— ʀᴇɴᴀɪssᴀɴᴄᴇ.

как мимолётны дни, и, кажется, лишь дунь, и жизнь вдруг улетит, пропев за полем – где-то... как бабочка исчез очередной июнь... и скоро упорхнёт очередное лето...

я бы предпочёл перевернуть страницу, но человек не властен над своими чувствами. не мы решаем, любить или забыть. мысли о ней не покидают меня. я думаю о ней днём, думаю ночью, когда просыпаюсь и не могу заснуть. я влюблён, как в первый день. можно устать от женщины, возжелать другую, но это будет не любовь, а страсть. истинная любовь интеллектуальна. она живёт в мозгу. бывают дни, когда я думаю, что лучше бы мне забыть её.

на свете нет ничего более идиотского, чем ритуалы, которые мы сами для себя придумываем в надежде задобрить судьбу.

мелочь, пара сигарет, куча книг. тоска обняла по отцовски. чем ближе ко мне лиля брик, тем меньше я – маяковский. я хочу сбежать от лета от горячего женского взгляда чем живее моя джульетта тем мне больше хочется яда. по душе одиночество щедро кулаками калёными бьёт. чем сильнее меня любит герда, тем мне больше нравится лёд.

я знаю, тебе когда-нибудь повезёт: безумцам, как ты, и небо идёт навстречу. вас любит шальное утро и томный вечер, вас греет в апреле солнце и держит лёд. такие, как ты, меняют судьбу светил, коснувшись их на излёте ребром ладони – мир, может быть, даже ещё ничего не понял, но весь расцветает, стоит тебе пройти. летят тебе вслед улыбки и похвала, добро и любовь — и нет ничего другого, ведь ты лучше всех живых и всего живого.

когда ты любишь – тебе принадлежит весь мир. когда ненавидишь – ты даже сам себе не принадлежишь, а принадлежишь одной только ненависти.

это только кажется, что за всё платят деньгами. за всё действительно важное платят кусочками души.

экзюпери заблуждается. мы ответственны за тех, кого приручили, но не обязательно церемониться с теми, кто притворился прирученным, чтобы приручить нас.

проблема не в твоих выборах, а в том, что ты романтизируешь жизнь, которой не прожил. человек всегда находит нехоженую тропу соблазнительной и загадочной.

я вас любил так сильно, безнадежно, как дай вам бог другими – но не даст! он, будучи на многое горазд, не сотворит – по пармениду – дважды сей жар в крови, ширококостный хруст, чтоб пломбы в пасти плавились от жажды коснуться – «бюст» зачёркиваю – уст!

summer.

вместо поступи – танца надрыв, беспощадно, до боли, до колик. меня нет. я возьму перерыв. вместо подписи – крестик и нолик. словно яблока ломтик, без сна подрастает луна понемножку. меня в нос целовала весна, как бездомную рыжую кошку. растреплю свои косы и ветру отдам. раскидаю по сумеркам сердце. я давно заплатила по вашим счетам. пусть от памяти некуда деться.

только тот, кто рассматривает свои собственные ошибки через увеличительное стекло, а ошибки других через уменьшительное, – способен постичь относительное значение того и другого.

— представьте, что реальность подобна потоку, а наше сознание созерцает – или создаёт, как вам больше нравится – его поперечное сечение. это сечение есть наше «сейчас». понятно, что для любого сознания в каждый конкретный момент может быть только один такой срез… — почему? — потому что с несколькими разными «сейчас» вас сразу отвезут в дурку. аргумент весомый. если бы все физики выражались так ясно…

в любви есть коллекционеры, разборчивые знатоки, а я любил без всякой меры от неразборчивой тоски. есть неразборчивость от бога. она чиста тем, что щедра и предпочтёт породе дога писк беспородного щенка.

ночь приходит и, сев на мою кровать, шепчет тихо (тая от «ушастых» стен), что задача у юности: отдавать. отдавать, ничего не прося взамен. может, время пройдёт – я почувствую страх... и внезапно в пути пропадёт ориентир. но сейчас по ночам у меня на руках, как дитя, засыпает измотанный мир.

спрятав дрожь в карман, изображать внимательность, пока внутри тебя шатается целый мир. не надо тут этих «сложится», мы не на математике, просто бери и складывай, чёрт возьми. а май вокруг бушует в попытках уже согреть тебя, снежный покров души на куски дробя. не надо стрелять – ни глазами, ни сигареты. обезоружь прямым «я люблю тебя».

соткана из противоречий.

когда не пахнут степные травы, не греют мысли и блеск лучей, когда внутри – остывает, травит, когда ты словно другой, ничей, и тускло светят в дворах и кухнях все те, кто может еще светить, когда ты знаешь – всё скоро рухнет, исчезнут в дыме твои пути, когда всё счастье ушло куда-то, кусками рушится личный мир... ...вломи себе по башке лопатой. и от меня кочергой вломи. дай в лоб с размаху, сойди с уступа, не клейся, словно дешёвый рис. бывает пусто – но стисни зубы, не трусь, одумайся, соберись. проснись с рассветом, смотри – в пожаре рисует солнце свои черты. мир очень старый и мудрый парень. он видел кучу таких, как ты. не нужно мерить судьбу шагами, и ждать удачи ли, власти ли. для тех, кто сдался, – мир словно камень. для тех, кто верит, – он пластилин. не прячься серой угрюмой тенью, не шли надежды в металлолом. твоё упрямое восхожденье стоит и ждёт за любым углом. ты можешь ждать, сомневаться, греться, бояться, волосы теребя. но как-то раз в беспокойном сердце проснётся кто-то сильней тебя. потащит, грубо стащив с порога, скрутив реальность в бараний рог. смиренным нынче – одна дорога. таким как ты – миллион дорог.