не стоит — хотя за красивое подтягивание нейроанатомии под философские концепции критиковать его определенно нужно.3,48%
  • 16 авг.Разгоревшаяся дискуссия вокруг вопросов Сергея Шишкина к докладу о когнитивном тренинге для участников «Московского долголетия» (на прошедшем физиологическом съезде) предсказуемо вылилась в полемику, местами переходящую на ad hominem. Лично я не знаком во всех деталях ни с текущей программой «Московского долголетия», ни с текстом конкретного доклада. Однако суть проблемы понятна — мы не раз обсуждали эту тему с Сергеем. Прецедент продажи «коммерческого когнитивного тренинга» под видом научно обоснованной методики далеко не нов. Достаточно вспомнить громкий случай с компанией Lumos Labs (Lumosity), которую Федеральная торговая комиссия США (FTC) в 2016 году оштрафовала на $2 млн за введение пользователей в заблуждение: заявления о том, что их когнитивные игры предотвращают деменцию и улучшают память, не имели под собой достаточной доказательной базы. Сегодня аналогичные продукты находят сбыт в рамках госпрограмм. По мнению Сергея, когда за внедрение подобных технологий берутся предприниматели без должной квалификации, а критический взгляд ученых игнорируется, это подрывает доверие ко всей индустрии нейротехнологий. Из озвученных тезисов и имеющихся данных картина складывается следующая: Госфинансирование: Выделены бюджетные средства на программы активного долголетия. Закупка продукта: Часть бюджета направлена на «когнитивный тренинг». Заявленный эффект: Утверждается, что тренировки улучшают память, внимание, когнитивные функции и стимулируют нейропластичность. Статус: Процесс проходит без медицинского контроля и формально не является лечением. Суть методики: Есть обоснованные подозрения, что тренинг сводится к натаскиванию на конкретные игровые механики, не давая реального переноса (transfer effect) на повседневные когнитивные навыки. Научный контекст: Скепсис опирается на консенсус академического сообщества. В метаанализах (напр., Melby-Lervåg & Hulme, 2013; Simons et al., 2016) систематически показано, что брейн-тренинги улучшают лишь результат в самой тренируемой задаче (ближний перенос), но практически не дают дальнего переноса на общие когнитивные способности или повседневную жизнь. Консенсусное заявление Института Макса Планка и Центра долголетия Стэнфордского университета (A Consensus on the Brain Training Industry from the Scientific Community, 2014) прямо указывает на отсутствие серьезных доказательств того, что подобные игры предотвращают когнитивный спад. Реакция: Четких научно обоснованных ответов на эти возражения со стороны докладчика получено не было. Вывод: Эффективность выбранного тренинга и его соответствие заявленным целям госпрограммы остаются под большим вопросом. Без жесткого аудита со стороны научного сообщества грань между реальными нейротехнологиями и коммерческой имитацией окончательно размывается.2,74%
  • 18:29Сила мысли над материей — это не просто крылатое выражение, это может быть самой настоящей биологией. Революционное исследование лаборатории д-ра Лирон Розенкранц из Университета Бар-Илан (Медицинский факультет им. Азриэли), опубликованное в журнале Nature Human Behaviour, показывает, что то, куда вы направляете своё внимание, может напрямую изменять физический иммунный ответ вашего организма. Ключевые выводы: Прямое влияние: У здоровых добровольцев, сосредоточивших внимание на небольшом участке острого воспаления кожи, наблюдался воспалительный ответ в 1,5 раза меньше и более быстрое восстановление по сравнению с тем временем, когда они отвлекались. Поразительная стабильность: Почти у 90% участников воспаление уменьшилось просто благодаря переключению внимания внутрь себя. Двойной путь: Мозг влияет на этот ответ через два различных механизма — сенсорные сигналы от тканей и нисходящие когнитивные пути (эффект сохранялся даже тогда, когда исследуемая область была обезболена местным анестетиком!). Обычно мы думаем о мозге как о пассивном приёмнике телесных ощущений. Эти результаты, полученные под руководством д-ра Нофар Мизрахи и проф. Менахема Роттема, свидетельствуют о том, что субъективное внимание является активным участником физиологической регуляции. Хотя исследование было сосредоточено на остром воспалении кожи у здоровых людей, оно открывает захватывающие вопросы о том, как взаимосвязь разума и тела может повлиять на восстановление, заживление ран и хронические заболевания в будущем. https://www.nature.com/articles/s41562-026-02541-1 #Нейронаука #Психоиммунология #СвязьРазумаИТэла #МедицинскиеИсследования #УниверситетБарИлан #БиомедицинскаяНаука2,51%
  • 16 авг.Из рубрики «Нелепая смерть» Карен Веттерхан — американский профессор химии Дартмутского колледжа, известная исследованиями в области токсикологии тяжелых металлов и трагической гибелью, кардинально изменившей стандарты безопасности в химических лабораториях. Веттерхан изучала механизмы воздействия канцерогенов и соединений хрома(VI) на молекулярных системах in vitro, включая очищенную ДНК, белки репарации и микросомы, на культурах клеток человеческих легких, а также на моделях лабораторных грызунов in vivo для оценки системной токсикокинетики и опухолевых процессов. В августе 1996 года, работая со спектроскопией диметилртути, она пролила каплю этого токсичного соединения себе на руку. Карен была в латексных перчатках, однако диметилртуть за доли секунды проникла сквозь латекс и быстро всосалась через эпидермис в системный кровоток. Попав в кровь, соединение связывалось с цистеином, образуя комплекс, молекулярно имитирующий аминокислоту метионин. Из-за этого структурного сходства белок-транспортер LAT1 гематоэнцефалического барьера перенес токсин напрямую в ткань мозга. Внутри ЦНС диметилртуть медленно метаболизировалась в метилртуть и ионы неорганической ртути, что вызвало пятимесячный скрытый период, пока яд постепенно накапливался в тканях. Когда его концентрация достигла критической массы, ионы ртути заблокировали антиоксидантные ферменты тиоредоксинредуктазу и глутатионпероксидазу, вызвавши тотальный оксидативный стресс, а также связались с тубулином, заблокировав аксональный транспорт и разрушив цитоскелет нейронов. Блокада захвата глутамата астроцитами привела к массовой гибели клеток по механизму эксайтотоксичности. У ученой начались агнозия, атаксия, потеря слуха и зрения из-за массивного гибели нейронов в коре мозжечка, а также в зрительной и слуховой зонах коры. Несмотря на хелаторную терапию, Карен Веттерхан впала в кому и скончалась летом 1997 года. Расследование этого случая доказало непригодность латекса и неопрена для работы с диметилртутью, что привело к обязательному использованию многослойных ламинированных перчаток и пересмотру мировых протоколов работы с токсичными металлоорганическими соединениями. #нелепаясмерть2,51%
  • 15 авг.(Здесь случайно не то видео. См. правильное видео ниже.) Сергей Шишкин разбирает спорные вопросы «мовсковского долголетия», показывая при этом недюжинные знания, эрудицию и интеллект. #спорныевопросы #шишкин #интеллект2,06%
  • 15 авг.Действительно ли ученые «со странностями»? Несколько историй из лаборатории Когда говорят о плагиате, выходе за рамки или академических эксцентричностях, часто складывается впечатление, будто научная среда как-то особенно склонна к странному поведению. Не думаю, что наука в этом плане уникальна, — она просто отражает весь спектр человеческой природы. Но за годы работы мне действительно выпадала честь и случай пересекаться с очень запоминающимися людьми (некоторые из которых, как покойный Джейсон Ардей, ушли от нас слишком рано). Не называя имен, вспомню лишь несколько случаев: «Автоматизированный» обзорщик: Один коллега физически не мог писать обзорные статьи без копирования чужого текста. Когда я предупредил его, что плагиат разрушит не только его репутацию, но и подставит всех соавторов, он ответил с невероятной наивной уверенностью: «Не волнуйся, я поставил софт, который переделывает ворованный текст в нормальный». Спаситель животных: Другой исследователь однажды тихо вынес из лаборатории подопытное животное и забрал его к себе домой — был искренне убежден, что в его квартире ему будет лучше. Лабораторный саботаж: Доводилось слышать и более мрачные истории. Помню рассказ о том, как один сотрудник по ночам пробирался в лабораторию и капал что-то не то в гистологические пробирки своих конкурентов — крайнее и трагическое проявление токсичной сопернической среды. Личная цена давления: Если говорить серьезно, психологическое давление в академической сфере огромно. Я знал многообещающего студента, который строил коннективистские модели в психологии, но глубоко разочаровался и покончил с собой. Другой довольно известный нейрофизиолог ушел из жизни из-за тяжелой ипохондрии. Громкие скандалы с плагиатом и нарушениями этики попадают в заголовки, но реальность научной жизни состоит из всего диапазона человеческих черт: гениальности, слабостей и уязвимости. Ученые — не другой биологический вид, а обычные люди, работающие под определенным типом давления. #Наука #АкадемическаяСреда #Нейрофизиология #НаучнаяЭтика #ЧеловеческийФактор1,95%
  • 15 авг.Исследование нейробиологов из Массачусетского технологического института раскрывает механизм, с помощью которого мозг использует недавний сенсорный опыт для принятия решений. Учёные обнаружили нейронную цепь, связывающую латеральное заднее ядро таламуса и переднюю поясную кору головного мозга. В ходе экспериментов с обученными мышами выяснилось, что таламус не просто фильтрует зрительную информацию, а вычисляет степень отклонения текущих стимулов от недавно увиденных. Получив эти данные, передняя поясная кора преобразует их в итоговый выбор, определяя, стоит ли сохранить прежнюю стратегию или изменить поведение. С помощью оптогенетического воздействия исследователям удалось подтвердить, что нарушение работы этого пути напрямую мешает животным правильно интерпретировать новые данные на основе прошлого опыта. Открытие позволяет лучше понять не только фундаментальную работу восприятия, но и механизмы сенсорной чувствительности при расстройствах аутистического спектра. https://www.science.org/doi/10.1126/science.aeg47201,71%