Профессия психолог. ДПО и интернатура. Изнанка и философия.

Почему люди говорят: «Психология не работает»? Продолжаю тему, которую подняла в прошлом посте — о том, почему чек-листы, упражнения и готовые техники сегодня иногда продаются лучше психотерапии. И сегодня хочу посмотреть на эту проблему со стороны клиента. Самое опасное для психологии — даже не человек, который никогда не был у психолога. А человек, который поверил в психологию, несколько раз обратился за помощью — и разочаровался. Человеку плохо. Он наконец решается обратиться к специалисту. На сессиях ему становится легче. Он что-то понимает, находит связь между событиями, получает поддержку, иногда осваивает новые способы справляться. И это действительно может быть очень важно. Но потом проходит время. Снова возникает тот же конфликт. Та же тревога. Та же невозможность сказать «нет». Та же реакция, которую человек уже прекрасно осознал. Тот же сценарий, от которого он вроде бы хотел уйти. И человек думает: «Но я же уже всё это проходил. Почему я снова здесь?» Он идёт к другому психологу. Там ему снова становится легче. Он что-то понимает. Получает новые объяснения. Новые упражнения. Новый взгляд на ситуацию. А потом — снова возвращается к тому же. После нескольких таких попыток вполне закономерно появляется мысль: Я пробовал психологов. Мне становилось легче, но потом всё возвращалось. Наверное, психология просто не работает И вот это мне действительно больно. Потому что в этот момент человек может отвернуться не от конкретного специалиста. Он может отвернуться от самой психологии. Хотя проблема, возможно, была совсем не в том, что психология не работает. А в том, что облегчение приняли за изменение. Мне кажется, это очень важная разница. Можно на время снизить тревогу. Можно понять, откуда она взялась. Можно научиться распознавать свои реакции. Можно даже научиться справляться с ними. Но если в похожей ситуации человек снова автоматически оказывается в том же состоянии и действует по тому же сценарию — разве удивительно, что он начинает искать что-то ещё? И здесь я думаю не только о клиентах. Я думаю о том, какое впечатление мы, психологи, в совокупности формируем о психологии. Потому что человек не знает, какая школа у его психолога, насколько тот хорошо учился и какие у него взгляды на терапию. Он просто получает свой опыт. И если пять раз его опыт выглядит как: «мне помогли на какое-то время, а потом всё вернулось», он вполне может решить, что проблема в психологии. Мне особенно близка эта тема потому, что я сама когда-то могла прийти к такому выводу. Я много раз искала решение своих проблем. И далеко не каждый раз получала то, за чем пришла. Но я продолжала искать. Не потому, что все специалисты были плохими. А потому, что внутри меня было очень устойчивое ощущение: психология может больше. И мне кажется, у нас есть ответственность хотя бы за то, чтобы человек, который однажды пришёл за помощью, не ушёл с убеждением, что помочь ему в принципе невозможно. Не обязательно всегда добиться идеального результата. Не обязательно решить всю жизнь человека. Но, может быть, нам стоит гораздо серьёзнее относиться к тому, что именно человек уносит с собой после нашей работы. А вы встречались с клиентами, которые говорили: «Я уже был у психологов. Мне помогало, но потом всё возвращалось»? Что вы думаете происходит в этот момент — с клиентом, с психологом и с его верой в саму психотерапию? Давайте обсудим.

Почему чек-лист продаётся лучше, чем психотерапия? Под одним из моих последних постов психолог оставил комментарий о том, что клиенты всё чаще приходят с ожиданием быстрых решений: чек-листов, упражнений и техник, которые якобы могут быстро изменить жизнь. И знаете, это для меня не просто тема для размышления. Это моя больная тема. Я действительно очень сочувствую психологам, которые годами учились, глубоко работают, умеют видеть причины происходящего, выдерживать сложный терапевтический процесс... И при этом сидят без клиентов. Не потому, что они плохие специалисты. А потому, что рынок сформировал у людей совершенно другие ожидания. «5 упражнений от тревоги». «7 шагов к высокой самооценке». «3 техники, которые спасут отношения». И я сейчас не хочу сказать, что чек-листы или упражнения - это плохо. Психологи тоже используют их. И это нормально. Проблема начинается в другом. Когда человеку продают информацию как изменение. Потому что узнать, что нужно делать, и научиться делать это в реальной жизни - две совершенно разные вещи. Можно прочитать десять книг о границах и всё равно не уметь сказать «нет». Можно знать все признаки эмоциональной зависимости и продолжать возвращаться в одни и те же отношения. Можно выучить технику борьбы с тревогой и по-прежнему не уметь выдерживать неопределённость. Можно получить прекрасный чек-лист «как повысить самооценку». Но самооценка не становится устойчивой от того, что человек узнал ещё десять правильных мыслей. Знание - это ещё не навык. А навык формируется через практику, повторение, обратную связь, столкновение с реальными ситуациями и постепенное изменение привычного способа реагировать. И именно здесь начинается психотерапия. Не там, где психолог выдал клиенту правильную инструкцию. А там, где вместе с клиентом разбирается: почему он не делает то, что уже прекрасно знает? Почему продолжает соглашаться, хотя знает про границы? Почему возвращается туда, откуда хотел уйти? Почему понимает головой, что не виноват, но продолжает чувствовать вину? Почему знает, как правильно, но в реальной жизни снова делает по-старому? Вот это уже гораздо сложнее, чем выдать чек-лист. И, к сожалению, гораздо сложнее продать. Потому что чек-лист обещает ощущение: «Сейчас я узнаю секрет и всё изменится». А психотерапия предлагает гораздо менее удобную вещь: «Давайте разберёмся, почему вы до сих пор живёте именно так». И мне очень хочется, чтобы хорошие психологи не пытались конкурировать с этим рынком, обещая то же самое. Нам нужно вернуть клиенту понимание разницы между получить информацию и изменить способ жить. Потому что иначе мы получим парадокс: чем больше человек читает о психологии, тем больше он знает, как ему «правильно» жить... и тем сильнее удивляется, почему у него всё равно ничего не меняется. А как вы считаете: что сегодня психологи могут сделать, чтобы вернуть ценность настоящей психотерапии в глазах клиента? Мне правда интересно услышать мнение коллег.

Я заболела. И совершенно спокойно сделала ЭТО. Умудрилась летом простудиться под сплит-системой. Казалось бы, мелочь. Но я поймала себя на мысли: как же сильно изменилась моя профессиональная жизнь. Когда я только начинала практику, я бы, скорее всего, работала и с температурой, и с больной головой. Потому что страшно. А вдруг клиент уйдет? А вдруг решит, что я непрофессиональна? А вдруг больше не запишется? Когда у тебя постоянный дефицит клиентов, каждая сессия кажется критически важной. И ты начинаешь терпеть то, что терпеть вообще-то не обязана. Работать больной. Переносить отпуск. Отвечать вечером. Подстраиваться под любое время. Брать дополнительную работу, когда уже нет сил. А потом приходит какой-то момент, когда ты понимаешь: я больше не боюсь потерять клиента. Не потому, что мне все равно. Наоборот. Мне очень важны мои клиенты и отношения, которые складываются в работе. Но за годы практики появляется то, чего невозможно получить на одном обучении: репутация, доверие и понимание собственной ценности. Если клиент знает, как вы работаете, доверяет вам и получает результат, один перенос встречи не разрушит эти отношения. Вы можете заболеть. Можете уйти в отпуск. Можете сказать: «Сегодня я не смогу». И мир не рухнет. Более того, мне кажется, это еще и важный показатель профессиональной зрелости. Хорошая практика - это не та, которая держится на вашей готовности работать через силу. Хорошая практика - это та, которая выдерживает вашу человеческую жизнь. И, наверное, один из самых приятных этапов в профессии - когда ты наконец перестаешь доказывать клиенту, что ты нужен. Потому что уже знаешь это сам. И клиент уже это знает 💯 А вы помните момент, когда впервые поняли: «Я больше не боюсь потерять клиента»?

«Избавлю от тревожности за 3 сессии». Именно это сегодня и разрушает доверие к психологии. Под одним из моих прошлых постов психолог написал комментарий, который вторит моим мыслям. Суть была примерно такой: Мы соблюдаем этику и не обещаем результат. А люди уходят к тем, кто обещает решить проблему быстро . И знаете… Меня беспокоит даже не само обещание. Меня беспокоит другое. Подмена облегчения настоящими изменениями. Человек выходит после одной встречи. Ему стало легче. Ушла тревога. Появилась надежда. Кажется, что проблема решена. Но проходит месяц… И он снова оказывается в той же точке. Потому что облегчение — это еще не изменение. Изменение — это когда человек начинает по-другому строить отношения. По-другому реагирует на конфликт. По-другому относится к себе. По-другому делает выбор. И это не всегда происходит быстро. Да, бывают очень сильные сессии. Да, иногда одна встреча действительно становится поворотной. Но обещать это каждому человеку — значит продавать не профессионализм, а иллюзию контроля над тем, что зависит от десятков факторов. Именно поэтому мне кажется, что противопоставлять этому нужно не молчание. И не бесконечные оправдания в духе: «Ну, психотерапия — это долго...» Нужно противопоставить честный разговор о том, что такое настоящий результат в психотерапии. Потому что, возможно, главный вопрос сегодня звучит не так: «За сколько сессий можно решить проблему?» А совсем иначе: «Что вообще считать результатом психотерапии?» И вот здесь, как мне кажется, мнения могут сильно разойтись. А вы как считаете? Что для вас является настоящим результатом психотерапии: когда человеку стало легче… или когда он действительно начал жить по-другому?

«Психолог не имеет права обещать результат». Правда. Но многие делают из этого очень странный вывод. Есть один этический принцип, с которым я полностью согласна. Психолог не может обещать результат. Мы не можем гарантировать, что панические атаки исчезнут за пять сессий. Что семья сохранится. Что человек начнет больше зарабатывать. Что дети станут послушными. Это было бы нечестно. Но дальше я часто вижу удивительную подмену. Из принципа «не обещай результат» некоторые делают вывод: «Тогда вообще нельзя говорить, чем я помогаю.» И появляются страницы психологов, после которых невозможно понять, к кому ты попал. «Работаю с людьми.» «Использую интегративный подход.» «Практикующий психолог.» «Провожу индивидуальные консультации.» И всё. Представьте, что вы ищете врача. Открываете сайт, а там написано: «Работаю с организмом. Использую современные методы медицины.» Пойдете к нему? Скорее всего, нет. Потому что вам важно понимать: Он кардиолог? Невролог? Эндокринолог? То же самое происходит и с психологами. Клиент не обязан догадываться, с чем вы работаете. Он не должен разбираться в названиях методов. Ему важно понять одну простую вещь: «Вы можете помочь именно с моей проблемой?» И сказать об этом — не значит обещать результат. Это значит честно обозначить свою профессиональную компетенцию. Например: ✔️ Работаю с последствиями измены. ✔️ Помогаю справиться с паническими атаками. ✔️ Работаю с эмоциональной зависимостью. ✔️ Помогаю пережить развод или утрату. Это не гарантия. Это ответ на вопрос клиента: «Стоит ли мне вообще записываться именно к вам?» Иногда мне кажется, что из страха нарушить этику психологи становятся настолько осторожными, что потенциальный клиент просто не может понять, зачем ему обращаться именно к этому специалисту. А ведь этика запрещает обещать невозможное. Но она точно не запрещает честно рассказывать о том, в чем вы компетентны. А теперь вопрос к вам. Какую фразу вы встречаете у психологов чаще всего и после которой совершенно непонятно, чем именно занимается этот специалист?

«У меня возник контрперенос… Кажется, я плохой психолог». Когда-то я заметила, что многие начинающие специалисты почти шепотом произносят слово «контрперенос». Как будто это что-то постыдное. Что-то, чего у хорошего психолога быть не должно. Но ведь контрперенос — это не ошибка. Это естественная часть терапевтического процесса. Да, в классическом психоанализе Зигмунд Фрейд относился к контрпереносу как к тому, что может мешать работе, если терапевт не осознает свои чувства. Позже многие психоаналитики, в том числе Паула Хейманн, показали другую сторону этой идеи. Контрперенос — это не враг. Это информация. Представьте. К вам приходит клиент. И вдруг вы ловите себя на сильном раздражении. Или ощущаете бессилие. Или непривычное желание срочно его спасти. Первый вопрос не должен быть: «Что со мной не так?» Первый вопрос должен быть другим: «Что сейчас происходит между нами? И что мои чувства могут рассказывать о процессе терапии?» Проблема не в том, что психолог что-то чувствует. Проблема начинается тогда, когда он этих чувств не замечает. Или замечает, но делает вид, что их нет. Или, наоборот, начинает действовать под их влиянием. Мне кажется, именно здесь проходит граница между начинающим и зрелым специалистом. Не в отсутствии контрпереноса. А в способности его выдерживать, исследовать и использовать как еще один инструмент понимания клиента. А теперь вопрос к вам , как к коллегам. Какое чувство в работе с клиентом однажды испугало вас больше всего — и что вы поняли о себе или о процессе, когда смогли спокойно его исследовать?

«Но ведь вы уже навязываете клиенту свою точку зрения...» После моего прошлого поста в комментариях появилась интересная мысль. Если психолог пишет статьи, ведет блог, делится своими взглядами... Разве это уже не навязывание своей точки зрения? Очень хороший вопрос. И мне кажется, здесь важно разделить два совершенно разных процесса. Навязать — это сказать человеку: Я знаю, как правильно. Ты ошибаешься. Делай так, как говорю я. Но психотерапия работает совсем иначе. Она начинается с вопроса: А что, если посмотреть на это немного с другой стороны? Например. Клиент говорит: - Если меня критикуют, значит, я плохой. Разве психолог отвечает: - Нет. Ты не прав. Запомни правильную мысль. Нет. Он предлагает гипотезу. - А что, если критика не всегда говорит о вашей ценности? - А что, если это лишь один из возможных взглядов? И дальше начинается исследование. Или клиент говорит: - Я обязан всем угождать. Психолог не навязывает ему новую установку. Он начинает расшатывать старую. Помогает увидеть ее происхождение. Проверить, насколько она работает сегодня. Посмотреть, что изменится, если попробовать иначе. По сути, большая часть психотерапии и состоит в том, чтобы помочь человеку увидеть те способы думать, чувствовать и действовать, которые перестали ему помогать. Это невозможно сделать, если психолог вообще не предлагает другого взгляда. Иначе терапия превратится в бесконечное отражение: - Вы так думаете? - Да. - Это ваше мнение? - Да. - Я его уважаю! На этом можно закончить сессию. Но изменений, скорее всего, не произойдет. Поэтому, как мне кажется, психолог не должен навязывать клиенту выводы. Но он обязан делать другое. ✅ Предлагать профессиональные гипотезы. ✅ Показывать то, что клиент пока не замечает. ✅ Мягко проверять привычные убеждения на прочность. ✅ Иногда конфронтировать. Да! Да! ✅ Иногда задавать неудобные вопросы. ✅ Иногда открывать совершенно другой ракурс. Именно в этом, на мой взгляд, и рождается терапия. А теперь мне очень интересно ваше мнение. Как вы сами проводите для себя границу между «я навязываю клиенту свое мнение» и «я выполняю свою работу как психолог»?

Нас неправильно поняли. И многие психологи до сих пор за это расплачиваются. Недавно разговаривала с коллегой-психоаналитиком. Она сказала фразу, которую я слышу уже не первый раз, и почему-то каждый раз в контексте продвижения: Психоаналитик должен быть нейтральным. И я задумалась. А что вообще означает эта нейтральность? Если обратиться к самому принципу, речь идет совсем не о том, что психолог должен стать невидимкой. ❌Нейтральность — это не про молчать о себе. ❌Не про прятаться. ❌Не про бояться проявляться. ❌И уж точно не про то, чтобы стесняться рассказывать о своей работе. В классическом психоанализе нейтральность означает совсем другое. ✅Не навязывать клиенту свои взгляды. ✅Не использовать клиента для удовлетворения собственных потребностей. ✅Не подталкивать его к тем решениям, которые нужны психологу, а не ему самому. ✅Сохранять пространство, в котором человек сможет встретиться с собой. Но мне кажется, где-то по дороге многие специалисты сделали очень странный вывод. Если я должен быть нейтральным в кабинете… Значит, и за его пределами тоже. Нельзя ярко проявляться. Нельзя говорить, что я хороший специалист. Нельзя рассказывать о своих результатах. Нельзя приглашать людей в работу. И вот здесь, как мне кажется, происходит подмена. Потому что нейтральность в терапии — это профессиональная позиция. А невидимость в профессии — это уже личная стратегия. И это совершенно разные вещи. Более того. Если вы действительно можете помочь людям, но из страха «быть неэтичным» молчите о своей работе… Кто в итоге проигрывает? Не только вы. Проигрывают и те люди, которые так и не узнают, что рядом есть специалист, способный изменить их жизнь. А как считаете вы: где проходит граница между профессиональной нейтральностью и страхом проявляться?

Одна из самых дорогих ошибок, которой психологов учат еще в вузе. Нет, ни один преподаватель не говорит прямо: Не продавайте свои услуги Но многие психологи выходят из обучения именно с этим ощущением. Оно складывается из разных идей. «Главное — помогать.» «Хорошего специалиста рекомендуют.» «Психолог не должен влиять на выбор клиента.» «Нельзя навязывать помощь.» Все эти принципы сами по себе важны. Я полностью согласна: психолог не должен манипулировать, давить, запугивать или продавать через чувство вины. Но где-то по дороге многие делают очень странный вывод. Что вообще рассказывать о себе, приглашать в работу или развивать частную практику — почти неприлично. И тогда появляются психологи, которые великолепно работают в кабинете… Но годами ждут, что клиенты как-то найдут их сами. Боятся рассказывать о своих компетенциях. Стесняются говорить о стоимости. Испытывают чувство вины, когда хотят больше зарабатывать. В итоге проигрывают все. Психолог остается без работы. Клиент — без помощи. А место в информационном поле занимают не всегда самые сильные специалисты, а те, кто просто не боится говорить о себе. Мне кажется, нам пора перестать противопоставлять помощь и продажи. Этичные продажи - это не манипуляция. Это возможность рассказать человеку, что решение существует. Это возможность объяснить, чем именно вы можете быть полезны. Это возможность дать человеку право выбрать. И знаете, что самое интересное? Если психолог искренне уверен, что его работа помогает людям, то молчать о ней - тоже странная стратегия. Ведь тогда человек, которому вы действительно могли бы помочь, может просто никогда о вас не узнать. А как вы думаете: где заканчивается этика и начинается страх проявляться? Или, может быть, мы иногда сами путаем одно с другим?

Психология - это про помощь. А за помощь денег не берут(?) Наверное, нет ни одного психолога, который хотя бы раз не ловил себя на этом внутреннем конфликте: Если эта мысль вам знакома - вы не одиноки. Через нее проходят многие специалисты. Но проблема в том, что в этой фразе незаметно смешиваются два разных понятия: помощь и услуга. Обратимся к значениям слов. В Толковом словаре русского языка С. И. Ожегова помощь определяется как содействие кому-либо, участие в чем-либо, приносящее облегчение или поддержку. Обратите внимание: в этом определении нет ни слова о том, что помощь обязательно должна быть бесплатной. Теперь посмотрим на слово "услуга". По тому же словарю, услуга — это действие, приносящее пользу или помощь другому. Получается важная мысль. Помощь — это цель. Услуга — это форма, в которой эта помощь оказывается. Когда вы помогаете другу переехать или поддерживаете близкого в трудный момент — это помощь. Когда врач лечит пациента, преподаватель обучает студента, юрист защищает интересы клиента или психолог проводит терапию — это тоже помощь. Но уже в форме профессиональной услуги. Именно поэтому между словами «помогать» и «брать оплату» нет никакого противоречия. Оплата не отменяет помощь. Она означает, что человек оказывает ее профессионально: используя свои знания, опыт, время и принимая на себя ответственность за результат своей работы. Поэтому вопрос, возможно, стоит формулировать иначе. Не «можно ли брать деньги за помощь?», а «почему профессиональная помощь должна быть единственной помощью, которую мы считаем обязанной быть бесплатной?» А как вы сами ответили на этот внутренний конфликт? Что помогло вам примирить желание помогать людям и право получать достойную оплату за свой труд? Поделитесь в комментариях.

Можно ли научить клиента любить себя, если сам себя не ценишь? Иногда я думаю о парадоксе, который существует в нашей профессии. Психолог помогает клиенту увидеть свою ценность. Мы поддерживаем его право выбирать себя. Учимся вместе с ним замечать свои потребности, выстраивать границы, переставать жить только из чувства долга. Но что происходит с самим психологом? Он может говорить клиенту: «Ваши потребности важны». А сам брать больше работы, чем выдерживает. Может помогать клиенту отстаивать свои границы. А сам соглашаться на неудобные условия. Может поддерживать клиента в мысли: «Вы достойны большего». А сам испытывать неловкость, когда нужно назвать стоимость своей работы. И в этом месте возникает интересный вопрос. Не потому, что психолог должен быть идеальным человеком. Мы все живые люди. У каждого есть свои темы, свои страхи и свои зоны роста. Но наша работа — это не только знания и техники. Это еще и то, как мы сами относимся к себе. Потому что сложно убедительно говорить человеку о самоценности, если внутри себя мы постоянно эту ценность ставим под сомнение. Сложно учить выбирать себя, если самому кажется, что выбирать себя — это эгоизм. Сложно говорить о любви к себе, если к себе мы относимся строже, чем к любому клиенту. И, возможно, развитие психолога — это не только новые обучения и новые методы работы. Это еще и путь к тому, чтобы самому становиться тем человеком, которого мы помогаем увидеть в клиенте. Если бы ваш клиент относился к себе так же, как вы относитесь к себе как к специалисту, что бы вы ему сказали? Интересно, какие ответы появятся. Получить разбор клиентского кейса Получить навигационную карту профессионального развития Записаться на супервизию

«Хочу клиентов» или «хочу денег»? На первый взгляд кажется, что это одно и то же. Но для меня между этими фразами есть очень важная разница. Когда психолог говорит: «Хочу клиентов», его внимание направлено на других. Кому еще помочь? Кого поддержать? Кому быть полезным? Это желание отдавать. И это прекрасное желание. Но есть один нюанс. Если вся наша энергия направлена только вовне, очень легко забыть о себе. Когда психолог говорит: «Я хочу больше денег», внимание впервые разворачивается внутрь. Не потому, что деньги становятся важнее людей. А потому, что он признает и собственные потребности. Мне очень откликаются слова из Евангелия: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Не вместо себя. Не после того, как всем помог. Как самого себя. Получается, любовь к себе — это не эгоизм. Это точка отсчета. Если я умею замечать свои потребности, уважать свой труд, заботиться о своем благополучии, тогда мне есть что отдавать другим. А если нет… То очень легко оказаться в ситуации, когда о клиентах я забочусь лучше, чем о себе. И тогда возникает странная картина. Я искренне хочу, чтобы клиент жил в достатке, уважал свои границы, ценил свое время и не соглашался на меньшее. Но почему-то не разрешаю этого себе. Поэтому мне кажется, что желание достойно зарабатывать — это не про жадность. Это про зрелую любовь к себе. Про признание ценности своего труда. И, возможно, именно с этого начинается возможность долго и с удовольствием помогать другим. А теперь честно. Что вам сегодня легче произнести вслух: «Я хочу больше клиентов» или «Я хочу больше денег»? И как вам кажется, почему именно эту фразу произнести проще? Получить разбор клиентского кейса Получить навигационную карту профессионального развития Записаться на супервизию

После прошлого поста я поймала себя еще на одной мысли. Многие психологи вообще избегают думать категориями денег. Не потому, что деньги не нужны. А потому, что думать о них почему-то кажется... неправильным. Как будто хороший психолог должен думать только о помощи людям. Как будто желание хорошо зарабатывать делает специалиста менее профессиональным или менее этичным. Но ведь деньги — это не противоположность помощи. Это один из результатов вашей работы. И если мы можем спокойно говорить о количестве клиентов, часов консультаций или профессиональном развитии, почему так сложно сказать: «Я хочу зарабатывать больше»? Иногда за этим стоят ограничивающие убеждения. Например: — «На психологии много не заработаешь». — «Если подниму стоимость, люди перестанут приходить». — «Настоящий психолог работает ради идеи, а не ради денег». — «Просить достойную оплату — это жадность». Мы редко замечаем эти мысли, потому что они звучат очень привычно. Но именно они часто влияют на наши решения: не повышать стоимость, брать слишком много клиентов, соглашаться на неудобные условия, откладывать развитие практики. Мне кажется важным время от времени спрашивать себя: А что я на самом деле думаю о деньгах? Не то, что «правильно» думать психологу. А честно. Потому что пока деньги остаются темой, о которой неловко даже думать, строить устойчивую частную практику становится намного сложнее. Ведь финансовые цели — это не про жадность. Это про возможность спокойно жить, развиваться, выбирать, как и с кем работать, и оставаться в профессии надолго. А какие убеждения о деньгах вы чаще всего замечаете у психологов? Или, может быть, когда-то замечали у себя?

Начинающие психологи мечтают о потоке клиентов. Опытные психологи — о системе, в которой растут и результаты клиентов, и доход.

На какой раз у тебя сработало?- часто спрашивают меня. Хочу рассказать вам одну историю. ❤️ Она про то, что иногда мы даже не представляем, какие действия однажды изменят нашу жизнь. У меня есть канал про метеочувствительность. Я каждый день разбираю солнечную активность, магнитные бури, объясняю, что происходит на Солнце и чего ждать людям, чувствительным к изменениям погоды. Тогда эта тема была очень популярна, и однажды на мой канал наткнулся журналист. Он написал мне в личку примерно так: — Здравствуйте! Нашел ваш канал. Не могли бы вы написать прогноз на следующую неделю и прокомментировать, что происходит с солнечной активностью? Я согласилась. Потом был еще один запрос. Потом еще. Постепенно мы стали сотрудничать постоянно. В какой-то момент я ему говорю: — Слушайте, вообще-то я еще психологией занимаюсь. Если вам вдруг нужны комментарии психолога — я тоже могу. Он ответил: — Конечно! У нас такие запросы регулярно бывают. И с тех пор началась уже совсем другая история. То комментарий про отношения. То про тревожность. То про воспитание. То про праздники, подарки, семейные конфликты... В итоге мы сделали, наверное, статей 15–20. И знаете что? Все это время я вообще не думала, что из этого получится что-то серьезное. Мне казалось: ну, пусть. Пусть где-то мелькает мое имя. Пусть люди читают. Уже неплохо. А на прошлой неделе мне написал человек — один из руководителей довольно крупного проекта. Предложил встретиться и обсудить сотрудничество. Мы сидим, разговариваем. И вдруг он говорит: — А знаете, как я о вас узнал? Я начинаю перебирать варианты в голове. А он продолжает: — Я прочитал вашу статью. Это была статья про то, что подарить мужчине на 23 февраля. Вы там так интересно объяснили психологию выбора подарков, что я подумал: "Надо познакомиться с этим человеком." И второй руководитель, который был на встрече, сразу сказал: — О, а я тоже хочу эту статью почитать. Я сидела и улыбалась. Потому что ту статью я написала уже довольно давно. И вообще не связывала ее с тем, что однажды она может привести к новым знакомствам и новым возможностям. Наверное, в этом и есть главный урок. Мы очень часто хотим быстрых результатов. Чтобы сегодняшний пост завтра принес клиентов. Чтобы сегодняшняя идея сразу окупилась. Чтобы сегодняшнее знакомство уже через неделю дало проект. Но жизнь работает немного по-другому: 📌Ты просто честно делаешь свое дело. 📌Пишешь. 📌Учишься. 📌Помогаешь людям. 📌Знакомишься. 📌Не отказываешься от возможностей, даже если пока не понимаешь, зачем они. И где-то через год, два, а иногда и пять лет одно маленькое действие вдруг соединяется с другим — и открывает дверь, о существовании которой ты даже не подозревал. Поэтому очень хочется сказать каждой из вас: не обесценивайте свои маленькие шаги. Вы не знаете, какой комментарий, какая консультация, какая статья или какой разговор однажды станет началом чего-то очень большого. Просто продолжайте делать свое дело хорошо. Остальное иногда приходит тогда, когда его совсем не ждешь. ❤️

"Хочу больше клиентов." Точно? Довольно часто от психологов я слышу: «Хочу больше клиентов». И каждый раз мне хочется уточнить: а зачем? Потому что чаще всего за этим запросом стоит не желание иметь больше клиентов как таковых, а желание больше зарабатывать. ‼️И это разные цели. 📌Если цель — больше клиентов, то логично сосредоточиться на привлечении новых людей в практику. 📌Если цель — больше дохода, то вариантов становится гораздо больше. Это может быть пересмотр формата работы, стоимости услуг, продуктовой линейки, загрузки или других аспектов практики. Мне кажется интересным, что многие специалисты формулируют цель через инструмент, а не через результат. Это примерно как сказать: «Я хочу больше встреч», когда на самом деле хочется больше близости. Или «хочу больше проектов», когда на самом деле хочется большего дохода или профессиональной реализации. 👉Когда мы неточно формулируем цель, мы можем тратить много сил на движение не совсем в ту сторону. Поэтому я все чаще задаю себе вопрос: а чего я хочу на самом деле? Не какой способ достижения цели приходит мне первым в голову, а какой результат мне действительно нужен. И тогда вместо «хочу больше клиентов» может появиться более точная формулировка: «хочу увеличить доход», «хочу более стабильную практику», «хочу меньше тревоги за завтрашний день» или что-то еще. А вы замечали за собой или коллегами такую подмену, когда целью называется не результат, а способ его достижения? Напишите в комментариях

Продолжая тему о том, как быть опорой для других, если самому не так часто есть на кого опереться. Моя жизнь сложилась так, что внешней опоры у меня всегда было немного. Чаще я сама оказываюсь тем самым плечом, на которое можно положиться. Для близких, для коллег, для клиентов. И я часто думаю о том, что вряд ли смогла бы выдерживать тот объем боли, тревоги, потерь и сложных жизненных историй, который приносят клиенты, если бы не была в постоянной работе с собой. За моими плечами много лет личной терапии. Когда-то из любопытства я даже подсчитала количество проработанных программ — получилось около 1000. Цифра впечатлила даже меня саму. Но дело, конечно, не в количестве. Дело в том, что внутренняя опора не появляется однажды и навсегда. Она строится постепенно: через честные встречи с собой, через проживание собственных кризисов, через готовность смотреть на свои ограничения, страхи и уязвимость. Мне кажется, именно поэтому я так ценю личную терапию специалиста. Не как формальное требование профессии, а как фундамент. Потому что невозможно долго быть опорой для других, если совсем не находить опору внутри себя. И, пожалуй, одна из самых важных вещей, которые я вынесла из собственного пути: сильный человек — это не тот, кто всегда справляется в одиночку. А тот, кто умеет снова и снова возвращаться к себе, когда становится трудно. А как личная терапия повлияла на вашу профессиональную устойчивость? Что она дала вам как специалисту?

«Ты ж психолог» Вчера на супервизии психолог поделилась ситуацией, которая, думаю, знакома многим коллегам. Она рассказывала, что когда ей бывает тяжело, когда она переживает сложный период или просто нуждается в поддержке, муж нередко говорит ей: — Ну ты же психолог. И за этой короткой фразой скрывается многое. Ты же психолог — значит, должна сама со всем справляться. Ты же психолог — значит, не должна расстраиваться, тревожиться или теряться. Ты же психолог — значит, обязана понимать себя лучше других. И в какой-то момент профессия начинает превращаться в ярлык, который словно отменяет право быть обычным человеком. Слушая её, я поймала себя на мысли, насколько часто психологи сталкиваются с этим не только дома, но и вообще в жизни. Люди приходят к нам со своими переживаниями, болью, страхами, кризисами. Мы умеем выдерживать сложные чувства, помогать находить смыслы и опоры. Но почему-то окружающие начинают верить, что мы сами больше не нуждаемся ни в поддержке, ни в понимании. Как будто диплом психолога автоматически выдаёт иммунитет от человеческих переживаний. Но правда в том, что психолог не перестаёт быть человеком. Мы тоже можем уставать от жизни. Можем сомневаться. Можем плакать. Можем не знать ответов. Можем нуждаться в том, чтобы нас просто обняли, а не напомнили о нашей профессии. Есть ещё одна важная сторона этой истории. Психолог большую часть времени становится контейнером для эмоций других людей. Клиенты приносят в кабинет тревогу, бессилие, стыд, злость, отчаяние. И специалист помогает всё это выдерживать и перерабатывать. Но тогда возникает вопрос: А кто становится контейнером для самого психолога? Именно поэтому нам нужна супервизия. Нужна личная терапия. Нужны коллеги, рядом с которыми можно перестать быть специалистом и снова стать просто человеком. Потому что невозможно бесконечно быть опорой для других, если тебе самому не на что опереться. И, возможно, одна из самых важных вещей, которую стоит помнить и психологам, и их близким: Фраза «ты ж психолог» не отменяет того факта, что перед вами живой человек. ❤️

«Я же должна помогать всем?» На супервизию пришла психолог с непростой для нее дилеммой: «Ко мне обратился человек, который мне не особенно приятен как личность. Я же должна помогать, если могу и человек просит?» Очень частый вопрос среди помогающих специалистов. Особенно у тех, кто искренне любит свою профессию и привык ставить потребности других выше собственных. Но давайте разделим два важных понятия: профессиональная компетентность и обязанность работать с каждым человеком без исключения. Мое мнение ⤵️ Психолог не обязан брать в работу любого клиента только потому, что тот обратился. Мы не роботы и не универсальные инструменты. Мы живые люди со своими ценностями, чувствами, ограничениями и реакциями. Важно честно ответить себе на несколько вопросов: — Что именно вызывает неприязнь? — Это моя личная история или особенности клиента? — Смогу ли я сохранять уважение, эмпатию и профессиональную позицию в длительной работе? — Не приведёт ли внутреннее сопротивление к снижению качества помощи? Иногда неприязнь становится материалом для исследования, личной теоапиии профессионального роста. А иногда она касается наших основных ценностей и внутренней этики, что начинает мешать терапевтическому процессу. И здесь возникает важная мысль: помощь другим не должна строиться через насилие над собой. Если ради работы с клиентом психологу приходится постоянно ломать собственные границы, подавлять чувства и игнорировать внутренние сигналы, то цена такой помощи может оказаться слишком высокой. И для специалиста, и для клиента. Парадоксально, но уважение к собственным ограничениям и картине мира— это часть профессиональной этики. Потому что клиенту нужен не психолог, который «терпит», а психолог, который способен быть включённым, устойчивым и по-настоящему присутствующим в контакте. Иногда лучшая помощь — это не взять клиента в работу, а честно и бережно направить его к другому специалисту. А как вы считаете: должен ли психолог работать с клиентом, который вызывает у него сильную личную неприязнь? Поделитесь своим мнением в комментариях.

Клиент почувствовал ваше напряжение и подумал...🙈 В прошлом посте я писала о том, что клиенты действительно способны замечать изменения в состоянии психолога. Но самое интересное начинается дальше. Почувствовать — не значит правильно объяснить. Если клиент замечает напряжение, усталость или снижение включенности терапевта, он почти никогда не думает: «Наверное, у моего психолога сейчас непростой период в жизни». Человеческая психика устроена иначе. Мы склонны объяснять происходящее через собственный опыт, убеждения и картину мира. Поэтому один и тот же сигнал разные клиенты могут интерпретировать совершенно по-разному. Если человек привык винить себя, он подумает: «Я неинтересный клиент». «Со мной что-то не так». «Я слишком много занимаю места». Если в его опыте было много отвержения: «Меня больше не хотят слушать». «От меня устали». «Сейчас меня бросят». Если человек привык сталкиваться с обманом и скрытыми мотивами: «От меня что-то скрывают». «Со мной неискренни». «Меня пытаются удержать в терапии ради денег». Если у клиента высокий уровень тревоги: «Что-то происходит, но мне не говорят». «Я не контролирую ситуацию». «Это опасно». Само напряжение может быть одинаковым. А вот смысл, который придает ему клиент, зависит от его жизненной истории. В психологии это называют проекцией, переносом, активацией привычных схем восприятия. Простыми словами: человек достраивает недостающую информацию из того материала, который уже есть внутри него. Поэтому изменения в состоянии терапевта редко остаются нейтральным фактом. Они становятся экраном, на который клиент проецирует свои страхи, ожидания, убеждения и прошлый опыт отношений. Именно поэтому так важно помнить: Клиент реагирует не только на то, что происходит в реальности. ‼️Он реагирует на то, как эта реальность преломляется через его внутренний мир. А значит, наше состояние как психологов влияет не только на качество контакта. Оно может запускать целую цепочку смыслов и переживаний, о которых мы сами даже не подозреваем. И вот в этом месте клиент может уходить из терапии. Не потому, что ему достаточно. А потому что ему стало дискомфортно. Только он не скажет об этом, а просто пропадет или скажет, что все уже хорошо, и уйдёт.