Trading Phronesis

Питер Бернстайн, мудрец с Уолл-стрит, о котором многие говорили, что он понимал природу риска лучше большинства, однажды получил вопрос о том, какие главные уроки о риске можно извлечь из его книги «Против богов» (Against the Gods). Бернстайн ответил: два урока.

О том, как на самом деле формируется мастерство и какие четыре условия для этого необходимы.

Самые интересные, асимметричные и неожиданные варианты будущего сегодня, скорее всего, вообще не видны. Для них еще не существует необходимого исходного материала. Как тогда двигаться вперед, если будущее невозможно нормально спланировать?

Продолжение...

Джесси Ливермор - легендарный спекулянт 20 века. Он вошёл в историю как человек, который одним из первых сформулировал ключевые принципы успешного трейдинга. Ливермор несколько раз зарабатывал огромные состояния и несколько раз их терял. В 63 года он покончил с собой после очередного банкротства. Чуть позже после его смерти, в 1950-е, появились две идеи, сформировавшие современный язык управления капиталом: портфельная теория Гарри Марковица и критерий Джона Келли. Парадокс заключается в том, что, если бы Ливермор был знаком с этими идеями, мы, вероятно, никогда бы не узнали его имя. Но и его жизнь не оборвалась бы так трагично. Так в чём принципиальная разница между подходами Марковица и Келли и как их можно сочетать?

Лучшие представители разных вероятностных сфер деятельности, к которым относится инвестирование и трейдинг, часто имеют больше общего друг с другом, чем со средним участником в своей области.

В июне 2026 российская теннисистка выиграла турнир «Большого шлема». В своей речи на церемонии вручения дипломов в Дартмутском колледже в 2024 году Роджер Федерер как то сказал: «За свою карьеру я сыграл 1526 одиночных матчей и выиграл почти 80% из них. А теперь вопрос к вам: как вы думаете, какой процент розыгрышей я выиграл в этих матчах? ВСЕГО 54%! Другими словами, даже теннисисты мирового уровня выигрывают лишь немногим больше половины всех розыгрышей. Когда в среднем ты проигрываешь каждый второй розыгрыш, ты учишься не зацикливаться на каждом ударе.» Мораль слов Федерера для инвесторов или трейдеров проста. Убыточные сделки - не ошибка, а неизбежная часть игры. Ошибка - менять подход после каждого проигранного «розыгрыша» и судить о его качестве по одному результату.

Ведущие мыслители в различных вероятностных областях деятельности — от ставок на скачки и азартных игр до инвестирования — подчёркивают один и тот же принцип. Его часто называют эффектом Бейба Рута.

Почему одни люди точнее прогнозируют будущее, чем другие? Дело не только в интеллекте или объёме информации. Главное преимущество суперпрогнозистов — байесовское мышление: новая информация не отменяет базовую вероятность, а лишь корректирует её. Канеман и Тверски показали, что мы склонны игнорировать базовые вероятности и переоценивать яркие сигналы. Как это работает - на примере проектов двух крупных ИИ игроков.

Нужно ли выбирать сторону Нормаленда или Экстримии? Вторая часть — о том, как хаос и порядок сосуществуют, почему непредсказуемость не отменяет закономерности и как две модели реальности складываются в одну.

Шла тихая война двух моделей мира. Гаусс против Парето. Стабильность против хаоса. Среднее против экстремума. За сухими формулами скрывается конфликт двух взглядов на реальность, и от того, какой вы принимаете, зависят прогнозы, стратегии и риски. Это не просто спор о статистике — это столкновение мировоззрений.

Эффективность рынка — ключевая тема для инвесторов и трейдеров. Тот, кто стремится к доходности выше средней с учётом риска, неизбежно ищет рыночные неэффективности. Подробнее о том, откуда берутся возможности и как их системно искать — понимание рыночной (не)эффективности.

Хотя инфляция в 2020-х выросла, в 1940-х, 1970-х и 1980-х годах она была выше. В целом отклонение от исторического среднего уровня (около 3%) было не таким уж значительным. В четырёх из последних пяти десятилетий фондовый рынок обеспечивал доходность выше среднего уровня. Каким бы болезненным ни было «потерянное десятилетие» 2000–2009 годов, последние пять десятилетий в целом принесли инвесторам в акции хороший доход. Золото показывало двузначную среднегодовую доходность в трёх из последних шести десятилетий. На горизонте десятилетий результаты этого металла чередовались: периоды высокой доходности сменялись периодами низкой.

Асват Дамодаран из Нью-Йоркского университета ежегодно обновляет данные о доходностях финансовых инструментов рынка США.

Профессор Стэнфордского университета Илья Стребулаев и эксперт по технологиям и инновациям Алекс Данг — авторы книги «Венчурное мышление». Их книга не является инструкцией по тому, как стать венчурным инвестором. Она о том, как логика и подходы венчурных инвесторов могут быть полезны любому, кто принимает решения в условиях неопределённости, нестандартных задач и ограниченной информации.

Рынки вознаграждают тех, кто систематически принимает решения чуть лучше, чем большинство. Ограниченная рациональность означает, что эти лучшие решения не рождаются из попытки проанализировать каждую деталь, а возникают из грамотного сочетания упрощения, инсайта и понимания человеческого поведения.

Для акций важен не столько уровень инфляции, сколько её динамика. Когда инфляция ускоряется и становится неожиданной для рынка (как в 1970-е), реальные доходности снижаются. Когда инфляция высокая, но стабилизируется или снижается (как в 1980-е и 2020-е), акции могут показывать отличные результаты. Для облигаций инфляция опаснее: они особенно страдают при росте ставок и низких стартовых доходностях. Если смотреть шире, за период с 1950 года акции росли в США в среднем на 11,7% в год — это около 8% реальной доходности (сверх инфляции). Да, были «потерянные десятилетия», но на длинной дистанции рынок акций оставался лучшей защитой от инфляции, чем облигации.

До революционных исследований Канемана и Тверски экономисты исходили из удобного предположения: люди рациональны. Но Канеман и Тверски показали, что эта модель далека от реальности. Люди принимают иррациональные решения — причём не случайно, а систематически и предсказуемо. Советы и мысли Канемана из его последних интервью.

На финансовых рынках решения неизбежно принимаются в условиях высокой неопределённости. Рынок постоянно меняется — часто неожиданно, и порой одного события достаточно, чтобы полностью развернуть тренд. Однако ключевая ошибка заключается не в неверном прогнозе, а в нежелании пересматривать своё мнение по мере появления новой информации. Успешная работа на рынке во многом сводится к борьбе с устаревшими убеждениями. Этот конфликт между старым взглядом и новой информацией существует столько же, сколько существует рынок. Но ещё в 18 веке появился инструмент, позволяющий системно выйти из этой ловушки. Его предложил Томас Байес.

История финансовых рынков показывает, каждая крупная технологическая революция проходит один и тот же цикл. От железных дорог до интернета реальные технологические прорывы почти всегда сопровождались пузырями. Проблема заключалась не в самих инновациях, а в сочетании кредитной экспансии, иллюзии безопасности и убеждённости, что «в этот раз всё иначе». Меняются имена, технологии и масштабы, но структура каждого пузыря остаётся поразительно неизменной…