НеВнирване

Просто – это легко? Все просто: действуй иначе. Правда легко? Ага, щас! Это ваше "просто" — очень тяжело. И знаете почему? Потому что наш опыт — это не просто воспоминание. Это зафиксированные чувства. Которые сидят в теле, в мышцах, в дыхании. Которые включаются раньше, чем мы успеваем подумать. Ты хочешь сказать "нет" — а внутри уже скрутило. Потому что в прошлый раз, когда ты сказал "нет", тебя наказали. Или отвергли. Или высмеяли. Или, может обиделись? И чувство — не мысль, а именно чувство — уже здесь. Оно быстрее. Ты хочешь довериться — а грудь сжалась. Потому что в прошлый раз, когда ты доверился, тебя предали. И чувство предательства уже готово. Оно не спрашивает, изменилась ли ситуация. Оно просто включает сигнал тревоги. Ты хочешь начать новое — а ноги ватные. Потому что в прошлый раз, когда ты начинал, у тебя не вышло. И чувство провала уже здесь. Оно не интересуется, вырос ли ты с тех пор. Оно просто помнит. И вот ты стоишь. Знаешь, что надо действовать иначе. Понимаешь головой. Готовишь речь, план, стратегию. Открываешь рот. А внутри — паника. Потому что тело помнит. Оно помнит боль, унижение, страх. И оно кричит: "Не надо! Опасно!" Это флешбек чувства. И если ты ему потакаешь, то он становится привычкой. Привычка приходит, когда ты раз за разом действуешь в соответствии с фильтром и видишь, что мир не рухнул. Именно так Человек привыкает быть оптимистом или пессимистом (к примеру). Кстати, так работает и проработка - через наработку опыта через обратные фильтру действия. Но сперва — всегда флешбек переживания прошлого опыта. И все эти чувства - не слабость. Это эволюция. Организм запоминает опасность, чтобы выжить. Только вот опасность та осталась в прошлом. А тело помнит в настоящем. Поэтому "просто" не работает. Потому что просто — это про действия. А мы — про чувства. И пока чувства (опыт) сидят в теле, никакие "просто" не помогут. Чтобы начать действовать иначе, нужно сначала разрешить себе чувствовать. Прожить тот старый страх, который уже не актуален. Выдохнуть. Позволить телу вспомнить, что опасность миновала. Что ты уже другой. Что мир уже другой. Только тогда, пройдя через этот флешбек, ты сможешь сделать новый выбор. Не "просто", а осознанно. Не потому что надо, а потому что ты готов. Это тяжело. Это долго. Это страшно. Но это единственный способ — перестать быть рабом своих зафиксированных чувств. Не верьте тем, кто говорит "просто". Они либо не знают, либо забыли, как это — быть в теле, которое всё помнит. А если бы была процедура, которая помогла бы справиться с этим зафиксированным чувством, чтобы было проще начать действовать иначе? Ставьте 💊, если вам интересно узнать про эту процедуру.

Про то, как мы создаём свои чувства Лиза Барретт перевернула всё, что мы знали об эмоциях. Оказывается, эмоции — это не врождённые реакции. Не рефлексы. Не то, что случается с нами против воли. Эмоции — это конструкции. Мы их собираем сами. Каждый раз. Заново. Как это работает? Мозг получает сигналы от тела: сердцебиение, дыхание, напряжение мышц. Это просто данные. Как цифры на приборной панели. Сами по себе они ничего не значат. Дальше мозг добавляет контекст: где я, что происходит, кто рядом. И прошлый опыт: было ли у меня такое раньше, что я тогда чувствовал, как это называлось. И только потом — готовый продукт. Эмоция. Которую мы переживаем как абсолютную реальность. Только реальность эта — рукотворная. Если твой мозг решил, что учащённое сердцебиение — это страх, ты испугаешься. Если он решил, что это волнение — ты будешь взволнован. Тело одно и то же. Интерпретация — разная. Вот почему один человек в одной ситуации паникует, а другой — вдохновляется. Да что там другой человек: мы сами способны реагировать на одно и тоже событие реагируем по-разному. Вот почему, когда ты начинаешь называть свои состояния точнее, они перестают быть "потоком ужаса" и становятся "лёгким беспокойством" или "предвкушением". Вот почему, если у тебя нет слова для чувства, ты не можешь его осознать. Ты просто тонешь в "чём-то непонятном". И самое главное: если эмоция — конструкция, значит, у нас есть выбор. Мы не обязаны проживать один и тот же сценарий вечно. Мы можем пересобрать. Переименовать. Переопределить. Не сразу. Не легко. Но можем. Мы — архитекторы своих чувств. Плохие архитекторы, с кривыми чертежами, но архитекторы. И только от нас зависит, что мы построим: крепость тревоги или маяк надежды. Или просто тёплый дом, где можно побыть. НеВнирване мы не ждём, пока эмоция случится. Мы её создаём.

Почему один и тот же опыт одних парализует, а других — делает сильнее Один человек падает с велосипеда в детстве и больше никогда не садится на него. Другой падает, разбивает колени, плачет, зализывает раны — и снова садится. Третий вообще не падает, но почему-то боится велосипедов всю жизнь, хотя ни разу с них не падал. В чём разница? Не в событии. Событие одно и то же. Разница — в том, что остаётся внутри. В том, какой след оставляет событие. Когда человек падает и просто встаёт — он получает опыт. Он знает: было больно. Но боль прошла. Теперь он знает, как держать равновесие, чтобы не упасть снова. Или хотя бы как падать правильно. Когда человек падает и чувствует страх, унижение, беспомощность — и не проживает эти чувства — он получает не только опыт. Он получает эмоциональный капкан. Внутри остаётся замороженное чувство точнее опыт, который окрашен ярким чувством. Оно не пережито. Оно просто ждёт, когда ему вернуться. И в следующий раз, когда он сядет на велосипед, это чувство вернётся. Или даже когда он просто посмотрит на велосипед. Или когда он увидит, как кто-то садится на велосипед. Опыт становится парализующим не тогда, когда было больно. А когда боль осталась непрожитой. Когда эмоция не нашла выхода. Когда страх не был прожит до конца. Она как заноза. Маленькая, почти незаметная, но гноится внутри. И каждый раз, когда ты касаешься этого места, она напоминает о себе. Болит. Не даёт двигаться. Проработка — это не "перестать чувствовать". Это — прожить то, что не было прожито. Дать себе почувствовать то, что тогда было слишком страшно чувствовать. Позволить себе испугаться, разозлиться, поплакать — в безопасной среде. Позволить себе упасть, но не разбиться. Упасть и встать. Когда чувство прожито, оно перестаёт быть занозой. Оно становится просто информацией. Теперь ты знаешь: было больно, но я пережил это. Я могу пережить это снова, если потребуется. И могу выбрать, садиться мне на велосипед или нет. Не потому что боюсь, а потому что сейчас я хочу идти пешком. И это — свобода. Не в том, чтобы забыть. А в том, чтобы перестать быть рабом своего прошлого. Сделать его частью своего опыта, а не тюрьмой, в которой заперта твоя жизнь. Подытожим: Проработать эмоцию — это не про "перестать чувствовать". Это про то, чтобы перестать бояться собственных чувств. Позволить им быть. Прожить их. И отпустить. Тогда любой опыт становится просто опытом. А не капканом. И нет, я вас не на консультацию зазываю, я вас прогреваю к возможности уже совсем скоро и совершенно бесплатно проработать те чувства, что мешают двигаться вперед. Так что следите за новостями🤗

На изображении админ, парящий от радости, получая ваши реакции! 🤗 Спасибо за сердечки, значит буду продолжать. ❤️‍🔥 Но прежде, чем продолжу, хочу сделать небольшую ремарку. 1. Ниже я буду рассказывать про чувства и эмоции – буду часто их смешивать, путать, и в данном контексте для меня нет принципиальной разницы между этими словами, хотя по факту эти различия есть. 2. Когда я говорю о застывшем чувстве – это не накопленная эмоция, это опыт, окрашенный и сопровождающийся ярким проявлением чувства.

Значит рассказываю! Сергей совершенно правильно угадал намек на знаменитых обезьянок Мидзару, Кикадзару, Ивадзару, которые символизируют принцип «Если я не вижу зла, не слышу о зле и ничего не говорю о нём, то я защищён от него». Но если со злом все понятно, Конфуций писал: «Не смотри на то, что неправильно. Не слушай того, что неправильно. Не говори того, что неправильно. Не делай того, что неправильно.» И именно этот принцип актуален, на мой взгляд, к нашему фильтру восприятия. Ибо сидит в каждом из нас такой «конфуций» и говорит, что считает правильным, а что нет… и мы слушаем его, а не реальность, ведь всем известно, что Конфуций – очень умный! Устали?) Или продолжу? Давайте накидайте реакций, если интересно, ибо в конце будет бонус. ❤️ - продолжай, интересно 👍 - давай сразу бонус 😁 - о чем вообще речь?

"Ничего не вижу, ничего не слышу" — это из трактата Конфуция "Лунь юй" — главной книги конфуцианства. Смысл в том, чтобы защищать сознание от дурного. Это легло в основу философии трёх обезьян: Мидзару🙈, Кикадзару🙉 и Ивадзару🙊.

Но есть нюанс... О нем скоро расскажу 🤫

Так мало теорий о Конфуции в моем абсурдном вопросе выше, что я задумался: откуда в нас это нежелание ошибиться? Даже там, где это сделать невозможно или не стыдно. Загадка действительно непростая. Так что подсказка на картинке😉

Конфуций в каждом из нас Так почему споры про стакан не утихают? Почему вместо того, чтобы видеть стакан, Человек видит только пустоту или только полноту? Всему виной наш опыт. И окружение, конечно, тоже. Но давай остановимся на опыте. Потому что он влияет на нас сильнее, чем всё вокруг. Да и окружение мы, как правило, выбираем исходя из нашего опыта. Опыт — это не просто "то, что было". Это фильтр. Через который мы смотрим на мир, даже не замечая его. Он как грязное стекло, которое мы забыли протереть. И мы уверены, что мир именно такой — мутный, серый, с разводами. А это просто наше стекло. Даже интуиция – это неосознанный опыт. Человек, которого в детстве били, ищет тех, кто будет его “бить” и во взрослой жизни. Не потому что он мазохист. А потому что его опыт сказал ему: "Мир — это боль. И безопасно только там, где боль привычна". Человек, которого обесценивали, обесценивает себя сам. И удивляется, почему другие не видят в нём ценности. А он просто не даёт им её увидеть. Потому что его опыт сказал: "Ты ничего не стоишь". Человек, которому однажды изменили, видит измену в каждом взгляде. Даже там, где её нет. Потому что его опыт сказал: "Не верь. Всё равно предадут". И вот мы выросли. А фильтр остался. Мы смотрим на мир через него и считаем, что так и есть. Что мир — это боль, предательство, пустота. Или, наоборот, что мир — это сказка, где всё случится само. В зависимости от того, что нам показали в детстве. И когда кто-то пытается сказать: "А давай протрём стекло?" — мы обижаемся. Потому что нам кажется, что он оскорбляет нашу реальность. А он просто говорит: "Посмотри. Может быть, ты видишь не всё". Опыт — это тяжелый багаж. Мы тащим его за собой и удивляемся, почему так трудно идти. Мы не замечаем, что половина вещей в этом багаже — уже не нужна. Старые обиды, чужие оценки, страхи, которые давно потеряли актуальность. Они просто лежат там, на дне, и тянут вниз. И мы не хотим их выбрасывать. Потому что они — часть нас. Потому что кажется, что без них мы потеряем себя. А на самом деле — мы потеряем только боль. Принимать реальность — это не значит смириться с тем, что есть. Это значит — увидеть её, не искажая прошлым. Это значит — признать, что сейчас я здесь, и сейчас всё иначе. Что тот, кто меня обидел, может быть, уже умер. Или изменился. Или я могу просто не общаться с ним. Что тот, кто мне изменил, не является шаблоном для всех остальных. Принимать реальность — это каждый раз заново учиться смотреть. Без очков. Без фильтров. Без багажа. Сложно? Да. Страшно? Очень. Потому что без фильтров мир оказывается не таким, как мы привыкли. Он — просто мир. Разный. Непредсказуемый. И это пугает. Но именно в этом — свобода. Свобода не быть рабом своей истории. Свобода выбирать, что оставить в багаже, а что выбросить. Свобода видеть то, что есть, а не то, что когда-то было. Быть НеВнирване – и есть свобода. На следующей неделе я постараюсь рассказать, почему один опыт парализует нас на всю жизнь и становится нашим фильтром, а другой просто становится информацией, помогающей нам. Ну а теперь загадка: причем тут Конфуций?

Я бы так сказал! Так бы я сказал про оптимистов, а так бы я сказал про пессимистов, но знания психологии помогают мне взглянуть на ситуацию иначе, и нас самом деле и те, и другие меня не бесят… нет, бесят, но не сильно и не долго… Кстати, Чистые представители встречаются довольно редко. Но вернемся к нашим баранам пессимистам и оптимистам. Открою вам секрет: природа у данных представителей одна. Они не противоположности. Они близнецы. Рождённые от одной матери — страха перед реальностью. Оптимист говорит: "Всё будет хорошо". Пессимист говорит: "Всё будет плохо". Оба врут. Потому что никто не знает, как будет на самом деле. Но обоим проще придумать ответ, чем признать: "Я не знаю. И это страшно". Оптимист красит реальность в розовый. Чтобы не видеть серости. Чтобы не чувствовать боли. Чтобы не признавать, что мир непредсказуем и жесток. Пессимист красит реальность в чёрный. Чтобы не разочаровываться. Чтобы не надеяться и не обжигаться. Чтобы не признавать, что мир непредсказуем и прекрасен. И тот, и другой — убегают. Просто в разные стороны. Оптимизм — это иллюзия, что всё под контролем. Пессимизм — это иллюзия, что ничего не зависит от тебя. И то, и другое — способ избежать честного диалога с реальностью. Реальность же — она не розовая и не чёрная. Она серая. Во всех оттенках. Иногда светлая, иногда тёмная, но всегда — разная. И она не спрашивает, какой у тебя настрой. Она просто есть. И единственный способ с ней справиться — не убегать. Смотреть. Принимать. Действовать. Не надеясь на чудо, но и не отрицая возможности. Не впадая в отчаяние, но и не прячась за улыбкой. Потому что правда — она не в стакане. И уж тем более не на дне стакана. Она в том, что стакан стоит. И наполнять его или смотреть на пустоту — твой выбор. Но если ты смотришь только на пустоту или только на полноту — ты не видишь стакан целиком. Сними очки. Посмотри на мир без фильтров. Он не станет лучше или хуже. Он станет настоящим. А настоящий — он сложный. Он требует сил. Он требует честности. Он требует быть взрослым. А вы все еще думаете, что я говорю только про оптимизм и пессимизм?

Жизнь не бывает только хорошей или только плохой. Она просто — есть. И единственный способ не пропустить её — не спорить. А замечать. Дождь. Луну. Друга рядом, пускай и с противоположным мнением.

В баре НеВнирвана Встретились как-то Оптимист и Пессимист. В баре. В НеВнирване. За одним столом. Случайно. Хотя какие случайности? Просто жизнь свела. — Жизнь прекрасна, — сказал Оптимист, поднимая бокал. — Всё к лучшему. Вселенная на нашей стороне. — Жизнь — дерьмо, — ответил Пессимист, не поднимая своего. — Всё к худшему. Вселенной на нас плевать. И понеслось. Спорили они долго. Часами. Днями. Годами. Потому что встречаться стали регулярно. Каждый вечер в этом баре. У каждого была своя правда, и каждый хотел доказать, что его правда — единственно верная. Оптимист приводил примеры: жена красавица, дети здоровы, работа приносит радость. Даже если что-то идёт не так — это просто вызов, который сделает его сильнее. Пессимист приводил свои: жена давно остыла, дети вырастут и даже звонить не будут, работа — просто способ платить по счетам. Даже если что-то идёт хорошо — это просто пауза перед очередным пиздецом. — Ты просто не умеешь радоваться, — говорил Оптимист. — А ты просто боишься смотреть правде в глаза, — отвечал Пессимист. И спорили они, казалось – вечность. Они сидели в баре и доказывали друг другу, кто прав. А жизнь просто проходила мимо. Не потому что она злая. А потому что она не ждёт, пока мы закончим спорить. Прошло десять лет. Оптимист сидел в том же баре. Вчера его жена ушла. Не выдержала его вечного "всё будет хорошо", когда было плохо. Когда она плакала, он говорил: "Не переживай, завтра будет лучше". Когда она болела, он говорил: "Мысль материальна, думай о здоровье". Оптимист сидел и смотрел на пустой бокал. И впервые в жизни ему было хреново. Не "вызов, который сделает сильнее". А просто хреново. До тошноты. До пустоты в груди. В этот момент в бар зашёл Пессимист. — О, ты здесь! — обрадовался тот. — Я тебе такое расскажу! Я выиграл в лотерею. Миллион. Представляешь? Оптимист поднял на него глаза. — И ты всё такой же пессимист? — спросил он. — Конечно, — усмехнулся Пессимист. — Деньги — это просто бумага. От них одни проблемы. Налоги, завистники, родственники. Всё равно всё просру. И боюсь, что теперь случится что-то невыносимо ужасное. Я уже записался к врачу на всякий случай. — И что ты будешь делать с ними? — спросил Оптимист. — Не знаю, — пожал плечами Пессимист. — я ничего не хочу. Какая разница? Всё равно всё закончится плохо. — Но ты же выиграл, — тихо сказал Оптимист. — Ты выиграл. И тебе хреново. А я проиграл и мне тоже хреново – это несправедливо. — А тебе? — спросил Пессимист и между ними повисла холодная тишина. Оптимист молчал. И тогда они оба посмотрели друг на друга. И поняли, что за десять лет споров они не заметили, как потеряли всё. Оптимист потерял жену, потому что не умел видеть плохое. Пессимист потерял радость, потому что не умел видеть хорошее. Они сидели и молчали. Два человека, которые потратили десять лет на то, чтобы доказать друг другу, кто прав. И поняли, что правды не было. Была только усталость. И пустота. И лёгкое чувство от понимания, что правды нет. — Знаешь, — сказал Оптимист, глядя в свой пустой бокал, — мне кажется, мы оба были неправы. — Возможно, — сказал Пессимист, глядя на пустой бокал Оптимиста, — я куплю тебе выпить. Всё равно деньги девать некуда. Всё равно всё просру. Оптимист улыбнулся. Впервые без надрыва. Просто улыбнулся. Они допили. Расплатились. Вышли из бара. Над городом висела луна. Луна была какая-то идеальная, как этот рассказ. Слишком правильная — нереально правильная. — Что теперь? — спросил Пессимист. — Не знаю. А ты? — Не знаю. Ничего не хочу. — Тогда просто пойдём. И они пошли. Оптимист, потерявший жену. Пессимист, выигравший миллион. Оба потерявшие десять лет на споры. Оба понявшие, что правды не было. — Знаешь, — сказал Пессимист, глядя на луну, — я куплю дом у моря. Маме. Она всегда хотела. — Хорошая идея. — А ты? — Позвоню бывшей. Не чтобы вернуть. Просто сказать, что я был неправ. Что мне плохо. Они шли дальше. В тишине ночного города, по мокрому от дождя асфальту и слишком правильной луной, они чувствовали что-то новое. Не надежду. Не отчаяние. Просто — принятие.

Стакан всегда на половину пуст. Это факт. Можно спорить до хрипоты про оптимизм и пессимизм, но физика — наука точная. Объём есть объём. Половина, это не целое. Точка. И знаете что? Это нормально. Ибо Человек так устроен, что "в соседском саду трава зеленее". Мы всегда видим, чего нам не хватает. Это эволюционный механизм: чтобы не расслабляться, чтобы искать лучшее, чтобы двигаться. Без этого мы бы до сих пор сидели бы в пещерах и радовались, что сегодня не съели саблезубые тигры. Это здорово. Это топливо. Но есть те, кто превращает этот механизм в пессимизм. Кто смотрит на стакан и видит только пустоту. Кто игнорирует тот факт, что в стакане — есть вода! Или не вода, жидкость, или что там у вас налито? Какая разница. Главное — он есть. Ресурс. Возможность. То, что можно использовать здесь и сейчас. А они ноют. — Пусто. — Мне не хватает. — У других больше. — Бесполезно. И бесят они меня больше, чем все оптимисты мира вместе взятые. Потому что оптимист хотя бы пытается. Он ошибается, он заблуждается, он надеется без оснований — но он что-то делает. А эти застыли. Стоят у своего стакана и бубнят про пустоту. А вокруг — люди, которые могли бы налить им ещё. Идеи, которые могли бы заполнить эту пустоту смыслом. Возможности, которые они не замечают, потому что слишком заняты нытьём. Видишь только то, что "пуст"? Расширяй кругозор. Оглянись. Да, стакан наполовину пуст. Это факт. Но в нём есть ресурс. Есть та самая жидкость, которая может утолить жажду. Которая может стать началом чего-то большего. В соседском саду трава зеленее — ну и что? Сходи, посмотри, что там. Может, они просто удобряют лучше. Может, у них другой сорт травы. А может, они поливают её чаще. Узнай. Попроси совет. Общайся, Сделай свой сад таким же. Или наоборот — пойми, что тебе нравится твой, даже если он не такой яркий, сфокусируйся на своей жизни, двор подмети в конце концов. Мусор выброси. Но не стой у забора и не ной, что у других лучше. Потому что нытьё — это не про реальность. Это про отказ видеть реальность. Про отказ признать, что у тебя уже есть что-то. И это "что-то" можно использовать. Пессимист — это тот, кто смотрит на стакан, видит пустоту и не замечает воду. И даже когда ему предлагают долить — он говорит: "А смысл? Всё равно выпьют". И так и стоит. С пустым стаканом. И с пустыми глазами. А рядом — люди, которые готовы поделиться. Не потому что у них много. А потому что они умеют видеть, что у них есть. Я за то, чтобы видеть и пустоту, и воду. И принимать решение, исходя из фактов, а не из настроения. Да, стакан наполовину пуст. Но если ты видишь только пустоту — может, дело не в стакане? А к пессимистам как вы относитесь?

В жопу оптимизм Меня бесят оптимисты. Не те, кто умеет видеть хорошее в сложной ситуации. А те, кто упорно не замечает плохого. Кто говорит «всё будет хорошо», когда вокруг пожар. Кто советует «просто улыбнуться», когда у человека умер кто-то близкий. Кто верит, что позитивный настрой лечит всё — от депрессии до рака. Мне кажется, все беды нашего мира — от людей, которые нерационально оценивают ситуацию. Которые путают реальность с собственными хотелками. Положительный прогноз — это рациональная оценка фактов со знаком «+». Ты смотришь: есть ресурсы, есть план, есть вероятность успеха. И говоришь: «Да, шанс есть. Работаем». А оптимизм — это не оценка. Это вера. Когнитивное объяснение того, что всё хорошо, несмотря на то, что на самом деле плохо. И это опасно. Потому что, когда ты говоришь «всё будет хорошо», не имея на то оснований, ты не помогаешь. Ты обесцениваешь. Ты даёшь человеку ложную надежду, вместо того чтобы сказать: «Да, сейчас дерьмово. И это нормально. Давай посмотрим, что можно сделать». Оптимизм — это наркотик - опиум для народа. Он приятен, но не лечит. Он временно улучшает настроение, но не меняет реальность. А реальность, между прочим, не спрашивает, веришь ты в неё или нет. Она есть. И она требует действий, а не мантр. Я не против надежды. Я против иллюзий. Потому что иллюзии — это когда ты стоишь у пропасти и говоришь: «Я уверен, там мост». А по факту — пустота. И кто-то поверит тебе, пойдёт вперёд и упадёт. А оптимист лишь скажет: «Зато теперь он в раю». Надежда — это когда ты видишь пропасть, признаёшь её, и начинаешь искать доски, чтобы построить мост. Или канат. Или учишься летать. Но ты не отрицаешь пропасть. Оптимист отрицает. Потому что ему страшно признать, что всё может быть плохо. Ему страшно смотреть в глаза реальности. Ему страшно быть с кем-то в его боли. Ему проще сказать: «Не парься, всё наладится», чем выдержать чужую и свою собственную правду. А правда в том, что иногда не наладится. Иногда человек умирает. Иногда проект проваливается. Иногда любовь заканчивается. И никакой оптимизм этого не изменит. Но изменить может действие. И принятие. И готовность быть с реальностью, какой бы она ни была. Я за трезвый взгляд. Я за то, чтобы смотреть на ситуацию без розовых очков. Я за то, чтобы говорить: «Да, сейчас это выглядит хреново. Давай разбираться». Оптимизм — это побег. А побег никогда не был стратегией. Он был тактикой, чтобы не сойти с ума. Но если ты хочешь жить, а не выживать — тебе придётся научиться смотреть в глаза тому, что есть. И делать выводы. И действовать. Даже если страшно. Я не против радости. Я против того, чтобы радость была способом не видеть боли. Потому что боль, которую не видят, не исчезает. Она уходит в тело. В болезни. В неврозы. В депрессии. И вылезает потом, когда ты уже не можешь сказать «всё хорошо». Лучше признать: «Мне хреново». Это первый шаг к тому, чтобы стало лучше. А не к тому, чтобы убедить себя, что всё уже хорошо, пока ты лежишь в яме. Не бойся плохих прогнозов. Бойся хороших, за которыми нет фактов. Они дороже обходятся. И не только в деньгах. Жизнь НеВнирване - дороже пребывания в обмане. А как вы относитесь к оптимистам?

Эх, гулять так гулять! Пишу, как дышу! Сквозняк мыслей. О чем молчат психологи: Инсайт, не подкреплённый новым действием, быстро превращается в красивую, но бесполезную рамку на стене памяти. Мозг умеет эстетизировать даже собственную боль, лишь бы ничего не менять. Тишина между близкими — единственный разговор, в котором невозможно соврать. Если она напрягает, вы чужие. Если греет — вы уже всё друг другу сказали. НеВнирване

Сквозняк мыслей после консультаций: Закон сохранения занятости: Список дел растет быстрее, чем зачеркиваются пункты. НеВнирване

Два окна в бесконечность Какой сегодня интересный день. На стыке религии и науки. День космонавтики и Пасха. Кто-то смотрит в небо и видит там Бога. Кто-то — галактики, орбиты, миллиарды световых лет. А я смотрю и вижу Человека. Того самого, который всегда хотел выше. Дальше. Глубже. Одни строили храмы, чтобы приблизиться к небу. Другие строили ракеты, чтобы до него долететь. А суть одна — нам тесно на земле. Нам мало этой жизни. Нам хочется верить, что там, наверху, есть что-то большое, важное, спасительное. Сегодня эти два окна в бесконечность распахнулись одновременно. Где-то говорят "Христос воскрес". Где-то — "Поехали!". И то, и другое — про чудо. Про то, что невозможное возможно. Про то, что гравитацию можно преодолеть. И не только физическую. С праздником, Человек. С днём, когда мы вспоминаем, что мы не только тело с набором рефлексов. Мы — те, кто смотрит вверх. Кто ищет смысл. Кто верит в воскресение — души, духа, надежды, идеи, мечты. Кто готов лететь туда, где никто не был, только чтобы узнать: а что там? Будь ты с Богом или со звёздами. Будь ты с куличом или с ракетой. Главное — не забывай смотреть вверх. Иногда — чтобы попросить. Иногда — чтобы помечтать. Иногда — просто чтобы вспомнить, как мало мы на самом деле знаем. И как много нам ещё предстоит. С наступившим. С тем, что выше нас.

Черновик — У меня это... проблема. — Слушаю. — Я не знаю, кто я. Психолог отложил блокнот. Посмотрел внимательно. — Расскажите. — Ну... Я просыпаюсь и сразу в телефон. Смотрю, что люди пишут. Если все пишут «черновик» — и я пишу. Если все постят фото завтрака с книгой — и я бегу за книгой. Только книгу не открываю, потому что надо срочно смотреть, что там дальше постят. — И что вы чувствуете? — Усталость. Я как будто всё время перечеркиваю себя, как в черновике, но черновик не заканчивается. Я никогда не перепишу в чистовик. Я вечный черновик. Психолог кивнул. Встал. Подошёл к окну. — Знаете, я тоже вчера написал в канал «черновик». Клиент оживился. — Правда? И сколько лайков? — Сорок три. Но дело не в этом. Дело в том, что я правда сидел и писал статью. Серьёзную. Про кризис идентичности. И знаете что? — Что? — Пока я писал статью про то, как важно быть собой, я трижды отвлёкся посмотреть, кто лайкнул слово «черновик». Повисла пауза. — Доктор, или как вас там, — осторожно спросил клиент. — А вы вообще точно психолог или такой же? — Хороший вопрос, — вздохнул психолог. — Я черновик психолога. Настоящий где-то в отпуске. А я тут сижу, имитирую глубокие паузы. Клиент моргнул. Потом засмеялся. — То есть вы тоже... — Да. Тоже слежу за трендами. Но знаете, что я понял? Написать «черновик» легко. Сложно — написать хоть что-то своё. Хоть строчку. Хоть слово после. Клиент задумался. Потом встал. — Я, пожалуй, пойду. — К настоящему психологу? — Нет. Просто пойду. Без телефона. Попробую что-нибудь своё подумать. Хоть полмысли. Психолог улыбнулся. — Удачи. И это... если что получится — не пишите «черновик». Напишите как есть. Даже если криво. Клиент вышел. Психолог сел в кресло. Вздохнул. Открыл канал. Набрал: «Сегодня на приёме был я. В смысле — пациент был мной. Или я им. Короче, оба хороши». Стер. Набрал: «Черновик». Стер. Написал: «Иду гулять. Телефон оставляю здесь. Если что — меня нет. Я в отпуске». И ушёл. P.S. Настоящий психолог вернулся из отпуска через неделю. Прочитал канал. Ничего не понял. Но подписчиков прибавилось. Так и живём НеВнирване.

Здесь должен был быть другой пост. Но утром я, подобно Менделееву, проснулся и осознал, как я вижу переход во вселенную НеВнирване. В настоящий момент у меня есть доступ к трём платформам. И у каждой — свои тараканы, свои плюшки и свои тёмные углы. А значит, и существовать они будут по-особенному. Но в моём мееееедленном темпе… вы уже привыкли. Не привыкли? Привыкайте. Итак. В Максе. [Кликабельно] Говорят, слежка и всё такое. Что ж — мне скрывать нечего. Значит, это будет моя личная комната-исповедальня. Как сказал один мудрец (не помню кто, но звучит красиво): «Распространяйте о себе хорошие слухи — источники забудутся, а информация останется». Так что в Максе самое место не просто постить рассказы, а немного рассказывать о них. И о себе, не личное, а так — авторские размышления, мысли о лирическом герое, и можно ли нас объединять в единое целое. Будет душевно и максимально честно. Добро пожаловать в исповедальню. ВКонтакте [Кликабельно] Для меня это самая бесявая платформа. Там вечно корявая реклама, непонятные алгоритмы, и вообще — мне там неуютно. НО! Там есть удобные обсуждения и эфиры. (Да, я далеко заглядываю, но с вашей поддержкой я уверен, что и до них дойдём. Или не дойдём — времена нынче интересные, нестабильные.) А ещё я хочу в ВК начать писать книгу онлайн. Прямо при вас. Так что у вас есть реальная возможность повлиять на создание Безцеллера. (Это не ошибка. Это название) И наконец — Телеграм. Не побоюсь этого слова — Альма-матер НеВнирване. Пока будет возможность заходить, я буду заходить. А что тут будет — даже я не знаю. Однозначно: здесь — анонсы самого интересного с других платформ. Чтобы вы не лазили по всем трём, если лень. А нужно ли это вам тут — всегда сможете написать в комментариях. Я читаю. Медленно, но читаю. Краткое резюме для тех, кто пролистал: Макс — исповедальня с подтекстом. ВК — бесявая, но там родится Безцеллер. Телеграм — штаб, анонсы и импровизация. Всех люблю, даже ВК. НеВнирване быть.

Представь: каждый день ты возвращаешься домой по одному и тому же маршруту. Можно даже сказать, что ты сам протоптал эту дорогу. Через лес. Сначала было тяжело. Ноги вязли в мху, ветки хлестали по лицу, ты несколько раз забредал не туда и возвращался. Но ты ходил каждый день. И с каждым днем тропа становилась удобнее, короче, роднее. Ты уже знал, где пригнуться, где обойти корягу, а где можно ускориться и лететь, почти не глядя под ноги. Эта тропа стала твоей. Не потому что ты её построил. А потому что ты её выходил. Потом и кровью, усталостью и возвращениями домой. И вот однажды ты подходишь к лесу и видишь забор. Глухой, высокий, с колючей проволокой сверху. Табличка: "Частная территория. Проход запрещен". Твою тропу перегородили. На этом месте решено строить завод. Что ты чувствуешь? Первое — неверие. Этого не может быть. Я же всегда здесь ходил. Это моя тропа. Кто-то пришел и решил за меня, где мне ходить. Злость подкатывает к горлу. Несправедливость. Бессилие. Потом — растерянность. А как теперь? Куда идти? Рядом, конечно, есть другие дороги. Шоссе, например. Ровное, асфальтированное, освещенное. Но оно длиннее в три раза. И по нему едут машины, дышат выхлопами, сигналят. Там шумно, и совершенно не по пути. Есть еще тропинка, о которой ты знал, но никогда не ходил. Кривая, незнакомая, идет через овраг. Говорят, можно пройти, но никто точно не знает как. Короче варианты есть, но МАКСимально неудобные и неВконтакте с тобой. И есть вариант просто стоять у забора. Смотреть на него, вспоминать свою тропу, злиться, писать письма протеста, собирать подписи. Стоять и ждать, пока забор уберут. А его не уберут. Завод построят. И вот ты стоишь. Вечереет. Домой надо. Что выберет Человек?