Уголок для ворчания | Позвольте пару вопросов?
описание
Канал пролетария петербургской журналистики Константина Крылова (Собака.ru, ex-100ТВ, ex-ЗАКС.Ру, ex-ТАСС и многое другое)
584
подписчиков
Охват к подписчикам
36,8%
ERR
Реакции к просмотрам
3,90%
423 на 43 постов
Пересылки к просмотрам
0,96%
104
Постов в день
1,0
всего 419
Где отзываются чаще
доля реакций к просмотрам- 15 июл.#журналистское Нет уже тех людей которые готовы дежурить ночами на холоде, под окнами интересующего объекта Послушал тут подкаст о состоянии журналистики в Петербурге. Два главреда местных представительств федеральных СМИ обсуждают кадровый голод в городских медиа. Честно говоря, сама по себе концепция кадрового голода меня всегда удивляла. Серьезно, даже сейчас, спустя 11 лет после ухода с ТВ при надлежащем бюджете я, думаю, смогу за неделю найти людей для небольшой телевизионной редакции. С радио сложнее, все же в этой сфере я работал меньше года, но, думаю, тоже можно что-то придумать. Про печатные СМИ вообще молчу. Журфаки работают не покладая зачеток и маркеров. Только я в этом семестре учил двадцать человек, немалая часть из которых в скором времени украсят любую редакцию. А еще сколько прекрасных коллег хрен без редьки доедают, потому что их медиа закрылись, разорились, эмигрировали, заблокированы? Не сосчитать! И все же, сетуют люди, умудренные служебным положением "адекватных кадров среди соискателей на рынке, увы, немного". Впрочем, если послушать дальше, то проблема отчасти становится яснее. Вопрос в том, что назвать "адекватными кадрами": Например молодые люди, которые нас интересуют с точки зрения компетенций, скорости, с точки зрения, что они очень хорошо понимают диджитал продукт, мы сталкиваемся с тем, что они приходят с очень романтизированными представлениями о журналистике то есть они представляют, что они будут писать о чем хотят, искать какие-то глубокие смыслы, заниматься какой-то художественной деятельностью и очень быстро их мечты разбиваются о суровую реальность Причем эта суровая реальность по словам одного из главредов заключается в том, что: Очень часто приходится писать не о том, о чем хочется писать, очень часто это рутина, выгорание, нужно быть на связи 24/7 практически всегда… При этом в ходе разговора выясняется, что доходы работников этих самых медиа не великие. Да и вообще кризис с зарплатами, с деньгами. То есть получается, что людям предлагается не писать о чем хочется, быть на связи 24/7 и при этом так себе получать по деньгам. И тут вспоминаются слова экономиста Ростислава Капелюшникова: с теоретической точки зрения употребление по отношению к конкурентной экономической системе, где цены (в том числе цена за труд – заработная плата) устанавливаются непосредственно самими рыночными агентами, понятия «дефицит» (например, «дефицит рабочей силы») выглядит не вполне корректным… По отношению к экономикам с рыночным механизмом ценообразования корректнее говорить не о «дефиците» рабочей силы, а о возникновении временного неравновесия на рынке труда, которое может быть устранено соответствующим повышением заработной платы Проще говоря, не существует такой штуки как кадровый голод, есть просто неготовность платить за работу столько, чтобы люди на нее соглашались.12,14%
- 2 июл.#журналистское #дневник_трудоголика Решил тут посоветоваться с ChatGPT относительно статистики этого канала. Ответ, признаться, меня обескуражил. Да что эта машина себе позволяет?11,00%
- 8 авг.#журналистское #дневниковое Когда-то в 2015 году, бар Dead Poets. В специально снятом по этому поводу зале собирается группа "молодых питерских журналистов". Среди них был и ваш покорный слуга. Мы шутили, пили, смеялись, грустили, играли в какие-то фанты. Уже тогда всем казалось, что в воздухе что-то витает (хаха, интересно что бы это было?), но все это казалось переживаемым. В те времена зародилась традиция выезжать всем кагалом на море (то есть на финский залив). Есть шашлыки, пить, смеяться, грустить, и обсуждать своё житье бытье. В какой-то момент казалось, что для этого места в новой реальности просто не осталось. Давно закрыт Dead Poets. Кого-то из нас уже нет, а кто-то очень далеко. Но внезапно, мы все еще можем вырваться на залив, обсуждать разное, есть шашлыки и смотреть на море (откуда я собственно и вернулся, поэтому пост так поздно). И даже прям в круг рассказывали друг другу о каких-то профессиональных штуках. И, знаете, когда я думаю об этом, меня наполняет светлое чувство. Вспоминается сюрреалистичный советский мультик на стихи: Сквозь асфальт у перекрестка Пробивается березка... Потому что жизнь так устроена, и её отменить просто так нельзя.9,27%
- 14 авг.#журналистские — Почему так происходит? — Глобально — потому что метрополитен не является главным приоритетом в Петербурге… Есть известный эпизод из истории популярной музыки. Знаменитая песня Black Sabbath — Paranoid изначально вообще на одноименном альбоме не планировалось. Строго говоря, отправляясь в студию Оззи и компания вообще ее еще не написали. Однако, закончив со всем остальным материалом, они выяснили, что для полноценной пластинки еще не хватает 3 минут. Тогда группа за 15 минут накидала песню, которая впоследствии стала самым узнаваемым их хитом. Все это я к чему? Иногда то, чем вы гордитесь, рождается буквально из ничего. Так, пару недель назад, я решил разбавить наш silly season небольшой колонкой о том, а как бы могло выглядеть метро в Петербурге, будь у нас немного больше денег. Какие линии мы могли бы открыть, если бы у нас была бы хоть часть столичных ресурсов. Однако эксперт мне сказала — а зачем что-то выдумывать, все еще в 2011 году было придумано и даже утверждено в рамках отраслевой схемы. Я стал потихонечку припоминать, что да, были какие-то цветные схемы, были какие-то нарисованные линии, но даже я об этом уже давно забыл. Постепенно наш разговор перерастал из обсуждения колонки в интервью А интервью в большой ресерч по всем петербургским бюджетам за 15 последних лет, по заявлениям властей, по расчетам журналистов, по проектам и схемам. В итоге вместо летней фантазии получился большой разговор о прекрасном Петербурге, который так и не случился. Собственно именно работа над этим текстом привела к тому, что позавчера я не спал до половины четвертого. И тут отдельно хотелось бы сказать о технологиях. В этот раз я впервые активно задействовал на всех этапах нейросети. Для сложного поиска информации с десятком критериев — и получил довольно подробный отчет о противоречивых заявлениях относительно финансирования метро в прошлые годы (да-да, каждую ссылку я перепроверил, а также все еще раз прошел руками). А потом для визуализаций, которые нельзя было сделать ни в одном стандартном инструменте. Cursor справился с этой задачей прекрасно (опять же, все было перепроверено руками). Единственное, что как оказалось времени и сил на это уходит намного больше чем в готовых инструментах (от Excel до Datawrapper). Каждый график проходил десятки итераций, чтобы отшлифовать концепцию, конкретные формы и дизайн. Я еще раз убедился, что при правильном обращении это не дешевая замена труда, а просто штука, которая позволяет долго и сложно делать вещи, которые в противном случае вообще невозможны. В итоге получился рассказ о том,что вроде бы всем известно, но редко собирается в единую историю. Историю о том, как у нас могло бы быть уже почти 8 линий метро, но сейчас мы только только начали жить с шестью. Читайте… и смотрите!8,08%
- 20 июл.#журналистское Долгое время мой друг Саша Богачев говорил мне: в этом канале должно появиться что-то полезное для читателей (хотя бы разнообразия ради). Я рад бы сказать, мол, много размышлял над тем, что бы это могло быть. Но, признаться по правде, я просто отмахивался. Не совсем понятно, чему я тут буду учить людей (вы название канала-то видели?). Однако недавно я начал работать с очень классными студентами, которые пришли ко мне на практику. Я понял, что мне нужно дать им небольшой совет, относительно того, на чем я сам учился писать (они крутые, но им еще надо набраться опыта). Я всерьез задумался: что бы это могло быть? Кажется, вот он я классе в восьмом начинал сочинение фразой «Лев Толстой — великий русский писатель», а том, бац, и пишу в этом канале о тонкостях подбора первой фразы в статье, ссылаясь на бесподобное эссе Стивена Кинга. Немного порывшись в памяти, я вспомнил о трех книгах, с которых началось мое погружение в мир написания текстов. Их мне посоветовала сестра Лиза, спасибо ей, кстати, большое. Все три книги я читал еще в школе, может быть, на первых курсах, но уж то точно до того, как решил стать журналистом. Меж тем базовые принципы работы с текстом я почерпнул именно в них. Во-первых, это сборник колонок испанского журналиста и писателя Артуро Перес-Реверте. Книга интриговала уже названием «С намерением оскорбить». Содержание ему вполне соответствует — некоторые тейки сейчас выглядят дико (все же Перес-Реверте, откровенный консерватор). Однако при этом нельзя не отметить стиль, я сидел и запоем читал, разбирая авторские приемы. Именно тогда я впервые уяснил, что хороший текст начинается с мелкой детали, какой-то живой истории, за которой следует обобщение: Мой друг, писатель Хуан Карлос Ботеро, сын колумбийского художника и скульптора, остановился на пороге отеля «Каса Медина» в Боготе и инстинктивно отшатнулся, увидев двух типов с мрачными физиономиями. «Черт! — пробормотал он. — Вылитые бандиты» Согласитесь, уже хочется знать продолжение! Во-вторых, мне вспомнился сборник колонок «Мир по Кларксону» от тогда еще ведущего Top Gear. Кларксон невыносим, но учит тому, как писать задорно и понятно: Мне необходима подходящая шкала координат... Когда мне говорят, что ежедневно уничтожается 20 000 квадратных километров тропических лесов, я и бровью не веду. Но когда мне скажут, что каждый день с лица Земли стирается лесной массив размером с Уэльс, мне на это будет тоже наплевать, но я хотя бы пойму, о чем речь. Во-третьих, память подсказала еще один сборник эссе, но уже Стивена Фрая под названием «Пресс-папье». Из него я почерпнул несколько хлестких парадоксальных концовок, которые, оказывается, так же важны, как и начала текстов: Ничего шокирующего в слове fuck нет; шокирует лишь то, что мы находим его шокирующим. А лучше бы нам волноваться по поводу «коитуса» В общем, если вам нужны непрошенные советы о том, что почитать, чтобы лучше писать — я бы назвал эти книги. Ну, и эссе Кинга, о котором писал выше.6,51%
- 22 июл.#журналистское #дневниковое Сегодня мне письма не принесли: Забыл он написать или уехал… Честно говоря, я уже давно отучился проверять электронную почту. Все нужное сразу видно по уведомлениям, а все ненужное копится в качестве хлама, который время от времени удаляется, когда ящик (за расширенный объем которого сложновато заплатить), переполняется. Однако сегодня, придя на работу, я стал лихорадочно изучать свою рабочую почту, поскольку уже давно жду письма от одного из университетов — я надеялся получить комментарий от их ученых для текста. Я ждал письма позавчера, ждал его вчера и уже начал думать, что просто пропустил уведомление, хотя обычно со мной такого не бывает. Раньше мы с ними общались в телеграме, но, как говорится, что-то случилось, и они предложили перейти на обмен письмами. И вот, в 10 утра я сижу в редакции и пытаюсь понять, почему письма до сих пор нет... Я точно помню, что написал им запрос — и да, я его нахожу в отправленных. Я точно помню, что получил ответ — мол, на неделе с 13 по 17 не можем, все в отпусках, вас устроил бы комментарий на следующей — вот это письмо в полученных. Я уверен, что написал ответ — мол, да, присылайте на следующей, все равно другие спикеры тоже попросили больше времени — а вот его я уже найти не смог. Потом я вспомнил, что набирал этот ответ с телефона — рабочая почта не открывается с устройств, на которых работает телеграм. Пошел искать в личную почту… Однако, видимо, оттуда письмо не ушло (возможно, не было мобильного интернета) и теперь я уже с рабочей почты пишу письмо с извинениями и вопросом, может быть спикер все же поговорит со мной на этой неделе? Самое простое действие, которое раньше занимало 5 секунд превратилось в сложный квест. Нужно вспомнить, в каком из мессенджеров с тобой готов общаться собеседник. С какой почты ты ему или ей писал, и где собеседник отвечает (а где ответа ждать бессмысленно). И все это сработает при условии, что мобильный интернет будет работать у меня, работать у него или у нее… Зато, раздолье для современных поэтов. Представьте, насколько выразительнее могло бы звучать стихотворение Ахматовой, будь оно написано не в 1912, а в 2026-м: Сегодня мне письма не принесли: Забыл он написать или уехал? А может просто нет его в сети — ведь там где он, опять нет интернета? Или писал он, только телеграм я не могу открыть уже вторые сутки? VK, Imo, e-mail — стыд и срам — Я чахну от тоски душевной муки6,36%
- 4 июл.#журналистское #дневниковое Как же, черт побери, надоело привыкать… Сегодня я проснулся около 9 часов утра, честно говоря я не был этому рад, ведь работал до половины третьего ночи. Практически первым, что я увидел, были встревоженные сообщения друзей, которые интересовались как я. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять причины беспокойства. Лишь после небольшой паузы я осознал, что первыми я увидел все же не то, что написали друзья, а уведомления МЧС о возможных перебоях с мобильным интернетом. За всю ночь я не проснулся ни разу. Что делать... я встал, вышел на балкон, огляделся, а там все без изменений. Пожал плечами и пошел готовить завтрак. Даже если бы за окном что-то было, то писать об это было бы нельзя. Днем ко мне пришли гости, мы играли в настолки, ели черешню и пили зеленый чай. Между делом я временами писал сообщения, проверял мессенджеры. И понял, что автоматом дублирую часть из них смсками. Просто потому что в некоторых районах города бывает очень плохо с интернетом. Не то чтобы это новость, просто реальность, которую надо учитывать. Впрочем, если бы я попытался об этом написать, операторы связи все равно бы сказали, что не могут это комментировать. А больше толком и некому. Вечером, когда мы съели всю черешню, доиграли в настолки и допили чай, я пошел провожать друзей. С одним из них я остался стоять на остановке, ждать автобуса. — Господи, что это за пробка на ночь глядя? — спросил мой друг. — Так это не пробка… — отвечаю я. — А что? просто светофор? — Да нет, мы около заправки, это очередь. — А… Очереди здесь уже около недели. Временами с заправки раздаются громкие объявления через мегафон. Расслышать, что именно говорят, сложно, мегафон плохо настроен. Но мы уже привыкли. Тексты о дефиците бензина еще читают, но в районе на вереницу машин почти уже не очень обращают внимание. Просто теперь так бывает. Вспомнился процитированный в начале этого текста пост Евгения Зиновьева из 63.ru от февраля 2026 года: Год назад в аэропорту Курумоч впервые объявили план «Ковёр», сотни пассажиров не смогли улететь вовремя. У всех был шок. Мы с ребятами писали новости, делали оттуда репортаж, отвечали на сообщения горожан с вопросами: «Когда откроют аэропорт?». Собирали кучу просмотров. Потом ограничения в Курумоче стали вводить через день. Новости о «Коврах» перестали интересовать читателей. Все привыкли. Полгода назад в Самаре впервые отрубили мобильный интернет. Люди не могли общаться, вызывать такси, оплачивать покупки, отслеживать транспорт, а многие и элементарно работать. У всех был шок. Мы с ребятами вовсю освещали это, давали объяснялки, как жить без сети. Собирали кучу просмотров. Потом отключения стали регулярными, горожане как-то приспособились. Новости про шатдауны перестали интересовать наших читателей. Все привыкли. И вот, спустя несколько месяцев и я сижу вечером, да пишу такой же текст, сам не зная зачем, ведь к подобным постам, наверное, тоже уже все привыкли…6,34%
- 7 июл.#журналистское #дневниковое — Извини за большое голосовое сообщение — Это не сообщение, это подкаст Я никогда не задумывался о том, есть ли у меня какие-то профессиональные деформации. Честно говоря, даже такая постановка вопроса практически не приходила мне в голову. Бывали случаи, когда мне на эту самую деформацию указывали, но и тогда я не вполне понимал, о чем именно речь. Наверное, дело в том, что моя работа как-то очень органически выросла из моих природного любопытства, непоседливости и склонности играть словами. Как говорит мой большой друг историк Виктор Ковалев (которому давно пора обзавестись собственным каналом): Преподавание всего лишь удовлетворяет мою природную склонность к болтливости И вот, пожалуй, на днях я впервые задумался о том, что какая-то деформация у меня явно есть. Возможно, конечно, не профессиональная, но все же имеется. Дело в том, что много лет подряд я был идейным противником войсов. Ну то есть правда, мне казалось, что людям, которые ими пользуется, надо бить по пальцам молотком. Тогда у них будет хоть какое-то объяснение тому, что слова: "Привет, я на остановке, жду автобуса, по "Яндексу" еще 12 минут" нельзя написать руками. Однако в какой-то момент я понял, что войсами очень удобно передавать длинные размышления, сильно выходящие за 3000 знаков (не бойтесь, в канал я такое постить не буду). В целом, опять же, мне казалось это вполне естественным применением технологии, которую придумали за грехи наши где-то в подземельных измерениях. С друзьями и коллегами очень удобно обменяться мнениями в формате голосовых минут по 15-20. Ты аргументируешь, подбираешь наиболее удачные (а не самые короткие) формулировки. Человек может это послушать, если торопится то на скорости х 1,5. Красота… Только недавно, после переписки, приведенной в начале поста, я понял, что возможно, так делают не все. Точно так же, как не все пишут заметки во время прослушивания голосового собеседника… И не все потом пишут план своего ответа в блокноте, чтобы мысль не блуждала, а четко перетекала от одного смыслового блока к другому… А вы разве так не делаете?!6,25%
- 18 июл.#журналистское Ступай к себе. Вниз, в свою еженощную могилу, где такие, как ты, спят под гробовыми покровами, чтобы заранее к ним привыкнуть. Вниз, собака! Вон! В конуру! Некоторое время назад я неожиданно сам для себя погрузился в историю китобойного промысла. Если коротко, поводом стала олимпиада по анализу данных Европейского университета, а потом я не смог сразу вынырнуть из этой в полном смысле этого слова фактурной темы: исследовал данные, читал научные статьи, книги и даже записал на эту тему подкаст. В какой-то момент я увлекся настолько сильно, что начал читать "Моби Дика". И вот, что меня поразило — нравы китобойного быта, которые описывает Герман Мелвилл, иногда удивительно напоминают то, что можно увидеть в редакциях. К примеру, отношения капитана и команды очень похожи на рассказы коллег о взаимодействии с некоторыми главными редакторами. Манипуляции, психологическое насилие, газлайтинг — все это прекрасно практикуется. Часто это воспринимается как норма, эдакое харизматичное лидерство: Для достижения задуманной цели Ахаву нужны были орудия; а из всех орудий, какими пользуются под луной, чаще всего приходят в негодность люди. Так, например, он сознавал, что как ни сильна была его магнетическая власть над Старбеком, эта власть все же не подавляла целиком душу помощника, то было лишь физическое превосходство, нередко влекущее за собой и господство духовное. Тело Старбека и его плененная воля принадлежали Ахаву до тех пор, пока Ахав держал свой магнит приставленным к его виску Ну ведь знакомо же, коллеги — признавайтесь! Более того, такой стиль руководства нередко воспевается в произведениях о журналистах. К примеру, один из моих любимых фильмов "Его девушка пятница" буквально делает такого редактора одним из главных героев и положительным персонажем. Как-то я даже решил обсудить это наблюдение со своими друзьями — один из них журналист более чем с с 20-летним стажем, другой историк и фанат Мелвилла. Последний, начал меня убеждать, мол, все же это с моей стороны преувеличение: Историк: Ну все же Ахав стремится не просто отдавать приказы, он претендует на то, чтобы поработить волю команды Мы с другим журналистом: ну… да… так и есть Историк: Постойте, Ахав внушает, что он их царь и бог Мы с другим журналистом: Именно! Историк: Ну, на земле такое невозможно, все же китобоям некуда деваться с их судна Мы с другим журналистом: О, вас в редакциях в этом тоже попытаются убедить! Помню, как лет 10 назад одна из моих главных редактриса буквально терроризировала подчиненных и искусственно создавала авралы, в которых сотрудники жили перманентно. Другая моя начальница, лет семь назад, как-то пригрозила мне, что если я не буду достаточно лоялен, сошлет меня в южное подразделение нашего СМИ, где меня "научат работать". Судя по рассказам коллег, что-то подобное активно практикуется до сих пор. Несмотря на новую этику, новую искренность и новую ситуацию на рынке труда. И вот я задумался – а возможно ли это вообще искоренить? Что думаете?6,15%
- 8 июл.без подписи6,09%
- 21 июл.#журналистское Пожалуй, выслушать самого следователя из федеральной криминальной полиции – это кратчайший путь… Когда я услышал эту фразу в очередной серии аниме "Монстр" (я все же иногда пытаюсь отвлекаться от работы), у меня внутри что-то оборвалось. Буквально. Любой журналист, работающий сегодня, знает, что поговорить со столичным следователем по особо важным делам, конечно, возможно… но скорее всего на допросе. Причем диктофон будет работать не у тебя. Просто так подойти в коридоре отдела и спросить, мол, как продвигается дело — практически нереально. Возможно, кто-то из коллег, плотно работающих в столичном криминальном пуле, и имеет доступ к таким собеседникам, но большая часть журналистов не может о об этом даже мечтать. Ну, возможно, еще пара сотрудников "Фонтанки", если речь о Петербурге, но это не точно. С местными правоохранителями говорить иногда удается. Я сам в свое время напрямую общался с некоторыми судьями с Северного Кавказа. Но это, скорее, исключение нежели правило. Сама конструкция отделов полиции, управлений следственного комитета и судов препятствует даже возможности подобной встречи. Там, где архитектура не справляется, работают внутренние распоряжения, ведомственные приказы и активная работа пресс-служб. Даже государственные гиганты вроде ТАСС, РИА или "Российской газеты" не имеют возможности просто подойти к следователю и спросить что-то о деле, которое он ведет. И все же этот образ раз за разом появляется в фильмах, сериалах, книгах. Здесь можно задаться вопросом — есть ли смысл серьезно обсуждать мультики? Тем более не самые современные, тем более японские, но рассказывающие о жизни в Германии? Мне кажется, да. И дело тут не в том, что аниме, комикс или фильм отражают реальность. Они, как я уже писал раньше, отражают представление о нашей работе. То, чего от нас ждет общество, как бы пафосно это ни звучало. Однако возможностей соответствовать этому идеалу у нас все меньше, причем даже не только при работе с органами. Все чаще сталкиваешься с тем, что если человек в должности директора или главного инженера, или ответственного секретаря с тобой говорит, то в конце беседы прозвучит просьба согласовать с пресс-службой... Которая вычеркнет из комментария всю жизнь. Если такая просьба не звучит, то иногда сам едва не спрашиваешь на автомате: "а вас точно не будет проблем?" Любопытно при этом, что все эти следователи, ответственные секретари и даже сотрудники пресс-служб смотрят те же самые аниме, читают те же романы и ходят на те же фильмы. Многие из них сами совершенно искренне желают большей открытости, но сама логика общественных отношений диктует обратное… Все как описывал эколог Гарретт Хардин — все фермеры хотят общего блага, но каждый логично предполагает, что может выставить еще одну овцу на пастбище и получается трагедия общин. Утешает только одно — в экономике эту теорию уже опровергли (это сделала Элинор Остром, за что получила Нобелевскую премию), выяснилось, что если все хотят добра, то можно договориться о том, чтобы лишние животные по пастбищу все же не бегали. Глядишь и с комментариями так же получится в один прекрасный день...6,04%
- 7 авг.#журналистское Вечерние разговоры журналистов в баре: - Такой-то Такой-тович вообще человек очень приятный... Интересно рассказывает, но вот о своем хобби не рассказывает... А оно очень благородное... - Да... С одной стороны респект, что не выставляет напоказ, с другой стороны... Конечно, обидно в интервью человечинки хочется. Чего журналисту нужно для счастья? Человечинки...5,61%