Езда в остров Любви 🇷🇺

А если спросят как дела – да заебись все

Сочинил биографическое стихотворение: Пишет роман Александр Хан

Отец любил использовать в речи лже-цитаты Ленина. Откуда в нем это, каков их источник, я так и не узнал. Мать и остальные домашнии никак на них не реагировали, даже с каким-то раздраженным равнодушием реагировали скорее, как на старую надоевшую домашнюю шутку. В основном цитаты Ленина были связаны с алкоголем, произносились важным тоном с долгим и подробным вступлением где, когда и при каких обстоятельствах Ленин это сказал или написал. Вот некоторые из них: "Борщ без водки – суп из капусты". Существовала ещё модификация: "Пельмени без водки – тесто с мясом". Некоторые блюда отец не признавал отдельно от рюмки, воспринимал рюмку водки как неотъемлемое дополнение, которое и создаёт дух этого блюда, возвышая его от материального состава до культурной надстройки. "После бани укради, но выпей" – при этом в баню отец никогда не ходил, но покупку водки в гастрономе всегда сопровождал этой фразой важно подняв указательный палец вверх. Смысл цитаты, что мол есть осознанная необходимость в жизни, которая позволяет для её реализации, чтобы порядок был в вещах и шестеренки космического механизма продолжали вертеться, позволяет даже от линии партии временно отступать, например, идти на воровство. Были и другие. Сегодня я проснулся в пять утра и почему-то вспомнил про все это. Куда деваются все эти милые мелочи жизни после смерти? Вся эта бескорыстная ерунда, глупые как домашний халат привычки, словом вся та мелочишка, которая будто и ни для чего не нужна, но которая и составляет то чем человек является в живой жизни. Думал что же бывает после смерти. Кажется, что пашет и въебывает твоя эмпирическая личность, но ей-то как раз ничего не достанется, в отличие от души бессмертной распадется. И милые мелочи так же распадутся в памяти, ничего их не запечатлеет, никто не сохранит. На ту сторону ужасно не охото, но, кажется, нас никто не спросит. Потом я снова заснул и поспал весьма неплохо.

Литературовед Павел Берков не совершил никакого переворота в науке о русском XVIII веке, но зато сделал эту эпоху предметом систематического изучения: работал в архивах, возвращал в научный оборот забытые имена, занимался библиографией и десятилетиями выстраивал научную инфраструктуру. Читайте в материале Сергея Воробьева о трудах «ученого-реставратора», который предпочитал сложные задачи легким. https://gorky.media/context/uchenyi-restavrator

Обложка стильная

Реакция со слезами удалена

Извините, пожалуйста

Я вас отучу бля плаксивые смайлики ставить

В петербургских ресторанах знают, что я психопат ебаный и вилку не выдают. Потому что если мне выдать вилку, то я себя изрежу. Но ничего, однажды я поеду на железной дороге – недалеко, совсем недалеко – в какой-нибудь областной город, где лицо моё никому не знакомо. Тут то и покуражимся.

Я человек простой: вижу нож – начинаю ковыряться им в себе.

"Человек талантливый, – с тревогой бормотал отец Белого, профессор Бугаев, на похоронах Соловьева и добавлял: – Но больной: да-с, знаешь ли, и галлюцинации видел".

Книга "Товарищ Сталин, спящий в чужой комнате" писалась весело, как детская игра. Но она была построена на запретах: нельзя писать про себя (по сути запрет на лирику), нельзя пользоваться реальным опытом, только метафизика. Нельзя писать гладко, запрет на сложную рифму, чем корявее тем лучше. Лучше плохо, чем хорошо. При этом нельзя делать высказывания в духе пост-концептуализма. Нельзя, чтобы текст был иллюстрацией к концепту. Нельзя чтобы это означало что-то кроме себя. Через эту оптику я пытался вернуть поэзию к первоначальной красоте вне семиотического разделение на означающее и означаемое. Во второй книжке я старался сломать собственную манеру через (дисцилировав по разделам) обращение к жж-поэзии, рациональное конструирование архитектуры текста, афористичность, классическую гармонию. Что же из этого выйдет?

На небезызвестном пресс-релизе нашего с поэтом Тимуром Селивановом мероприятия, которое пройдёт 15 августа в галерее БОРЕЙ, сказано, что событие приурочено к презентации его книги ПОВЕСТИ И РАССКАЗЫ и моей книги ТОВАРИЩ СТАЛИН, СПЯЩИЙ В ЧУЖОЙ КОМНАТЕ, но на деле это верно лишь отчасти. У моей книги это будет презенцатия окончания первого года её свободного плавания. Ну как ты там, книжка? Хорошо ли тебе? Повторю и свой вопрос публике: стала ли ты умнее за этот год, публика? Поэт неволен требовать ответа. А все же и пожурить может. Вспоминаем самые поучительные стихи из моей книги. Пусть их мораль будет вызжена на сердце каждого читателя. В КРЕМЛЕВСКОМ БУФЕТЕ В кремлёвском буфете, где хрустят сухари, Хрущёв и Калинин, два друга, За чашкой «кофе» (между нами, чай) Вели речи о веке, о Гражданской войне. Хрущёв с ухмылкой клал в свой лоток сыр (Сказал, что «буржуйский», но «пролетариата друг»): «Помнишь, Калинин, как в двадцать втором году В Крыму вампиры подняли кровавый рупор?» «Помню», — сказал седой Калинин с суровым лицом, С тростью в руке, что по правде была Просто палочка с надписью: «Пролетариат!», И добавил в свой лоток «макаронную стружку». «Они, понимаешь, кровь народа пили, — Говорил Хрущёв, — и кровавый трон свой строили. Мы, пролетарии, им гроб ковали, Всю их буржуазную систему разгромили!» Калинин кивнул, налил «кофе» себе (Между нами, просто чай с бергамотом): «А помнишь, Никита, как вампиры в атаку шли? И как кровавые ручьи текли за бортом?» Хрущёв, кивая, добавлял в лоток колбасу: «Всякий, кто кровавую корону носил, Тот наш враг, товарищ! И его кровавый трон Мы пролетариатом на куски разбили!» В буфет зашёл Маленков с портфелем в руке (В нём, как говорят, кровавые тайны хранились). Хрущёв прошептал: «Сволочь!» — И чайник с «кофе» в стену швырнул.

Кошка в переноске, когда летит в самолёте или едет в поезде, плачет, потому что кошачье сознание не вмещает времени: кошка думает что происходящее ныне будет длиться вечно. Так же и я: мне повязывают бантик – я думаю, что всегда буду красивым; друг со мной холоден – думаю как жить с этим дальше; пью медвяную росу – и горизонт кажется бесконечной взлетной полосой. Нужно ли выстраивать связь со временем, фундировать себя в длительности, учиться понимать когда "пора" и когда "прошло"? Мне кажется я с ума от такого сойду, моему внутреннему существу это не органично. Лучше укреплять через молитву и пост связь с вечностью и смотреть на время снаружи 🙏😇😘

Хули вы плачете? В реакциях

"В годы отрочества, долгими петербургскими зимами, когда мальчик с трудом продирался через предметы учебной программы в наводящей тоску школе, он, как сам писал, невзначай потерял душу". Аврил Пайман про Блока

Хорошо быть тихоней Хорошо быть кошкою, хорошо собакою: где хочу пописаю, где хочу покакая Хорошо быть просвещенным русским фашистом в окружении либеротной мерзости Хорошо жить в СССР Хорошо плыть на теплоходе, пить чай да беседовать о русской литературе Хорошо в своих людях ходить в халате, а среди посторонних в модных спортивных штанах Хорошо в иностранном государстве громко говорить по русски когда тебя никто не понимает Хорошо ли забывать отчество у тирана я не уверен Хорошо летом собирать ягоды и готовить варение, а зимой это варение есть Хорошо молодость вспоминать без ностальгии, а бывших возлюбленных без досады Хорошо не стесняться писать банальности Хорошо полететь на воздушном шаре или застрелиться

Какой печальный праздник Первомай! По выходным счас ничего не продавают, Сидят граждане, позапершись по домам, Одни солдатики, печальные, гуляют. И я брожу меж них туда-сюда По двухэтажным улицам воскресным, И жизнь уходит, как меж пальцами вода, Чрез эту пыльную унылую окрестность. Но верю я, что есть такая дверь, Где все не так, где все совсем другое, Где чудеса! Где гости! Где портвей! Как будто в молодости! Будто при застое! Где за накрытым все сажаются столом, Где нету нужды думать, много ль водки Оно закуплено, где имеются при том И незнакомые — и незамужние! — красотки; Где дикой громкости орет магнитофон, Отчаянною музыкой пленяя, Где, засадив стакан, другой, потом Все в пляс как вдруг бросаться начинают; Где вот уж вечер, вот уж ночь, и вдруг — Всех вдруг задумчивость волною накрывает. Все начинают приглашать подруг, Попарно сильно с ними танцевают, И я брожу, хожу туда-сюда, И я ищу, ищу я двери эти… Но это видно, только дивная мечта! Ах, как печально жить на белом свете! … Мирослав Немиров, великий русский поэт #Morgenandacht

ГОВОРИМ О ПОЭЗИИ С СЕРГЕЕМ ВОРОБЬЕВЫМ И ТИМУРОМ СЕЛИВАНОВЫМ 15 августа в арт-центре «Борей» поэты Сергей Воробьев и Тимур Селиванов обсудят свои и чужие стихи — по существу и по возможности без специальных терминов. В программе: - похвала хорошим поэтам и…