Охват к подписчикам
153,7%
ERR
Реакции к просмотрам
6,91%
175 на 23 постов
Пересылки к просмотрам
0,16%
4
Постов в день
0,9
всего 24
Где отзываются чаще
доля реакций к просмотрам- 7 авг.✍🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 #headcanon 🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️ ⬛⬛🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️🌧️G R E G O R Y 🔠🔠🔠🔠🔠🥹🤩🤩🤩🤩 🥹🤩деальное доказательство того, что дружба бывает странной.40,63%
- 4 авг.🤩🤩🤩 🥹🥹🥹🌧️🌧️🌧️ #sketch 🤩🤩🤩🤩 🎤 “🖤🖤” ☺️ы не выбираем кровь, но мы выбираем как с ней жить. И я выбираю быто рядом с тобой. 𝑻𝑯𝑬 𝑮𝑹𝑬𝑬𝑵 𝑺𝑾𝑬𝑨𝑻𝑬𝑹’𝑺 𝑶𝑻𝑯𝑬𝑹 𝑺𝑰𝑫𝑬 🌧️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌧️23,01%
- 8 авг.без подписи18,10%
- 14 июл.без подписи11,90%
- 8 июл.Перед сном Гестия долго стояла у зеркала. В спальне было темно, только лунный свет лежал на полу белым квадратом. Она смотрела на своё отражение — бледное, серьёзное, с тёмными кругами под глазами от недосыпа и думала о том, что человек никогда не видит себя по-настоящему. Только отражение. Только тень. Только чужие взгляды. Она подняла руку и коснулась пальцами холодного стекла. Отражение сделало то же самое. Тень на полу — тоже. На этот раз без задержки. Кэрроу легла. Долго не могла заснуть, но когда всё таки смогла, то увидела сон, вернее какую-то тень. Она стояла посреди пустой гостиной, залитой лунным светом. Это была не её тень. Тоньше, ниже, с изломом на месте шеи, как у сломанной куклы. И она дышала. И когда Гестия сделала шаг вперёд, тень подняла руку. Как будто говорила: «Пойдём. Я покажу тебе, что бывает, когда зазор между нами становится слишком большим». Гестия проснулась с первым лучом, разбитая и встревоженная. Но вместе с тревогой в ней жило что-то ещё. Любопытство. Азарт. Странное, незнакомое чувство, что её жизнь только что свернула с прямой дороги на какую-то другую — тенистую, неизведанную и обратно она уже не повернёт. Девушка встала, накинула мантию и подошла к окну. Восток уже золотился. Тени становились длиннее, резче, живее. Её собственная тень лежала на полу, обычная и послушная. И всё же. Девушка улыбнулась уголком рта и сказала в пустоту: — я знаю, что ты здесь. Тень не ответила. Но свет дрогнул. И это было только начало.9,09%
- 8 июл.🌟🌟🌟У истории нет 🌟🌟🌟сценария. Каждую 🌟🌟🌟минуту она может повернуть в любую сторону. Или в никуда. 📎🌧️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌧️ «Ɓєӻѳɍє ϯђє Ɫϊƍђϯ Ǥѳєƽ Ѳυϯ» 🌟 part 1 - “half a second”7,58%
- 8 июл.🅰️🅰️🅰️🅰️ (A) 🔠🔠🔠🔠🔠🔠 🪽🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️🌨️ ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️ 🤩🤩🤩🤩 ‘‘(єʍєɍѧƖđ) #plot Октябрь в тот год стоял сухой и звонкий, как натянутая струна — тронешь пальцем, и воздух гудит. В Хогвартсе пахло яблоками, хотя никаких яблонь поблизости не росло. Просто осень в этом замке всегда пахла именно так: чуть сладко, чуть тревожно, с примесью каменной пыли и старого дерева. Гестия думала иногда, что у запахов есть память. Что они запоминают тех, кто их вдыхал, и несут сквозь века, как засушенный цветок между страниц. Интересно, сколько людей до неё чувствовали этот яблочный запах в октябре? Сто? Тысяча? И кто из них был счастлив? Она стояла у окна в слизеринской гостиной, прислонившись плечом к холодному камню. За толстым стеклом, в зелёной толще озера, медленно проплыла какая-то тень — не рыба, не кальмар, что-то безымянное и равнодушное, живущее на глубине, куда не достаёт ни свет, ни время. Гестия проводила её взглядом и подумала: «Вот так и мы. Проплываем и исчезаем. И никто не знает, что мы были. Даже мы сами — не всегда». Она вообще часто думала о странном в последнее время. Шестой курс — пограничная полоса. Детство уже кончилось, взрослость ещё не началась, а между ними нейтральная земля, где мысли растут гуще и тяжелее, как осенний мёд. Кто я? Зачем я? Что останется после меня? В четырнадцать такие вопросы не приходят в голову. В четырнадцать хочется смеяться и нравиться. В шестнадцать они уже здесь. Сидят на краю постели и не уходят. Она подняла руку, чтобы убрать с лица прядь волос, простое, машинальное движение, как вдруг что-то дрогнуло. Её собственная тень — длинная, переломленная солнечным лучом, опустилась на полсекунды позже. Кэрроу замерла. Она смотрела на свою руку в воздухе, на тень внизу, и в голове у неё пронеслась странная мысль: а что, если мы вообще не совпадаем с собой? Что, если между телом и тем, что оно отбрасывает, всегда есть зазор? Полсекунды. Крошечный зазор. Но в нём целая жизнь. Девушка медленно опустила ладонь. Тень повторила движение — теперь идеально, послушно. Разрыв закрылся. Или она просто убедила себя, что закрылся. — глупости, — сказала Гестия вслух. Голос прозвучал тихо и неуверенно, и это ей не понравилось. Она вообще не любила, когда голос звучал не так, как она задумывала. Всю жизнь она училась владеть собой: интонацией, жестом, выражением лица. Гестия Кэрроу — это всегда точность, всегда контроль. А тут — какой-то дрожащий шёпот, будто она сама себе не верит. Она поправила мантию на плечах и пошла прочь от окна, в глубину гостиной, где трещал камин и Забини лениво переругивался с Ноттом. Там был привычный, осязаемый мир: зелёные диваны, тихий смех, шорох страниц. Мир, в котором тени - просто отсутствие света, не больше. Сидела бы там, в кресле, и не выдумывала. Но не получалось. Весь оставшийся день она ловила себя на том, что наблюдает. Не за людьми, а за собой. За своими руками. За тем, как свет ложится на пальцы. За тем, как тень скользит по столу в библиотеке, по стене в коридоре, по странице раскрытого учебника. Послушная, обыкновенная, правильная. За ужином в Большом зале она сидела между Флорой и Миллисентой, ела суп и почти не слушала их болтовню. Её взгляд то и дело падал вниз, на пол, где тени обедающих двигались, перекрещивались, сливались. Такие живые. Такие обычные. Но что, если у каждой свой секрет? Что, если каждая тень хоть раз в жизни опаздывала на полсекунды, и только некоторые это заметили, а остальные просто не обратили внимания? Люди вообще многого не замечают. В этом, наверное, и состоит наша защита. Мы не видим странного и потому оно нас не трогает. Но стоит увидеть однажды — и обратного пути нет.7,10%
- 10 июл.🪽🪽🪽 😀🌟HESTIA🌟 🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟 🌟🌟🌟🌟🌟 🤩🤩📤🤩🌟🌟 🤩AMILY 🌟💯 ✍🚫🥹🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 - взаимная подписка - активность в моем дв - принимаю только персонажей из вселенной гп. - иметь качественный дневник, аудитория неважна. - не заключать коннекты с дневниками, у которых тот же фанкаст, что и у меня(Алекса Деми). "Для того, чтобы заключить коннект вам необходимо: - написать ф.и. персонажа и оставить ссылку.6,05%
- 10 июл.🖤🖤🖤🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🌧️🅰️🅰️🅰️🅰️🅰️🅰️🌧️ 🌸🗣Здесь пахнет дорогим парфюмом и грозой. 🦷Дневник Гестии - это мир, где эмоции не прячут - ими стреляют. Она пишет с яростью художника, который мажет холст грязью, а потом видит в ней шедевр. Мир девушки, которая выбрала себя. И выбрала быть — колючей, резкой, неудобной. Единственная, кто пишет правду, даже когда дрожат пальцы. Если откроешь - будь готов. Она скажет: «Ты не поймешь». И будет права. 🥹🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤍#plot🤍 🤍#quotes🤍 🤍#headcanon🤍 🤍#love🤍 🤍#musicpost🤍 🤍#memories🤍 🤍#sketch🤍 🌟BOOST 🤍🌟🤍 ANON🌟5,05%
- 14 авг.На закате кто-то нашёл их. Война заканчивалась и люди начали прочёсывать руины, ища выживших или тела. Гестия даже не подняла головы, когда услышала шаги. Она лежала рядом с Трейси, держа её за руку и чувствовала, как холод проникает в её собственные пальцы, делая их такими же мёртвыми. Чьи-то руки пытались оторвать её от подруги. Кто-то говорил: «Мисс Кэрроу, вам нужно встать, здесь опасно, мы должны переместить тела». Гестия не слышала их. Она смотрела в глаза Трейси и думала о том, что если бы она могла, если бы у неё была сила, она бы воскресила её. Даже если бы пришлось отдать свою жизнь. Даже если бы пришлось сжечь весь мир до основания. Но магия воскрешения была мифом. Как и Париж. Как и их будущее. — я останусь — прошептала она, когда её наконец оторвали от тела, и закричала, вырываясь, как безумная. — я не уйду! Я обещала ей! Я сказала, что останусь! Её скрутили, наложили какие-то чары, чтобы она перестала сопротивляться, и куда-то понесли. Гестия не видела, куда. Не видела, что происходит с телом Трейси, как его укрывают простынёй, как уносят прочь, как стирают последние следы её существования из этой башни. Но она помнила улыбку. Она помнила серые глаза. Она помнила, что кто-то однажды сказал ей: «Не бойся. Я тоже боюсь. Мы будем бояться вместе». Она никогда не научилась плакать. Но она научилась жить с этой болью, превратив её в нечто иное, в память, в обещание, в тихую элегию для той, кто ушла первой. Гестия научилась быть сильной. Потому что Трейси этого хотела. И потому что смерть — это не конец. Это тишина, в которой продолжает звучать голос того, кого ты любил.0,00%
- 14 авг.Серые глаза были открыты. Они смотрели куда-то вверх, сквозь обломки и небо. Туда, где нет боли. Где нет войны. На губах застыла улыбка. Настоящая, тихая улыбка. Такая, какой она улыбалась только по ночам, когда думала, что Гестия спит, и смотрела на её лицо с той нежностью, которую никогда не показывала днём. Гестия видела эту улыбку и понимала: Трейси знала, что умрёт. Она знала это ещё когда бежала в башню, когда хватала Гестию за руку, когда толкала её в сторону, в ту последнюю, решающую секунду. Она улыбалась потому, что успела. Успела спасти единственное, что любила. Дэвис ушла, зная, что Гестия останется. И это было её последним даром и последним проклятием. Потому что жить дальше, зная, что кто-то умер вместо тебя, это не жизнь. Это существование в долг. Каждый вдох, который Гестия делает — украден. Каждое утро, которое она встретит — похищено у Трейси. Время — странная вещь. Оно лечит, говорят люди. Оно стирает острую боль, превращая её в тупую ноющую рану, с которой можно существовать. Гестия хотела бы верить в это. Но, сидя в башне, глядя на мёртвую подругу, она чувствовала, как время течёт вспять. Каждая секунда проходила сквозь неё, оставляя новый шрам и эти шрамы не заживали. Они накладывались друг на друга, становились глубже, острее, пока не начали прорастать сквозь кожу, превращая Гестию в одно сплошное открытое ранение. Она думала о Париже. О той маленькой квартирке на Монмартре, где они должны были жить вдвоём. О кофе по утрам, который Трейси так любила чёрный, горький, без сахара, как и она сама. О книгах, которые они обещали друг другу перечитать. О том, как они будут смотреть на Эйфелеву башню с балкона, и никто не спросит их: «Ты чистокровная? Ты на чьей стороне? Ты чья дочь? Этого Парижа никогда не было. И никогда не будет. Он умер вместе с Трейси, исчез, как исчезают сны при пробуждении, оставляя только смутное ощущение потери, которое невозможно объяснить словами. Гестия не знала, сколько так просидела. Может, час. Может, вечность. За окнами башни или того, что от них осталось, начался дождь. Мелкий, холодный, осенний. Он стучал по камням, смывая кровь и пыль, и Гестия смотрела, как капли попадают на лицо Трейси, собираются в ручейки и стекают вниз, как слёзы, которых у неё самой всё ещё не было. Она протянула руку и вытерла их. Пальцы скользнули по гладкой и уже холодной щеке. Кожа Трейси напоминала фарфор, белая, тонкая и хрупкая. Кэрроу вдруг подумала, что если она сейчас встанет и уйдёт, если оставит Трейси здесь, среди обломков, то это будет последним предательством. Последним, но самым страшным. Потому что она не смогла спасти её при жизни, но может остаться с ней в смерти. Она должна остаться. Девушка легла рядом. Камни были холодными и острыми, но Гестия не чувствовала их. Её тело уже онемело, и единственное, что оставалось живым, это воспоминания. Они текли через неё непрерывным потоком, как тот дождь, который стучал по крышам Хогвартса, унося с собой последние следы войны. Она вспомнила, как они встретились в поезде на пути в школу. Как Трейси сидела в купе одна, смотрела в окно и не оборачивалась, когда Гестия открыла дверь. Она думала, что Трейси не заметит её, но когда она села напротив, та вдруг сказала: «Тебе тоже страшно. Я вижу. У тебя руки дрожат». Гестия тогда спрятала руки под мантию и покраснела. А Трейси улыбнулась, впервые, ещё добавила: «Не бойся. Я тоже боюсь. Мы будем бояться вместе, хорошо?» А теперь Гестия осталась одна…0,00%
- 14 авг.Гестия никогда не умела плакать. Это было странное открытие, которое пришло к Гестии Кэрроу не в детстве и не в подростковом возрасте. Оно пришло именно сейчас, в этой башне, среди обломков, под серым небом, которое не могло решиться: то ли оплакивать мёртвых, то ли просто отвернуться. Трейси лежала в трёх футах от неё. Гестия знала, что должна плакать. Должна кричать. Должна разбить себе руки о камни, выцарапывая подругу из-под этой могилы, которую построили война, судьба и её собственная никчёмная трусость. Но вместо этого она просто сидела, сложив руки на коленях и смотрела на то, что осталось от человека, который для неё всем. Странно, как тело отказывается подчиняться, когда душа уже разорвана на части. Она чувствовала эту огромную, зияющую пустоту, чёрную дыру в центре грудной клетки, но мышцы лица оставались неподвижными, словно кто-то наложил на неё заклятие окаменения. Только сердце билось. Слишком быстро. Слишком громко. Оно колотилось о рёбра, как пойманная птица о стенки клетки и Гестия слышала этот звук. Оно не понимало, что Трейси больше нет. Или, может, оно понимало слишком хорошо и пыталось вырваться наружу, чтобы умереть следом. Гестия помнила отрывки. Обрывки. Моменты, которые врезались в память, как осколки стекла и теперь резали изнутри, напоминая, что всё это было настоящим. Ночь перед Рождеством на четвёртом курсе. Они сидели на подоконнике в заброшенной классной комнате, пили тыквенный сок из украденных стаканов и смотрели на снегопад. Трейси сказала: «Если бы я могла превратиться во что-то, я стала бы снегом. Он падает на всех одинаково, не спрашивая, кто ты». Гестия тогда подумала: «Это глупо. Снег тает. Он исчезает, оставляя только грязь». Но она промолчала. Она всегда молчала, когда нужно было сказать что-то важное. Сейчас Трейси пахла кровью. Кэрроу заставила себя поднять глаза и посмотреть. Камни, которые упали на Трейси, были большими, слишком большими для одного человека. Один из них лежал прямо на её груди и Гестия знала, что под ним уже не осталось ничего живого. Грудина сломана, лёгкие сплющены, сердце…то самое сердце, которое билось так же громко, как у самой Гестии, остановилось в ту секунду, когда она оттолкнула подругу прочь. Но лицо её было целым. Словно судьба, которая всегда была к ней жестока, в последний момент решила проявить милосердие. Или, наоборот, жестокость высшей пробы, заставить Гестию смотреть в это лицо, видеть его, помнить его таким, каким оно было в последний раз.0,00%