заметки немакаровой

На завершение первого сезона рубрики Геля решила отвести #админскийкиноклуб на меланхоличную прогулку в неизведанные эллинские земли. То бишь, загадала греческого режиссера, которого не зовут Йоргос Лантимос. Хотя слишком далеко от него мы не отошли. Сегодня у нас на обсуждении дебютная работа протеже того самого Лантимоса — Христоса Нику, получившая признание критиков после показа на Венецианском кинофестивале. Смогут ли "Яблоки" вызвать столь же положительный отклик в сердцах нашей строгой компании и стать красивым завершением первого круга нашей рубрики? Читайте на карточках, сделанных руками нашего постоянного дизайнера Виктории. Боролись с желанием пожирать фрукты админы каналов: заметки немакаровой Angel's CCTV litwatch Тарковские ворота Сеанс в 23:30 Свет далекого маяка Километры киноленты Nuevo Cinema Bitch Пакетовна и Минхо Kinokate Disco Enotium

«Безумие», Ян Шванкмайер, 2005. Почувствовать себя безумным. Ощутить это безумие телом. Поселиться в этом «сумасшедшем доме», наполненном гниющей плотью, отрезанными языками и скитающимися по комнатам невольниками. Ими движет страх, ими движут желания, ими движет агрессия, ими движет потребность в контроле… Они не знают, как обуздать свою суть, как подчинить себе хаос или окончательно ему отдаться, как отличить свободу от безрассудства, а порядок — от насилия. Возможно, мы уже живем в этом доме. Возможно, мы уже скитаемся по его комнатам.

«Одиссея», Кристофер Нолан, 2026. Не выбирать дом, не выбирать мир, не выбирать любовь, не выбирать детей, рожденных в этой любви, не выбирать юность, не выбирать жизнь… Не выбирать, а потом, захлебываясь в центре большой воды, утопать в вине и скорби об ушедшем времени, о несовершенных поступках, о неисполненных обещаниях. Кино похоже на песни Сирен, оно ведет к встрече с тем, от чего так долго удавалось бежать. И нет ничего болезненней этой встречи.

«Бесплатные образцы», Джей Гэммилл, 2012.   В какой-то момент каждый оказывается в той точке жизни, когда кажется, что ее кто-то поставил на паузу. Время куда-то бежит, а ты — остаешься на месте, запертый в одиноком фургончике с мороженым и довольствующийся пробной версией чего-то большого и значимого. Будто та, настоящая жизнь, еще не началась. Будто тебе выдали лишь ее бесплатный образец.   Фильм Джея Гэммилла — о застрявшем в кризисе человеке, который постепенно, через встречи, через разговоры, через пьяные знакомства и столкновение со своим прошлым, через потерянность и пустоту приходит к новому этапу и необходимости двигаться дальше. Потому что иногда для этого нужен не судьбоносный перелом, а маленькое мгновение, в котором ты снова почувствуешь себя частью собственной истории.

«Непокой», Леонид Шмельков, 2025.   «Мы в море, мы в Воронеже, мы в бассейне, мы в Нью-Йорке, мы нигде и снова в Воронеже… Так все устроено»   В спрессованном мире, похожем на нервно скачущий попрыгунчик, ты лежишь в пустом бассейне, перебирая руками. Плавун номер ноль, бегун номер ноль… Номер ноль, завороженный ободранными обоями, окруженный розовыми зайцами и томными тиграми, плененный крыжовником (какое прелестное слово!) и сладким чаем. Стоит ли убегать, если любая дорога незаметно становится дорогой обратно? Стоит ли двигаться в этом ускользающем пространстве, где люди, места и вещи появляются и исчезают быстрее, чем ты успеваешь наделить их смыслом?

Любая достаточно развитая технология неотличима от магии. Особенно это касается магии кино. С сегодняшнего дня на КИНОТВ начинает выходить мой цикл статей об истории плёнки 🍿 — огромный по объёму материал, приуроченный к очередному буму популярности аналогового кинопроизводства. За бум этот можно было поблагодарить Нолана с его «Одиссеей» и одержимостью форматом IMAX. Но правда в том, что корни человеческой привязанности к физическим носителям уходят в куда более глубокие и злободневные материи, чем в фанбойство по одному гению. Впрочем, всем мыслям своё время. Во вступительной же главе «Краткой истории плёнки» рассказываю о том, из какой химозы родились первые фильмы и какие процессы привнесли в кино цвет. → Читать здесь 🫥 Director's Card | #Кинотексты #КраткаяИстория

Уже люблю этот материал ❤️‍🩹

— Нюша, мы в мультике, тут не бывает помады! — Помада есть везде! @kinopoisk & @volgafilms

«Эйфория», Сэм Левинсон, 2019 – 2026.   #кусочекильма

«Слоны-призраки», Вернер Херцог, 2025. Кажется, ничто в этом мире не способно так вдохновлять и расстраивать одновременно, как фильмы о попытке понять природу. Вдохновлять — тем, что так этот мир огромен и неизведан, так много в нем того, к чему никогда не прикасался человек, что остается надежда на чудо, на открытие, на миф, на безграничные возможности жизни, подаренной и крошечному насекомому, и огромному неизвестному зверю. Расстраивать — тем, что, окрестив себя царем всего живого, человек сразу же стремится это живое уничтожить. Словно он, уязвимый и маленький, действительно вправе решать, кому существовать, а кому — нет. Но кино Херцога не только об этом. Оно — о мечте, настолько призрачной и далекой, что, кажется, нет ничего прекраснее, чем ее несбыточность. Потому что как только миф о слонах разрушится о реальность, они перестанут быть тем видением, ради которого стоит продолжать путь через эту странную пустыню жизни.

«Грозовой перевал», Андреа Арнольд, 2011. Кривые ветви большого дерева яростно стучат по окну старого дома. Нацарапанные на стене буквы. Чье-то имя. Не дописанное. И крошечная птичка, которая рвется на волю из каменной клетки комнаты. Андреа Арнольд собирает свое кино по крупицам, вылавливая самые точные, самые тонкие образы из настоящего, превращая их в чувства. Им нет выхода, они спрятаны где-то глубоко внутри — в темном сарае души маленького человека. Из дождя, из облаков, из ветра, запутавшегося в волосах, из лая собак, из вереска, тянущегося к солнцу, из жуков, ползущих по своим делам, из живых кроликов, из мертвых кроликов, из сломанных цветов и густого тумана собирается Хитклифф, существующий словно наполовину, смотрящий на мир невидимым призраком. Сквозь трещины, замочные скважины, из-за стен, сквозь доски сарайных дверей — он видит — мы видим — жестокий мир, рождающий зло в сердце ребенка, так и не узнавшего любви, так и не научившегося любить.

«Идиотка», Настасья Попов, 2026. Еще одна история об «американской мечте», приправленная русским колоритом, сатирой на индустрию моды, ярчайшим (особенно для дебюта) кастом и легким юмором. Это кино теплое, как узор старого ковра на стене в бабушкиной квартире; искреннее, как продавщица в магазине, знающая всех по имени; очаровательное, как резные окошки деревянных домиков и старая мозаика в подъездах. В конце концов — это кино поддерживающее, как та самая странная семья, где все как будто из разных вселенных, но всегда — друг за друга.