В позе дерева

Друзья, у меня есть свободные часы на этой неделе: Вт 10:00 Ср 10:30; 12:00 Чт 12:00; 14:00 Пт 10:30 Остальное время (включая вечернее – по запросу). Я принимаю в кабинете в Омске на Маркса 18/10, а также, онлайн на любой удобной вам платформе для видеовызовов.

Доброе утро! Решила познакомить вас с ещё одним явлением, теперь уже из сферы социологии. И обязательно напишите: сталкивались лично вы с этим или нет 🙏 У вас бывало такое, что вы достигали определённого успеха, а окружение тут же обесценивало или начинало откровенно завидовать? Помимо «да они офигели» есть и другое название этому явлению. «Синдром высокого мака» (Tall Poppy Syndrome) — это социальный феномен: когда человек заметно «вырастает» над группой — успехом, деньгами, талантом, карьерой, внешностью, популярностью — окружающие начинают его критиковать, обесценивать или «ставить на место». Не потому, что он сделал что-то плохое, а потому, что слишком выделился. Метафора буквально такая: на поле все маки примерно одной высоты, а самый высокий торчит. И вместо того чтобы дать ему расти дальше, его срезают до общего уровня. Современное выражение особенно связано с Австралией и Новой Зеландией, где исследователи связывают его в том числе с сильной культурной ценностью равенства и неприятием демонстративного превосходства. Причём это не обязательно выглядит как откровенная зависть. Например: — «Ну да, повысили тебя. Посмотрим, надолго ли». — «Что-то ты о себе слишком много возомнила». — «Нашлась бизнесвумен». — «Все уже поняли, что ты хорошо зарабатываешь, можно не рассказывать». Человек получает признание — и друзья внезапно начинают активно искать, за что его можно укусить; Даже такой пример: коллега хорошо работает, но вместо «молодец» появляется желание доказать, что он подлизывается, выпендривается или просто удачно устроился. И вот здесь интересная психологическая деталь: Tall Poppy Syndrome — не совсем то же самое, что зависть. Зависть — внутреннее переживание: «у неё есть то, чего хочу я». А «срезание высокого мака» — уже социальное действие: «раз она оказалась выше, надо вернуть её туда, где все остальные». В исследованиях этот феномен действительно связывают с дискомфортом от заметных достижений другого, завистью и стремлением уменьшить разрыв в статусе. Отсюда возникает довольно мерзкий парадокс. Группа может прекрасно относиться к человеку, пока он примерно «как мы». Но стоит ему сильно похудеть, заработать много денег, стать известным, получить должность, защитить диссертацию, открыть успешный бизнес — и отношение меняется. Сам факт успеха нарушает прежнее равновесие отношений. При этом слово «синдром» здесь несколько обманчиво: это не психиатрический диагноз и не расстройство отдельного человека, а название социально-психологического и культурного феномена. В научной литературе его изучают, например, применительно к рабочей среде, лидерству и предпринимательству. И мне кажется, самое интересное здесь — обратная сторона. Человек, которого несколько раз «срезали», может сам начать заранее уменьшать себя: не рассказывать об успехах, стесняться денег, говорить «да мне просто повезло», отказываться от амбиций, чтобы не вызвать агрессию своей заметностью. То есть в какой-то момент внешний Tall Poppy Syndrome превращается во внутреннее правило: «Не высовывайся — иначе тебя перестанут любить».

Отсутствие конфликтов – это далеко не всегда признак здоровой группы! Чтобы разбавить тему измен, я решила рассказать вам о таких вещах, как «управление согласием» и «парадокс Абилина». Заодно вы узнаете, к чему может привести желание избежать конфликта и оставаться хорошим. Поехали! Парадокс Абилина — это ситуация, когда группа принимает решение, которого на самом деле не хочет почти никто, потому что каждый ошибочно думает, что этого хотят остальные, и боится оказаться «неудобным». Название появилось благодаря истории, которую описал исследователь группового поведения Джерри Харви. Несколько членов семьи сидели дома и вполне спокойно проводили время. И тут кто-то предложил: а не съездить ли нам в Абилин поужинать? Один согласился. Второй согласился. Третий тоже не стал возражать. Они поехали. Дорога оказалась утомительной, погода — отвратительной, еда — так себе. В общем, поездка получилась совершенно бессмысленной. А когда семья вернулась домой и начала обсуждать произошедшее, внезапно выяснилось интересное: никто вообще не хотел ехать в Абилин. Один согласился, потому что думал, что этого хочет другой. Другой — потому что решил, что остальные уже настроились ехать. Третий просто не хотел портить всем настроение своим «нет». В результате несколько человек совместными усилиями организовали себе вечер, которого не хотел ни один из них. Вот это и называется парадоксом Абилина. И мне кажется, это очень важная штука именно в контексте отношений. Потому что мы часто думаем, что проблемы возникают из-за конфликтов. Но иногда проблемы возникают как раз из-за слишком старательного избегания конфликтов. — Мне не нравится, но я промолчу. — Я устала, но остальные, наверное, хотят продолжать. — Мне неудобно, но не хочу никого расстраивать. — Я вообще-то против, но раз никто не возражает… — Я бы хотел иначе, но вдруг это эгоистично? И вот уже вся семья едет в условный Абилин. Или пара проводит отпуск так, как не нравится обоим. Или друзья встречаются в месте, которое никто особенно не любит. Или на работе команда месяцами реализует решение, в которое никто не верит, потому что каждый думает: «Ну, видимо, остальные считают это хорошей идеей». Причём со стороны такая группа может выглядеть невероятно гармоничной. Все согласны, никто не спорит, никаких конфликтов! Только почему-то всем плохо. В этом и подвох. Согласие не всегда означает совпадение желаний. Иногда оно означает, что несколько человек одновременно побоялись сказать правду. И чем больше в отношениях ценится идея «не расстраивать другого», «не быть сложным», «не портить атмосферу», тем выше вероятность однажды обнаружить себя в каком-нибудь очень далёком психологическом Абилине. Причём с человеком рядом, который всё это время тоже мечтал остаться дома. Поэтому способность сказать: «Я вообще-то не хочу» — это не обязательно эгоизм и не обязательно конфликтность. Иногда это единственный способ наконец узнать, чего хотят остальные. И, пожалуй, одна из самых недооценённых форм заботы об отношениях — дать другому возможность не согласиться с тобой и самому пользоваться этой возможностью. Потому что близость, в которой нельзя немного разочаровать друг друга, довольно быстро превращается в коллективное обслуживание фантазий о чужих желаниях. Что делать? Прекратить думать за других! Имейте не только мнение, но и смелость его высказывать. А вот если за любое высказанное мнение вам прилетает, то это уже другой разговор, который у нас обязательно состоится в скором будущем 👌🏻

Тема измены тяжела для всех. Даже для психологов. Во-первых, потому что вокруг измены существует огромное количество готовых ответов. «Изменил — сразу уходи». «От хороших мужей и жён не гуляют». «Нужно было лучше следить за собой». «Все изменяют, ничего страшного». Проблема в том, что реальная жизнь обычно гораздо сложнее любой из этих формул. Люди изменяют в очень разных отношениях, по очень разным причинам и оказываются после этого в совершенно разных обстоятельствах. Во-вторых, наше отношение к измене до сих пор сильно зависит от пола. Мужчина с большим количеством связей легко превращается в «казанову», женщина — в объект осуждения. И хотя представления постепенно меняются, двойные стандарты никуда не исчезли. В-третьих, у измены нет одного универсального определения. Для одного человека измена — исключительно сексуальный контакт. Для другого — поцелуй. Для третьего — эмоциональная близость с кем-то ещё. А для кого-то болезненным нарушением договорённостей станет даже скрытая переписка или активный флирт. Поэтому вопрос «Что именно ты считаешь изменой?» вообще-то неплохо задавать в начале отношений. Звучит не слишком романтично, конечно. Но выяснять ответ уже после случившегося обычно гораздо менее приятно. И здесь мы подходим к четвёртой сложности: измена — чрезвычайно эмоционально заряженное событие. Её обнаружение способно буквально разделить жизнь на «до» и «после». А события с таким эмоциональным зарядом психика запоминает особенно хорошо. Если переживание не удалось переработать, оно продолжает жить внутри отношений. Человек, которому изменили, может годами ждать повторения, проверять, подозревать и болезненно реагировать на любые похожие ситуации. Тот, кто изменил, может оказаться под огромным грузом вины: постоянно доказывать свою надёжность, ограничивать себя, жить в режиме «только бы снова ничего не подумали» — либо, наоборот, начать агрессивно защищаться и дистанцироваться. Но есть ещё и третий участник — тот, с кем изменяли. И его переживания почему-то обсуждают гораздо реже. Хотя там тоже может быть сложная смесь триумфа, надежды, стыда, ревности, неопределённости и потери. О психологии людей, которые регулярно оказываются в отношениях с женатыми или замужними партнёрами, я ещё обязательно напишу отдельно. Потому что иногда это действительно не случайность, а повторяющийся сценарий. И, наконец, пятая сложность. Даже придя с историей измены к психологу, человек не застрахован от осуждения. Причём осуждать могут любого участника: того, кто изменил, того, кому изменили, и третью сторону. Психолог тоже человек. У него есть собственный опыт, убеждения и болезненные темы. Именно поэтому специалисту важно следить за своими реакциями, работать с ними в личной терапии и супервизии — или честно не брать в работу тему, в которой он не способен сохранять профессиональную позицию. Итак, измена — явление довольно распространённое, но психологически очень сложное. И прежде чем рассуждать в категориях «виноват — не виноват», гораздо интереснее посмотреть на другое: почему люди вообще изменяют? Потому что за внешне одинаковым поступком могут стоять совершенно разные внутренние процессы. Об этом — в следующем посте.

Спасибо большое за вашу обратную связь! 🙏 Я вижу, что тема измены актуальна и интересна. Завтра начнём разбираться в этом вопросе 👌🏻

Насколько актуальна для вас тема измены

Друзья, давно хочу начать серию постов на такую непростую тему, как измена. Рассказать вам о психологических причинах измены, о вариантах решения этой ситуации (помимо принятой в обществе «нельзя простить, только уходить»). И, самое главное, хочу осветить данную тему не только для тех, кому изменили, но и для тех, кто сам изменил и с кем изменяли – ведь мало кто говорит о том, что им тоже нужна поддержка. И самое главное: поговорим о том, как жить дальше всем сторонам, вне зависимости закончились эти отношения или продолжаются. Но сперва, пожалуйста, пройдите анонимное голосование – мне важно знать актуальна тема измены для вас или, возможно, лучше поговорим о чём-то другом.

Любовь или слияние: как понять разницу? Любовь и эмоциональное слияние действительно легко перепутать. Особенно потому, что внешне они могут выглядеть почти одинаково: нам важны чувства близкого человека, мы переживаем, когда ему плохо, хотим поддержать, замечаем изменения его настроения. Разница обнаруживается не в силе чувств, а в том, насколько я сохраняю себя рядом с другим человеком. В близких отношениях мы неизбежно влияем друг на друга. Если партнёру плохо, совершенно нормально расстроиться, тревожиться за него или хотеть помочь. Но при слиянии граница между «ему плохо» и «мне плохо» постепенно исчезает. Чужое эмоциональное состояние начинает регулировать моё собственное. Если партнёр подавлен — я не могу спокойно заниматься своей жизнью. Если он отстранён — мне необходимо восстановить контакт. Если раздражён — возникает желание срочно выяснить причину. Если недоволен мной — само его недовольство становится чем-то, что нужно как можно быстрее устранить. И вот это уже не совсем про эмпатию. Это про трудность выдерживать отдельность другого человека. В психологии для этого есть хорошее понятие — дифференциация. Это способность оставаться в эмоциональной связи и одновременно помнить: у другого человека есть собственные чувства, мысли, желания и способы справляться с ними. И они не обязаны совпадать с моими. Кстати, именно отсюда может расти тот самый эмпатический гнев, о котором я писала раньше. Сначала я очень включаюсь в состояние близкого, пытаюсь его понять, поддержать, изменить ситуацию. Но если его состояние не меняется, постепенно появляется бессилие, а вслед за ним — раздражение. Не потому, что я перестала любить. А потому, что чужое плохое настроение стало для моей психики состоянием, из которого мне самой необходимо выбраться. И здесь есть связь с теми самыми «подсознательными программами». Если когда-то спокойствие и хорошее расположение близких людей означали безопасность, психика может усвоить простое правило: «Чтобы мне было хорошо, рядом тоже всем должно быть хорошо». Во взрослом возрасте эта стратегия легко маскируется под любовь и заботу. Но любовь всё-таки предполагает две отдельные психики. Я могу видеть, что тебе плохо, и сочувствовать тебе. Могу быть рядом и помогать. Но мне не обязательно проживать твоё состояние вместе с тобой, исправлять его или отказываться от собственного эмоционального состояния в знак солидарности. Пожалуй, один из самых простых способов отличить любовь от слияния — спросить себя: ‼️могу ли я оставаться собой рядом с человеком, который сейчас чувствует совсем не то, что чувствую я? Если да — между нами есть не только близость, но и пространство. А именно пространство между двумя людьми и позволяет отношениям быть отношениями, а не превращаться в одну психику на двоих.

Как в эмпатическом гневе отделить эмпатию от слияния? ‼️Эмпатия: «Я вижу, что тебе плохо. Мне не всё равно. Я рядом». Слияние: «Я не могу быть в порядке, пока ты не в порядке». Что с этим делать? ✅ Первое — начать замечать момент, когда чужое чувство вдруг становится вашей задачей. Не «ему грустно», а уже: «Мне срочно нужно перестать делать так, чтобы ему было грустно». И спросить себя: Меня вообще просили это исправлять? Иногда человеку действительно нужна помощь. Но иногда человеку нужно просто погрустить. Побыть в плохом настроении. Переварить свои переживания. И даже — страшная мысль для созависимой части психики — быть недовольным рядом с нами. ✅ Второе — возвращать каждому его половину реальности. Твоё настроение принадлежит тебе. Моё — мне. Я могу спросить, нужна ли помощь. Могу принести чай. Могу обнять. Могу посоветовать специалиста, если вижу, что человеку действительно тяжело. Но я не обязана превращаться в круглосуточную службу эмоционального регулирования другого взрослого человека. ✅ И, пожалуй, самая сложная часть: учиться оставаться в хорошем состоянии рядом с человеком, которому сейчас плохо. Пойти гулять, посмотреть фильм. Заниматься своими делами. Не чувствовать себя предателем за то, что партнёр грустит, а вы в этот момент едите пирожное и вполне довольны жизнью. Потому что разделённость — это не отсутствие любви. Наоборот. Иногда настоящая близость начинается именно в тот момент, когда мы обнаруживаем: мне не нужно залезать внутрь твоего состояния, чтобы оставаться рядом с тобой. Вы заметили, что это связано с предыдущим постом? Ведь «мне нужно нравиться людям» и «мне нужно, чтобы близкому было хорошо» могут расти из одного корня — чужое расположение и спокойствие когда-то стали маркерами собственной безопасности.

Эмпатический гнев: прибить, чтоб не мучался. Есть довольно парадоксальная штука, которая случается в близких отношениях. Допустим, рядом с вами человек, которому плохо. Он в депрессии. Или просто переживает сложный период. Или сегодня мрачный, раздражительный и совершенно не расположен радоваться жизни. Сначала вы сочувствуете. Потом пытаетесь поддержать. Потом ещё немного поддержать. А потом внезапно обнаруживаете себя с мыслью: ДА СКОЛЬКО МОЖНО УЖЕ ХОДИТЬ С ТАКИМ ЛИЦОМ?! И следом, конечно: Боже, какой я ужасный человек. Ему плохо, а я ещё и злюсь. Но здесь интересно посмотреть, откуда вообще взялась эта злость. Потому что очень часто начинается всё вовсе не с неё. ‼️Эмпатический гнев это не столько «я злюсь, потому что чувствую твою боль», сколько гнев, возникающий из эмпатического слияния. Когда чужое плохое состояние становится для меня настолько невыносимым, что в какой-то момент я начинаю злиться уже на самого человека за то, что он продолжает быть грустным. Давайте посмотрим как это развивается. Стадия первая: я замечаю, что тебе плохо У партнёра изменилось настроение. Он молчит. Грустный. Отстранённый. Раздражённый. И человек, склонный к слиянию, замечает это иногда раньше, чем сам партнёр успевает сказать: «Я сегодня не в духе». Радар работает прекрасно. Стадия вторая: твоё настроение становится моей проблемой Вот тут обычная эмпатия начинает превращаться в слияние. Не: «Тебе грустно». А: «Нам плохо». И дальше очень быстро: Почему ему плохо? Это из-за меня? Что случилось? Что я могу сделать? Как вернуть всё обратно? И вот здесь можно вспомнить мой предыдущий пост про необходимость нравиться людям. Если внутри есть старая программа «со мной всё в порядке, когда окружающие мной довольны и рядом всё спокойно», то плохое настроение близкого человека воспринимается не просто как его состояние. Оно ощущается как сигнал тревоги. Пока тебе плохо — я тоже не могу расслабиться. Стадия третья: я начинаю тебя спасать Здесь мы зачастую гиперопекаем человека: предлагаем настойчиво поговорить, обнимаем, веселим, пытаемся накормить. Предлагаем варианты решений, в сотый раз спрашиваем, что произошло. И задача – не просто проявить заботу. Задача: СДЕЛАТЬ ТАК, ЧТОБЫ ТЕБЕ СТАЛО ХОРОШО, ПОТОМУ ЧТО ТОЛЬКО ТОГДА СТАНЕТ ХОРОШО МНЕ. Стадия четвёртая: ничего не работает И вот здесь появляется бессилие. Почему ты всё ещё грустный?! И эмпатия начинает постепенно превращаться в раздражение. Стадия пятая: гнев Причём злость может выглядеть довольно странно: — Ты вообще собираешься что-нибудь с этим делать? — Почему опять всё не так? — Невозможно находиться рядом с человеком, который постоянно недоволен. Хотя ещё час назад мы искренне сочувствовали этому человеку. И вот это важный момент: часто мы злимся не потому, что другому плохо. Мы злимся потому, что не смогли сделать так, чтобы ему стало хорошо. А значит — не смогли вернуть комфорт самим себе. Стадия шестая: вина После вспышки приходит: Как я вообще могу злиться? У человека тяжёлый период. И человек снова бросается заботиться, терпеть, спасать и подстраиваться. После чего цикл прекрасно начинается сначала. И вот здесь, мне кажется, проходит довольно важная граница между эмпатией и созависимым слиянием.

Внутренняя пустота это то, на что часто жалуются люди с личностными расстройствами. Это субъективно дискомфортное, тягостное ощущение во многом и приводит к тому, что погранец бесконечно ищет драм и впечатлений, заменяет отсутствие внутренней динамики внешним движем. Так как основная драма при ПРЛ — мир не такой, как мне надо, то отвлечься от пустоты есть чем. Но в редкие периоды отступления драмы пограничник напоминает сцену из Собачьего сердца, где Шариков смотрит на себя в зеркало и явно переживает не узнавание, а неприятную растерянность. Что стоит за этим ощущением: Слабое различение эмоций. Эмоция не названная и не распознанная воспринимается как неопределенный шум и пустота. Нарушение считывания сигналов тела — интроцепции. Сниженное ощущение тела не дает константного ощущения существования и наполненности. Специфический дефицит автобиографической памяти. У пограничников часто нет ощущения себя как постоянного процесса, я то такой, то такой, то не такой. Пустота возникает там, где есть провал единого личного нарратива. Пустота приводит не только к поиску впечатлений, а и к зависимости от окружающих: если на меня нет постоянной реакции, пустота просто поглощает меня. Понимаю, что тут хочется спросить а что делать? Но тут нет быстрого совета как это исправить. Терапия при ПРЛ буквально переучивает мозг на другие паттерны и помогает выстраивать на месте пустоты стабильное ощущение себя. (с) Елизавета Непийко

В прошлом посте я писала про забор Честертона: прежде чем сносить какую-то странную конструкцию в своей психике, неплохо бы сначала понять, зачем она там появилась. Сегодня покажу на себе. У меня есть одна очень стойкая программа: мне важно нравиться людям. Не в смысле «хочу, чтобы все мной восхищались». Скорее мне важно быстро найти с человеком общий язык и почувствовать, что между нами всё ок. И вот тут я действительно довольно талантлива 😁 Я могу общаться с чиновником, профессором, бизнесменом, музыкантом, таксистом, бабушкой у подъезда и гопником. Потому что очень быстро считываю человека. Как он говорит. Что для него важно. Какой юмор понимает. Где лучше быть мягче, а где — наоборот. Как объяснить мысль именно на его языке. Можно назвать это эмпатией, социальной гибкостью, коммуникабельностью. И всё это будет правдой. Но есть нюанс. Где-то в глубине психики эта способность может быть связана не только с интересом к людям, но и с установкой: «Если человек ко мне хорошо относится — значит, всё безопасно». И вот тогда появляется побочный эффект. Если я кому-то не понравилась, психика иногда реагирует так, будто произошло что-то действительно важное. Срочно понять почему. Срочно объясниться. Срочно показать, что я вообще-то ок. Особенно комично это выглядит, когда речь идёт о человеке, которого я вижу первый и последний раз в жизни. То есть рациональная часть меня такая: — Ну не понравилась и не понравилась. А древняя программа: — КАТАСТРОФА. НЕМЕДЛЕННО ВОССТАНОВИТЬ ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ. И вот здесь очень легко сказать: ага, зависимость от одобрения, надо избавляться. Но вспоминаем забор. Зачем эта программа вообще появилась? Скорее всего, когда-то она была очень полезной. Уметь быстро понимать других людей — полезно. Чувствовать настроение окружающих — полезно. Уметь договориться вместо конфликта — тоже полезно. Психика нашла рабочую стратегию и решила: отлично, используем всегда. Проблема только в том, что «работало когда-то» и «нужно сейчас» — не одно и то же. И я, например, совсем не хочу терять способность находить общий язык с разными людьми. Я хочу потерять ощущение, что обязана это делать. Потому что есть огромная разница между: «Я умею тебе понравиться» и «Мне необходимо тебе понравиться». Вот, собственно, и вся идея работы с такими подсознательными программами: не обязательно сносить забор, иногда достаточно понять, зачем он был построен. Поблагодарить его за службу. И сделать калитку. PS попросила чат GPT сделать из первого фото такой вариант, при котором я больше понравлюсь подписчикам. Напишите на каком фото я вам ближе 🫶🏻

Не разрушай то, назначение чего ты ещё не понял. Есть такой принцип мышления «забор Честертона». Он восходит к Гилберту Честертону и его книге The Thing 1929 года: там буквально фигурируют «забор или ворота поперёк дороги». Представьте: вы идёте по дороге и вдруг видите поперёк неё забор. Забор явно мешает. Обойти его неудобно. Никакой очевидной пользы от него нет. Первая мысль: «Какой идиот вообще его здесь поставил? Давайте снесём». И вот тут Честертон предлагает остановиться. Если вы не понимаете, зачем здесь стоит забор, это ещё не значит, что он стоит здесь без причины. Более того: именно пока вы не знаете причины, сносить его особенно опасно. Сначала нужно понять: от чего этот забор когда-то защищал? А уже потом решать, нужен ли он вам сейчас. И мне очень нравится переносить этот принцип в психологию. Например, человек говорит: «Мне надо перестать всё контролировать». «Мне надо научиться доверять людям». «Мне надо избавиться от привычки всем угождать». «Мне надо перестать быть такой холодной». Меня, как психолога всегда интересует вопрос: «а зачем психика вообще когда-то его построила?» Потому что большинство наших устойчивых способов поведения возникли не из воздуха. Когда-то гиперконтроль мог помогать жить в непредсказуемой среде. Недоверие — защищать от человека, которому действительно нельзя было доверять. Угодливость — позволять сохранить отношения со значимым взрослым. Эмоциональная отстранённость — помогать переживать то, что было слишком больно чувствовать. То есть сегодня забор может стоять совершенно не там, где нужен. Он может мешать близости, отдыху, Но когда-то он, возможно, реально что-то для вас делал. И поэтому моя психологическая работа — это не: «У вас неправильное убеждение. Сейчас мы его заменим на правильное». А скорее: «Зачем вам когда-то понадобилось в это верить?» Что случалось, если вы думали иначе? От чего это убеждение защищало? Какую задачу оно решало? И главное: существует ли эта опасность сейчас? Потому что понять, зачем был построен забор, — совершенно не значит оставить его навсегда. Иногда после исследования выясняется: да, забор больше не нужен. Можно разбирать. Иногда оказывается, что нужна не бетонная стена высотой три метра, а маленькая калитка. А иногда выясняется, что за забором всё ещё действительно живёт что-то такое, к чему пока лучше не ходить без подготовки. Мне кажется, это вообще одна из самых бережных идей в психологии: не спешить объявлять какую-то часть себя поломанной только потому, что сегодня она вам мешает. Сначала стоит узнать, какую работу она выполняла. И только потом решать, что с ней делать. Потому что прежде чем снести свой внутренний забор, неплохо бы выяснить: кого он всё это время не пускал внутрь.

Почему я – психолог считаю Таро прекрасным инструментом самопознания? Отвечу прямо в первом предложении: потому, что каждая карта иллюстрирует некое психологическое состояние, которое за свою жизнь испытывает любой из нас. Когда мы держим карту и смотрим на картинку, то первое, что возникает: осознание и понимание происходящего. А то, что мы можем назвать, то, что обрело форму – уже начинает терять власть над нами. И мы можем начинать что-то с этим делать. В случае с образами в эмоционально-образной терапии, у нас появляется возможность трансформировать образ, а значит и то, что подсознание заложило в него. В случае с картинками на Таро, мы можем задать правильные вопросы, помогающие нам увидеть дальнейший путь. Но это всё возможно только если Таро – не гадание на будущее и чувства бывшего, а инструмент самоанализа. Как с этим работать, как не бояться «страшных предсказаний тяжёлых карт», как задавать вопросы, чтобы вместо тревоги за будущее, появлялась ясность и решимость – об этом я рассказываю у себя в канале «Луна и Башня». Кстати, вот свежий пост про 10 мечей – то самое состояние, когда «всё кончилось, это предел». Прочитайте даже если Таро вам чуждо. PS на фото – я в образе на корпоративе одной компании. Да, психолог тоже немного тамада 😅

Здравствуйте, друзья! Я вернулась из отпуска и открываю запись на консультации. В кабинете принимаю в Омске по адресу Маркса 18/10; онлайн в Яндекс.Телемост, вк и любом другом мессенджере. Стоимость 3500, длительность 60 минут. Свободные часы консультаций: Неделя 10-14 августа Пн: 16:00 Вт: 10:00, 14:00, 17:00 Ср: 10:30, 12:00, 14:00 Чт: 10:00, 12:00, 17:00, 18:00 Пт: 10:30, 12:00, 16:30. Записывайтесь: @inflammari

Другой распространенный симптом нарциссической личности – сексуальный промискуитет. Например, мужчина зажигается при знакомстве с новой женщиной, активно устанавливает отношения, восхищается возлюбленной, но неосознанно завидует ее привлекательности, поскольку она смогла его заинтересовать и даже получить над ним какую-то власть. И в скором времени бессознательно начинает ее обесценивать. В данном случае обесценивание и дисквалификационное поведение – способ преодолеть чувство сжигающей зависти. Нарцисс быстро охладевает, подвергает сомнениям и критике то, что когда-то превозносил в партнере. Он становится скучающим, равнодушным, холодным. И одновременно готовым влюбить в себя кого-то еще. Но новый роман развивается по той же схеме – сначала огромная идеализация, установление отношений, потом – обесценивание с неминуемым разрывом. Беда нарцисса в том, что он не может получать удовлетворения в длительных отношениях из-за неспособности и страха зависимости от другого. Ведь зависеть от другого – это признать его ценным и важным. А важным и значимым в картине мира нарцисса может быть только он сам. Грандиозное «я» нарцисса слишком огромно, чтобы оставить место для других. Объекты влечения нарциссической личности лишаются неповторимых черт, «возлюбленные» сливаются для нарциссов в одну массу, где множество партнеров не обладают какой-либо уникальностью. К тому же из-за страха быть разоблаченным и отвергнутым нарцисс даже в ситуации эйфории начала отношений не пытается построить с кем-то надежную, глубокую эмоциональную связь. Нарциссическую личность можно узнать по уплощенности эмоций, недостатку эмпатии, трудностям эмоционального вовлечения в отношения, – если только он не получит от них подтверждение своей непревзойденности. При всем кажущемся блеске нарциссы постоянно ощущают пустоту и скуку. От этого внутреннего вакуума им на время позволяют отвлечься яркие, но сомнительные приключения – частая смена партнеров, алкоголь, наркотики, экстрим. Отто Кернберг о трагедии нарциссизма. #психоанализ #нарциссизм

Нарциссическая защита: что она защищает? Нарциссическая защита — это способ сохранить приемлемое представление о себе, когда реальность угрожает самооценке. Она защищает не «слишком большую любовь к себе», а то, что человеку особенно трудно переживать: стыд, унижение, беспомощность, зависимость, зависть, отвержение и ощущение собственной незначительности. Вопреки мнению многих людей из интернета, нарциссические защиты встречаются не только у людей с нарциссическим расстройством личности. В определённых ситуациях их может использовать практически любой человек. Вопрос в том, насколько часто это происходит и способен ли человек замечать свою уязвимость, не разрушая себя и окружающих. Грандиозность и всемогущество защищают от чувства слабости, ограниченности и зависимости от других. Например, человек провалил проект, но вместо признания ошибки говорит: «Просто эта компания недостаточно масштабная для меня» или «Я бы всё сделал идеально, если бы мне не мешали». Идеализация защищает от тревоги, разочарования и собственной неуверенности. Например, в начале отношений человек говорит: «Он совершенно особенный. Таких людей больше не существует». Рядом с «идеальным» партнёром легче чувствовать себя избранным и защищённым. Обесценивание защищает от зависти, зависимости, боли отвержения и унижения. Например, после отказа человек говорит: «Да она вообще неинтересная, я сам не понимаю, зачем с ней общался». Или после неудачного собеседования: «Компания жалкая, там всё равно работают одни посредственности». Расщепление защищает от сложных и противоречивых чувств. Например, вчера друг был «единственным человеком, который меня понимает», а после одной неприятной фразы становится «лживым и отвратительным». Удержать одновременно любовь, злость, благодарность и разочарование оказывается слишком трудно. Проекция защищает от признания собственных неприемлемых чувств. Например, человек сам завидует коллеге, но убеждён: «Она постоянно пытается со мной конкурировать и завидует моему успеху». Или сам испытывает злость, но говорит: «Почему ты на меня нападаешь?» Отрицание защищает от реальности, которая причиняет слишком много боли или наносит удар по представлению о себе. Например, человеку несколько раз говорят, что его поведение ранит окружающих, а он отвечает: «Никого я не обижаю. Просто сейчас все стали слишком чувствительными». Рационализация защищает от стыда и чувства вины с помощью убедительных объяснений. Например, человек унизил партнёра, а затем говорит: «Я просто хотел помочь ему увидеть правду» или «Иногда людям нужна жёсткость, иначе они ничего не понимают». Интеллектуализация защищает от непосредственного переживания боли. Например, после расставания человек не говорит о тоске или одиночестве, а часами рассуждает о типах привязанности, гормонах и психологических механизмах выбора партнёра. Уход в фантазии защищает от чувства обычности, бессилия и ограничений реального мира. Например, человек почти ничего не делает для развития карьеры, но постоянно представляет, как однажды его талант заметят, все бывшие пожалеют, а он станет знаменитым и недосягаемым. За внешней холодностью, превосходством или демонстративной уверенностью нередко скрывается не сила, а необходимость любой ценой не соприкасаться с собственной уязвимостью. ‼️Нарциссическая защита не делает человека плохим. Она показывает, какое чувство пока кажется ему настолько невыносимым, что психике приходится срочно заменять его чем-то другим. Для меня наиболее интересной является расщепление, так как я сама склонна к этому типу защиты. Временами я и себя тоже расщепляю. Поэтому, если вы не против, то чуть позже расскажу подробнее об этой защите.

Контролирующий отнимает у контролируемого жизнь. Система реагирует даже на наличие наблюдателя. А уж если это не просто наблюдатель, а кто-то со своим мнением, своими требованиями и т.д… Некоторые вещи должны быть скрыты от посторонних глаз, должны происходить сами по себе. И человек имеет право решать, пускать ли кого-то в эту свою закрытую часть жизни. И если пускать, то кого.

Психическое пространство — это внутренняя территория человека. Место, где живут его мысли, чувства, страхи, желания, воспоминания, фантазии, запреты и тени. У кого-то это пространство большое: в нём есть воздух, глубина, разные смыслы, разные состояния. Человек может переживать боль, но не становиться только болью. Может злиться, но не превращаться целиком в злость. Может тревожиться, но не отдавать тревоге всю власть. А у кого-то внутри тесно. Там нет комнат, коридоров и окон. Там одна замкнутая камера, в которой любая мысль начинает звучать как приговор. Одна обида становится всей биографией. Один страх — богом. Один человек — центром вселенной. Одна тревога — железной клеткой. Замкнутое психическое пространство — это внутренний ад без огня. Там человек ходит по кругу среди собственных мечей и не замечает, что часть стен давно нарисована им самим. В таком состоянии психика сужает реальность до одного сценария. Всё становится знаком, угрозой, доказательством, предвестником катастрофы. Чужое молчание кажется отвержением. Ошибка — клеймом. Потеря контроля — концом света. Чем меньше психического пространства, тем меньше свободы между событием и реакцией. Человек не выбирает — он срабатывает. Защищается, нападает, цепляется, исчезает, контролирует, подозревает, прокручивает одно и то же до внутреннего обугливания. Расширенное психическое пространство — это способность вместить больше, чем одну боль. Больше, чем одну версию происходящего. Больше, чем один страх. Это не светлая позитивность и не вечное спокойствие. Это тёмная вместимость взрослой психики: способность смотреть на свои демоны и не становиться их пищей. Пока внутри тесно, человек живёт как связанный с закрытыми глазами среди восьми мечей. Когда пространство расширяется, мечи остаются на месте. Но между ними появляется проход.