Magic cave
описание
Анна Гриценко Психоаналитик, создатель медиа об авторском кино @cinemagraphie 🎓 Восточно-Европейский Институт Психоанализа Для связи: @aunt_steelbreaker
610
подписчиков
Охват к подписчикам
255,2%
ERR
Реакции к просмотрам
1,50%
466 на 20 постов
Пересылки к просмотрам
0,90%
281
Постов в день
0,0
всего 21
Где отзываются чаще
доля реакций к просмотрам- 7 апр.Безусловная материнская любовь – феномен, обретший в массах статус абсолютной истины, один из тех столпов мироздания, раскачивать которые настоятельно не рекомендуется. Когда Симона де Бовуар во «Втором поле» заговорила о сложностях материнства, поставив под сомнение «естественное предназначение» женщины, её подвергли критике как традиционалистские, так и феминистские сообщества. Одни находили в её словах угрозу сложившемуся социальному порядку, другие усматривали в них попытку девальвации акта творения. На обочину в своё время были вытеснены и идеи Маргарете Хильфердинг, первой женщины, принятой в Венское психоаналитическое общество. В своей вступительной речи в 1911-м году она дерзко заявила, что «не существует никакой врождённой материнской любви». Хильфердинг была врачом и своими глазами видела, что после родов женщины нередко испытывают раздражение, усталость, отстраненность по отношению к младенцу. Материнская враждебность, согласно её наблюдениям, проявлялась в отказе от кормления, неприязни к ребенку и навязчивом желании избавиться от него. Пренебрежительно отмахнувшись от выводов Хильфердинг, Фрейд сослался на необходимость их статистического подтверждения, и сегодняшняя распространенность постродовых депрессий вполне согласуется с её свидетельствами. Стремление представить мать эдаким беззубым существом, которое «довольствуется возможностью с благодарностью надевать подгузник на Его Величество Младенца», призвано смягчить архаичный страх перед всемогущей фигурой. Ведь если мать хочет чего-то ещё, то она с лёгкостью может пренебречь интересами ребёнка, как показывает Ларс фон Триер в «Антихристе». Хотя опыт родов и не влечёт за собой ангелоподобной трансформации, любовь к ребёнку зачастую приходит к матери через взаимодействие с ним. Немалую роль играет телесный контакт, который способен доставлять удовольствие. Сексуальная природа приятных ощущений во время кормления, например, активно отрицается, в то время как именно она, по мнению американского психоаналитика Розмари Балсам, обеспечивает фундамент связи. Оставляя эрогенные следы на теле младенца, мать соблазняет его на жизнь. Тяжелый опыт постродовой депрессии – живое свидетельство амбивалентной природы материнских чувств, которую можно наблюдать и в безобидных, на первый взгляд, колыбельных. Агрессия здесь отводится обходным путём через некую сказочную угрозу: «Придёт серенький волчок и укусит за бочок». Колоссальное общественное давление приводит некоторых матерей к тотальному отрицанию собственных деструктивных импульсов. Любовь к ребенку в таком случае грозит обернуться одержимостью, компенсаторной непреходящей тревогой за его жизнь и здоровье. Каскад ощущений, сопровождающих беременность и роды, обусловливает полярность материнского отношения к ребёнку – от любви до ненависти и обратно: движения в утробе могут быть приятны, сами роды – чрезвычайно болезнены; опыт близости притягивает, утрата автономии пугает. И естественности в этом, как представляется, гораздо больше, чем в однотонном фантазийном «материнском инстинкте».8,22%
- 20 июл.«Есть или не есть, вот в чём вопрос», – в гастрономической версии знаменитой дилеммы Гамлета исходный экзистенциальный смысл никуда не исчезает. Отношения с едой вбирают в себя все конфликты, замещая слова, «застрявшие в горле». О путанной связи между голосом и голодом на примерах из Кафки, Гамсуна и Сорокина – в новом тексте для портала b17. Размышляю, откуда берётся привычка пережёвывать непережитое и можно ли от неё избавиться.6,04%
- 9 апр.«Настроение» зеркала переменчиво: в один момент отражение может радовать, в другой – разочаровывать. Суждения вроде «я красив» или «я уродлив» выносятся вовсе не на основании видимого. В книге «Мнимые тела, подлинные сущности» Николь Шаккенберг проницательно замечает: «То, как мы видим мир и себя, прежде всего зависит от нашего внутреннего мира, наших идей, нашего восприятия и представлений о том, как вещи устроены и как они должны быть устроены». В телесной психотерапии в ходу любопытный эксперимент, который при наличии партнера можно осуществить в домашних условиях. Человеку предлагается «описать» свое тело руками: вот такой ширины плечи, вот такие бёдра и т.д. Напарник с помощью измерительной ленты переводит эти показания в цифры, а затем замеряет реальные физические параметры испытуемого. Два силуэта, составленные по этим данным, переносятся на лист бумаги, накладываясь друг на друга. Расхождения между фантазией и реальностью становятся очевидными. Но это лишь наглядная демонстрация существующих искажений, которые не появляются на ровном месте. То, как мы воспринимаем свою внешность, – следствие отношений с другими людьми. Бессознательный образ тела, описанный Франсуазой Дольто, – это, по сути, словесный портрет, который определяет, что может быть увидено. В одной из клинических виньеток американский психоаналитик Розмари Балсам упоминает немолодую женщину, с трепетом глядящую на свои натруженные руки, которыми её мать часто восхищалась вслух. Оскорбительные, уничижительные эпитеты также вписываются в бессознательный образ тела, и тогда отражение разочаровывает прежде, чем достигает глаза. Зеркало оказывается не в силах пробить эту психическую слепоту. Поэтому даже конвенционально красивые люди бывают не способны разглядеть свою привлекательность. Особенности внешности могут как смущать, так и становиться предметом гордости, эдакой отличительной меткой. Избегать зеркал хочется до тех пор, пока они опрокидывают в пропасть беспощадно критикующих чужих голосов. Но благодаря постоянной регенерации живой психической ткани, потенциальная возможность взглянуть на себя другими глазами сохраняется на протяжении всей жизни. Постольку, поскольку в эту жизнь входят люди, звучащие по-другому.4,67%
- 14 февр.Две дорогие сердцу книги о самом главном 🫀 «Фрагменты речи влюблённого», Ролан Барт: «Я влюблён? — Да, раз я жду». Другой – тот не ждёт никогда. Подчас я хочу сыграть в того, кто не ждёт; я пытаюсь чем-то заняться, опоздать; но в этой игре я всегда проигрываю – что бы ни делал, я всегда оказываюсь освободившимся точно в срок, а то и заранее. Именно в этом и состоит фатальная сущность влюблённого: я тот, кто ждёт». «Эротика», Лу Андреас-Саломе: «Любопытно, что примитивный вид связи у животных, предполагающий тотальное растворение друг в друге отдельных существ, так удивительно соответствует тому идеалу любовного счастья, которых воображает себе человеческий дух в своих наиболее возвышенных эротических снах. Вероятно, поэтому над любовью постоянно витает лёгкое чувство тоски и страха смерти, которые едва ли могут быть друг от друга чётко отличены». К удивлению, в закромах памяти не отыскивается чего-то в той же степени пронзительного из художественной литературы. Первое, что пришло в голову, конечно, «Мастер и Маргарита», потом «Это я – Эдичка» Лимонова (?!) и, в общем-то, всё. Как-то даже не верится.4,49%
- 29 апр.В сердцевине любовного опыта раз за разом обнаруживается рана. Древнегреческая поэзия тому – красноречивое свидетельство. В книге «Горько-сладкий эрос» (к которой стоит обратиться хотя бы ради эстетических впечатлений) Энн Карсон демонстрирует обилие «калечащих» метафор для описания эротических переживаний в античности. От «вырванных» лёгких до «отсечённых» гениталий – влюбленный не ощущает себя целым, Другой лишил его прежней формы. Французский психоаналитик Андре Грин говорил в этой связи о нарциссическом «кровотечении», спровоцированном резким оттоком либидо от Я. Парадокс в том, что пребывающий в таком болезненном состоянии вовсе не стремится к «выздоровлению», напротив, он жаждет оставаться «больным». Горько-сладкая мука, как показывает Карсон, предпочтительнее слияния с объектом любви: «Чего хочет желающий от желания? Чётко и ясно: продолжать его испытывать». Тая, подобно льдинке, влюбленный переживает ни с чем не сравнимое удовольствие. Он уже не там, где был прежде, – «энергосберегающий» режим не совместим с любовными потрясениями. Потеряв часть себя в любимом, не избежать смешения с ним: можно говорить об обогащающих свойствах новых идентификаций или, вслед за Сократом, о растущих «крыльях души». Куда бы ни устремилась стрела Эрота, она ведёт за границы, к другому языку и себе-незнакомцу.4,39%
- 14 авг. 2025 г.Под «естественным» состоянием человека сегодня понимают приподнятое настроение и стремление к активной деятельности. Всё, что не вписывается в эти рамки, записывается в разряд патологии: «Грустить запрещено!» — гласит неоновая вывеска у одного из «островков» в торговом центре. Действительно, какая может быть грусть в мире бесконечных возможностей, где всё зависит только от тебя? «Развлекайся все сильней, веселись, ешь да пей, и ни думай ни о чем, и даже о себе!» — лозунг другого острова — острова Дураков из «Незнайки на Луне», где «энергию сердец» переплавляют в сладости и прочую пластиковую еду. И если жители этого острова в конце концов превращались в баранов и овец, то современный Незнайка однажды просто отказывается вставать с кровати. Яростные нажатия на кнопку «пауза» маркируются как проявления депрессии и подлежат психофармакологической коррекции. Расшифровывать послания захандрившего Незнайки не столь важно, главное — вернуть его в ряды трудоспособных граждан, «энергия сердец» сама по себе пока не синтезируется. Желание «упасть без сил» закономерно растёт вместе с увеличением скорости существования, которая достигает в наши дни каких-то предельных величин. Современные гаджеты «освобождают» время, которое теперь тратится на выполнение большего количества задач, а искусственный интеллект, как Двое из ларца, берёт на себя всю креативную часть вместе с удовольствием от творческого процесса. Что остаётся человеку, стремительно теряющему своё место в мире? Бежать, подобно кэролловской Алисе, в два раза быстрее, чтобы оставаться на месте. И ни в коем случае не оглядываться назад. Потому что там позади — целое кладбище неотгореванных потерь: утраченных связей, обманутых ожиданий, несбывшихся надежд. Адский котёл непролитых слёз и раздирающей злости. Воображение не зря рисует картину депрессии в таких мрачных образах, они пугают веселящихся-изо-всех-сил ещё сильнее, а «заболевших» мотивируют выздоравливать побыстрее. Современный человек сторонится печали, задумчивости, «тяжёлых» разговоров, как ребёнок, у которого болит зуб. Ему представляется, что злой дядя в белом халате непременно сделает больно, поэтому лучше ничего не говорить родителям. Боль от этого, конечно, никуда не денется, но ясны, по крайней мере, её пределы. О том, что вскоре болевые ощущения сузят мир до «тесной ямки» больного зуба, он пока не в курсе. То же самое с грустью: там, где её пытаются выставить за дверь, она заполняет собой всё пространство.4,34%
- 26 мар.Тело в аналитическом пространстве отнюдь не нейтрально. Два человека в кабинете вызывают друг у друга самые разные, в том числе физиологические, реакции. Чей-то парфюм, к примеру, или громкий голос способны заполнить собой всю комнату. Не всегда, правда, эти фоновые переживания поддаются вербализации, и поэтому могут образовывать «слепую зону». Опыт показывает, что психическая трансформация не обходится без телесной. Британский психоаналитик Сьюзи Орбах развивает любопытную мысль о разрушении «ложного тела» вместе с ложной самостью. Ощущение временной бестелесности переживается весьма болезненно, и в такие моменты, согласно Орбах, физическое присутствие аналитика становится целительным само по себе. Его тело может послужить опорной конструкцией для новой сборки. В онлайне сцена меняется: экран фрагментирует тело, динамик искажает голос, неполадки с интернетом мгновенно отражаются на качестве контакта. За кадром остаются запахи и объекты, на которые падает взгляд. Но даже в таком формате телесные реакции не становятся менее выраженными. Уловить их на крупном плане может быть легче, однако не исключены и чисто технические искажения. С телом у человека связано огромное количество тревог, и оно стремится рассказать свою историю – Орбах называет её «телографией» по аналогии с биографией. Горловые спазмы, тики, срывающийся голос могут перебивать говорящего, делая его речь сумбурной. Чтобы вникнуть в суть послания, в конечном счете приходится опираться не только на слух.4,20%
- 23 мар.Красота рождается у зеркала. Как только человек узнаёт себя в отражении, нечто выпадает в осадок, образуя мираж идеальной формы. Видимое будоражит, заряжает взгляд эротически, претендует на место реального. Виртуальное Я, обитающее в инстаграмном царстве картинок, отрывается от тела, низведенного до прислуги гаджетов. Эта «лучшая версия себя» не источает и не ощущает запахов, не испытывает голода, жажды или потребности в отправлении естественных нужд. Она бессмертна и собрана из фотографий, по частям, как монстр Франкенштейна. Привыкая существовать в таком виде, человек теряет чувствительность к сигналам собственного тела, игнорирует боль и усталость. Даже приятное возбуждение порой переживается травматически. Над созданием желанного образа у медийных личностей трудится целая команда: стилист, визажист, парикмахер, но прежде всего – фотограф. Именно его любование отпечатывается на снимке, его камера определяет, куда и с какого места будет смотреть зритель. Ракурс, свет и цветокоррекция в равной степени способны убивать и возвеличивать. Страх перед камерой, по мнению Сьюзен Сонтаг, обусловлен потенциальным упрёком в несовершенстве. Фотография – это запечатлённый взгляд Другого, сообщающий обо мне некую «правду». Полагая, однако, конкретный снимок исчерпывающей характеристикой себя, мы упускаем из виду, что это лишь одно из возможных прочтений, слово, вырванное из контекста. Кроме того, фотография зачастую говорит не столько об объекте, сколько о том, кто находится по ту сторону объектива. Для фотографа мир – своего рода пятна Роршаха, которые можно интерпретировать как угодно. Набирающие популярность ателье автопортретов, как и селфи, снижают тревогу за счёт возможности полностью контролировать результат. Шанс предстать в «невыгодном» свете здесь минимален – человек бессознательно располагается перед камерой так, как желает быть увиденным. К тому же действие можно отменить в любой момент – неудачные снимки отправляются в корзину без свидетелей. Отбросить тело в живом контакте невозможно, оно говорит беспрерывно, даже находясь в полном покое. «Кадр» рушится протяженностью: меняются позы, глубина дыхания, сила и направление взгляда. У радикально преображающих смеха, слёз, смущения, испуга масса оттенков, и каждый из них подлинный.3,53%
- 7 нояб.Метель как метафора тотальной неопределенности — образ для русской литературы почти архетипический. В снежной буре герой дезориентирован: он сбивается с дороги, петляет, мёрзнет, теряет чувствительность и внятное представление о цели. Движение по прямой не просто затруднено, оно перестаёт вписываться даже в воображаемые координаты. По мысли Владимира Сорокина, чью «Метель» недавно поставил на сцене Кирилл Серебренников, представление о подобном сбивчивом пути отсутствует в сознании современного западного человека. Жизнь-как-проект так или иначе предполагает достижение намеченного результата. А если не вышло, значит недостаточно старался. Никакие «бури» тут не оправдание. Болезненные неудачи могут выгодно оттенять последующий успех, но не отменять его. Кружения, отступления, радикальная смена маршрута если и оправданы, то исключительно в качестве взвешенных рациональных решений. Снегопад, в конце концов, прогнозируем, а грамотный управленец учитывает все возможные риски. Но как ни соблазнительна идея всемогущего контроля, мы прекрасно знаем, что прогноз погоды то и дело подводит, договорённости срываются, вещи ломаются и даже тело иной раз отказывается подчиняться внешним необходимостям. «Обнуление» может быть запущено и изнутри, в обход сознания, и тогда дела предательски валятся из рук без всякой видимой причины. В такие периоды «бурю» остаётся лишь переждать. В фильме «Дневник сельского священника» Робера Брессона опытный служитель даёт молодому кюре такое напутствие: «Наводи порядок каждый божий день и помни, что завтра снова наступит хаос, потому что ночь уничтожит все твои труды». Достоверен ли прогноз? Или предпочтительнее ориентироваться на сорокинский: «Будет ничего»?2,84%
- 21 июн. 2025 г.🙄2,50%
- 31 янв.Осваиваю новое пространство: ознакомиться с моим профессиональным профилем теперь можно на b17, там же – главные дипломы и сертификаты. Периодически буду размещать на портале тексты, и первый из них – об экзистенциальном кризисе, который заставляет избегать зеркал и топить печаль в алкоголе. Для примера взяла один из любимых фильмов – «Премьеру» Джона Кассаветиса, кино, которое, помимо прочего, представляет собой чистый опыт столкновения с инаковостью Другого, а потому всё время ускользает от попыток разложить его по полочкам. Как болезненное столкновение с собственной деструктивностью открывает доступ к источнику творческих сил, читаем тут.2,46%
- 3 окт. 2025 г.«В своих основных аспектах аналитическая ситуация не является реальной в обычном смысле этого слова. Она обладает особой реальностью, в определенной степени напоминающей реальность художественного переживания, например, реальность театра», – «Анализ самости», Хайнц Кохут.2,16%