𝕮𝐀𝐍𝐄𝐌 (𝖂)𝐀𝐋𝐓𝐙

100.

100.

⭐🤩ириус только хотел что-то ответить, хотел сказать, кто он такой, хотел потребовать, чтобы его узнали, чтобы вспомнили его лицо и его имя, которое еще вчера открывало перед ним любые двери. Но язык словно примерз к небу, а в горле застрял такой плотный ком, что он не мог выдавить из себя ни звука. Он молча развернулся и вышел, чувствуя, как горят щеки от стыда и собственной жалости, как внутри что-то окончательно обрывается, падая в пустоту. Даже здесь, в месте, которое всегда казалось ему безопасным, он оказался никем. Блэк не мог унять эту глупую привычку — надеяться на что-то хорошее. Это плохо. ⭐🤩 тот же вечер он попытался украсть еду. Это вышло… почти случайно, далеко не от отчаянного решения. Рука будто сама потянулась вперед, а мозг не успел осознать, что он делает. Сириус стоял у базарной лавки с выпечкой на оживленной улице, смотрел на горячие, румяные булки, от которых поднимался пар, и вдруг понял, что больше не может терпеть. Если он прямо сейчас не съест хоть что-нибудь, то просто свалится на тротуар и больше не встанет. А выживание стояло выше этого. ⭐🤩ука дернулась вперед, схватила что-то — хлеб? Блэк даже не успел понять — и в ту же секунду чей-то тяжелый кулак врезался ему в висок с такой силой, что перед глазами вспыхнули белые искры. Все смешалось в один сплошной ком из боли, стыда и страха, стоило ему рухнуть на тротуар уже не от голода. Двое здоровых мужчин схватили его за руки, выкручивая конечности до хруста суставов, и один ударил ногой в уже поврежденное колено, другой — в живот, раз, другой, третий, и воздух с очень жалким звуком вылетел из легких, оставив после себя что-то острое и болезненное. Булочка, ради которой все началось, упала в лужу и раскисла прямо там, превратившись в бесформенное месиво. ⭐🤩ириус лежал на асфальте, прижимая руки к животу, сквозь звон в ушах кое-как слышал, как незнакомцы ругаются и называют его воришкой, паршивым уличным псом, которого следовало бы сдать в полицию. Никто не остановился помочь, никто даже не посмотрел с жалостью, люди просто обходили его стороной, как обходят грязь на дороге, и от этого равнодушия становилось еще холоднее, чем от ночного ветра. Но удалось обойтись без полиции. Юноша жалобно извинялся, спотыкался в словах, лишь бы его отпустили. Никому не хотелось тратить время на случайного бездомного. ⭐🤩му удалось доползти до ближайшего переулка, вновь спрятавшись между мусорных баков, и Сириус сидел там, только Бог знает сколько, прислонившись к стене, обхватив живот руками и покачиваясь из стороны в сторону, пока боль не стала чуть тише. Мышцы все еще пульсировали в такт сердцебиению, но если сильно не двигаться, то было лучше. Голод уже не просто мучил, он начинал менять что-то внутри юноши, как и это избиение. Он делал мысли короче, злее, проще, сводил все многообразие мира к трем вещам: остаться в живых, найти еду, не сдохнуть. Все остальное отступало на второй план, как ненужная роскошь. Оказывается, ценности умеют меняться до жути быстро. ⭐🤩а четвертый день, когда уже совсем стемнело и город снова накрыло сырым туманом, он бродил вдоль Темзы, не разбирая дороги и не думая, куда идет. Ноги сами несли его куда-то вниз, под мост, где было чуть суше и темнее, и он уже не сопротивлялся. Сил на сопротивление просто не осталось. И там, в густой тени, между бетонными опорами, он увидел огонь. Небольшой костер горел ярко и ровно, отбрасывая на мокрые стены теплые отсветы, а вокруг него сидели четверо подростков, сбившись в кружок. Это могло показаться скоплением друзей, решивших сделать свою жизнь веселее, если бы обстановка не была сильно очевидной. Они выглядели как птенцы в гнезде. Сидели близко, почти вплотную, лишь бы не потерять накопленного тепла. Двое парней и две девчонки, все примерно его возраста или чуть старше, грязные, худые, в старых куртках и рваных вещах. ⭐🤩ириус остановился в нескольких шагах. Он застыл на границе света и тени, не зная, подойти или уйти, и сердце забилось быстрее от неожиданности и странной, почти забытой надежды. Что он там себе говорил? Плохая привычка, да? Один из парней — высокий, широкоплечий, с коротко стриженной головой и глубоким шрамом, рассекающим бровь, — заметил его первым. Незнакомец поднял голову, прищурился, оценивая Блэка, и вдруг кивнул в сторону костра. ⭐— 🤩одходи. Чего стоишь, как идиот, — сказал он, и тон голоса оказался низким, хриплым, но не злым, а скорее уставшим, с ноткой какого-то ленивого дружелюбия. — 🤩ерзнешь, я же вижу, бедняга. ⭐🤩ириус помедлил еще секунду, разрываясь между осторожностью и отчаянной, жгучей потребностью согреться. Улица уже научила остерегаться, буквально вчера, когда из него выбили последнюю дурость. Но… он все равно медленно, неловко шагнул ближе и сел на корточки напротив костра, стараясь не смотреть слишком жадно на то, что они грели на палочке над углями. Запах был не из плохих. Огонь действительно грел, и от этого тепла, такого простого и настоящего, у него на мгновение защипало в глазах. Юноша уже забыл, каково это, не дрожать от холода. ⭐— 🤩еня зовут Дэнни, — вновь подал голос парень со шрамом, протягивая ему руку через костер, и в его пожатии не было ни снисхождения, ни брезгливости, только странно спокойное, мужское приветствие. — Это Рози, Кейт и Джон, — он кивнул по очереди на остальных, и те посмотрели на Сириуса с любопытством, без враждебности. — Мы тут уже пару недель обитаем, так что место наше, друг. Без обид. Тебя как звать то? ⭐🤩ириус открыл рот и снова закрыл, потому что имя и фамилия, все то, что раньше открывало любые двери и заставляло людей кланяться, теперь казалось ненужным грузом. Он посмотрел на их лица — усталые, настороженные, и вдруг понял, что впервые за все это время кто-то смотрит на него не как на грязь и не как на врага. ⭐— 🤩ириус. Просто Сириус.

⭐🤩тро наступило серым и холодным коконом, будто город специально решил показать Сириусу, насколько он здесь чужд. Он проснулся в каком-то узком переулке за мусорными баками, куда заполз еще ночью из-за нехватки сил. Блэк физически просто уже не мог идти. Его путь был долгим, ноги вели его только вперед, просто дальше от дома, из которого он сбежал. Всю ночь он то проваливался в тяжелое, мутное забытье, то резко вздрагивал и открывал глаза, сжимаясь от колючего ветра, который пробирался под одежду и оседал в костях. Спина затекла от неудобной позы, юноша уснул, прижавшись к промозглой кирпичной стене, за ночь вытянувшая из него, кажется, все оставшееся тепло. ⭐🤩ервым, что Сириус почувствовал, открыв глаза, была не боль и не голод, а острое, тошнотворное ощущение собственной ненужности. Ребра ныли тупой, глубокой болью после вчерашнего падения с высоты, колено распухло так сильно, что штанина с трудом натягивалась на ногу, а ладони, ободранные о ржавую водосточную трубу, покрылись темными, засохшими корочками, которые саднили и трескались при каждом сгибе пальцев. Куртка, которую он стащил у черного входа в спешке, пропиталась сыростью и какой-то вонью еще сильнее. Теперь этот запах смешался с запахом самого Сириуса — грязью, страхом, липким потом и чем-то кислым от мусорного бака. Далеко не так он представлял себе “свободу”. ⭐🤩лэк сидел так довольно долго, просто глядя на мокрый асфальт под ногами и пытаясь понять, что ему делать дальше. В голове, сколько он ни старался, не складывалось ни одной связной мысли, только обрывки, которые крутились по кругу, как заезженная пластинка: “надо встать, надо что-то есть, нельзя возвращаться, надо выжить”. Мысль о возвращении домой поднималась где-то глубоко внутри, как рвотный позыв, и каждый раз, когда она всплывала, Сириус с силой давил ее обратно. Он даже думать об этом не собирается, ни за что. Чтобы снова переступить порог дома? Невыносимо и невозможно. Гордость, та самая каменная и огромная гордость Блэков, которую в нем воспитывали с рождения, вдалбливали вместе с правилами поведения и презрением к магглам, теперь работала против него. Вернуться — значило признать, что мать была права, что Сириус действительно ничего не стоит без их имени, без их денег, без их защиты. Что он просто щенок, которого нужно было высечь и запереть в подвале, как она и обещала. Нет, повторял он себе снова и снова, сжимая челюсть до боли в щеках, лучше сдохнуть здесь, на этой грязной улице, как бездомная собака, чем дать им такую победу. ⭐🤩олод пришел не сразу, а постепенно. Это самый страшный и коварный зверь, напавший так неожиданно. Сначала это было просто легкое урчание в животе, которое можно было игнорировать, отвлекаясь на боль в ребрах или на холод. А потом началась тупая тяжесть, будто кто-то положил внутрь него камень, с каждым часом становящийся все тяжелее и тяжелее. К середине второго дня Сириус уже не мог думать ни о чем, кроме еды, и эта мысль сверлила мозг с такой навязчивостью, что он начал вздрагивать при каждом запахе, который долетал из какой-нибудь забегаловки или из открытых дверей магазина. В голове мелькали картинки сладкой выпечки, горячего и жирного мяса, свежих овощей. Постепенно это становилось невыносимым. ⭐🤩н бродил по улицам, стараясь держаться подальше от людных мест, чтобы не привлекать лишнего внимания, и каждый раз, когда мимо проходил человек с бумажным пакетом из пекарни или с горячим кофе в картонном стаканчике, у него сводило скулы так, что хотелось завыть. Просить парень не умел, его никогда этому не учили, и само слово “пожалуйста” застревало в горле, как кость, острая и колючая. Каждый раз, когда он пытался подойти к кому-нибудь и протянуть руку, внутри поднималась такая волна ярости и стыда одновременно, что он просто разворачивался и уходил прочь, проклинал себя за слабость. Когда он успел пасть так низко? Но особого выбора ему не дали. Он сам себе не дал выбора. ⭐🤩ысль о магическом мире, кстати, не отпускала его, словно назойливая муха в голове. Палочки нет, из чистого воздуха ничего не сделать, и если бы только удалось добраться до “Дырявого котла”… Там его знали, он был уверен. Знали, потому что не раз бывал в этом пабе с отцом и слышал, как к нему обращаются по имени. Там были люди, которые могли бы помочь, хотя бы дать поесть или одолжить палочку, чтобы он мог связаться с Джеймсом, и эта надежда, тонкая и хрупкая, заставляла его снова подниматься на ноги и идти. Сириус шел туда почти целый день, путаясь в переулках, которые все выглядели одинаково, спрашивая дорогу у случайных прохожих и получая в ответ либо равнодушные, скользящие взгляды, либо раздраженные отмашки, либо просто молчание. Это очень неприятно ударяло по гордости, опять. Знакомая вывеска попалась на глаза далеко не сразу, но что-то внутри на мгновение сжалось от надежды. Там должны помочь, да? Как бы он это ненавидел, но он — Сириус Орион Блэк. Его обязаны помнить. ⭐🤩агнув внутрь, в тепло и запах эля с жаренным мясом, юноше на секунду показалось, что он сейчас просто упадет от облегчения. Но бармен, тот самый Том, который обычно кивал ему с легкой, почтительной улыбкой, когда он приходил с отцом, посмотрел на него сверху вниз долгим, оценивающим взглядом. Грязная куртка, спутанные волосы, опухшее колено и ободранные руки. В этом взгляде не было ничего, кроме брезгливости, не то, что хотя бы жалости. Мужчина явно не признал в нем отпрыска древнего и знакомого рода, а если и признал, то сделал вид, что нет. Все же видеть перед собой грязного бродягу было удобнее, чем наследника Блэков, у которого теперь ничего нет. ⭐— 🤩ы не пускаем таких, — сказал Том ровно и спокойно, в голосе не было ни капли тепла или сочувствия, только холодная, отстраненная вежливость, за которой пряталось презрение. — Иди-ка отсюда, парень, пока я не позвал кого не надо. Здесь не приют для бездомных.

🙂🙂🙂➿🤩𝐇𝐀𝐏𝐓𝐄𝐑 𝐈𝐈:: 🙂🙂🙂➿🌟#𝐏𝐋𝐎𝐓 🙂🙂🙂➿🤩𝐢𝐭𝐭𝐢𝐧𝐠 𝐦𝐲 𝐛𝐨𝐭𝐭𝐨𝐦 ⭐⭐⭐⭐🌟🌧️🌨️🌨️🌧️ 🌟🌟🌟𝐌𝐄𝐍𝐓𝐈𝐎𝐍𝐄𝐃 :: 𝐉𝐚𝐦𝐞𝐬 𝐏𝐨𝐭𝐭𝐞𝐫

🤩🤩➿🤩𝗻𝘁𝗲𝗿𝗮𝗰𝘁𝗶𝘃𝗲 🤩🤩➿— 𝔜𝔬𝔲'𝔯𝔢 𝔰𝔬 𝔭𝔯𝔢𝔠𝔦𝔬𝔲𝔰 ⭐🖤🖤🤩т 🤩еня 🔣цитата, которая подходит к вашему персонажу. 🔣красивый коллаж в эстетике, в которой я вас вижу (в стиле моих баннеров, но не совсем). ⭐🤩🤩🤩т 🤩ас 🔣ссылка на дв/написать от лица в комментарии. 🔣имя и фк на английском. 🔣репост по желанию, ибо мест мало. 🔣много терпения, результаты будут небыстрыми. 🔣🤩🤩🤩 допов не будет, простите.

почему именно сириус? было желание создать другого персонажа?

ой ну удачи кьют!! у меня плохо,друга потеряла в прошлом месяце,теперь еще ругают,у меня как обычно,у меня из друзей даже 4 человека почти.

какие песни из плейлиста по твоему мнению больше всего подходят сириусу?

привет кьюти,мне писать то тоже особо нечего,от скуки умру скоро, как ты? как делишки??🌟🌟

𝐀𝐍𝐎𝐍

⭐🤩ни спустились с башни вниз уже глубокой ночью, когда звезды начали потихоньку бледнеть, уступая место намекам на рассвет. В гостиной Гриффиндора их встретила привычная, шумная картина, которая сейчас казалась особенно домашней и уютной после тишины и холода Астрономической Башни. Джеймс стоял посреди комнаты с видом одновременно победителя и мученика, а его волосы, обычно и без того растрепанные, теперь торчали в разные стороны и слабо искрились остатками какого-то заклинания. Лили, сидевшая в кресле с книгой на коленях, выглядела до ужаса довольной, хотя и пыталась сохранить строгое выражение лица. ⭐— 🤩 всего лишь сказал, что ее волосы сияют ярче, чем Солнце! — оправдывался Джеймс, активно жестикулируя и тыча пальцем в сторону Лили. — Это был комплимент! Чистейший, невиннейший комплимент! А она— она—! ⭐— 🤩то было не проклятие, Поттер, а небольшое воспитательное заклинание, которое отучит тебя орать на всю гостиную, когда нормальные люди пытаются читать, — отозвалась Лили, даже не поднимая глаз от книги, но уголки ее губ предательски подрагивали в улыбке. ⭐🤩имус, сидевший на подлокотнике соседнего дивана с кружкой чего-то дымящегося, устало тер переносицу и вставлял свои обычные комментарии, призывая обоих к спокойствию и напоминая, что сейчас вообще-то три часа ночи и неплохо бы дать остальным поспать. Но его никто не слушал. Как всегда. ⭐🤩 обычный день Сириус уже влетел бы в самый эпицентр этого спора, подлил масла в огонь, начал бы подкалывать Джеймса и подмигивать Лили, пока та не запустила бы в него книгой. Но сегодня все было иначе. Сегодня он, даже не взглянув толком на своих друзей, осторожно потянул Марлин за рукав в сторону, туда, где у почти потухшего камина сиротливо стоял пустой, никем не занятый диван. Она пошла за ним без единого слова, не задавая вопросов, будто это было самым естественным решением на свете. ⭐🤩ни уселись на диван, и Марлин только сейчас поняла, как сильно замерзла за те часы, что они провели на башне. Холод пробрался глубоко под кожу, пальцы почти не гнулись, а по телу то и дело пробегала мелкая дрожь. Сириус заметил это сразу, потому что он вообще в последнее время замечал все, что касалось ее, и, не говоря ни слова, стянул с плеч свою мантию. Тяжелая, теплая ткань легла на плечи Марлин, окутывая ее запахом дома, костра и чего-то еще — того самого, что она всегда чувствовала, когда он оказывался рядом, но не могла подобрать этому названия. ⭐— 🤩ириус, ты тоже замерз, — попыталась возразить она, хотя пальцы уже сами собой вцепились в края мантии и закутывались в нее поплотнее. ⭐— 🤩 в порядке, — отмахнулся он с той самой небрежной улыбкой, которая была его коронным выражением лица, но сейчас в ней сквозило что-то гораздо более глубокое и нежное. — У меня внутри своя звезда, забыла? Жгучая и палящая, как ты сама сказала. Мне не холодно.

⭐🤩ириус не выдержал первым. Он то и дело отрывал взгляд от своей тетради и бросал короткие, осторожные взгляды на девушку, сидящую рядом с ним. Марлин в эти моменты была особенно красива, хотя она и не делала для этого ровным счетом ничего — просто сидела, чуть нахмурив брови, и сосредоточенно что-то выводила на пергаменте, и тусклый свет далеких звезд мягко очерчивал линию ее профиля, запутывался в светлых волосах, делая их почти серебряными. ⭐— 🤩лушай, МакКиннон, — начал он небрежным тоном, будто не собирался сделать это целую минуту. — Ты же у нас главный эксперт по всему, что летает в космосе и светится по ночам. Расскажи мне про одну звезду. Что о ней пишут в твоих умных книгах? ⭐🤩арлин оторвалась от своих записей и посмотрела на него с легким удивлением, потому что Сириус никогда прежде не проявлял ни малейшего интереса к астрономии сверх того, что требовалось для сдачи экзаменов. Но она тут же отложила перо и повернулась к нему всем корпусом, готовая делиться знаниями с тем рвением, которое всегда в ней просыпалось, когда кто-то проявлял интерес к ее любимому предмету. Особенно, когда это человек перед ней. ⭐— 🤩онечно, расскажу, если ты скажешь, какая именно звезда тебя интересует. ⭐🤩н поднял руку и указал пальцем вверх, в ту сторону, где среди бесчисленных огоньков ночного неба ярче всех сияла одна-единственная звезда — бело-голубая, ослепительная, словно вобравшая в себя весь свет этой ночи. ⭐— 🤩от эта, — сказал он с какой-то странной интонацией, в которой смешались гордость и легкая, почти детская неловкость. — Сириус. Моя звезда, если можно так выразиться. Родители назвали меня в честь нее, представляешь? Что про нее говорят? ⭐🤩арлин перевела взгляд на знакомое созвездие Большого Пса, отыскала глазами ярчайшую точку и улыбнулась — мягко, понимающе, словно начинала догадываться, почему он спрашивает именно об этой звезде. ⭐— 🤩, про Сириус можно рассказывать часами, — проговорила она, устраиваясь поудобнее и обхватывая колени руками. — Это самая яркая звезда на всем ночном небе, ее видно почти из любой точки Земли, и люди знали о ней с древнейших времен. Само название “Сириус” происходит от греческого слова, которое означает “жгучий”, “палящий” или “сверкающий”. Египтяне связывали ее восход с разливом Нила и считали звездой богини Исиды, а римляне называли ее “собачьей звездой” и верили, что именно она приносит летнюю жару. ⭐🤩лондинка замолчала на секунду, просто наслаждаясь тем, как внимательно Сириус ее слушает, даже не перебивая и не отпуская своих обычных ехидных комментариев. Это было так на него не похоже. ⭐— 🤩о самое интересное, — продолжила она тише, — это не то, что мы видим. Большинство людей думает, что Сириус — это просто одна очень яркая звезда, но на самом деле это двойная звездная система. Есть Сириус A — та самая, которую мы видим, огромная, горячая, ослепительная. И есть Сириус B — ее невидимый спутник, белый карлик. Он крошечный по сравнению с ней, тусклый, почти незаметный, но он есть. Он всегда там, рядом, и без него вся система была бы совсем другой. ⭐🤩ириус замер, и его пальцы, до этого рассеянно теребившие край тетради, вдруг застыли. Что-то в ее словах зацепило его сильнее, чем он ожидал. Образ невидимого спутника, который всегда рядом, но скрыт от посторонних глаз, почему-то отозвался в душе странным чувством. ⭐— 🤩евидимый спутник, значит, — пробормотал он тихо, глядя на звезду так, словно видел ее впервые в жизни. — Это довольно… красиво, МакКиннон. Я не знал. ⭐🤩на только улыбнулась и хотела вернуться к своему учебнику, как вдруг ее взгляд случайно упал на раскрытую страницу его тетради, которую он, кажется, забыл прикрыть ладонью. И то, что она там увидела, заставило ее замереть. ⭐— 🤩ириус, — позвала она медленно, и в голосе ее прозвучало искреннее, теплое изумление. — Что это у тебя такое? ⭐🤩лэк вздрогнул и попытался захлопнуть тетрадь, но было уже поздно, потому что Марлин мягко, но настойчиво перехватила его запястье и развернула тетрадь к себе. На раскрытой странице был вовсе не конспект лекции и не домашнее задание, а рисунок, который был хорош. Не идеальный, конечно, с парой неровных линий и одним смазанным углом, но выполненный с такой тщательностью и вниманием, какие Сириус Блэк обычно не проявлял ни к чему, кроме своих проделок или очередного плана по доведению Снейпа до белого каления. Каждая звезда была обозначена аккуратной точкой, от них тянулись соединительные линии, и все это вместе складывалось в карту ночного неба, которая, видимо, была скопирована с настоящей астрономической карты, но с каким-то личным, почти интимным вниманием к деталям. ⭐🤩ириус замер, и его щеки, которые, казалось, вообще не умели краснеть, сейчас предательски залились темным румянцем, заметным даже в тусклом свете звезд. Он краснеет? Это нужно обвести в календаре огромным, жирным кружком. ⭐— 🤩то просто так, — пробормотал он быстро, пытаясь вырвать тетрадь обратно. — Я баловался на скучной лекции. Ничего особенного, честное слово. Отдай, МакКиннон. ⭐🤩о Марлин уже не слушала его протестов, потому что ее взгляд скользнул чуть ниже — туда, где была схема созвездия, несколько звезд, соединенных тонкими линиями, и в центре, самая крупная и тщательно заштрихованная, горела точка, подписанная мелким, почти микроскопическим почерком. Марлин прищурилась, поднесла листок ближе к глазам и вдруг замерла, потому что крошечными буквами прямо в сердце звезды было вписано её собственное имя. “Марлин”. Выведенное с таким старанием, будто каждую букву Сириус вырисовывал отдельно. ⭐— 🤩то… — она запнулась и подняла на него глаза, полные такого неподдельного, светлого удивления, что у Сириуса перехватило дыхание. — Сириус, это мое имя. Ты вписал мое имя в свою звезду. Зачем? ⭐🤩н резко выдохнул и запустил пальцы в волосы, отводя взгляд куда-то в сторону, туда, где каменная кладка башни уходила в темноту. Сердце колотилось о ребра, и он чувствовал себя до глупого уязвимым, пойманным с поличным на чем-то, что и сам еще не до конца осознал. ⭐— 🤩 не знаю, ладно? — выпалил он почти с отчаянием, но при этом старался говорить легко и небрежно, хотя получалось у него из рук вон плохо. — Просто подумал, что эта звезда, ну, слишком большая и слишком яркая, чтобы быть совсем одной. Подумал, что ей нужен кто-то… ну, не знаю… кто-то, кто будет рядом. Чтобы она не выглядела так самодовольно в одиночестве. И подвернулась ты. Не знаю. ⭐🤩лэк попытался выхватить тетрадь у нее из рук, но Марлин мягко и решительно отвела его ладонь в сторону и, не говоря ни слова, аккуратно, почти благоговейно вырвала листок с рисунком из тетради. Блэк замер с приоткрытым ртом, глядя, как она бережно складывает листок вдвое и прячет его в свою собственную тетрадь, ту самую, с потертой темной обложкой, из которой торчали желтые уголки вкладышей. ⭐— 🤩ы что делаешь? — выдавил он, все еще красный и растерянный. ⭐— 🤩я не спрашивала, — спокойно ответила Марлин, и голос ее прозвучал мягко, но с той внутренней уверенностью, которая всегда появлялась у нее в важные моменты. — Ты кое-что забыл, Блэк. По всем астрономическим законам, если одна звезда хочет быть видна так же ярко, как Сириус, ей нужно что-то, что уравновесит этот свет. Что-то, что будет тянуть ее обратно и не давать сгореть слишком быстро. ⭐🤩ириус нахмурился, не совсем понимая, к чему она клонит, но чувствуя, как воздух между ними становится плотнее и теплее, как будто сама ночь затаила дыхание. ⭐— 🤩что же это? ⭐🤩арлин чуть склонила голову к плечу, и в ее взгляде промелькнуло что-то нежное и одновременно дерзкое, что-то такое, от чего у Сириуса внутри успело все перевернуться и встать на места. Как же это плохо. ⭐— 🤩й нужен белый карлик, — сказала она просто. — Тот самый невидимый спутник, о котором никто не знает. Маленький, незаметный, но такой важный, что без него вся система просто развалилась бы. Понимаешь? ⭐🤩н понимал. Мерлин свидетель, он понимал ее сейчас так ясно, как не понимал никого и никогда в своей жизни. И от этого понимания внутри разливалось что-то горячее и светлое, что-то, чему он даже не пытался подобрать название, но что ощущалось как самое правильное чувство на свете.

⭐🤩егромкие шаги Марлин раздавались легким эхом на лестнице, ведущей к Астрономической Башне. Она не спешила, а наоборот — шла целенаправленно и размеренно, сжимая под рукой свою тетрадь с потертой темной обложкой, откуда торчали желтые уголки вкладышей, чуть ли не вываливаясь наружу. Девушка любила астрономию всем своим сердцем, и это было видно. А кому бы было неинтересно изучать звезды, их соединения, мифы, от которых перехватывает дыхание и пылает воображение? ⭐🤩оэтому именно сейчас МакКиннон пыталась найти тихий уголок, чтобы сделать свое домашнее задание. Парни в гостиной Гриффиндора — Джеймс и Римус — вновь устроили какой-то переполох, не давая сконцентрироваться на работе. Поттер восклицал что-то о Лили, опять, придумывая “грандиозное” признание в любви, и от этого невыносимого “свечения души” Люпин ворчал не хуже Филча в моменты его самого отвратительного настроения. Она просто не могла собрать свои мысли в одну кучу, в желании одновременно заорать: “Заткнитесь!” или “Да пригласи ты ее на свидание!”. ⭐🤩олько Сириуса, великого Сириуса Блэка, чей голос мог слышаться за три стенки от гостиной их факультета, стоило ему открыть рот, — видно не было. И это не то что странно — это буквально невозможно. Он всегда ошивался рядом со своими друзьями, устраивал очередной хаос, будь то подложить острые булавки в кровать Джеймса или поставить подножку какому-нибудь бедняге в классе зельеварения, смеясь, будто последний раз в своей жизни. Без него было… неприятно тихо, думала Марлин. Этот идиот уже стал какой-то неотъемлемой частью их группы, без которого все приключения и активности казались полупустыми. ⭐🤩рохладный ночной воздух ударил в лицо, когда девушка с отчетливым и громким скрипом открыла дверь башни, куда изначально и добиралась. Именно сегодня небо было замечательным. Чистым, огромным, бесконечным, ни единого облачка, что могло бы закрыть ей вид на звезды. МакКиннон сразу же обратила на это внимание, подняв голову к широкому горизонту, открывающемуся с этой точки школы, и не заметила самого главного. ⭐🤩то-то рядом прочистил горло. Так намеренно, отчасти неловко, чтобы привлечь внимание. Марлин невольно вздрогнула, явно не ожидая услышать здесь другого человека в час, когда ученикам стоило бы спать. Повернув голову, она сразу же наткнулась взглядом на источник звука — Сириус. Он сидел на полу, прижавшись спиной к холодной каменной стене башни, и смотрел на девушку с таким же искренним изумлением, какое, наверное, отражалось и на ее собственном лице. На слегка согнутых коленях у него лежала раскрытая тетрадь, где на белом листе виднелись… рисунки? Какие-то четкие линии, мелкие надписи по краям, выведенные его знакомым почерком с вечными закорючками. Было трудно рассмотреть все это как следует из-за густой тьмы вокруг, но Блэк отчего-то поспешно захлопнул тетрадь, будто там не было ровным счетом ничего интересного. ⭐— 🤩арлин? Вот так здравствуйте, — протянул он, и голос прозвучал слегка удивленно, но вместе с тем почти тепло. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Ты что тут забыла в такое время? ⭐🤩акКиннон закрыла за собой тяжелую дверь и сделала несколько шагов ближе к другу, все еще слегка потеряв дар речи от неожиданности. Сама ситуация была до странности абсурдной — Сириус, сидящий в полной тишине, в укромном уголке башни, с тетрадью и пером в руках, словно самый прилежный ученик. Она не могла припомнить, когда в последний раз видела этого человека, полностью погруженного в учебу, а не в очередную шалость. ⭐— 🤩ириус, — выдохнула Марлин вместо “привет”, и уголки ее губ сами собой растянулись в небольшой, мягкой улыбке. Так или иначе она была рада его видеть, и это чувство мгновенно разлилось где-то в груди теплом. — Я тоже не ожидала увидеть тебя тут, Бродяжка. А ты что тут забыл? Решил стать лучшим учеником по астрономии за одну ночь? ⭐🤩на не стала ждать приглашения и просто сократила расстояние в два легких шага, опустившись на холодную каменную плитку сбоку от Блэка и сохранив между их плечами комфортное расстояние. Не слишком далеко, чтобы казаться отстраненной, но и не вплотную, чтобы не смущать его своим внезапным появлением. Тепло от чужого тела легко угадывалось в зябкой прохладе этой ночи и тянуло к себе не хуже магнита, обещая согреть, если пододвинуться еще чуть-чуть. Марлин часто ловила себя на мысли в последнее время, что ей просто хочется быть ближе к нему. Просто находиться в одной комнате с Сириусом было уже достаточно, чтобы где-то в груди оседало теплое, спокойное чувство умиротворения и тихой, почти незаметной радости. ⭐🤩 по ответной улыбке, которая тронула его губы, можно было догадаться, что эти чувства были взаимными. В последнее время они оба начали тянуться друг к другу сильнее, сами того до конца не понимая. Блэк все чаще занимал место рядом с девушкой на лекциях, небрежно опрокидывая руку на спинку ее стула в расслабленной, собственнической позе. Марлин все чаще касалась его коленками под столом во время обедов в Большом Зале и после списывала это на случайность, хотя оба знали — случайного в этом было мало. Искры, вспыхивающие в их глазах в такие моменты, нельзя было назвать случайными. Нежность и трепет за каждым таким прикосновением становились все более ощутимыми, все более настоящими. Но никто из них не спешил произносить очевидное вслух, потому что они и без слов понимали друг друга. Достаточно было одного мимолетного взгляда. ⭐🤩лэк издал тихий звук — не то смешок, не то короткое фырканье на слишком ласковое прозвище, которым МакКиннон начала называть его не так давно. “Бродягой тебя зовут другие парни, а я не настолько наглая со своими друзьями”, — как-то оправдывалась блондинка. ⭐— 🤩 спросил первым, так что не переводи вопрос, — ответил он, поворачивая голову и глядя на Марлин, пока его пальцы все еще сжимали закрытую тетрадь с каким-то странным, почти нервным напряжением. ⭐— 🤩жеймс и Римус устроили очередной цирк в гостиной, а на завтра задали столько, что голова кругом идет. Они ужасно мешают, — пожаловалась она и кратко закатила глаза, но в этом жесте не было ни капли настоящей злобы, лишь что-то теплое, привычное, почти семейное по отношению к своим невыносимым друзьям. Ее взгляд снова переместился к Сириусу, и во взгляде заиграла знакомая искорка игривости. — Но если и ты начнешь мне мешать, Сириус Блэк, то я уйду в Запретный Лес вместе с тетрадкой и палочкой. Клянусь, так и сделаю. ⭐🤩а эту угрозу из парня вырвался мягкий, негромкий смех, который разлетелся по пустой башне и словно сделал ее чуть менее холодной. Он знал Марлин слишком хорошо и слишком давно, чтобы не отличить шутку от настоящего предупреждения, и сейчас он в ней ни капли не сомневался. Его подруга действительно могла учудить что-нибудь в таком духе, не со зла, конечно, а просто чтобы доказать свою точку зрения и напомнить, что с ней шутки плохи. ⭐— 🤩 торжественно клянусь, что закрою свой рот и подарю тебе ту самую благословенную тишину, в которой ты так отчаянно нуждаешься, — проговорил он с очень наигранной драмой в голосе, и его ладонь прижалась к груди в районе сердца в театральном жесте клятвы. — Не могу допустить, чтобы лучшая ученица нашего курса не получила заветную похвалу от профессора и потом дулась на меня целую неделю. ⭐Щеки Марлин залились легким розовым румянцем, то ли из-за этого дурацкого комплимента, завернутого в шутку, то ли из-за ночного холода, но это не помешало ей буркнуть себе под нос тихое и совсем неубедительное: ⭐—🤩аткнись, Блэк. ⭐🤩осле этого они наконец замолчали, но тишина эта была не тяжелой и не напряженной, а какой-то удивительно комфортной, почти уютной, насколько это вообще было возможно на вершине холодной башни посреди ночи. Марлин открыла свою потрепанную тетрадь и, найдя чистую страницу, начала быстро записывать туда ряды цифр и мелких заметок, время от времени сверяясь с учебником. Сириус, чуть поколебавшись, снова раскрыл свою тетрадь и тоже углубился в какие-то “записи”, водя пером по пергаменту, но делал он это как-то рассеянно, словно его мысли витали далеко-далеко отсюда. Ветер тихо гудел в щелях башни, звезды равнодушно мерцали над их головами, и казалось, что это может продлиться вечно.