Konstantin Kropotkin

​​🎥 🏳️‍⚧️ Локарно - 2026. Что смотреть. Вчера раздали призы кинофестиваля в Локарно, одного из важнейших для артхауса в мире. На этот форум я не попал (нет денег), но взял на заметку пару фильмов, которые постараюсь поймать как-нибудь. Во-первых, это A Margen do Rio (На берегу реки), бразильская гей-рифма знаменитому французскому триллеру «Незнакомец у озера» Алена Гироди. Картина получила специальный приз жюри. О ней я расскажу попозже. Что до второго фильма из личного списка must see — I Rarely Wake Up Dreaming («Я редко просыпаюсь, мечтая»). Это немецко-украинская продукция. В центре внимания — судьба наших современников, Олега и Ольги, цис-женщины и ее трансгендерного мужа. Незадолго до 24/2/2022 он совершил транспереход и получил паспорт с соответствующим гендерным маркером. Затем пришла война, ему как мужчине не позволяют выехать из Украины (если мужчина, то иди на фронт). Пересказываю сюжет по отзывам прессы — о картине написали многие крупные индустриальные медиа. Некоторые профессиональные зрители сетуют на сюжетные лакуны и излишнюю мелодраматичность финала, но в целом отзывы в диапазоне от вежливо-благожелательных до восторженных. Что неудивительно: это, пожалуй, первый пример в мировом кино, когда флюидность гендера создаёт конфликт столь сложный; война требует от государства идентификационной определенности, что противоречит сложности человеческой природы. Режиссером фильма значится немка Изабель Штевер, а сценаристкой ее украинская супруга Анна Меликова, писательница и журналистка из Крыма. Однако это работа в тандеме, о чем кинематографистки рассказывали на пресс-конференции в Локарно. Для них уже второй совместный опыт: ранее был фильм Grand Jeté, сложное и жесткое инди об инцесте и балете. Новый фильм, судя по трейлеру, тоже требует зрительскими усилий. Мало того, что это пересечение сразу нескольких конфликтов, между Олегом и Олей в критической ситуации, между ними и их родителями, между этой парой и обществом, между их представлениями о правильном и государственными установками. Это, к тому же, непростое упражнение для слуха: музыки нет, но есть многоязычие и грозный звуковой фон войны. Штевер, авторка «берлинской школы», известна саркастично отстраненной манерой, — об этом, по крайней мере, пишут кинокритики (своего мнения у меня нет). Тут же высказывание недвусмысленно-гуманистическое, и в этой теплоте видят влияние Меликовой с ее личным драматичным опытом радикальных метафморфоз: выросла в русскоязычной среде в Крыму, работала в Москве, уехала к жене в Германию и последние четыре года полностью отказалась от русского языка. Логичный вопрос: уместно ли, что цис-женщины описывают транс-опыт? Анна Меликова говорила журналистам в Локарно, что точкой отсчета стала судьба ее друзей, квир-пары, лесбиянки и ее транс-мужа. Кроме того, сценарий вычитывал т.н. «сенситивный ридер», трансчеловек из Украины. Свой опыт в образ Олега внес украинский исполнитель-дебютант, транспарень Маркус Брайт, один из создателей НКО The Third Place, помогающего людям с аутизмом. Фильм снимали в Киеве, что на пользу визуальной аутентичности. Что до помощи в продвижении, то важно отметить присутствие в числе продюсеров режиссера Тома Тыквера, известного союзника транс-сообщества и влиятельного человека в мировой киноиндустрии. После Локарно фильм отправляется на кинофестиваль в Нью-Йорке, что неудивительно. #кропоткинкино #транскино

​​🤓 Вижу, как русскоязычные соцсети возбудились от сообщения, что есть, мол, такие миллионеры из России, которые ради экономной легализации заключают на Кипре фиктивные гей-браки с обладателями местного гражданства. Много неясного. Например, почему только миллионеры. Еще смешно: почему возбудились сейчас, почему в связи с Кипром, если об ЛГБТК-браке как возможности легализоваться на Западе можно было и в теории предположить (я об этом рассказ написал лет двадцать тому назад 👉 вот он), а практика периодически подбрасывает такие кейсы. Специалисты по переездам из страны в страну, меж тем, давно и уверенно не рекомендуют этот способ. Окей, вступит в гей-брак "миллионер". А как он обезопасит себя и свои капиталы от рисков, неизбежно возникающих из-за зависимости от человека, с которым связывает только бизнес и ничего личного? #мимоходом #кропоткинкниги

​​🤓 А вот это красиво: Кейт Бланшетт и Нина Хосс, сыгравшие супружескую пару в Tár, снова объединились, — на этот раз на одной из сцен Королевского национального театра в Лондоне. Режиссер Бенедикт Эндрюс надумал соединить «Электру» Софокла с сюжетом «Персоны», фильма Бергмана. Elektra/Persona. Там Электра хочет убить свою мать, мужеубийцу, а тут сливаются в двуединство больная актриса и ее медсестра. Бланшетт и Хосс будут играть все четыре роли, меняясь местами из вечера в вечер. Премьера 19 августа. Спектакли будут идти до 10 октября. Актрисы в предпремьерной беседе с критиком Guardian говорили о важности маски, которая помогает открыть лицо. У австралийского режиссера есть опыт работы с обеими актрисами. Кейт Бланшетт была в 2014 году одной из «Служанок» по Жану Жене (постановка в Нью-Йорке). Нина Хосс в 2024-м сыграла Раневскую в очередной постановке «Вишневого сада» в Лондоне. Стоит добавить, что обе актрисы, мало того, что хороши в дуэте, они еще сильны в квир-образности. Австралийка сыграла в «Кэрол», ныне сапфическом культе. Немка — в оквиренной Гедде. И мои пара слов о 👉 Tár 👉 Persona В общем, айда в театр! #мимоходом

Или вот пример, как знание меняет восприятие. Почему у человека на картине глаза будто накрашены? Квир-семья в советском автобусе? Что хотела сказать художница, понятней из названия. Это Донбасс, шахтерский край, грязь и пыль въедаются так, что вокруг глаз, в местах нежных не отмываются. Ошибка толкования, которую можно и не считать ошибкой: почему бы, например, шахтеру не пожелать выразить свои желания легитимным способом, — не сильно стараясь в мытье, подчеркнуть яркость глаз. Пример, который рифмуется с тем знаменитым снимком Рокко Морабито: в 1967 году американский фотограф поймал момент, как один электромонтер делает искусственное дыхание другому, повисшему без сознания на страховочном ремне. Фото Kiss of Life получило Пулитцеровскую премию, а десятилетия спустя британский квир-режиссер Дерек Джармен, умиравший от СПИДа, увидел в нем нечто другое и под названием Kiss of Death повесил в своем доме. #мимоходом

🤓 🎥 А вот Zapatas Bande, немецкий немой фильм 1914 года о съемочной группе, которую итальянские крестьяне принимают за настоящих бандитов, а одна местная девушка даже влюбляется в героиню Асты Нильсен, переодетую мужчиной. Образчик раннего, наивного квира, в котором Нильсен одинаково комфортно чувствует себя как в юбках, так и в штанах. #мимоходом #кропоткинкино

​​ «Движимые любопытством, в первый же год в Париже мы отправляемся на Прайд. За свои 46 лет я еще ни разу не была на гей-параде. Не знаю, почему мне ни разу не пришло в голову посетить его в Сан-Франциско. Честно говоря, я с большим скепсисом отношусь к внешним демонстрациям себя. Но в последние годы в России гомофобная повестка настолько усилилась, что этот выход как будто становился моим протестом против запретов на родине». Сегодня читатели Republic, платформы независимой русскоязычной журналистики, узнали, как Елизавета Осетинская, известная бизнес-журналистка из России (и, само собой, «иноагент») побывала на прайде в Париже, по своему нынешнему месту жительства. С одной стороны, подумаешь, новость. Среди покинувших Россию селебрити едва ли не хороший тон, рассказать, как они теперь поддерживают ЛГБТ. С другой стороны, логично подумать, нет ли в таком походе выражения себя? В случае с Елизаветой Осетинской это, как понимаю, нечто вроде каминг-аута. «Нечто вроде», — поскольку безусловной прямоты тут нет, понимай, как хочешь. Ютуб-интервью Осетинской я люблю, хотя ни черта не понимаю в бизнесе — у нее умиротворяющая аура, она ненавязчива и убедительна в уверенности, что мир, каким бы взбрендившим, порой, ни казался, все-таки не такое уж дрянное место. И если Осетинская — квир-человек, то это просто здорово, побольше бы русскоязычным квирам таких образцов для подражания. В общем, я заинтересовался. Приведенный выше пассаж — цитата из перевода очередной колонки Осетинской во французской газете Le Monde. В предыдущих выпусках читатели узнали о тяготах оформления счета во французском банке для человека из России; о том, каким бывает преподавание во французской экономической школе; как проходит социализация ее дочери Беллы в парижском квартале Пасси. И еще одна цитата: «Парадокс, но в гомофобной России две женщины, воспитывающие ребенка, ни у кого не вызывают удивления. А здесь, в Пасси, двум мамам никак не слиться с окружающей действительностью!» Я добрался и до оригиналов этих колонок, — они, увы, доступны целиком только для абонентов французского издания. Пришлось довольствоваться пересказами, а из них следует, что в первом тексте из цикла «Русская в Париже» упоминается не только дочь, но и жена колумнистки. Не исключаю, что принадлежность Елизаветы Осетинской к ЛГБТК-сообществу — секрет полишинеля, но Википедия об этом молчит, какие-то упоминания в прессе мне прежде не встречались, а искать прицельно я надумал только сейчас, потому что сама журналистка разложила там и сям крошки квир-знания о себе. Дала, получается, разрешение на интерес. UPD И да, в последней колонке из цикла, опубликованной на Republic, колумнистка, описывая мытарства во французских больницах, прямо называет жену женой: https://republicmag.io/posts/117889 #мимоходом

​​🎥 🌈 Еще посмотрел «Парней из провинции» (Des garçons de province, 2022) фильм о геях в нынешней французской глуши. Это три сюжетно не связанных друг с другом истории, в которых разными способами рассказано, как хотя бы мельком, эскизно можно прожить то, что невозможно в формате целой жизни. И травестия тут — способ преодолеть тесноту. Темнокожий парень-мигрант живет одним домом с деревенским поваром, а мечтает о таком же веселье, что показывают заезжие дрэг-королевы. Вчерашний школьник летом надевает от скуки женские туфли и разгуливает в них по деревне. К пожилому учителю на фотосессию приезжает молодой эскортник и, пожелав надежного любовника, узнает о новом знакомце неприятную правду. Каждый эпизод по отдельности мог бы получиться интересным полнометражным фильмом. Тут же неизбежный из-за хронометража формат синопсиса, когда чувства скорей обозначены, нежели выражены. Режиссер Гаэль Лепенгль пришел в игровое кино через документалистику, и герой для него так же важен, как и среда вокруг. Провинция во всех трех новеллах — что-то вроде холодноватых родителей, которые голодным не оставят, но никогда не спросят от чего на самом деле у тебя нет никакого аппетита. Мораль «всюду жизнь» не тянет на сколько-нибудь весомую, но ценно, наверное, чувство узнавания: да, и у меня было нечто похожее. Карнавал для smalltown boys это и впрямь спасение души. #кропоткинкино

​​🤓 Сегодня 125 лет со дня рождения Нины Берберовой, которой квир-мир должен быть благодарен за блестящую, до сих пор никем не превзойденную биографию Чайковского. Но надо бы и о том помнить, что писательница была бисексуальна. Исследовательница Ирина Винокурова выяснила, что в году примерно 1944-м, будучи в ту пору замужем за Николаем Макеевым, Берберова была увлечена француженкой Ниной Журно. Затем последовал развод, а упоминания о своей лесбийской связи она позднее вымарала из дневников, — в автобиографии «Курсив мой» Берберова об этом не пишет вовсе (и почти не пишет о втором муже, Макееве, арт-дилере, с которым прожила вместе 10 лет). Ирина Винокурова объясняет: «…они поначалу сильно любили друг друга, но со временем им стало трудно жить вместе, они разъехались, но тем не менее продолжали видеться чуть ли не каждый день […] На всем пространстве своей автобиографии Берберова старательно умалчивает о собственной бисексуальности, хотя сообщает об этом достаточно подробно и откровенно в сохранившихся в архиве записях. В момент написания "Курсива", да и гораздо позднее бисексуальность обладала мощной социальной стигмой, причем даже на Западе, а в некоторых странах, как мы знаем, обладает по сей день. В сильно сглаженном виде ситуацию с Макеевым и Журно Берберова позднее положит в основу сюжета своей пьесы "Маленькая девочка", которую она писала и переделывала на протяжении десяти лет и закончила только к середине 60-х». Подробней — в книге «Нина Берберова: известная и неизвестная», вышедшей пару лет назад в США. На фото: Берберова в 1946 году.

​​🎥 🌈 А вот еще Sad Jokes (2024), недавно выложили в медиатеке первого немецкого телеканала в линейке прайд-фильмов. Это вторая работа Фабиана Штумма с ним же в главной роли и про жизнь, которая напоминает его собственную. Картина такая же болтливая, желающая быть близкой к жизни, что и мамблкоры 1990-х, или, что себялюбивому автору наверняка приятней, похожая на рефлексии Вуди Аллена, профессионального невротика. Первый фильм Штумма был о расставании двух геев и всячине вокруг (👉 вот мои смешанные чувства о нем), теперь главный герой тоскует без любовника, встречается с друзьями, ходит на курсы терапевтической лепки, утешает мать своего ребенка, лечащуюся от депрессии в специальной клинике. Он собирается снять комедию, коллекционирует анекдоты, пишет сценарий, — в целом, не столько связная история, сколько галерея бытовых трагикомических ситуаций. «Как называется кофе в депрессии? Депрессо». У этого автора хорошее чутье на грустное в смешном и наоборот, его герои, типичные современные немцы из буржуазно-богемных узнаваемо расчесывают свои душевные раны, знакомо упражняются в пассивной-агрессии, прикрытой натренированной вежливостью «приличного» человека. В той или иной степени раздражают все, — не живут словно, а барахтаются в тине. В диалогах, напоминающих импровизацию, можно разглядеть грустную насмешку над этой, такой устроенной и такой нелепой жизнью одного гомосексуала в большом европейском городе. К тому же, снято с умом, сильно напоминая фильмы-этюды залюбленного фестивалями японца Хон Сан Су. Дебют Штумма в Германии хвалили, так что разумно, наверное, и продолжение в том же роде: он опять самым необязательным образом рассказывает о себе в виде пара-биографии, у него снова точны образы людей вокруг. Он оказался верен даже Годехарду Гизе, прекрасному актеру с узнаваемым тухлым взглядом, который прежде был гробовщиком, а теперь столь же ловко представил кинопродюсера (в этом узнаваемом сочетании хищности и обходительности). Но и проблема все та же: сам режиссер — столь чуткий в кастинге, со столь отменным пониманием бытового комизма, и достаточно умелый в визуальных фразировках, — ужасно плохой актер, от чего выглядит вставным глазом на живом лице. Через час просмотра уже невыносимо видеть эту выдвинутую челюсть и эти дыры черных глаз глубоко депрессивного человека. Не психолог, но уверен: этому режиссеру нужен психотерапевт. Неясно только, зачем он кино сделал своей психотерапией. Фильм не очень-то торопится ответить на вопрос, чего ради он нужен еще кому-то, кроме зацикленного на себе автора: милого вялого и так полным-полно. #кропоткинкино

​​📺 Пытаюсь понять, почему хвалят американский сериал «Бухта вдов». А его хвалят: 98% свежести на Rotten Tomatoes, восемь баллов из десяти на IMDb. Во-первых, критики обычно пишут рецензии, не увидев сериал целиком. И тут первые две серии отлично скроены: мэр-недотепа желает процветания своему острову, зовет журналиста большой газеты, чтобы тот похвалил, тот хвалит, туризм на подъеме, да только место это проклятое — каннибализм и маньяки в анамнезе. Хорошо придуман образ мэра, обыкновенного и трусоватого, который хочет как лучше и, преодолевая одно препятствие за другим, дрейфует в сторону обыкновенного героизма (повод запомнить Мэтью Риза). Во-вторых, это сериал неоднозначных чувств. Замиксованы желание рассмешить и желание напугать; два аффекта, которые особенно хороши в связке, если авторы жуют жеваное — цитируют уже известные хорроры. Тут же обильно цитируют: целая серия отведена под мета-версию «Кэрри», например. А еще разложены там и сям подмигивания «Оно» с этим жутким клоуном, «Возвращению живых мертвецов» понятно с чем и проч. Известное страшное, как известно, не пугает, а кривляется. К тому же в «Бухте» нагнетание жути все время разбивается каким-то бытовым смешным контрапунктом. Мурашки есть, но от них только щекотно-весело. Эффект примерно такой, как от ранних братьев Коэнов и их многочисленных последователей. Других причин для зрительской радости не нашел. Сюжету не хватает мяса, на три четверти сериал надуман, его флэшбэки, растянутые на серии, показывают, что авторам нечего сказать по существу, а эпизодов по плану должно быть строго определенное количество. Из необъяснимого: зачем-то на проходную роль служки в мэрии взят отличный (квир)актер Джефф Хиллер (известен по ситкому «Кто-то где-то»), но играть ему, умеющему быть нелепо-трогательным, нечего, а ведь он мог бы. Сыграно профессионально, снято крепко, с ритмом каждого эпизода по отдельности все в порядке. Финал открытый, второй сезон будет. Смотреть не стану. #мимоходом

🪦 Умер создатель «Ари и Данте». Узнал только что о кончине Бенджамина Алире Саэнса, это он написал одну из самых популярных в мире книг о квир-взрослении «Аристотель и Данте открывают тайны Вселенной». Прожил американский писатель 71 год. Можно сказать, что ему было выдано несколько жизней: родился в семье фермеров в глуши на юге США; отучился в семинарии, стал священником; сложил с себя сан; был десять лет в браке; лечился от алкоголизма; после 50-ти сделал каминг-аут; написал свою самую знаменитую книгу, в которой выразил личные переживания (но были и другие книги, получившие награды); писал прозу и стихи; преподавал креативное письмо в университете в Эль-Пасо. Скончался 28 июля после долгой болезни. 👉 чем хорош его самый известный роман «Я хочу перестать бояться. Слишком много времени я потратил на страх». Книга ныне запрещена в России, она есть в виртуальных библиотеках. #кропоткинкниги

​​🎥 Прятался в Берлине от жары в кино, посмотрел The Invite, камерную тривиальную комедию о невротичной паре в большом городе. Учитель музыки и домохозяйка, оба фрустрированы из-за нереализованных надежд и нулевого секса, приглашают в гости соседей, у которых, судя по еженощным воплям, этого секса завались. Кинозал прекрасный, хорошо охлажденный, фильм приятный, во всех отношениях буржуазный, — я за таким хожу в рестораны: мило, предсказуемо, не без затей, все хорошо делают свою работу. Восторги, которыми новую работу Оливии Уайлд осыпала международная кинокритика, все-таки излишни: талантливые люди прилежно потрудились, изготовили веселое и чуть стыдное зрелище, в стыдности которого и вся прелесть. Гости, секстерапевтка и бывший пожарник, приходят не только за тем, чтобы выпить и поболтать, но и предложить излечение от фрустрации домашней оргией. Получается же много болтовни, но у супругов, двоих трехмерных рядом с двумя схематичными, появляется шанс перестать друг друга мучать и, наконец, заняться сексом (о всеисцеляющая сила оргазмов!) Колкие скрипичные, которые сопровождают в фильме бытовые ссоры, это именно то, что и я слышу, когда вижу, как люди, привыкшие друг к другу, походя друг друга истязают. И это то, чего я сам, в своей семье всеми силами стараюсь избегать: неплохие же люди, друг другу нелишние, зачем вы друг друга без нужды обижаете. Прилично разыгранное, приятное кино, которому недостало какого-нибудь небанального финального твиста: в ресторанах классом повыше особенно стараются с десертом, потому что это последнее, что останется в памяти. Тут другой случай. Пианина в четыре руки 😏 Но Пенелопа Круз в роли пришлой секспозитивной красавицы бесподобна: пока вокруг нее эти потомки «нового голливуда» дают станиславского, она хорошо чувствует себя в стихии палпа, абсолютно непроницаемая, с отличным чувством ритма; боже, спасибо, что есть на свете девушки Альмодовара, которые способны витализировать любую мещанскую тягомотину. #мимоходом

🎦 🌈 Boss, I Love You Китай, 2014 В современном Пекине, едва отличимом от любого другого мегаполиса, безымянный парень служит личным шифером у безымянного бизнесмена, и чем прилежней служит, тем сильней его вожделеет. Эта короткометражка, снятая в приглушенных, близких к сепии цветах, бессловесна: только городской шум, да каша далеких голосов. Друг с другом мужчины не разговаривают: один знаками дает понять, чего хочет, а другой исполняет приказания, — открыть дверь, довезти, донести до кровати, принести из химчистки костюмы. Босс слугу не видит, а слуга ловит его взгляды, разглядывает тайком в зеркало заднего вида. У босса развод, он ищет забытье в алкоголе и объятиях случайных женщин. Слуга служит, да все ближе кружит, все меньше согласный любить лишь на расстоянии. Эту короткометражку ругать легко, что виртуальные зрители с охотой делают. 👉 смотреть и читать Отказ от слов кажется надуманным, крупные планы услужливого слуги утомительны, эмоции не просто подавлены, а погребены под кучей мелких необязательных дел. Сюжета, в общем, нет, а там, где мог бы быть сладостный медленный подогрев любовного жара, все одно да потому. Интересно не само кино, пусть в финале можно разглядеть нечто вроде ехидцы. Ценно знание, что режиссер Чжан Юань своим фильмом перебрасывает мостик к своему же, действительно выдающемуся творению: в 1996 году он партизанским способом снял «Восточный дворец, западный дворец», первую полноценную гей-драму в кинематографе Китая. Гей, пойманный во время крузинга, соблазнял полицейского своей исповедью, и не без успеха. И там, и там гей-сюжет приглашает поговорить о садомазохизме власти и подчинении, о рабе, который лижет руку хозяина, делая того своим рабом. Но нового шедевра у Чжана Юаня не получилось, а шансы снять что-то еще, сейчас близки к нулю. «Дворцы» в 1997 году показали в Каннах, а режиссера из Китая не выпустили. Потом он пошел на уступки цензоров, стал снимать «аполитичное» кино и даже заслужил на родине похвалы. Но дальше начались скандалы с наркотиками, и теперь у него фактически волчий билет: вскоре после премьеры короткометражки на китайской стриминговой платформе Чжана Юаня снова поймали на употреблении метамфетаминов. В стране с нулевой толерантностью к «веществам» это значит, что на киностудию в Китае ему путь заказан. Чем занимается сейчас, на что живет, неведомо. Не гей. Режиссер-гуманист. В лучшие ранние годы прославился интересом к аутсайдерам: людям с инвалидностью и зависимостями, к рокерам и панкам. Оба его гей-фильма показывают два разных Китая. Запрещенное в 1990-е было допустимо в 2010-е. Но теперь все в прошлом: в этой стране снова нет и не может быть никаких экранных геев. #кропоткинкино #мимоходом

​​🤓 Наверное, надо бы сказать, почему я стал так нерегулярно вести телеграм и почти прекратил писать обзоры на книги и кино. Дело в том, что в последние месяцы я привожу в порядок свой огромный архив, там, наверное, тысячи моих рецензий, разного достоинства, и надо бы разложить все по полочкам, пока это добро не ухнуло в какую-нибудь очередную цифровую бездну. Я все еще смотрю и читаю для себя новое, но не успеваю подумать, а значит и написать, — в общем, как доделаю то, что считаю сейчас самым важным, так и вернусь к прежним занятиям. Или не вернусь, не знаю. Посмотрим. Всем чин-чин. UPD Да, в сентябре буду на Венецианском кинофестивале и тогда буду писать о самом горячем (квир)кино все десять дней, нон-стоп.

Тут должны были быть фотографии с очередного берлинского прайда: платформы с танцующими ряжеными, собачьи маски (их было особенно много), едва одетые и совсем голые (а этих насчитал лишь пять), много одетых весело, много веселых: 83 платформы, многочасовое шествие. Разные лозунги. Смешные: «Я и мой пенис думаем о тебе». Серьезные: «Пока кто-то несвободен, то несвободен никто». Никаких объяснений писать не хотел, потому что прайд в моем календаре уже довольно давно действо ритуальное, символическое, о его важности, об этом образе открытого свободного общества я и думал много, и писал тоже, а теперь пришло время только фиксировать мелкие отличия одного от другого. Так думал. Фотографий не будет, или будут, но когда-нибудь потом. У этих людей на фото теперь отблеск трагический: они идут и едут, они веселятся и не знают, что праздник закончится страшно. В десять вчера того же дня, в субботу, на обочине Тиргартена нажал на газ арендованной машины 21-летний житель Берлина, родившийся в Германии, этнический ливанец, исламист, двумя месяцами ранее приговоренный к условному тюремному сроку, перебивавшийся случайными заработками, человек, по словам соседей, ничем особо не примечательный. Погибла женщина, 29 ранены. Близ места преступления я был пятью часами ранее, а потом, узнав об инциденте уже наутро, от соцсетей, подумал, что невозможно организовать стопроцентную безопасность. Ее нет. На прайде в Берлине было 2200 сотрудников полиции, — как раз, когда смотрел на парад и немного шел с другими, думал, как же хорошо все организовано, где надо тормозят, где надо поворачивают, никто друг другу не мешает. Преступник, которому оставалось жить меньше суток, нашел слабое место, и пока неясно, был то спонтанный акт или же спланированное действие. Еще когда был возле Бранденбургских ворот, еще когда концерт на большой сцене лишь раскочегаривался, часов в шесть вечера, сделал несколько снимков советского танка и советского солдата-памятника, в окружении радужных флагов. Мне показалось это символичным, — правда, не знаю точно, что символизирует этот контраст. Что режимы умирают, а любовь всегда жива? Устав от шума и людей, ушел уже в половине восьмого вечера, веселье только набирало силу, — и тех, кто шел со мной в одном направлении, было куда меньше, нежели идущих навстречу. Кто-то навстречу празднику, а кто-то, та погибшая женщина, навстречу собственной смерти. Смерть всегда рядом. Насильственная смерть особенно страшна. Она символически перегружена, когда ненависть ее источник. Уверен, что ненавидящие нас, квир-людей, в меньшинстве, уверен, что большинство не желает нам зла. Уверен, что надо помнить и о том, что смерть рядом, и о том, как важно в качестве точки отсчета, как и финальной точки видеть радость, радость жизни. Квир-радость, радость вопреки, — это навык, выработанный поколениями квир-людей. Чем чернее тени, тем, — где-то —  ярче свет. На другой день после прайда, на нескольких площадях Берлина собирались, говорили, плакали. Обещали танцевать. Мне кажется, важно запомнить это состояние. Ты знаешь, что опасность рядом, ты знаешь, что общественное приятие неабсолютно, но ты можешь вырабатывать радость. Прежде пели «я выживу», теперь важно уточнять: я живу, мы живы, мы всегда были, мы всегда будем. Генерировать радость — твоя обязанность. Это лучшее противодействие злу, какие бы формы оно ни принимало.  Звучит странно. Звучит как долг. Можно и так сказать.

​​🤪 Не слишком ли много свободно болтающихся членов на прайде. Газета TAZ, оплот берлинского квир-либерализма в канун прайда, одного из крупнейших в мире, рассуждает, прилично ли светить хуем во время марша. Приведены аргументы «за»: например, что «шлюховатая маскулинность это нечто совсем другое, нежели маскулинность патриархальная». Приведены аргументы «против»: например, вопрос, «правда ли, что празднование квир-любви следует сводить к наготе и сексуальности». Колонка смешная, глуповатая, написанная для кликбейта, — неубедительны ни те аргументы, ни другие. Но самое смешное, что сам вопрос пуст. Голые на прайдах в абсолютном меньшинстве: видел на берлинском года три тому назад группу геев-нудистов, которые собой доказывали, что одежда не только для тепла придумана. Да и не гигиенично. Ни для тех, кто гол, ни для тех, кто случайно рядом: пьет свой напиток и бога молит, чтобы в стакан не угодили непрошенные лобковые волосы. #мимоходом

​​🎥 🌈 Сегодня объявили программу предстоящего Венецианского кинофестиваля (2.09 – 12.09). Глянул пока только бегло, — в отличие от недавнего Каннского, очевидного квир-материала там не очень много. В первую очередь Queer Edward II — это, судя по анонсам, посвящение британского инди-режиссера Тео Роллейсона и Кристоферу Марло, автору пьесы о короле-гее, и Дереку Джармену, который экранизировал этот материал, сделав его квир-манифестом (программа Venice open). Для Цая Минляна, мастера медитативного кино, квир-чувства всегда были важны, то же, наверное, будет и в его новом философском док-эссе «Пыль» (Dust). Любопытно, что там с автобиографическим доком «Антракт» (Intermission): Йонфань, гей-классик из Гонконга 225 минут рассуждает о себе, кино и мире.  Интересно, что накопал режиссер-гей Лука Гуаданьино, снявший док о Бертолуччи «Радость жизни» (Joie de Vivre). Смущает только хронометраж, — семь часов. Наконец-то сняла новый фильм гречанка Жаклин Лентзу (в 2021 году у нее был любопытный, весьма поэтичный дебют об отце-гее и его дочери). «День в жизни Джо: глава «Федра» A Day in the Life of Jo: Chapter Phaedra: судя по синопсису, сначала роман квир-воспитания, школьница Джо очарована певуньей Федрой и зовет ту прогулять школу; затем драма со стрельбой полиции и смертями. Из внезапного: «Любовники в синей ночи» (Lovers in the Blue Night) индийской режиссерки Анупарны Рой (она в прошлом году получила премию за лучший дебют в той же венецианской секции «Горизонты». Новый фильм рассказывает о четырех мигрантах в Мумбаи, гей и его фиктивная супруга, молодой вор и сутенер. Наверное, самым тяжким для просмотра будет итальянский фильм «Город живых» (La citta die vivi) в программе «Горизонты»: Эдоардо Габбриэлини реконструирует жуткое убийство  секс-работника в 2016 году в Риме; два пресыщенных молодых подонка (один гей, другой бисексуал), накачавшись веществами, решили выяснить, каково это —  убить человека, и за сто евро вызвали 23-летнего Луку. Большие надежды у меня на «Оглянись» (Look Back) Хирокадзу Корээды: это экранизация графического романа о близкой до беззаветности дружбе двух японских девочек-комиксисток. Квир-зрителю этот режиссер сделался безусловно мил после Монстра, получившего «Квир-льва» в 2023 году.  Новая картина в основном конкурсе. Из спекулятивного: в конкурс попал фильм DAU Ильи Хржановского, режиссер из России утрамбовал в один фильм свой мегаломанский проект, поселив людей в советские декорации, выстроенные в Харькове; там, среди прочих, была и гей-пара, может быть, Саша и Валера мелькнут и в итоговом 210-минутном отчете, который и до премьеры можно смело назвать издевательством над человеком, поскольку предыдущие фильмы из этого проекта такими были. Перечень, конечно, неполный: сюжеты многих картин венецианского лайнапа еще не раскрываются. Все квир-премьеры прояснятся, когда объявят претендентов на премию Queer Lion. В прошлом году победила драма о геях-дальнобойщиках. И да, очень жаль, что не сбылся прогноз с Cry to Heaven, в фестивальной программе нет нового фильма Тома Форда. Видимо, еще не готов. #мимоходом #Venezia2026

​​🎥 🌈 Ничего радостного британский фильм Lilies not for me (2024) не сулил, — оптимистичные истории о конверсионной терапии рассказывают крайне редко (не припомню ни одной со времен But I‘m Chearleader, а тому уж почти тридцать). Не сулил, да и не дал: в своем дебютном полном метре Уилл Сифрид рассказал о страданиях некоего британца, писателя-гея Оуэна в 1920-е годы, который попал в больницу-тюрьму, чтобы избавиться от гомосексуальности, а там не только тайком пишет роман, но и держит речь перед дружелюбной медсестрой, которая романтическими флюидами должна бы помочь мятущемуся кудрявому юноше встать на путь истинный. Обрести лилейную чистоту, которой был лишен от природы. Он — гей, что очевидно, а об остальном не вполне отчетливо: Оуэн (говорящее для квир-истории имя) не то сочиняет, не то вспоминает. Был он любим и сам любил, но милый друг, после войны выучившийся на врача, захотел избавиться от понятно чего хирургическим способом: почему б не пересадить себе яички натурала. Вуаля не получается, но в наличии двое невинно убиенных и двое в полубредовом состоянии. Один хочет быть нормальным, сколько бы крови это ни стоило. Другой же становится заложником чужой обсессии. В манере режиссер не определился, и потому лирическое любовное перекрывает истерическое и крикливое, а нежное (сюр)реальное — мистически-мрачное. И не притча, и не игра в правдоподобие, — фильм-гибрид неуверенного в себе автора, который хочет быть смелым, но выглядит смешным. Совокупление юношей на дереве символизирует, наверное, что-то возвышенное, желающее отделиться от бренного и чуждого, но смотрится нелепо. Новые квир-режиссеры, к счастью, уже не стесняются показывать, что и как бывает в сексе, но сделать из него красивую метафору у них получается до обидного редко. А ведь в корне неглупое рассуждение: как раз в 1920-е пытались создать принципиально нового человека, — и путем принудительного перевоспитания народов как в СССР, и способами научными, что нашло отражение, например, в «Собачьем сердце». Именно тогда женщиной во всех физиологических мелочах пожелала стать транс-женщина из Дании Лили Эльбе и рано умерла. Именно тогда начали активно практиковать химическую кастрацию (и в 1950-е она фактически убила гения-математика Алана Тьюринга). «Лилии не для меня» начинаются как костюмная драма, затем становятся триллером, и в этой, довольно неуклюжей сцепке неожиданно отсылают к Веревке Хичкока о гей-паре, задумавшей идеальное убийство. Только вместо пресыщенности двух сибаритов, уверенных в своей исключительности, — страстное желание быть как все. И этот смысловой мостик от 1948-го к 2024-му, от злодейства однозначного к злодейству вынужденному не просто обозначает сходства и различия квир-нарративов двух эпох, но и прочерчивает ту длину и долготу: геи-преступники и геи-жертвы в таком разнообразии возможны в кино теперь потому, что прежде, за годы и годы кем они только ни были. Финал буквален, прям, символичен, красочен. И чувство скуки, которую вызывает, тоже связано с изобилием прежних лет: все это мы уже где-то видели. #кропоткинкино #мимоходом