Ŧёмная триада

«Русский стиль» как поиск правды. На канале Цивилизация.медиа вышел наш с Алексеем Арушаняном большой (натурально 2 часа говорим) разговор про историю формирования русского стиля и то, как в этом контексте воспринимать сегодняшние события вокруг нас в дизайне, архитектуре, культуре, политике и обществе. Огромное уважение Мише, за то что инвестирует в это всё свои ресурсы и время и Маше за то, что собрала из нашего разговора бодрый подкаст (особенно если смотреть на скорости 1,5) Главная мысль: удивляется чему либо сегодня только тот, кто не знает историю. И это утверждение касается в равной степени и истории мировой и истории России и истории культуры и дизайна. В качестве конспекта можно как раз посмотреть первый час нашего разговора. Хотите определённости с тем куда нас может вывести: конфронтация с Западом и санкции; интерес к народной культуре; поиск «русской идеи»; конфликт консерваторов и либералов; бум нейросетей; государственные мега-проекты? Посмотрите не по форме а по сути, как все эти же процессы происходили в нашей истории раньше. Я в этом смысле согласен с классиками — в России ни за 100 ни за 1000 лет ничего принципиально не меняется, хотя за 10, порой кажется, может измениться всё и кардинально.

По заявкам читателей и любителей микро-версии герба РФ вот держите ещё вам отдельно визуализации его для использования в качестве аватарок. А ещё у меня есть вот такой стикер-пак с орлами 1️⃣

В середине мая на наших Дизайн-выходных в Ростове мы наконец-то развирутализировались с Лавром Шелковицей, автором тг-канала «Что за диалектик», собирателем и популяризатором редких диалектных слов, бытовавших ранее в разных уголках России. Встретившись, мы разговорились про эти разные слова и я в частности рассказал, что у нас в Костромской области из-за давней традиции отхожего промысла есть очаги старых арго — секретных профессиональных языков, которыми пользовались артели мастеров, чтобы заказчики и все другие внешние не понимали о чём они промеж собой разговаривают во время торга или работы. Лавр погрузился в эту историю и записал мне голосовое. Но оно настолько интересное, что с его разрешения я делюсь им с вами тут. Прям очень рекомендую послушать всем, кто интересуется культурой России. Ну и на канал Лавра подписывайтесь! Один из немногих, который я действительно с интересом всегда читаю. А ещё по мотивам своего канала Лавр и Евгений Лавров выпустили очень классную книгу, в которой каждое слово проиллюстрированно отдельным иллюстратором. На фоне, кстати, звучит музыка нашей культовой, но для многих секретной, как то самое арго костромской группы Комба БАКХ, творчество которой мы с Лавром оба любим с юности, как оказалось.

Андрей Вячеславович как всегда — дело говорит. Не сидите вы в этих тиктоках и рилсах, заканчивайте, а то так мы с вами России с колен не подымим.

Ильяхов раздаёт базу

Подборка моих шрифтов на тему Дня Победы Советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Я считаю важным сохранять аутентичность символьных элементов этого праздника, потому что символизме отражаются и смыслы за которые боролся советский народ. Шрифты - это тоже символы. Внедряя современные шрифты в качестве акциденции на исторический праздник мы вносим современный идеологический контекст, практически всегда противоречащий историческому. https://shimanov.pro/fonts

Я бы посмотрел этот фильм. А так как наступает будущее — наверняка еще посмотрю. И его сделает не Никита Михалков на деньги Фонда Кино, а какой-нибудь чувак из Омска за 3700 рублей. Будущее офигенно и вы совершенно зря беспокоитесь.

Сергей Валерьевич тут у себя поднял тему «русскости» в дизайне не в привычном ныне контексте «кокошников и орнаментов», то есть внешних форм, отражающих локальную привязку, а в контексте этической, ценностной миссии «русского» в мире. Как раз недавно (на втором модуле программы «Медиа-коммуникации» Мастерской новых медиа в Сенеже) разбирал похожую развилку в дискуссии Владимира Васильевича Стасова и Сергея Ивановича Танеева в 80-е годы XIX века. Стасов упирал на то, что «русское» в искусстве должно быть буквально народным и цитированным по форме: если музыка, что с мотивами народных песен, если архитектура, то с иметацией деревянной резьбы, если живопись, то с отображением простого быта и пр. Для Стасова в этом плане ориентиром были Передвижники, Ропет и Гартман в архитектуре и Могучая кучка в музыке. Танеев же говорил о том, что «русское» определяется не формой, а содержанием и при этом не требует буквального цитирования. Вместо программности и прямоты «стасовщины» он предлагал мелодичность и универсальность, вписанную в мировой контекст, но с нашим «нотками русской души». Образно говоря это противопоставление разных версий выражения «русскости» можно было бы описать через сравнение музыки Мусоргского (за которого топил Стасов) и музыки Чайковского (за которого ратовал Танеев). Танеевский подход в прочтении «русскости» развивал потом Дягилев со своими «Русскими сезонами» и кружок вокруг журнала «Мир искусства». А концепция Стасова хоть и упёрлась в революцию и Авангард, но затем нашла своё развитие уже в соцреализме.

Вопрос: «Напиши о том, как может считываться русскость в дизайне будущего — без орнаментов, кокошников и других отсылок в прошлое». На мой взгляд, русскость в дизайне будущего считывается не через орнаменты, кокошники и декоративные цитаты из прошлого. Символы могут дать узнаваемость, но в перспективе часто работают против собственной содержательности: многократное повторение переносит фокус с внутреннего содержания на внешнюю форму. Внутреннее притупляется и в итоге отчуждается от формы, которая фиксируется в графических стандартах и ГОСТах. Проще говоря, когда национальное пытаются «обозначить» набором знаков, получается стилизация, а не культура. Культура же начинается глубже: в этике, в интонации, в отношении к человеку и в том образе будущего, из которого мы исходим. Мне близка формулировка Сергея Серова о том, что дизайн в целом вышел из второй заповеди Христа — «возлюби ближнего как самого себя». Если принять эту оптику, вопрос «как делать русский дизайн?» превращается в более точный и неудобный: как любить по-русски? И это уже не только вопрос дизайна, но и вопрос русской литературы, философии и искусства в целом. Отсюда мой основной тезис: проблема русского дизайна действительно проявляется на разных уровнях — индивидуальном, технологическом, бизнесовом и государственном. Но решается она исключительно на индивидуальном уровне, потому что само решение здесь по определению авторское, а значит — субъективное. На уровне бизнеса и государства дизайн чаще выступает как инструмент — эффективности, управления, сервиса, идеологии. Это важные слои, но это инструментальная надстройка, а не источник смысла. Это не логика предложения, а логика спроса. Поэтому сам вопрос существует как полифония мнений и взглядов разных авторов. И моя «мелодия» в этом контексте сводится к простой (для меня) связи между этикой и эстетикой. В моём понимании они жёстко связаны друг с другом. Что такое эстетика, если не выбор, совершаемый на уровне восприятия? Но в какой логике совершается этот выбор? Моя позиция как дизайнера в том, что такой логикой является этика — нравственные границы и моральные принципы. Этика и эстетика — это две стороны одной медали. Поиск единства этики и эстетики — это «вечная практика» на фоне меняющихся исторических, социальных и технологических декораций. Немного истории: дизайн возник прежде всего как концепция «жизнестроения» (Кандинский, Мондриан, неопластицизм и т. д.), основанная на гипотезе: если изменить условия жизни человека и повысить её качество, человек будет эволюционировать. Гипотеза, конечно, утопическая и поэтому не пережила своих создателей. Но для меня важнее другое: дизайн вырос из социального запроса и является социальной практикой — от Уильяма Морриса к ВХУТЕМАСу и Баухаусу, идея «искусства для избранных» смещалась к идее «искусства для всех». Это был сдвиг, в котором художник покинул тесную мастерскую и пошёл на завод, чтобы сделать результат труда общедоступным. «Счастье для всех, и пусть никто не уйдёт обиженным» (Стругацкие). Русский авангард и конструктивизм радикально усилили и зафиксировали этот поворот. Не случайно многие крупные фигуры западного дизайна XX века — например, Армин Хофман и Йозеф Мюллер-Брокман — называли своими учителями Лисицкого, Родченко, Кандинского. И в этом, как мне кажется, один из ключевых симптомов русскости. Русскость в дизайне — это не «дизайн для русских», а предложение всем и каждому. И тут парадокс: если русский дизайн не стремится к универсальности, он перестаёт быть большим проектом и остаётся локальной стилизацией. По происхождению он русский, по масштабу — мировой. Вывод: русский дизайн теряет смысл, если задумывается в локальном масштабе. Но, становясь универсальным, он перестаёт быть «русским» и остаётся тем, чем и должен быть, — общечеловеческим языком формы и смысла.

Почему я люблю русское? Потому что это поле — непаханое, брошенное и оставленное. Лично для меня это прежде всего поле возможностей: то, чем это поле можно заполнить. Поэтому, когда смотришь на него, три чувства смешиваются в одно: жалость, детская обида за обман и, тем не менее, вера в то, что в конечном счёте будет по-другому. Слава КПСС был прав: быть русским — это как держать удар по яйцам. Это как полюбить кириллицу при условии, что ты родился в 80-е и сформировался до нулевых. В этом есть что-то извращённое, и при этом глубоко естественное с точки зрения взросления и погружения. Я думаю, что человек связан с местом, пространством и временем, в которое он родился. Он ограничен этим. Но любое внутреннее ограничение снаружи оказывается внешней формой проявления внутренней функции, пути, миссии, призвания или просто «своего дела». То есть место и время определяют нашу суть, даже если сама суть для нас остаётся тайной.

Ребята из Верлаб делают классный нейро-русский стиль. Рекомендуем. Ну и с праздниками всех! Христос воскрес! А космос — наш!

Вышла первая серия сериала «Создатели пространства: Искусство дизайна» о российском дизайне в его сегодняшнем состоянии. Хорошо получилось, рекомендуем. В первой серии про «коды и корни» Тёма Лебедев беседует с Тимуром Сафиуллиным, креативным директором Uclad Space.

Передаём сигналы точного социального времени. Записали эту кричалку на трибуне, где собрались люди, искренне болеющие за Россию в этой странной и до конца не очень понятно для кого/чего нужной битве. Для участников чата будет доступны ещё пару версий, но уже без цензуры.

Возобновляем немного подзабытую рубрику про ватные треки по пятницам. Сегодня в этой рубрике трек, который мы посвящаем выступлению Владимира Леонидовича на прошедшем в прошлые выходные одном там дизайн-событии.