Ethnographically informed experiments

описание

Учимся коллаборативной рефлексивной этнографии @boska_melieko boris.melnichenko@proton.me https://cis.cnrs.fr/boris-melnichenko/ https://www.cercec.fr/membre/boris-melnichenko/

← к каналу @ethnographicallyinformed

383

подписчиков

Охват к подписчикам

84,9%

ERR

Реакции к просмотрам

2,99%

205 на 22 постов

Пересылки к просмотрам

1,85%

127

Постов в день

0,7

всего 23

Где отзываются чаще

доля реакций к просмотрам

23 июл.Ответ публике Дизайн-выходных (2/2) До осени 2022г. я не участвовал в публичных дебатах самих дизайнеров, пока не увидел, что часть профессионалов начинает ангажироваться в войну, причем напрямую — так Лебедев съездил на Запорожскую АЭС, потом Правдзинский опубликовал пост, что он вообще сделал герб оккупированного Херсона, Беликов поехал на войну откуда постил видео про "белую Россию", Гуров делал проекты с Листвой для сборов на дроны, Геллер начал участвовать в каких-то "Антифейк" передачах на первом канале. Из-за этого я стал участвовать в дискуссиях с этими людьми в чате "Темной триады", — я посто пытался аргументированно донести, что такие проекты делать не стоит. Я не планировал говорить на широкую публику, пока меня не забанили в чате. Так я создал свой канал, тк устал от банов и невозможности обсуждать никакие темы в дизайн- чатах, потому что все становилось слишком "политичным". В 2024г., уже после того как я побывал на выставке "Россия", посмотрел на деятельность "Сенежа" и связи с пропагандистскими проектами, участие некоторых дизайнеров в коллабах с ультраправами или же с такими спикерами как Соловьев, Дугин, Симоньян и тд, после того как Правдзинский стал формулирвовать свою работу в терминах пропаганды — я все-таки решил добавить в диссертацию "эпилог" — о том, какие изменения происходили в дизайн-среде в России после 2022г. Действительно, это серьезные процессы: где-то речь о пропаганде, где-то о сращивании идеологии и государства (см. частые отсылки Правдзинского к указу 809), где-то это вовлечение в войну, брендинг оккупированных территорий или оружия. С учетом серьезности темы войны, преступлений против человечества, это требует особой серьезности отношения к работе медиапрофессионалов, их влияния на публичную сферу, и часто напрямую на жизни людей. В то же время, я сохраняю очень нюансированный взгляд на жизнь в России, не пишу о том, что все проекты для государства — это какое-то абстрактное зло, не пишу о какой-то вине всех граждан и не использую подобные клише. Это просто не соответствует методологическим принципам, принятым в традициях социологии во Франции, на которые я больше всего ориентируюсь — французская критическая социология, французская прагматическая социология, STS и исследования инфраструктур. Тем не менее, я действительно прошу не работать с проектами, которые вовлечены в войну, пропаганду, связаны с ультраправыми и ксенофобскими движениями в России. Это достаточно легко, на самом деле, и мне кажется более устойчивым подходом как к совместной жизни, так и к бизнесу или профессиональной траектории.16,62%
09:38Обложка нового выпуска воображаемого журнала интернет и общество Фото автора, ноябрь 2022, Кипр10,00%
10 авг.Агитационные плакаты партии «Яблоко», 1995 Из книги «ИМА-Пресс: Начало» (2019). Очень советую посмотреть это издание — там много знаковых примеров графического дизайна из 1990х, в том числе политической агитации. Книга хорошо передает живую эпоху — полезно посмотреть, как и с какими ценностями работали «мастера» постсоветского графического дизайна. Контекст для поста см. в деле против Яблока.8,57%
30 июл.Платформу антивоенных инициатив и Espace Libertés | Reforum Space Paris признали нежелательными организациями. Для меня это снова касается очередных партнеров Exil solidaire, организации с которой я связан лично. Шлю свои слова поддержки коллежанкам и коллегам. Лично знаю людей из этих замечательных инициатив и знаю, как много они помогают людям. Особенное вдохновение для меня — видеть как много надежды, сил, настойчивости, вместе с самыми обычными добротой, скромностью и человечностью есть у подобных низовых инициатив. Спасибо всем, кто участвует в этих проектах и поддерживает их. В списке «нежелательных организаций» уже почти четыреста организаций. Для меня, как волонтера Свободного университета, признанного нежелательным в 2023, особенно важно, что среди этих организаций уже целый ряд престижных высших учебных заведений и образовательных организаций: Йельский университет, университет Джорджа Вашингтона, Калифорнийский университет в Беркли, Стэнфордский университет, Бард-Колледж, Центрально-Европейский университет, Германская служба академических обменов (DAAD), Международный бакалавриат (International Baccalaureate, IB). Все эти организации, по мнению генерального прокурора, угрожают Российской Федерации. Решение о признании «нежелательными» выносят без суда, ставя под риск административного или уголовного преследования десятки тысяч человек. К счастью, обратная сторона этих процессов — это огромная сеть солидарности.6,59%
31 июл.Пост на случай, если вы планируете поездку в зону ЧС и затопления в Тюмени У меня нет опыта работы в зонах ЧС, но есть общая начитанность по теме этнографических исследований в опасных условиях, а также в этике работы с чувствительными темами. Пока я не видел адекватных инструкций в дизайн-среде, поэтому на всякий случай публикую для желающих небольшие инструции о том, как подготовиться к поездке — на случай если вы в образовательных целях решите поехать в зону ЧС и затопления в Тюмени. Этот пост может быть интересен тем, кого интересует тема катастроф и чрезвычайных ситуаций, исследований в опасных условиях. В данном случае информация адаптирована под зону с затоплением — в другой раз опубликую другие инструкции. Если у вас есть интерес к социальным наукам — попробуйте написать личные заметки о том, что видели, — этой информацией не обязательно делиться публично, оставьте себе на будущее. В конце этого поста вы найдете немного литературы по теме. Как подготовиться 1. Оцените риски заранее. Проверьте зоны паводка, продумайте маршрут и список вещей, которые точно понадобятся. Подумайте, нужно ли взять хотя бы немного питьевой воды. 2. Не забудьте медикаменты. Если у вас есть особенности здоровья — берите лекарства с небольшим запасом + в водонепроницаемом пакете. 3. Обновляйте информацию каждые 1–2 недели перед выездом. В принятии решении о поездке ориентируйтесь на себя и свои риски. 4. Если планируете жить в городе — ищите жильё, устойчивое к затоплению, или в районах, которые паводок не затронул. 5. Проверьте актуальные источники информации и по возможности обменяйтесь контактами с кем-то на месте. Узнайте о проблемах с транспортом и связью в конкретных районах, которые вы будете проезжать. 6. Заранее продумайте, как и когда вы будете уезжать. Проверьте официальную информацию Режим ЧС введён не повсеместно — обязательно проверьте, какие именно адреса и территории под него попадают. Можно начать с этой информации: 1. Постановление Губернатора Тюменской области от 28.07.2026 № 245 «О введении режима чрезвычайной ситуации в Тюменской области» — полный текст (список адресов на последней странице): http://publication.pravo.gov.ru/document/7200202607280001 2. Интерактивная карта паводка — gis.72to.ru 3. Актуальная сводка информации — паводок72.рф Этика и отношение к другим Даже если режим ЧС введен не во всем регионе, учтите состояние людей, которых затронуло ЧС. Будьте доброжелательными и вежливыми с другими и с вниманием отнеситесь к людям, которых затронуло бедствие. Не злоупотребляйте вниманием к чужому горю или бедствию и не торопитесь публиковать онлайн свои свидетельства. Ну и на всякий случай: 1. Не злоупотребляйте алкоголем, даже если вас к этому подталкивают. 2. Не фоткайте военные и защищенные объекты, а также самих военных.6,30%
30 июл.В российском дизайн-сообществе есть канал, которой называется «сладенькие вакансии в дизайне». Неделю назад там обсуждали, что такое лагерь «Мультибрендинг». Подробнее про этот лагерь можно узнать в моих предыдущих постах: здесь и здесь. По сути речь идет о формате выездной школы в лагере на природе, в примерно той же тусовке людей, что и Дизайн-выходные, но привязанной к конкретному городу — Тюмени. Сейчас они проводят очередной лагерь в Тюмени. Одна из проблем аполитичности и отсутствия четких этических принципов в том, что если вы запланировали «аполитичную» тусовку, то ничто не сможет стать поводом для ее отмены — даже введенный режим чрезвычайной ситуации в регионе в связи с затоплением. Интересно, как педагогический состав этого летнего лагеря организует привоз людей в зону чрезвычайной ситуации.6,10%
30 июл.Про Дизайн-выходные в Суздале 2021 и о том, как умирал мой отец Продолжаю рассказывать про связь между конференцией Дизайн-выходные и моей диссертацией. В 2021г. в рамках диссертационного исследования про российский дизайн я проводил открытое наблюдение на Дизайн-выходных в Суздале. Предыдущий текст про Д-в доступен тут. Эта конференция проходила в разгар пандемии. Уже перед конференцией внутри сообществ шли дебаты: а допустимо ли вообще проводить такие крупные публичные мероприятия во время пандемии? Обсуждения велись как внутри чата Д-в. (в частности, Серёжа Рассказов @rsskzv активно писал о том, что организовывать конференцию не стоит), так и вовне — например, в программе «72 точки» вышел отдельный эпизод, посвящённый этой теме. Для меня тоже было неясно: стоит ли ехать, если организаторы решат проводить мероприятие? В итоге я поехал — и чувствовал себя довольно неуютно. Это было первое крупное публичное событие, в котором я участвовал с начала пандемии: почти никто не носил маски, а в Москве в это время уже начиналась новая волна COVID. Я боялся, что приезд двух тысяч человек в небольшой Суздаль (население — около 10 тысяч) вызовет всплеск заболеваемости. Я был одним из немногих в маске и чувствовал себя чужим. В первый вечер даже проводилась дискотека «Bez pravok», как ее называли в чатах — Мутабор на выезде, на которую я не пошёл. Именно с Д-в в Суздале связан мой переход от стороннего наблюдения к более личному вовлечению в этнографическое исследование. Дело в том, что сразу после конференции ковидом заболел мой отец, а тремя месяцами позже он умер от осложнений. Важно уточнить, что между моим присутствием на Д-в и его смертью нет прямой причинно-следственной связи. Да, на конференции во время новой волны пандемии присутствовало 2800 участников из разных городов, которые не соблюдали меры дистанцирования и собрались в городе с населением 10 тыс. человек, — но отец мог заразиться и не от меня. Даже если переносчиком для него стал я, я мог подхватить вирус и в транспорте, а не на мероприятии. Как эта личная история влияла на мое этнографическое исследование про IT-подрядчика Правительства Москвы? Оффер в госстартапе я подписывал буквально стоя на кладбище, но дело даже не в этом совпадении, а в том, что после опыта похорон и столкновения с шокирующим опытом коррупции в этой сфере, я нанимался в госстартап, который занимается улучшением гражданского опыта в социальной сфере. После моего найма могло получиться так, что в госстартапе я бы занимался улучшением пользовательского опыта похорон. По иронии судьбы улучшением опыта похорон в IT-подрядчике занималась команда «жизнь в городе», а не моя команда социального сектора, так что эта тема не вошла в рамки моей этнографии, кроме как в виде рефлексивного опыта. В этом эпизоде проявляется особая сложность, связывающая мой личный опыт с методологической проблемой этнографии: здесь нет прямого ответа на вопрос о «влиянии» и «причинности» между личным, гражданским и исследовательским — но они взаимно делали возможным само знание о жизни в России, которое я сам, своим присутствием и участием, создавал и разделял вместе с наблюдаемой средой. Методологически эта история раскрывает важную особенность длительных этнографических исследований: в момент проживания опыта ты, как исследователь, не можешь предвидеть, как повернётся ход событий и должен оставаться открытым к будущим изменениям и предстоящему непредсказуемому опыту. Размышление в моей диссертации о смерти моего отца после поездки на Д-в — это одно из первых звеньев в цепочке о том, как начинался переход от стороннего наблюдения, до «включённого участвующего наблюдения» на мероприятиях в Ижевске и Костроме, к «наблюдающему участию» в качестве сотрудника госстартапа в Москве, и вплоть до будущей «ангажированной веб-этнографии» после февраля 2022 года — когда я стал напрямую участвовать в публичных дебатах внутри среды и, в частности, создал этот блог. Это же позже привело меня к созданию курса по автоэтнографии уязвимости в Свободном.5,80%
5 авг.Как меня впервые назвали "иностранным агентом" во время исследования в 2017 году (1/2) Тогда я учился на втором году магистратуры в Париже и продолжал свое исследование про националистские бойцовские клубы Москвы. Если на первом году я проводил этнографическое исследование внутри одного бойцовского клуба в спальном районе и тренировался вместе с ними, то на втором году я проводил интервью с представителями разных клубов, включая клубы чеченских и дагестанских промоушенов. Подробнее про мое исследование о националистских бойцовских клубах в этих постах: первый, второй, третий, четвертый, пятый. Одно из интервью далось мне тогда сложнее остальных — директорами клуба были, как я позже узнал, бывшие сотрудники МВД, которые проводили публичные кампании по “воспитанию мужества” и “работы с молодежью”. Мой же интерес к их клубу вызывал подозрение, поэтому на контакт они не шли. Вежливо со мной общалась только администраторка клуба, "Полина", с которой я в итоге договорился в VK для встречи в их клубе в Москве. Когда я пришел на место в клуб, и сказал, что я встречаюсь с "Полиной", то это, естественно, вызвало сначала недоумение парня на ресепшене, а потом смех. Он позвал директора клуба — так оказалось, что я все это время переписывался с ним. Я провел интервью с двумя директорами, и интервью шло, как мне показалось, хорошо: с шутками, смехом, стебом. В чем-то стебались надо мной, в чем-то над Европой, — нечего, мол, фитнесом заниматься, так все мужики женщинами и становятся. И все бы ничего, интервью как интервью, пока на моменте прощания меня настойчиво не попросили удалить запись. Я объяснил что, конечно же, удалю запись, но хотел бы понять причины. Вместо объяснения, двое директоров подходили ко мне вплотную и настойчиво повторяли: удаляй. Я удалил запись, директор так объяснил мне эту ситуацию: ну не умеют они еще давать интервью. Наговорили лишнего. Вот были бы мы в бане между своими, они бы все мне рассказали, а так, — под запись, — нельзя. После интервью пожали руки, они меня поблагодарили и разошлись.4,00%
5 авг.Как меня впервые назвали "иностранным агентом" во время исследования в 2017 году (2/2) Уже спустя пару месяцев, когда я вернулся в Париж, то на канале этого клуба я увидел публичную пресс-конференцию: "Сенсационные откровения Александра Поветкина" (стоит посмотреть ради музыки, с момента 05:18) Директор клуба: Мы безапелляционно проигрываем информационную и идеологическую войну. В настоящее время враги русского народа и служащие им СМИ, ошибочно называемые нам с вами “нашими СМИ” (друзья, я вот сейчас убежденный человек, что наших СМИ нет), организованно атакуют Александра Поветкина. /…/ надо быть внимательней, с кем мы общаемся. Надо понимать, что сейчас активно, вражеские СМИ, иностранные агенты (я в прямую вам говорю, сейчас объясню, что я имею в виду) начинают прорабатывать материал. Сейчас к выборам президента все больше и больше будет активности, а наши с вами воспитанники — как раз тот электорат, был тем фитилем в Украине с кого начался переворот. Нас в течении полугода одолевал один молодой человек, во Вконтакте все время писал, вот “я социолог, сам русский, но учусь в парижской академии социологической, вот у нас есть вопросы, там запрещенный вид спорта ММА, вот, мы бы хотели у вас узнать, что за спорт, как молодежь" и так далее и тому подобное. Что-то мне сразу не понравилось и мы его, так скажем, динамили. Но в итоге до Ян Саныча он добрался через кого-то. Раз пять на меня он выходил. И встреча состоялась. Встреча состоялась и первым с ним пообщался Ян Саныч. Ян Саныч говорит: “это малый непростой. Походу что-то там это… с подготовкой какой-то” Скажем, заряжен. Ну я уже, скажем, предупрежден. Ну давай, теперь очередь моя. “Можно я буду записывать?” Ну интервью же вроде. Ну давай, че нет-то. И пошел разговор. Я уже, как бы, насторожен. Но вопрос… И как грамотно он, без какой-то особой эмоциональной соcтавляющей, с одного переходит на другое и вот мы ему уже за правду матку и пошло поехало, по наболевшим европейским вопросам. Вы понимаете о чем я говорю. И я понимаю уже (показывает телефон), что я не хочу вот этой записи, чтоб он с ней ушел отсюда (хохот в зале). Ты можешь уйти отсюда без телефона, без чего угодно, но, все. Ну естественно, в дипломатичной форме, настояли, все: “мы категорически против, все, давай, стирай”. Хочу сказать, важным, решающим стало, чтобы он не доводил все это до рукоприкладства, потому что он начал извиваться там, искать поддержки у Ян Саныча. Ян Саныч сказал (хмурит лоб, изображая его): “я тоже против”. (смех в зале) И я говорю, там: “у тебя совесть есть?”, говорю, “потому что, если у тебя совесть есть — ты это сотрешь. Потому что ты, как профессионал, и я тебе не даю согласия на то, чтобы ты эту запись забрал.” И это сработало. Я удивлен. Еще совсем толерантность им не овладела. Но вот это, понятно, обозначили. Так что будьте на фоксе, говорите своим воспитанникам, что будут сейчас искать, и будут потом переделывать в фильмы интересные им. И, так скажем, которые могут выйти боком нам. Я никогда особо не возвращался к этому фрагменту моего исследования, пока не увидел уже в 2024 выступление "Зиновьевского клуба" по поводу "врагов" из Института философии РАН, а позже — сам не встретил снова такое же отношение в среде дизайнеров, вот уже спустя почти десять лет. Удивительно видеть актуальность этого старого интервью в настолько отличной среде. Правда теперь я всегда на фоне разоблачений "врагов народа" слышу эту музыку из пресс-конференции Поветкина и становится как-то легче.3,95%
25 июл.Я как гражданин РФ заполняю анкету на визу в Канаду3,81%
31 июл.Какую литературу в социальных науках почитать? 1. Учебник по безопасности в поле: Hilhorst, T., Hodgson, L., Jansen, B. & Mena Flühmann, R. (2016). Security guidelines for field research in complex, remote and hazardous places. 2. Свежий кейс с этнографией волонтерской работы вокруг катастрофы: Тысячнюк, М. (2025). Этнография спонтанной экологической мобилизации: разлив мазута в Черном море—2024. Интеракция. Интервью. Интерпретация, 17(4), 71-101. 3. Bankoff, G. (2001). Rendering the world unsafe: ‘vulnerability’ as western discourse. Disasters, 25(1), 19-35. PDF в комментариях. Для статьи Bankoff я присылаю и перевод. Эта статья важна, чтобы посмотреть критически на понятие «уязвимости», на ярлыки «опасных» регионов и того, какие способы вмешательства предлагают политики. За такими формулировками часто стоит колониальная логика — идея, что нужно вмешаться и предложить региону некий путь «развития». Это наиболее радикальный, но важный пример. Он актуален и для дизайна в целом, в котором постоянно речь идет о том, как что-то изменить. По сути подобные проекты «развития» — это всегда политический проект совместной жизни. Другая важная мысль, которую я для себя выносил из исследований катастроф, в том, что уязвимость разных групп — не столько в механической подверженности урону от природных сил, сколько в неравенстве, связанном с классом, гендером, сексуальностью, этничностью, инвалидностью и другими социальными факторами. Уязвимость групп — производное от социальных систем, в которых они живут. Кто-то страдает от катастрофы больше, чем другие, и у людей разные ресурсы, чтобы с ней справляться. Поэтому находясь на месте ЧС, обратите внимание на то, как бедствие касается разных людей по-разному. Больше по теме о том, как подготовиться к поездке в регион с ЧС — ищите в Google Scholar по ключевым словам sensitive fieldwork (полевая работа с чувствительными темами) и dangerous fieldwork (полевая работа в опасных условиях).3,64%
12 авг.Пока писал предыдущий пост и искал выступления Даниэля Сефая на английском, наткнулся на такое выступление с конференции где он был организатором. Философское выступление Bullshit epistemologies, Sebastian Dieguez из университета Фрайбурга, специально для фанато:в термина enshittification (Cory Doctorow) или концепта bullshit job (David Graeber). Введение многообещающее: "the talk will be a sort of short introduction to the concept of bullshit especially for those who are not familiar with the philosophical idea of bullshit".3,18%