ran в Design | Rangovsky Alexander

Эволюция люкса Renault. Часть 1.1: Как задизайнить «карманный премиум» в эпоху Baccara. В продолжение предыдущего поста про шрифты моделей — сегодня хочу разложить первую тему. У Renault исторически существовали особые люксовые суббренды: Baccara, Initiale Paris и Esprit Alpine. Это высший уровень моделей, который выдавался выборочно и доставался далеко не каждой машине в линейке. По трансформации этих топов отлично видно, как за 50 лет менялась психология рынка. И сегодня мы подробно разберем внутреннюю кухню первой вехи — Baccara (1988 — 1997). Бизнес-задача До конца 80-х у Renault вообще не было выделенного премиум-бренда. Люкс развивался экстенсивно (комплектация TX): в интерфейс машины просто набрасывали новые функции вроде электростеклоподъемников. Дизайн этих шильдиков был максимально утилитарным — строгий, рубленый, плоский шрифт. Машина внешне никак не транслировала свой статус. Но в 1988 году команда решила полностью перепроектировать пользовательский опыт. В Европе тогда случился бум «яппи» — молодых профессионалов с деньгами, живущих в тесных мегаполисах, почти как АЙТИшники последних лет. Им требовался осязаемый премиальный статус, но огромные представительские седаны были непрактичны для узких улиц Парижа. Renault совершила продуктовый прорыв, первыми создав нишу «карманного люкса». Дизайнеры упаковали атрибуты представительского класса в кузов компактных городских хэтчбеков. Пользователь получал нужный статус, но в габаритах малютки, на которой можно легко припарковаться у кофейни. Сейчас этот подход отлично чувствуется в повсеместной моде на олд манны. Проектирование тактильного UX Разница с базой строилась на полной смене тактильных ощущений, чтобы человек физически забыл, что он сидит в бюджетном сити-каре. Вместо жесткого пластика интерьер превращали в уютную гостиную: натуральный шпон полированного корня вяза, велюровые ковры с длинным ворсом и толстенная кожа Connolly, которой затягивали даже дверные карты до самого низа. В мелкую Clio I вместо плоских стандартных сидений ставили массивные, пухлые кожаные «диваны». Плюс внедрили уникальный кейс под конкретный сценарий использования (Jobs-to-be-Done): кожаный кофр для одежды (Porte-habit), интегрированный прямо под заднюю полку багажника. Снял пиджак, убрал в этот кейс — и вещь не мнется в дороге. Чистый кайф для молодого юриста или дизайнера, которому после офиса нужно было ехать на вечернюю встречу. Этот шик выдавали выборочно: флагману Renault 25 (1988), бизнес-седану Safrane (1992), гольф-классу Renault 19 и 21, но главным триумфом сегментации стали именно Super 5 и лебединая песня эпохи — Clio I Baccara. Лично от себя добавлю — меня эта тема цепляет за живое. Я бы очень хотел себе в коллекцию ту самую первую Clio I Baccara с мотором 1.8. В России я знаю одного человека, у которого она реально была — редчайшая штуковина. Эта машина наглядно доказывает, что когда-то люкс в промышленном дизайне измерялся не количеством экранов мультимедиа, а качеством проработки физического уюта под конкретные сценарии жизни. Но как этот аналоговый уют упаковывали внешне, почему дизайнеры радикально сменили геометрический шрифт на каллиграфию и при чем тут дома высокой моды Hermès и Lanvin — разберем уже в следующем посте

Пам-пам! Ловите постик автомобильной истории и моих размышлений на тему дизайна. Мне искренне нравится Renault. Решил разобрать, как у французов менялась айдентика: за последние 50 лет дизайн кузовов и шрифтов всегда развивался абсолютно синхронно — от жесткого прагматизма до откровенного хыщничества. В общем, смотрите сами. Эпоха номеров и простых форм (70-е — 80-е). Тогда всё определяли экономика и технологии. Делать сложную кузовную формовку для массового, бюджетного сегмента было банально дорого. Отсюда простые, рубленые силуэты моделей Renault 4, 5, 19, 21, 25. Шрифты на корме полностью соответствовали кузову — угловатые, строгие, геометрические. Чистая инженерия без маркетинга. Эпоха биодизайна и хаоса (90-е — начало 2000-х). Когда штамповка стала доступнее, Renault резко перешла к округлым, капсульным формам: первый Twingo (1993), Clio I (1990) или минивэны Espace II (1991) и III (1996). Номера заменили именами, и начался шрифтовой хаос. Дизайнеры пилили для каждой модели свой уникальный логотип. У Twingo он был игривый, у Clio — очень опрятный и нежный, у Megane I (1995) походил на Clio, а у Avantime (2001) прослеживался совершенно иной, футуристичный подход. Единым брендбуком еще не пахло. Эпоха евро-минимализма и порядка (середина 2000-х). Примерно к 2006–2007 годам, на стыке вторых и третьих поколений, французы решили повзрослеть. Машины стали строже и технологичнее (вспомните ту самую рубленую корму Megane II). Чтобы подчеркнуть надежность, хаос со шрифтами прикрыли. Бренд разработал единый строгий стиль надписей — буквы стали тонкими, аккуратными, с небольшими засечками, как на шильдиках той же Laguna III. Подача стала интеллигентной и сдержанной. Наши дни и тотальная унификация (2015 — 2026 гг.). Окончательно новый характер закрепился в четвертых и пятых поколениях моделей. Сейчас, даже перейдя на электрические платформы и выпуская округлые ради аэродинамики Renault 5 E-Tech, Twingo IV или Megane E-Tech, бренд сохраняет этот хыщный визуал. Особенно хорошо это заметно на рестайлинге Clio V, которая выглядит подчеркнуто зло. Острота, рубленность и хыщничество теперь зашиты во всё позиционирование бренда: 1. Тотальная унификация шильдиков: для названий всех моделей используется один резкий корпоративный шрифт с закосом под суровый немецкий премиум в стиле BMW. 2. Смена характера линеек: люксовое исполнение Baccara из 80-х превратилось в премиальный Initiale Paris. А подразделение Renault Sport и вовсе ликвидировали, выделив его в отдельный суббренд Alpine — быстрый, опасный, со своей гоночной историей. Минутка истории: почему они вообще устроили эту шрифтовую революцию? В начале нулевых Renault запустила свой знаменитый Техноцентр в Гиянкуре, чтобы вывести марку на новый уровень качества. Рисовать индивидуальный шильдик для каждого городского хэтчбека стало неэффективно и дорого для маркетинга. В итоге в 2004 году они заказали у дизайнера Эрика де Берранже единую корпоративную гарнитуру Renault Identité. Именно она причесала весь хаос девяностых и задала тренд на строгую цифровую унификацию, которая сегодня эволюционировала в этот агрессивный стиль. В общем, по одной только надписи на багажнике видно, как бренд прошел путь от суровых инженеров и романтичных семейных ценностей к жесткому позиционированию маркетологов с зубастым оскалом. А вам какая эпоха ближе — когда у каждого автомобиля была своя уникальная мягкая фишка или когда все причесано под один крутой, но хыщный стандарт? Еще фоточек добавил в комменты.