Новости Ближнего Востока и других

Иран эскалирует конфликт, чтобы обрушить рейтинги Трампа Рейтинг одобрения Трампа упал до 33%, т.е. самого низкого уровня за время его президентства, показал опрос Reuters/Ipsos. Рейтинг упал до самого низкого уровня за время его президентства, ‌при этом подавляющее большинство американцев обеспокоены тем, что война США с Ираном продлится долго, согласно опросу Reuters/Ipsos, завершившемуся в понедельник. Согласно другому опросу Reuters/Ipsos, проведенному 3 августа, американцы впервые за почти десятилетие выбрали демократов, а не республиканцев, как более эффективных управляющих экономикой. Результаты опроса 3 августа также показали, как действия Трампа в отношении экономики, включая рост цен на энергоносители в результате войны с Ираном, могут негативно сказаться на шансах его партии на промежуточных выборах в ноябре, которые определят контроль над Конгрессом на следующие два года. В этом и заключается суть иранской тактики. Иран, например, говорит, что не намерен бесконечно терпеть морскую блокаду США, сообщает Reuters. По словам высокопоставленного иранского чиновника, Тегеран через посредников сообщил Вашингтону и странам региона установленный Тегераном срок, после которого может последовать реакция, поскольку он не желает терпеть блокаду. Они не боятся нового витка военных действий в регионе. Их цель - грохнуть рейтинги республиканцев перед выборами с помощью интенсивных боевых действий, поскольку каждый раунд боевых действий ведет к скачку цен на бензин, что уничтожает рейтинги Трампа и репов. Иран рассчитывает на то, что демократы уничтожат оппонентов на выборах, а затем демократы развяжут против Трампа кампании в Конгрессе, он утонет в расследованиях, а то и в конституционном кризисе, и не сможет заниматься Ираном.

На страницах издания Восточный Экспресс израильский иранист Михаэль Бородкин подготовил обзор международной прессы в связи с истечением сегодня срока Меморандума о 60 дневном прекращении огня между США и Ираном, и о переговорах между странами. 17 августа формально истек срок действия 60-дневного меморандума, установившего режим прекращения огня после 40-дневной войны США и Израиля против Ирана. Однако отмечает Бородин, в июле стороны обменивались ударами, так что режим прекращения огня де факто уже не существует. The Wall Street Journal сообщает, что иранские лидеры за время действия меморандума назначили на ключевые посты в силовых структурах самых надежных людей из числа командиров КСИР, дали им больше контроля над обычной армией, бросили все ресурсы на восстановление производства ракет и беспилотников, а также разработали планы расширения боевых действий, в том числе, против арабских стран Персидского залива. Эти планы вызывают большое опасение арабских лидеров, особенно в Кувейте. Ранее были публикации о том, что Иран готовит сухопутное вторжение в Кувейт, и эмират даже объявлял срочный набор в армию. США, со своей стороны, пытаются усилить давление на иранский режим, чтобы убедить его в необходимости уступок по ключевым вопросам, включая контроль над Ормузским проливом. Хотя пока что они предпочитают санкции. «Пытаясь заставить Иран принять американские условия, администрация президента США Дональда Трампа вновь ввела санкции против иранской нефти и восстановила военно-морскую блокаду — меры, которые были временно отменены в рамках июньского соглашения. Ослабленная иранская экономика, которая стала одной из причин массовых протестов, жестоко подавленных в начале этого года, является важнейшим фактором, который учитывают принимающие решения в Иране», — отмечает The New York Times, подчеркивая, что перспективы нового противостояния совершенно неясны. P.S. Подробный обзор современного состояния иранской политической системы и причины ее жесткого радикализма в отношениях с США, объясняет иранист Али Альфонех, исследователь иранского происхождения, чьи заметки можно прочесть здесь.

«Иран переходит к полномасштабной наступательной политике», указывает израильский публист, обозреватель издания Маарив, Эли Лаин, ссылаясь на высокопоставленного иранского чиновника. *** На фоне истечения 60-дневного ультиматума в рамках меморандума о взаимопонимании и угроз со стороны президента США Дональда Трампа утром в понедельник высокопоставленный иранский чиновник сделал драматическое заявление информационному агентству Reuters: «Иран переходит к полномасштабной наступательной политике». Тем же утром были опубликованы разведывательные оценки, согласно которым Иран воспользовался затишьем для значительного наращивания военной мощи. Высокопоставленный чиновник заявил Reuters: «Иран решил изменить свою политику с оборонительной на полностью наступательную». Он пояснил: « Это - давление на Соединенные Штаты, поскольку полагаться на посредников для достижения прочного мира нереалистично. Все иранские структуры будут готовы к эскалации напряженности в Ормузском проливе и регионе, если дипломатия потерпит неудачу. Иран не будет ждать, пока Соединенные Штаты будут бесконечно продолжать свою военно-морскую войну. Далее, он продолжил: «Иран установил крайний срок в несколько недель для полного выполнения Меморандума о взаимопонимании Соединенными Штатами». «График, установленный Ираном, будет передан Соединенным Штатам и странам региона через посредников». Эти слова прозвучали в день истечения срока действия меморандума о взаимопонимании, подписанного между двумя странами, о достижении соглашений в течение 60 дней (и о прекращении огня - прим). Ранее Трамп говорил об истечении срока действия меморандума о взаимопонимании с Тегераном и твердо заявил, что Иран должен «поднять белый флаг капитуляции». Он подчеркнул, что не действует под давлением: «У меня нет графика, я никуда не спешу». Ранее Иран отверг американскую интерпретацию о том, что обязательный срок Меморандума о взаимопонимании между Ираном и США истек. Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Ирана Эсмаил Бакаи заявил, что текст Меморандума о взаимопонимании не содержит пункта, который можно было бы определить как «60-дневный срок». По его словам, соглашение установило 60-дневный срок для переговоров только по двум вопросам — снятию санкций и ядерной проблеме, — и этот срок может быть продлен, если не будет достигнут результат... Иран, с другой стороны, считает, что время может сыграть ему на руку. Источники в регионе сообщили Reuters ранее в этом месяце, что Тегеран осознает опасения Трампа по поводу дальнейшего вовлечения в ближневосточные конфликты, особенно в преддверии промежуточных выборов в Конгресс США в ноябре. В то же время американские военные израсходовали большую часть своих запасов высокоточных дальнобойных средств, ракет, во время войны — факт, который может затруднить возобновление крупномасштабной воздушной кампании. Также, в понедельник, Трамп уточнил, что Израиль поддержит боевые действия, если они возобновятся: «Если боевые действия на Ближнем Востоке возобновятся, альянс Соединенных Штатов возглавит их, а Израиль поддержит». Трамп добавил, что американская военно-морская блокада продолжает оказывать беспрецедентное экономическое давление, которое обходится режиму в Тегеране в сотни миллионов долларов в день. «Они хорошие игроки в покер, но они умирают», — отметил Трамп, дав понять, что промежуточные выборы в Соединенных Штатах не влияют на его решения.

Это камень Ситы (по другой версии, камень Рамы, но не суть), знаменитый французской голубой бриллиант. Легенда говорит, что вор, укравший его из храма Ситы, погиб от удара молнии, и позднее, всем, кто его касался, он приносил несчастье. А среди них были короли, вельможи, ювелиры... Я бы вернул камень в храм. Он красивый, но я не понимаю, зачем хранить вещь, над которой тяготеет проклятие.... На самом деле, я бы отдал его Сите, даже если эта история про камень, похищенный из ее храма, - только легенда.

Коллективное управление Ираном, как оно устроено, каковы его истоки, как оно работало в прошлом? Этот процесс рассматривает специалист по Ирану, известный эксперт иранского происхождения Али Альфонех. По его мнению, давление военного времени временно совместило первостепенные интересы руководства в том, что касается сохранения режима, хотя его члены по-прежнему расходятся во мнениях относительно издержек, методов и конечных целей войны. Об этом он рассуждает в первой части. Так же, он, во второй части, рассматривает вопросы того, почему изменилась и стала более жесткой внешняя политика Ирана. Ныне покойный верховный лидер Али Хаменеи всякий раз деэскалировал конфликт после израильских ударов, не вступая в длительные обмены ударами. Это убедило Израиль и США в том, что Иран слаб, и стало причиной новой массированной военной кампании против него. Поэтому новое руководство Ирана в лице представителей трех ветвей власти, КСИР и армии, по-видимому решило сохранить любой ценой контроль над Ормузским проливом, одной из ключевых артерий мировой экономики, и кроме того, оно готово наносить удары по странам Персидского залива, расширяя области эскалации, создавая хаос на Ближнем Востоке и не позволяя США диктовать темпы и масштабы конфликта. Тексты написаны простым и ясным языком, но в то же самое время они предназначены для специалистов. Но если вы хотите разобраться в том, что происходит в Иране, это могло бы быть для вас интересным. P.S. Ну и в продолжении темы - Иран не намерен бесконечно терпеть морскую блокаду США, сообщает Reuters. По словам высокопоставленного иранского чиновника, Тегеран через посредников сообщит Вашингтону и странам региона установленный Тегераном срок, после которого может последовать реакция, поскольку он не желает терпеть блокаду. Иранцы хотят эскалации прямо сейчас, а не после выборов в США в ноябре, потому что эскалация ведет к росту цен на бензин и разрушает шансы республиканцев на выборах. Иранцы надеются вызвать в США конституционный кризис, с тем, чтобы Трампу стало не до Ирана.

Израильские СМИ утверждают, что Трамп решила взять паузу в переговорах с Ираном и в том, что касается бомбежек этой страны, по крайней мере до выборов в Конгресс США, которые состоятся в ноябре. Причина, скорее всего, в том, что каждый виток противостояния ведет к скачку цен на бензин, а это больше всего раздражает американцев и настраивает их против республиканской партии. Поэтому ставка будет сделана на усиление экономической блокады Ирана, что означает продолжение блокады иранских портов и расширение санкций. О том, какого рода расширение санкций гипотетически возможно, здесь. В дальнейшем США с большой вероятностью примут израильскую стратегию разрушения Ирана с помощью массированного и целенаправленного уничтожения его инфраструктуры.

По поводу ареста в Израиля, историка, журналиста, публициста антисионистского толка, д-ра Артема Кирпиченка. В Израиле существует ограничение на предоставление адвокату материалов дела. Т.е. они (израильская контр-разведка Шабак) ссылаясь на секретность, может выдвинуть любые обвинения и не показывать их адвокату материалы дела. Это означает, что адвокат практически не может (давайте скажем так - "почти не может") защищать арестованного или подсудимого. Шабак просто не обязан ему показывать материалы (мол, донесения секретного агента), и адвокат не может, таким образом, поставить под сомнения эти показания или другие материалы. Практически, такое положение дел скорее уже похоже на расправу, чем на суд. Для, тех кто не в курсе - вот тут информация о взглядах публицистике и книгах российского и израильского гражданина Артема Кирпиченка, за которые его, скорее всего, и преследуют (никаких военных или политических секретов Израиля он знать не мог, поскольку не принимал никакого участия в израильской политике и вообще редко бывал в Израиле). Шабак до сих пор, спустя две недели после ареста, не выдвинул никаких обвинений в отношении Артема, и не допускает к нему адвокатов. Израиль также не ответил пока на официальный запрос посольства РФ по факту ареста (или задержания) гражданина РФ. Вообще, все это уже начинает напоминать похищение - полная изоляция, отсутствие даже официальных обвинений запрет на встречи с адвокатом и т.д.

Израиль не соблюдал перемирие с ХАМАС Зеев Танин, израильтянин, который пишет о перемирии между Израилем и ХАМАС, утверждает, что «Хамас» был вынужден принять «Комплексный план» о прекращении огня, и сразу же после его опубликования, план был одобрены и правительством Израиля, которое, якобы на протяжении последующих 10 месяцев, воздерживалось, несмотря на нарушения со стороны «Хамаса», от возвращения к военным операциям. Все это время, утверждает Танин, присутствующие подразделения ЦАХАЛа в Газе "ограничивались оборонительными действиями и точечными ликвидациями наиболее одиозных террористов [Хамас]." Мне вообще было бы интересно посмотреть, посчитал бы Израиль прекращением огня или нет, если бы Хамас точечно ликвидировал "наиболее одиозных израильских политиков"? Но в действительности Израиль вообще не соблюдает соглашение о прекращении огня и продолжает постепенное наступление на Газу. Сегодня израильская армия контролирует свыше 60% сектора Газа. Об этом заявил командующий Центральным военным округом генерал-майор Ави Блут. «Это зона безопасности возле границ с сектором Газа, которую удерживают две дивизии и лучшие солдаты ЦАХАЛ. Вторжение в Израиль, которое случилось три года назад, более не является возможным», — цитирует генерала The Times of Israel. Израильское издание также сообщило, что в октябре 2025 года, в момент вступления в силу режима прекращения огня в Газе, армия Израиля контролировала 53% сектора, а ХАМАС — 47%, причем на этих территориях контролируемых ХАМАС оставались почти все палестинское население, около 2-х млн. В мае премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что приказал военным взять под контроль 70% сектора. Зона влияния израильской армии расширяется. Недавно, израильский политический обозреватель, Дина Лиснянская, назвала цифру 70% сектора (под контролем Цахала). Минздрав Газы сообщает, что с момента подписания соглашения тысячи палестинцев были ранены и убиты. Напомню, что предыдущие данные Минздрава Газы о 70 тыс палестинцев, погибших во время израильских атак были точны - они были подтверждены самими израильскими военными. Таким образом, ничего Израиль не соблюдает, просто натиск на Газу стал медленным. Возможно, под выборы в Израиле в октябре, он ускорится.

Как может выглядеть экономическая изоляция Ирана при Бессенте, Магдалена Дель Валле обсуждает это на страницах Bloomberg. По ее мнению, хотя администрация Трампа не сообщила о своих планах, существуют точки, на которые может нацелиться Министерство финансов при Бессенте. Главная проблема для США заключается в том, что использование оставшихся вариантов может привести к негативным последствиям для экономики самих США. Ниже приведён обзор нескольких вариантов. Остаётся неясным, какие из них, если вообще какие-либо, будет использовать администрация. Чиновники могут объединить несколько из этих мер или выбрать совершенно другой подход. Связи с Китаем Китай закупает более 90% иранского нефтяного экспорта. Штрафы для организаций, которые способствуют этим закупкам, напрямую сократят нефтяные доходы Тегерана. С момента начала войны США против Ирана в конце февраля Вашингтон уже ввел санкции против некоторых китайских заводов и предприятий по переработке чая. Однако пока США воздерживаются от введения санкций против крупных китайских банков, финансирующих эту торговлю. Угрозы Бессента в отношении Ирана сталкиваются с ограничениями со стороны Китая. Риск для Вашингтона заключается в том, что удары по китайским компаниям или финансовым учреждениям могут усугубить напряженность в отношениях с Пекином в преддверии запланированной встречи президента Трампа и лидера Китая Си Цзиньпина... В мае Китай приказал отечественным компаниям не соблюдать санкции США в отношении пяти нефтеперерабатывающих заводов, в то время как крупнейшие банки оказались между директивой Пекина и риском потери доступа к финансовой системе США. Обменные пункты В таких странах, как Объединенные Арабские Эмираты, существует ряд обменных пунктов, которые помогают Ирану репатриировать средства. После продажи нефти Ирану по-прежнему необходимы обменные пункты и посредники для конвертации платежей — часто получаемых в китайских юанях — в валюте, которую Тегеран действительно может использовать. Министерство финансов США уже продемонстрировало, что рассматривает это как уязвимость, введя санкции против некоторых иранских обменных пунктов в рамках кампании Бессента «Экономическая ярость» за предполагаемое содействие отмыванию миллиардов долларов в иностранной валюте. Такой шаг лишит Иран доступа ко многим средствам, но Иран годами создавал альтернативные каналы для вывода денег за пределы формальной финансовой системы. Закрытие обменных пунктов, скорее всего, подтолкнет транзакции к новым посредникам, валютам или цифровым активам, а не остановит их полностью. Торговые партнеры Ирана. США могут пригрозить вторичными санкциями любой организации, ведущей даже ограниченный бизнес с Ираном, аналогично подходу, который Трамп применил к Северной Корее в 2017 г. Это может вынудить иностранные компании и банки выбирать между ведением бизнеса с Ираном и сохранением доступа к финансовой системе США, потенциально расширяя влияние Вашингтона далеко за пределы организаций, непосредственно участвующих в торговле нефтью с Тегераном. Такой шаг может оказать дополнительное давление на Китай, а также на другие страны, на компании и финансовые институты в странах, граничащих с Ираном, — включая партнеров США, таких как Турция, — которые поддерживают значительные торговые связи с Тегераном. Трамп уже предлагал вариант такого подхода, угрожая ввести 25% пошлины на страны, ведущие бизнес с Ираном. Пока он не выполнил обещания. Зарубежные активы. США могли бы пойти дальше замораживания государственных активов Ирана и попытаться конфисковать активы, уже находящиеся под юрисдикцией США, используя шаг, предпринятый администрацией Буша после вторжения в Ирак в 2003 году. Однако объем активов Ирана, фактически находящихся в пределах досягаемости США, может быть ограничен. И их конфискация будет юридически и дипломатически сложнее. Теневой флот. Хотя военно-морская блокада США сократила поток судов в иранские порты, США могут рассмотреть более масштабные меры. Это может затронуть не только отдельные суда, но и компании, терминалы и другую инфраструктуру, обеспечивающую эти перевозки.

Турция переходит от подавления оппозиции к её переформированию, отмечает Салим Чевик, старший научный сотрудник Арабского центра, изучающий турецкую политику. После текста о современном состоянии Рожавы , логично прочесть текст о том, что происходит в Турции. Как сообщалось 13 августа Экрем Имамоглу объявил о выходе из оппозиционной Республиканской народной партии (РНП), которую захватил режим Эрдогана, назначив туда удобное ему руководство и отстранив прежних руководителей. Находящийся под арестом мэр Стамбула сказал, что решение принято поскольку он чувствует себя ответственным за будущее Турции. Он также призвал своих сторонников выйти из РНП, поддержать Новую партию, НП, (Yeni Parti). В июле группа депутатов во главе с бывшим лидером партии, Озгюром Отелем, покинула РНП, захваченную сторонниками Эрдогана, и объявила о создании НП. 91 депутатов турецкого парламента вышли из РНП вместе с Озелем, и лишь 44 остались в РНП. В принципе, НП может создать широкую коалицию из националистических партий, вроде Хорошей Партии и анти-мигрантской Партии Победы, она может договорится с относительно популярными анти-эрдогановскими умеренными консервативными исламистами из Партии нового благоденствия и привлечь на свою сторону профессиональных управленцев, вроде автора турецкого экономического чуда Бабаджана. Так же, она может получить голоса курдских избирателей. Если такую коалицию возглавят Имамоглу или Яваш, она сможет победить Эрдогана и на парламентских и на президентских выборах. Проблема только в том, что у правящей в Турции группировки во главе с Эрдоганом, партийным руководством правящей ПСР, сильной группой влиятельных банкиров, промышленников, строительных и оборонных компаний, связанных с ней, есть несколько тузов в рукаве. Можно много то сделать, чтобы анти-эрдогановские партии не пришли к власти. Статья Чевика демонстрирует то, каковы сейчас расклады в Турции.

"Закат на море", 1878 Холст, масло. 📍Нижегородский государственный художественный музей, Нижний Новгород 🖌Галерея Ивана Айвазовского

Что осталось от Рожавы? Ханна Дэвис, журналист, освещающий внешнюю политику, опубликовала заметки о Сирии и курдской Рожаве на страницах издания Foreign Policy. Много информации о курдских вооруженных силах, остатках автономной администрации и процессе интеграции курдских формирований и всей Рожавы, в авторитарный исламистский режим сирийского президента Ахмеда аш-Шараа. После того, как США перестали оказывать поддержку курдским вооруженным силам - СДС, и сделали ставку на аш-Шараа, курдские формирования сдали большинство позиций на огромных территориях, и, кроме того, согласились сотрудничать с новым режимом. Ханна Дэвис пишет о той ситуации, которая там сложилась в настоящее время. А что было в Рожаве до кризиса? В местных "коммунах" не было коллективной собственности, в отличие от различных коммунарских социалистических проектов прошлого, скорее речь идет об обычных муниципалитетах. Реальная власть на местах принадлежала богатой верхушке местных курдских семей, а также командирам СДС (курдской армии) и представителям курдской партии ПДС - сирийского отдела Курдской рабочей партии, РПК. Это было, по сути, военное правление командования СДС - одновременно кадровых партийных работников РПК, которые контролировали основное богатство региона - нефть, и до 70 процентов государственных расходов. Отрицать власть и идеи РПК запрещалось. В то же время, эта группа считались с интересами местных семейных кланов и старались принимать на местном уровне решения, которые бы устроили местные племена. Основная масса населения Рожавы состояла из частных фермеров, небольших самостоятельных предпринимателей , иногда использовавших наемный труд, и членов их семей. Имелось также несколько сотен кооперативов. Частная собственность была строго защищена статьей 42 конституции Рожавы. Это была однопартийная система власти, проводившая политику в своих интересах, но при этом опиравшаяся на местах на сотрудничество с местными большесемейными кланами. Также система обеспечивала защиту языковых и социальных прав этно-культурных общин, в особенности меньшинств (ассирийцы и др.), женщин, активно продвигая по службе, вверх по карьерной лестнице женщин и молодежь - группы, наиболее угнетенный в традиционном патриархальном обществе. Это необходимо РПК для того, чтобы ослабить местные влиятельные семьи, арабские и курдские, члены которых были поголовно вооружены, и их богатых племенных лидеров - шейхов. Существовал некоторый баланс власти между РПК и племенными кланами. Он создавал в сирийской глубинке определенный простор для свободы личности, которая могла обращаться за помощью к племенам в случае конфликта с партией, и к партии и ее вооруженным структурам в случае конфликта с племенами или с их лидерами или с собственными родителями. Например, попытка отца выдать дочь за богатого старика второй женой против ее желания могла быть пресечена курдским вооруженным отрядом в случае, если она обращалась за помощью. Курдская автономная администрация контролировала треть Сирии, где жили около 3-х млн курдов и приблизительно столько же арабов. Многочисленные арабские племена не приняли правление курдов и восстали против них, как только на фронте началось анти-курдское наступление правительственных сил. Они были недовольный качеством социальных услуг, распределением доходов от нефти в пользу курдских военных и просто самим фактом курдского, а не арабского правления. Одним из центров восстания против Рожавы стал 200-тысячный арабский город Ракка. Это сыграло роль в падении Рожавы в январе - курдские формирования не выдержали одновременный удар с фронта, и с тыла. Роль американской военной и политической поддержки СДС была огромной - поставки оружия на сотни миллионов долларов, обучение курдских военных, их защите силами американской армии. Когда США прекратили поддерживать курдов, стало ясно, что они обеспечивали львиную долю курдского влияния в регионе, которое пало прод ударами правительственных сил и арабских племен. Итак, Ханна Дэвис рассказывает о том, что происходит в Рожаве после этих событий.

Тем временем Турция все больше уделяет приоритетное внимание своей внутренней оборонной промышленности и расширяет стратегические связи. Ее оборонное партнерство с Пакистаном уже достаточно велико, а Саудовская Аравия является крупным покупателем турецких беспилотников. Для Китая это создает потенциальную возможность для пересекающихся цепочек поставок и совместных проектов между тремя членами соглашения, даже если оборонные связи Турции с Китаем остаются менее развитыми, чем отношения Пекина с Пакистаном. 3. Увеличение продаж вооружений для Китая: Иранская война подчеркнула центральную роль беспилотников, ракет и систем ПВО в обеспечении безопасности в Персидском заливе. Китай имеет хорошие возможности для конкуренции на этом рынке, поскольку может предложить относительно доступные беспилотники, системы ПВО и, все чаще, местное производство и технологическое партнерство. Сообщается о проекте Wing Loong-3 в Саудовской Аравии, что иллюстрирует привлекательность этой модели. Вместо того чтобы просто продавать готовую платформу, Китай мог бы интегрироваться в саудовскую инфраструктуру обучения, технического обслуживания, поставок и промышленности. Сообщается, что завод в Джидде будет производить около 48 беспилотников в год. Меккское соглашение может сделать такие возможности более привлекательными. Более тесная координация в сфере обороны между Саудовской Аравией, Пакистаном и Турцией может создать спрос на совместимые системы, совместное обучение и промышленное сотрудничество. Многолетнее использование Пакистаном китайского оборудования дает Пекину преимущество в случае одного государства-члена Мекканского пакта, в то время как планы Саудовской Аравии по производству беспилотников могут обеспечить ему более прочное промышленное положение в другом государстве пакта. Соглашение не означает разрыва с Соединенными Штатами. Члены организации подчеркивают, что она носит оборонительный характер и не заменяет существующие соглашения, включая договоренности с Вашингтоном и НАТО. Однако она указывает на более многополярный порядок безопасности на Ближнем Востоке, в котором Вашингтон больше не является бесспорным центром безопасности Персидского залива. Этот сдвиг играет на руку Китаю: Пекин может расширить свое политическое влияние, экспорт вооружений и связи в оборонно-промышленном секторе, в то время как региональные государства берут на себя большую ответственность за собственную безопасность.

Есть три способа, с помощью которых Пекин может извлечь выгоду из соглашения. 1. Диверсификация, позволяющая отказаться от влияния Соединенных Штатов: Юнь Сунь, старший научный сотрудник и директор программы по Китаю в Центре Стимсона, заявил в интервью изданию Al-Monitor: «Пока что Китай положительно воспринимает пакт, поскольку он представляет собой диверсификацию механизмов безопасности на Ближнем Востоке, что уменьшает центральную роль США как поставщика безопасности». Сунь заявил, что Китай «призывает к созданию региональной органической системы безопасности, более независимой от влияния США». Пекин уже много лет продвигает различные версии этой идеи. В 2022 году, во время визита президента Си Цзиньпина в Саудовскую Аравию, Китай заявил, что будет поддерживать государства Персидского залива в обеспечении их безопасности и создании «новой и всеобъемлющей» архитектуры безопасности для региона. Китайские чиновники и ученые также рассматривают бОльшую региональную ответственность как форму распределения бремени: региональные государства обеспечивают большую часть своей безопасности, в то время как внешние силы играют менее центральную роль. Это не означает, что Пекин стремится заменить Вашингтон в качестве гаранта безопасности региона. Китаю не хватает как регионального военного присутствия, так и, пока что, желания взять на себя эту роль. Но более диверсифицированный ландшафт безопасности может дать Пекину больше возможностей для углубления отношений, которые уже расширяются по всему региону. Соглашение заключается на фоне растущих вопросов об устойчивости военного присутствия Вашингтона на Ближнем Востоке. США по-прежнему поддерживают значительную сеть баз и сил в Персидском заливе и других регионах, но война с Ираном выявила уязвимость этой сети. Американские военные объекты неоднократно подвергались ракетным и беспилотным атакам Ирана, что вызвало дебаты в Вашингтоне и среди государств Персидского залива о необходимости реконфигурации американского военного присутствия. Для Китая это возможность носит как политический, так и военный характер. Регион, в котором государства Персидского залива диверсифицируют свои оборонные партнерства, может быть более восприимчив к китайской дипломатии, продаже оружия, технологиям и инвестициям, не требуя от Пекина гарантий оборонного альянса, которые Вашингтон долгое время предоставлял [суннитским нефтяным монархиям Персидского залива]. 2. Пакистанская карта: Пакистан является одним из ближайших партнеров Пекина в области обороны и крупным получателем китайского оружия. Две страны развили обширное сотрудничество, начиная от истребителей и подводных лодок и заканчивая совместным производством беспилотников. Например, пакистанский истребитель JF-17, составляющий основу его военно-воздушных сил, был разработан совместно Пакистанским авиастроительным комплексом и китайской компанией Chengdu Aircraft Industry Group. Пакистан также является единственной ядерной державой в этом соглашении. «Учитывая подавляющее влияние Китая на Пакистан, это косвенно способствует усилению китайского влияния», — сказал Сунь. Во время майской встречи с премьер-министром Пакистана Шехбазом Шарифом председатель КНР Си Цзиньпин назвал отношения Китая с Пакистаном «нерушимыми». По мере того, как Пакистан все больше интегрируется в соглашения о безопасности в Персидском заливе, системы китайского производства, сети обучения и технического обслуживания могут получить более широкую роль в регионе. Саудовская Аравия в последние годы расширила военное и экономическое сотрудничество с Китаем. В марте появились сообщения о том, что Эр-Рияд и Пекин достигли соглашения на сумму 5 миллиардов долларов о создании производственной линии для китайских боевых беспилотников Wing Loong-3 в Джидде. Ни одно из правительств публично не подтвердило эту договоренность, но такая сделка означала бы переход от простого приобретения Саудовской Аравией китайского оборудования к его местному производству, что укрепило бы позиции Пекина в оборонной промышленности королевства.

Издание Аль-Монитор обсуждает три механизма, с помощью которых Китай извлекает выгоду из пакта между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном. Тема эта рассматривается сегодня аналитиками разных стран, и, кажется, не учитывает очевидную слабость данного оборонного пакта и его неспособность защитить в настоящее время своих членов. *** Пакт указывает на все более многополярный порядок на Ближнем Востоке, в котором Вашингтон больше не является бесспорным гарантом безопасности Персидского залива. Спустя почти шесть месяцев после начала войны США в Иране и без четкой стратегии выхода из нее для Вашингтона, в Персидском заливе формируется новая реальность в сфере безопасности, которая играет на руку Китаю и его видению региона. В прошлую пятницу лидеры Саудовской Аравии, Турции и Пакистана подписали совместное соглашение об обороне, которое обязывает три страны рассматривать вооруженное нападение на одну страну как вооруженное нападение на всех. Соглашение, получившее название «Мекканский пакт», предусматривает более тесную военную координацию, включая обмен разведывательной информацией, обучение, логистику и сотрудничество в оборонной промышленности. Практическое значение пакта остается неопределенным, но он отражает стремление региональных держав к созданию механизмов безопасности, которые не зависят полностью от Соединенных Штатов. Китай официально не одобрил пакт, но его государственное информационное агентство Синьхуа подчеркнуло, что соглашение является ответом на растущие опасения в области региональной безопасности. В более широком смысле, пакт соответствует давнему аргументу Пекина о том, что государства Ближнего Востока должны сами играть ведущую роль в формировании региональной безопасности, а не полагаться на внешнюю силу. Китай продвигает то, что он называет «общей, всеобъемлющей, кооперативной и устойчивой безопасностью», одновременно выступая за региональную архитектуру безопасности, в которой меньше доминируют внешние игроки.

The Poetry of the Night Childe Hassam (American, 1859–1935) Nocturne, Provincetown, 1900

На следующий день после подписания министр обороны Пакистана Ходжа Асиф назвал Израиль угрозой для всего мусульманского мира и призвал к созданию единого военного фронта против него. Он заявил, что его позиция останется неизменной независимо от того, кто победит на израильских выборах 27 октября. Асиф ранее намекал, что ядерные гарантии Пакистана распространяются и на Саудовскую Аравию, что не подтверждается ни одним опубликованным текстом. Вопрос о нормализации отношений с Израилем В течение десяти лет израильское планирование предполагало цепную реакцию: Иран пугал арабов, страх заставлял их обращаться в Вашингтон; Вашингтон направлял их через Иерусалим, затем следовала нормализация. Место Израиля в этом соглашении заключалось в том, чтобы быть единственным адресом для того, чего хотел Эр-Рияд. Теперь у наследного принца есть второй адрес. Но пакистанцы не могут защитить его, как показало воскресенье. Йоэль Гужански, руководитель программы исследований Персидского залива в Институте национальной безопасности заявил, что соглашение «не закрывает дверь полностью» для нормализации отношений Эр-Рияда с Иерусалимом. Он прав, и июльское соглашение с Вашингтоном о сотрудничестве в области гражданской ядерной энергетики, которое, по словам президента Дональда Трампа, обусловлено присоединением Саудовской Аравии к Авраамским соглашениям, является той самой дверью. Пожар на нефтеперерабатывающем заводе в Джизане никогда не смог бы заставить турецкие или пакистанские войска переместиться. Вопрос, который еще не был задан в рамках этого трехстороннего пакта, заключается в том, что произойдет, когда случится что-нибудь более масштабное, и захочет ли Эр-Рияд задействовать этот пункт даже в этом случае, или предпочтет оставить пункт [о взаимной обороне] в том же виде, в котором он находится сейчас - непроверенным.

Продолжая тему странного оборонного пакта Пакистана-Турции-Саудитов Новый альянс Саудовской Аравии ничего не предпринял после удара беспилотника хуситов по Джизану, указывает израильское издание Джерузалем пост. Вообще израильтяне и иранцы уже откровенно издеваются над этим пактом. *** Новый оборонный пакт Саудовской Аравии с Турцией и Пакистаном обещает коллективное сдерживание, но его первое испытание показало пределы того, что это может означать на самом деле. Пожар на нефтеперерабатывающем заводе Aramco в Джизане начался в воскресенье утром. Яхья Сари, военный представитель хуситов, заявил, что его силы нанесли удар беспилотником в ответ на удары саудовских беспилотников над Саадой и Хаджей. Министерство энергетики Саудовской Аравии подтвердило, что на НПЗ вспыхнул пожар и заявило, что он уже потушен. За сорок восемь часов до этого наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бин Салман, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и премьер-министр Пакистана Шехбаз Шариф вместе стояли в Мекке и подписали соглашение, в котором говорится, что вооруженное нападение на любую из их стран будет рассматриваться как нападение на все три. Однако Турция ничего не сказала, когда хуситы ударили по саудовскому НПЗ. Пакистан тоже ничего не сказал. Никогда не было оснований думать про них иначе. Израильские комментаторы использовали самые широкие доступные рамки, высказываясь о трехстороннем пакте: исламское НАТО, суннитская ось, пакистанский ядерный зонтик над королевством. Канцелярия премьер-министра Израиля отказалась от комментариев. Пакт не заслуживает ни одного из этих ответов. В совместном заявлении говорится, что соглашение укрепляет коллективное сдерживание агрессии. Какой агрессии? Текст не был опубликован, поэтому все написанное о пакте основано на том, как его описывают официальные лица. Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан описал его наиболее подробно. Он заявил информационному агентству Anadolu, что пункт о коллективной обороне технически сопоставим со статьей 5 НАТО. Затем он добавил часть, которую почти никто не упомянул. Если один из членов подвергается нападению, другие консультируются, чтобы определить характер и масштабы любой помощи. Консультации — это то, что делают и члены НАТО. Это также то, что они делали в феврале 2003 года, когда трое из них заблокировали планирование собственной обороны Турции перед войной в Ираке. Эксперимент уже проводился однажды Эр-Рияд уже проводил этот эксперимент. Соглашение об обороне с Пакистаном было подписано в сентябре 2025 года, через несколько дней после израильского удара по деятелям ХАМАС в Дохе, столице Катара. Саудовская Аравия и Пакистан заявляют, что их соглашение обязывает каждую сторону защищать другую. Когда 28 февраля США и Израиль начали наносить удары по Ирану, Эр-Рияд призвал Пакистан сотрудничать. В мае агентство Reuters, ссылаясь на пять пакистанских и саудовских источников, сообщило, что Пакистан направил в Саудовскую Аравию около 8000 военнослужащих, около 16 самолетов – в основном JF-17, две эскадрильи беспилотников и китайскую батарею HQ-9. Пакистанцы эксплуатируют технику. Саудовская Аравия оплачивает ее. Два из этих источников заявили, что роль [пакистанцев] заключалась в основном в консультировании и обучении. В последующие месяцы Иран наносил удары по саудовским нефтеперерабатывающим заводам и американским самолетам, базирующимся на авиабазе принца Султана. В результате погибли два мирных жителя Саудовской Аравии. Пакистанская эскадрилья осталась на месте, а Исламабад продолжал проводить переговоры между Вашингтоном и Тегераном. Мекканское соглашение вроде бы превращает все это в институт: иностранная техника на саудовской земле, саудовские деньги на её оплату, иностранные экипажи, управляющие ею, и отсутствие каких-либо обязательств по применению оружия. Фидан также упустил дату. Подготовка, по его словам, длилась почти два года и восемь месяцев, что предполагает начало работ примерно в декабре 2023 года. Строительство пакте началось задолго до того, как первая иранская ракета упала на саудовскую землю.

Много ли стоят т.н. Мекканские соглашения, оборонный альянс саудитов, Турции и Пакистана? Саудовское королевство выступило против включения Египта в Мекканское соглашение. Именно позиция саудитов привела к тому, что Египет не был включен в оборонный альянс Турции, Саудовской Аравии и Пакистана, хотя Турция приветствовала бы присоединение Каира. Альянс был создан 7 августа и основан на принципах, напоминающих НАТО - каждая страна рассматривает нападение на две другие как на саму себя и готова оказать военную помощь союзникам. Саудиты не желали присутствия Египта по ряду причин, но прежде всего потому, что Каир войдет в любой альянс, чтобы получить деньги для своей слабеющей экономики, но в то же самое время он мало что может предложить королевству. Подробности тут - перессказывается подробно содержание аналитической статьи из издания Ближневосточный глаз MEE. Мне, однако, интереснее другое. А что, собственно могут дать Саудовской Аравии другие члены альянса, Пакистан и Турция? То, в чем больше всего нуждаются сейчас саудиты - это защита от иранских и хуситских (хуситы - йеменские союзники Ирана) дронов и ракет, которые жгут саудовские танкеры и нарушают саудовский экспорт нефти, постепенно лишая королевство основного источника доходов. Так что, Турция и Пакистан будут воевать с Ираном и хуситами на саудовские деньги? Пока что, не смотря на атаки хуситов (а в прошлом и непосредственные атаки иранцев), Пакистан саудитов не защитил (хотя, он даже разместил войска в саудовском королевстве). Турция вообще боится разгрома Ирана, потому что тогда она останется один на один с Израилем. Но тогда, о чем это все? Израильские эксперты предполагают, что это - способ давить на Америку, мол, смотрите, американцы, мы, саудиты, способны организовать альянсы и без вас, мы сильная и независимая держава, так что, если вы не хотите, чтобы мы ушли в свободное плавание, защищайте нас от Ирана получше... например, как вы защитили когда-то Кувейт от иракской оккупации, разгромив армию Ирака в воздухе и на земле. Может таков план саудитов, но я пока не вижу, чтобы этот альянс вообще был жизнеспособен, иранцы и хуситы над ним откровенно потешаются, продолжая лупить иранскими ракетами и беспилотниками по саудовским танкерам с нефтью. Никто никакие альянсы оборонные всерьез не принимает, если они не демонстрируют реальные возможности, все это ни о чем (в настоящий момент).

Говорит Инна Лед, адвокат Артема Кирпиченка (формально она пока не назначена), российского публициста, критика сионизма, которого арестовала израильская спецслужба Шабак. *** "На сегодняшний день можно сказать только одно - его арестовали по подозрению в совершении преступлений против государственной безопасности. Сейчас нельзя ничего узнать. В чем подозревают Артема неизвестно. То, что это связано с его поездкой в Иран (он был там несколько лет назад) - только наши спекуляции. Продлили запрет на встречи с адвокатом до 16 августа... И это всё. На сегодняшний день можно сказать только одно - его арестовали по подозрению в совершении преступлений против государственной безопасности. Там есть разные статьи и разные санкции - до пожизненного. Более конкретно можно будет сказать, когда к нему допустят адвоката (меня). Всё остальное - наши спекуляции." О взглядах Артема, за которые его, собственно, и преследуют (ибо никакого доступа к военным и прочим секретам Израиля он не имел) можно прочесть тут