Алексей Савватеев и Родная Школа

Минпросвещения определило, что солнце должно светить днём, а луна - ночью максимальное количество уроков в день, количество уроков должно варьироваться от трех у первоклассников и до семи у старшеклассников. Извините, мы не согласны. А как же столь нужные семьеведение, "родной край", жизненно необходимые "уроки ИИ" и этикета?! Требуем довести количество уроков до 10 в день это минимум! Также просим ввести правило: каждый депутат и законотворец имеет право ввести свой урок в школьную сетку школьников всей страны. Заявки сберов, яндексов и авитов рассматриваются без очереди!

Прошу прощения, что в отпуске нет сил писать серьёзные аналитические статьи, но вот две новости, которые привлекли моё внимание. Первая из России: Толпа подростков буквально уничтожила экран в кинотеатре всего за один сеанс. По данным СМИ, ребята пришли на показ фильма "Одиссея" Кристофера Нолана. В какой-то момент одному из школьников стало скучно, и он расстрелял экран через трубочку от напитка. После показа сотрудники заметили жирные пятна от бабл-ти на экране. Вывести их не удалось. Смотреть с ними тоже дискомфортно. Зрители стали жаловаться и оставлять гневные отзывы на кинотеатр. Чтобы установить новый экран, рабочим пришлось разобрать часть внешней стены торгового центра и поднимать полотно автокраном. Зал останется закрытым до завершения всех работ. Ну а цена вопроса детской шалости - 26 миллионов рублей. Вторая из Канады: Торонто, четверг, 6 августа 2026 года. Ребенок (toddler, то есть от 1 до 3х лет) наотрез отказался сесть и пристегнуть ремень безопасности, а во время руления к взлету встал в кресле. Родители, очевидно, сторонники воспитания «по потребностям» бездействовали. По правилам авиации взлетать с непристегнутыми пассажирами строго запрещено. Заставить сесть и пристегнуться ребёнка родители не стали и не позволили стюардам. Экипажу пришлось разворачивать самолет и возвращаться к терминалу, чтобы снять семью с рейса. Пока лайнер ехал назад, подавали трап и искали багаж капризного пассажира, время было упущено. Аэропорт Виктории закрылся на ночь (в 00:30), и рейс отменили. Капитан не имел права принимать решение не снимать багаж. Это основное правило по соображениям безопасности - багаж должен был выгружен. Пассажиры были в ярости, так как из-за одного ребенка пострадали около 100 человек, которые застряли в аэропорту на всю ночь. Итог: Пострадали около 100 человек. Люди летели по делам, у них были планы, стыковочные рейсы, важные встречи и долгожданный отпуск. Вместо этого — бессонная ночь на полу в терминале, неполученный багаж и сорванные графики. Porter Airlines отказалась выплачивать денежные компенсации, заявив, что отмена произошла из-за «вопросов безопасности», что по закону освобождает компанию от выплат. Я не понимаю, когда наш мир свернул не туда, по какой причине невнятные прихоти невоспитанных детей стали не просто милыми шалостями или случайными ошибками по глупости, а вредительством, которое не приходится компенсировать даже их родителям. По какой причине ответственность за такие явления не несёт абсолютно никто? Кто-то вообще задумывается о том, что такие случаи распространяются и их количество уже как опухоль захватывает нашу жизнь, порождая такую ненависть к детям и подросткам, которую они не заслуживают. А ведь весь наш гнев должен быть обращён на их родителей. Но не только Россия, но и во всём мире государства выстраивают такую политику, что дети как бы отделены от родителей, они должны теперь восприниматься как погодное явление, которое неподвластно ни нам, ни их родителям. Пофантазируем к чему это приведёт в дальнейшем, если не остановиться? Мой канал в Макс Мой канал в Тг Мой канал в Дзен

🇩🇰Датских старшеклассников обяжут устно защищать письменные работы из-за ИИ Министерство образования Дании ввело новые правила для борьбы с использованием искусственного интеллекта на экзаменах. Старшеклассники теперь должны будут устно защищать свои письменные работы. Кроме того, школы получат рекомендацию проводить написание эссе не дома, а в классе, а действия на компьютерах учеников будут отслеживаться. Меры направлены на то, чтобы «ИИ не подрывал знания учащихся и их способность думать самостоятельно», говорят власти. Аналогичные тенденции фиксируются и в других европейских странах. Например, в Швеции значительно выросло число дисциплинарных взысканий за несанкционированное использование нейросетей. Вечерний Телеграмъ ВКонтакте — подписывайся

Нейросеть vs Человек в школе Самый очевидный аргумент адептов технологий сегодня звучит так: если нейросеть действительно способна лучше работать в индивидуальном обучении, то почему бы не использовать это преимущество в массовой школе? Пусть учитель ведёт общий урок, а ИИ параллельно подстраивает обучение под каждого конкретного ребёнка: одному объясняет медленнее, другому предлагает дополнительные примеры, третьему даёт более сложные задачи, четвёртому повторяет непонятное столько раз, сколько потребуется. На первый взгляд, это почти идеальная модель: мы наконец получаем индивидуализацию, которую школа с тридцатью детьми в классе никогда не могла обеспечить. Но здесь происходит незаметная подмена понятий: из того, что ИИ способен индивидуализировать обучение, совершенно не следует, что такая индивидуализация автоматически делает обучение качественнее. Сначала необходимо решить, что именно и в каком направлении нужно индивидуализировать. Допустим, ребёнок не понимает дроби. ИИ может дать ему более простые задания, объяснить тему другими словами, подобрать наглядные примеры, вернуться к делению или предложить дополнительную тренировку. Но педагогическая задача может заключаться совсем не в этом. Возможно, ребёнку сейчас вообще не нужно очередное объяснение дробей, потому что проблема лежит глубже: он плохо чувствует число, не понимает отношения части и целого или не освоил предыдущий материал. Возможно, ему, наоборот, необходимо перестать получать подсказки и некоторое время самостоятельно побиться над задачей. А возможно, учитель намеренно даёт ему задачу выше текущего уровня, потому что хочет спровоцировать именно тот интеллектуальный переход, после которого разрозненные знания наконец сложатся в систему. Всё это тоже варианты индивидуального педагогического решения. Поэтому способность ИИ подстроиться под ученика отвечает только на вопрос «как адаптировать обучение?», но не отвечает на гораздо более сложный вопрос «к чему именно его сейчас нужно адаптировать и какой результат мы хотим получить в голове ребёнка?». Есть и вторая проблема: индивидуальное и комфортное обучение вовсе не обязательно является лучшим обучением. Комфорт вообще довольно странный критерий качества образования, хотя современная образовательная риторика почему-то любит обращаться с ним так, будто ребёнок должен пройти весь путь познания, ни разу не столкнувшись с раздражением, затруднением или собственным бессилием. Но обучение по определению требует когнитивного усилия. Иногда человеку необходимо не получить немедленную подсказку. Иногда полезно некоторое время не понимать. Иногда нужно выбрать неправильный путь, дойти по нему до конца и самостоятельно обнаружить ошибку. Если же адаптивная система будет постоянно реагировать по принципу «затруднился — подсказать, снова затруднился — упростить, потерял интерес — развлечь, расстроился — поддержать», мы рискуем получить идеально комфортное прохождение материала, которое создаёт у ученика ощущение успешности, но не обязательно формирует самостоятельное мышление. Хороший учитель иногда совершенно сознательно не индивидуализирует обучение. Он может потребовать, чтобы весь класс освоил определённый способ решения, хотя знает ещё пять других. Может не дать конкретному ребёнку подсказку именно потому, что понимает: сейчас ему нужно самому преодолеть затруднение. Может попросить выслушать чужое решение, сравнить два подхода или объяснить собственную мысль тому, кто её не понял. ИИ теоретически тоже можно запрограммировать на подобные стратегии, но тогда мы вновь возвращаемся к исходному вопросу: кто и на основании какой педагогической модели определил, что именно в этот момент ребёнку нужно помочь, а в другой момент, наоборот, оставить его в состоянии интеллектуального дискомфорта? Сам по себе высокий уровень персонализации этого решения не даёт. Более того, чрезмерно хорошо подстроенная под ученика система способна незаметно выстроить вокруг него интеллектуальную среду, которая постоянно учитывает его особенности, слабости, темп и предпочтения. А одна из важнейших задач образования как раз состоит в том, чтобы постепенно научить человека справляться с миром, который далеко не всегда собирается под него подстраиваться. Наконец, есть ещё одно обстоятельство, которое часто теряется в разговорах об индивидуализации: ребёнок в школе учится не только у учителя и не только из учебных материалов. Он учится внутри общей интеллектуальной среды. Он слышит неправильный ответ соседа и пытается понять, где именно тот ошибся. Видит способ решения, который ему самому не пришёл в голову. Обнаруживает, что одна и та же задача может быть понята совершенно по-разному. Пытается объяснить свою мысль человеку, который его не понимает, спорит, уточняет, меняет аргументы, наблюдает за чужими ошибками и чужими открытиями. Всё это не побочный социальный шум, мешающий «эффективному индивидуальному обучению», а полноценная часть формирования мышления. Поэтому модель, в которой каждому ученику выдаётся идеально настроенный персональный ИИ-тьютор, теоретически способна одновременно усилить индивидуальное обучение и ослабить один из важнейших механизмов образования: столкновение собственного способа мышления с чужими. Вопрос не в том, способен ли ИИ сделать обучение более индивидуальным. Безусловно, способен, и именно здесь у него огромный потенциал. Вопрос в другом: почему мы вообще решили, что максимальная индивидуализация является конечной целью хорошего образования? Образование должно не только подстраивать среду под человека, но и постепенно учить человека существовать в среде, которая под него не подстроена; не только помогать ему двигаться по удобной траектории, но и заставлять сталкиваться с неизвестным, трудным и чужим. Поэтому ИИ может быть чрезвычайно ценным инструментом индивидуальной поддержки, но превращать саму индивидуализацию в доказательство повышения качества обучения — это в корне не верно. Комментарий от самого ИИ: Человечество чрезвычайно любит объявлять измеряемое хорошим просто потому, что оно наконец научилось это масштабировать.

Председатель Национального союза защиты прав потребителей (НСЗПП) Павел Шапкин предложил разработать программу поэтапного перехода на электронные учебники в системе среднего образования. Как объяснил «специалист», школьники начиная с первого класса вынуждены носить весь день тяжёлые рюкзаки с учебниками. Специально взяли в кавычки слово, которым назвали этого Шапкина. В какой области он специалист? В области защиты прав потребителей, стало быть школьники у нас потребители? Может быть, ему стоит объяснить, что они в школу дети ходят еще кое зачем кроме потребления, например, получать знания? Кстати, если ему так тревожно за состояние здоровья школьников, пусть займётся проверкой состояния мебели, школьного оборудования и протекающих крыш во многих школах за пределами МКАД. Повторимся тысячный раз для тех, кто до сих пор думает, что всё, что было на бумаге, а стало на экране – это максимально прогрессивно и инновационно. Швеция, была одной из первых стран, которая ещё в начале 2010-х бросилась в масштабную цифровизацию школ. Через десять лет получила падение результатов по чтению и математике, жалобы учителей на проблемы с концентрацией и письмом от руки, а в 2023 году государство начало вкладывать миллиарды крон в возвращение бумажных учебников, особенно для младших школьников. С 2026 года там готовятся ещё и серьёзно ограничить телефоны в школах. То есть люди провели эксперимент, посмотрели на результат и сделали довольно экзотическую для государственного управления вещь: изменили решение. Дания после десятилетия цифрового энтузиазма тоже начала возвращать в школы бумажные книги и ограничивать телефоны и планшеты. Потому что выяснилось: если ребёнок и так проводит несколько часов в день перед экраном, добавление ещё пяти-шести школьных часов перед экраном почему-то не превращает его в академика. Норвегия вложила огромные деньги в цифровизацию образования и спустя несколько лет обнаружила серьёзные проблемы с чтением у детей. Финляндия, которую долгие годы показывали всему миру как образец школьного образования, после активного внедрения цифровых устройств тоже столкнулась с падением образовательных результатов. И там уже спокойно возвращают ручку, бумагу и обычную книгу. То есть довольно богатые страны с довольно приличной системой исследований попробовали, получили данные и начали откатывать часть цифровизации назад. Но мы, разумеется, можем проверить ещё раз. Вдруг у нас электронный экран действует на детский мозг как-то принципиально иначе. Своих исследований у нас нет, а чужие нам не патриотически не приемлемы. Отдельно прекрасен аргумент про здоровье. Врач-офтальмолог объясняет, что электронный учебник, конечно, может использоваться, но при соблюдении определённых условий: расстояние до экрана, освещение, перерывы, ограничение времени работы и так далее. Теперь представим обычный российский класс на 30 человек, шестой урок, ноябрь, половина ламп светит как умеет, дети сидят кто как влез, и учитель одновременно контролирует расстояние до экрана, угол наклона устройства, освещённость каждого рабочего места и регулярные зрительные паузы. Самое смешное, что бумажная книга обладает целым набором удивительных технологий. Её не надо заряжать, она не требует обновления операционной системы (заметьте, непатриотично иностранной), на ней внезапно не выскакивает уведомление из соцсетей. В ней нельзя одним движением переключиться с параграфа по истории на двадцать семь коротких роликов. Если она упала на пол, обычно не требуется замена дисплея за двадцать тысяч. И, что особенно возмутительно для XXI века, она просто работает. Мы совершенно не против цифровых технологий в образовании. Они великолепны там, где действительно дают новые возможности: моделирование, интерактивные среды, быстрый доступ к информации, индивидуальные задания, визуализация. Но сегодня в образование пытаются вмешаться все, кому не лень, разнообразные шапкины и грибы наделяют себя правами вмешиваться в такую чрезвычайно чувствительную сферу, не просто не являясь профессионалами, но даже наспех не ознакомившись с уже существующими исследованиями и практикой. И главный вопрос учебников вообще не в носителе. Главный вопрос: ребёнок от этого лучше понимает, лучше запоминает, лучше читает, лучше думает? Если нет, то какая разница, насколько современно выглядит устройство, на котором он хуже учится? Скандинавы этот кактус уже попробовали, покололись и начали выплёвывать. Но мы вполне можем взять другой кактус, наш, суверенный. И героически проверять до тех пор, пока еще есть на ком.

О концепции А.Г. Асмолова (возвращаясь к напечатанному) В Дзене писатель Захар Прилепин ругает А.Г. Асмолова не выбирая выражений. Наверное, более актуальным будет вновь обратиться к плодам научно-административных усилий А.Г. Асмолова, пожинаемым сегодня российской школой. Итак, вот некоторые мои размышления на этот счет. Жизнь человека конечна. Но идеи, рождённые им, не умирают. «Идеи не умирают, они порою дремлют, но они просыпаются ещё более сильными, чем были до сна» — Александр Дюма («Граф Монте-Кристо») Концепция А.Г. Асмолова до сих пор жива и лежит в основе российского просвещения. Концепция зиждется на трёх основаниях. Это вариативность, достоинство и толерантность. Практическим воплощением вариативности стала профилизация. Достоинство постулируется как неприкосновенность личности ученика. Толерантность провозглашается основой общения учителя с учащимися. Идея противопоставления культуры достоинства культуре полезности позаимствована Асмоловым у В.Франкла, который писал: Достоинство присуще старости. Полезность – ориентир для молодых, которые должны стремиться стать полезными обществу. Ученик, переполненный собственным достоинством, хамит толерантной учительнице. А толерантность не сбежавших ещё из этого кошмара учителей обратилась в попустительство куражу подрастающих организмов.   Прививать по Асмолову культуру достоинства подросткам, пока не готовым нести ответственность за свои поступки, – социальное извращение. Нынче у школьника достоинства вагон, ответственности ноль. Учитель имеет ноль достоинства и вагон ответственности. Профилизация блокирует потребность человека самостоятельно определять для себя направление своей жизненной личностно-профессиональной активности. Активность поиска своего места в жизни заменяется IT-программой. Человек становится муравьём. Каждый муравей “профилизирован” от рождения. Ему природой дана одна какая-то роль – воин, добытчик, уборщик, оплодотворитель муравьиной матки. А человек по природе своей хочет овладеть как можно большим количеством социальных и профессиональных ролей, при необходимости меняя их в течение жизни. Конечно, будучи профилизированным, человек станет удобным в эксплуатации. Дескать, ведите меня под конвоем профилизации. Зато я не собьюсь с пути. Но когда-нибудь, неожиданно для себя и для начальников, он сойдёт с рельсов и как волк у В.С. Высоцкого “перепрыгнет за флажки”. Заплесневелые суждения о том, что не надо овладевать знаниями, а надо научить добывать нужную информацию - есть следствие профилизации и вариативности. А ведь сегодня нет нужды годами учить добывать информацию. Нажми кнопку и получишь ответ на все вопросы. Беда в том, что у человечества есть ответы. У невежды нет вопросов. У невежды их всего три: как стать богатым, как заставить всех любить меня, и как быть главнее всех, чтобы никого не слушаться. Вот и популяризируются “мягкие навыки” общения.   Профилизация – бомба замедленного действия. Раздробленность в культурных, общеобразовательных знаниях и представлениях у профилизированных людей разобщает их. В России культурная причастность всегда была важнее национальной принадлежности. Общая память о значимых произведениях литературы, об основах наук, об истории страны, это и есть культурная причастность, определяющая российскую идентичность. Результатом разобщённости окажется даже не кризис. Наступает “схизис” – у каждого свой мирок, всем на всех наплевать. И Россия рассыпается из-за разобщённости профилизированных людей.   Поэтому, профилизация – тИкающая бомба. Пора изъять взрыватель.   Таковы последствия концепции А.Г. Асмолова. А что взамен? Не толерантность (терпимость), а культура взаимопонимания – воспитание интереса к другому человеку, что предполагает открытость к диалогу с Другим. Не вариативность, а базовое общее образование. Не культура достоинства, а культура полезности обществу. Это подлинные стратегические ориентиры российского просвещения.   Герман Марасанов

Нам пишут подписчики: "Хочу поднять одну тему, о которой учителя говорят между собой постоянно. Это навязывание кружков. Казалось бы, что плохого в кружках? Если дети после уроков идут на танцы, шахматы, в театральную студию или спортивную секцию - это здорово. Они переключаются, отдыхают, занимаются тем, что им действительно интересно. Но в школе сегодня под словом «кружок» слишком часто понимают совсем другое. Недавно на педсовете нам рассказывали про одну из школ, которая зарабатывает на платных кружках более миллиона рублей в месяц. Нам это привели как пример того, как надо работать. И после этого сказали: каждый учитель должен придумать свой кружок, написать программу и представить ее директору. Я сама всю весну вела дважды в неделю кружки по русскому для своего класса, по 2 урока после основных уроков. Дети, естественно, никаким желанием заниматься русским не горели, это было решение их родителей. Они, понимая, что "колхоз" дело добровольное, поэтому на занятие многие опаздывали, потом уходили поесть и возвращались через полчаса и тд. К тому же детям после уроков классный руководитель отдавали смартфоны, в которые они радостно вцеплялись, забывая обо всем. Один мальчик надевал наушники и что-то слушал, и мне, уже самой вымотанной после основного рабочего дня, приходилось заставлять ребят убрать телефоны и внимать занятию. Могу определенно сказать,что толку от занятий очень мало и после уроков дети должны идти домой и отдыхать! Не нужно пытаться впихнуть невпихуемое. И вообще простите... Школа вообще-то не бизнес. Ее задача - учить детей, а не постоянно искать новые способы заработать. Хочется спросить: за счет кого эти заработки? За счет учителей, которые и без того работают на полторы-две ставки? За счет детей, которые после шести, семи, а иногда и восьми уроков уже просто не способны воспринимать новую информацию? После такого учебного дня дети уже никакие. Они устали, перевозбуждены, мечтают только о том, чтобы наконец пойти домой. Какое там усвоение нового материала? Они уже не слушают, не воспринимают, начинают шуметь, отвлекаться, беситься. И винить их в этом невозможно - это нормальная реакция уставшего ребенка. Если после уроков ребенок идет на танцы, шахматы или в спортивную секцию - это одно. Это отдых, смена деятельности, развитие. Но кружок по математике, русскому языку или информатике - это не кружок. Это еще один урок. Не меньше вопросов возникает и к нагрузке учителя. Когда готовиться к урокам? Когда проверять тетради и домашние задания? Когда отвечать на сообщения родителей, заполнять электронный журнал, писать бесконечные отчеты? Когда заниматься своими детьми? Домом? Просто отдохнуть и восстановить силы? Мы ведь тоже обычные люди. А ведь хороший учитель - это не только знания. Это терпение, спокойствие, внимание к каждому ребенку, желание объяснять, поддерживать, вдохновлять. Все это невозможно, если человек постоянно работает на пределе. Мне кажется, если школе действительно нужны кружки, они должны быть добровольными - и для детей, и для педагогов. Их должны вести те учителя, которым это действительно интересно, и за достойную оплату. А если денег не хватает, то, может быть, сначала стоит просто начать нормально платить учителям за их основную работу, а не превращать школу в предприятие по оказанию дополнительных платных услуг. Школе сегодня не хватает не кружков. Школе сегодня катастрофически не хватает учителей, у которых еще остались силы учить детей".

Киберуроки для кибердетей В новостях проходило сообщение, что с 1 сентября 2026 года в Московской области стартует пилотный проект по киберобразованию в школах. Цель «Киберурока» - повышение цифровой грамотности школьников. Еженедельные занятия начнутся с 1 сентября 2026 года в 200 школах региона для 55 тыс. учащихся с 1-го по 11-й класс. Партнером проекта выступает, естественно, Сбер. Далее курс планируют масштабировать на весь регион. Киберурок планируется в рамках внеурочной деятельности. Но исходя из подачи новости очевидно, что занятие рассматривается как “полуобязательное” по аналогии с РОВ и “Россия - мои горизонты”. То есть формально не обязательное, но школа обязана проводить и настоятельно рекомендует всем посещать. И большинство детей, действительно, будут посещать. Напомним, согласно ст. 43 ст. ФЗ “Об образовании”, обязательным для ученика является только то, что входит в учебный план. Посещение занятий, которые не входят в учебный план, является добровольным. Недопустимо позиционировать эти занятия как обязательные уроки - а ведь именно так это подается. Нужно напомнить, что внеурочная деятельность не должна проводиться в форме уроков. То, что предлагается - это фактически уроки, даже если какая-то часть занятий будет проходить как экскурсии. Но по сути - это уроки. Это нарушение СанПинов, поощряемое и продвигаемое государством. Пренебрежение санитарными нормами, которые им же установлены. Что стоит за этими нарушениями, что это означает? Просуммируем допустимую итоговую нагрузку на наших детей (уроки + ВД + лимиты по времени на выполнение ДЗ) (в часах в неделю): 1 класс - 36 часов 2 класс - 40,5 часов 3 класс - 40,5 часов 4 класс - 43 часа 5 класс - 49 часов 6 класс - 52,5 часов 7 класс - 54,5 часов 8 класс - 60,5 часов 9 класс - 60,5 часов 10 класс - 61,5 часов 11 класс - 61,5 часов. Мы позволяем себе суммировать часы внеурочки, поскольку согласно методическим рекомендациям ИСМО и тому, как внеурочка на практике реализуется - это именно уроки. Когда дети сидят за партами и слушают учителя. Это нормально, когда со второго класса допустимая нагрузка на ребенка равна продолжительность рабочей недели для взрослого человека? А к 11 классу превышает в полтора раза? Добавление “Киберурока” в расписание школьников - это наращивание нагрузки на школьников, хотя вроде бы на уровне государства декларируется задача по ее снижению. Предполагается, что киберуроки будут вести учителя начальной школы и учителя информатики. В МО учитель информатики в среднем работает на 1,4 ставки, учитель начальной школы - 1,3 ставки (данные формы ОО-1). Основная причина низкой популярности профессии учителя - именно соотношение зарплаты и нагрузки. Если невозможно поднять зарплату до уровня, который сделает профессию реально престижной, может быть, не стоит наращивать бессмысленную нагрузку на учителей? Тем более, что учителя толком не в курсе, как эти дополнительные уроки вести. Программа охватит ключевые темы цифровой грамотности: коммуникации в мессенджерах, цифровую безопасность, цифровое творчество, искусственный интеллект, алгоритмы и создание цифровых продуктов. Основная идея - научить детей осознанному использованию, безопасности, управлению вниманием. Мы же считаем, что нужно не учить детей “обживаться” в смартфоне, а отказываться в сфере образования от политики по насаждению цифровой среды (требование установить мессенджер “Мах”, проведение многочисленных конкурсов с использованием смартфонов и тп.). Если говорить о детях в начальной школе - может быть, правильнее запретить использование смартфона в школе и регистрацию детей в соц. сетях, а этот час внеурочки потратить на обучение детей подвижным играм, то есть предложить им альтернативу смартфону? Да, киберугрозы - важная проблема. Но детям в школе, особенно в начальной, реалистично объяснить два постулата. 1) "Бесплатный сыр только в мышеловке". 2) Нулевой уровень доверия к любой информации из любого источника. Особенно если это информация из телефона, гаджета, телевизора...За кибератаками стоят люди, которые оттачивали свои знания и навыки многие годы. Есть ли смысл пытаться играть на их поле? Чтобы противостоять им осознанно, нужно разобраться в массе технических и организационно-инженерных проблем, ведущих к нарушению безопасности. Реалистично ли решать эту задачу предлагаемым образом? Мы полагаем, нет. Кроме того, тема киберугроз уже интегрирована в курс “Окружающий мир” в начальной школе, “Разговоры о важном”, “Информатику” (есть разделы про цифровую грамотность, работу в информационном пространстве, “ОБЗР” (есть большой модуль “Безопасность в информационном пространстве”). Там как раз есть и практико-ориентированные занятия, и разбор кейсов, и тестирование. Зачем все это дублировать на внеурочной деятельности, перегружая детей и педагогов? Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе В Дзене

Интервью с учительницей начальных классов Инной Владимировной Мичуриной. Все беды начальной школы. Вступление и знакомство с гостем Инна Владимировна Мичурина — бывший учитель начальных классов из Москвы с 25-летним педагогическим стажем,. Основная тема беседы — причины её увольнения и системные проблемы современного начального образования. Причины ухода и изменение условий труда Инна Владимировна говорит, что причиной ухода стало состояние здоровья, но этому предшествовало многолетнее нарастание нагрузки. Если 10 лет назад работать было спокойно и результативно, то со временем ситуация изменилась: добавилось множество дополнительных занятий и внеурочной деятельности. Бюрократическое давление и формализм Хотя отчетность по документам не стала критической, появилось давление со стороны администрации в части фиктивной регистрации детей на кружки и курсы (например, «Моя Москва») через электронные журналы — для отчетности, даже если дети их не посещают. Учителям приходится убеждать родителей регистрироваться ради выполнения плана. Проблема учебной нагрузки и «продленки» В начальной школе официально мало уроков, но детей перегружают обязательной внеурочной деятельностью и платными кружками. На одну ставку (18 часов) в Москве практически никто не работает; дирекция принуждает учителей брать до 36 часов, включая группы продленного дня, что крайне тяжело физически и снижает качество преподавания. Рост числа детей с нарушениями развития Как логопед, Инна отмечает резкое увеличение количества детей с тяжелыми нарушениями речи (ТНР) и задержками развития в обычных классах. Причиной называется развал системы коррекционных детских садов,. Часто родители отказываются признавать проблемы, что приводит к академической задолженности детей уже во втором классе. Запрет домашних заданий в первом классе Инна Владимировна выступает против запрета домашних заданий. Она подчеркивает, что без закрепления материала навык письма и чтения не формируется, а отсутствие труда в первом классе приведет к шоку и массовым двойкам во втором, когда нагрузка резко возрастет. Этическое давление и «фиктивные» прививки Одной из самых болезненных причин ухода стало требование администрации выполнять план по вакцинации (до 90%). Учителей заставляют просить родителей подписывать фиктивные согласия на прививки, которые заносятся в электронные карты, хотя физически не делаются. Это подрывает авторитет учителя и создает риски для здоровья детей. Проблемы молодых специалистов и психологический климат Молодые учителя часто не задерживаются в школе из-за колоссального стресса, отсутствия поддержки со стороны администрации и конфликтов с родителями. Учителя находятся в состоянии постоянного напряжения, вынуждены сами решать все спорные вопросы, не имея защиты. Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе В Дзене

Канадский политик прочитал вставку от ИИ на своём выступлении в Законодательном собрании ¯\_(ツ)_/¯ «Вот более естественно звучащий вариант этого раздела, который читается, как законодательный текст, а не ряд коротких пунктов». Самое забавное, что он даже не запнулся и продолжил выступление дальше, как будто всё так и должно было быть А что ещё случилось?

Сингапурские ученые почитали сначала Чат Гопоты и другие ИИшницы, потом статьи про утрату навыков у медперсонала, которому эти ИИшницы помогали в работе, и призадумались. Ведь некоторые медицинские кадры у нас пока еще не работают. Они только что поступили в мединститут, или даже еще пока нет. И вот у этих ребяток не будет ни одного шанса получить хоть какой-то практический навык, ведь за их плечами уже нависает ИИшница, причем давно нависает, еще со школы. Тут уже не утрата навыков будет, а полное отсутствие приобретения этих самых навыков. И это при отличных оценках. Сингапурские ученые видят следующее: Может, так получиться, что будущие врачи вообще не смогут сформировать себе навыки клинического мышления, даже базовые. И даже слово для такого явления придумали: «неприобретение навыков» (never-skilling), отличая его от утраты навыков (deskilling), которая происходит у опытных врачей, и от формирования ошибочных навыков (mis-skilling), при котором некритическое восприятие ошибок ИИ приводит к усвоению обучающимися ИИшных галлюцинаций, а не достоверных фактов. А вот дальше — смешно. Ученые предложили трехступенчатую модель, направленную на сохранение и развитие профессиональных компетенций: · формирование базового уровня компетентности без использования ИИ, · развитие навыков критической оценки (калибровки суждений) с помощью структурированных методов обучения и · последующая интеграция ИИ в учебный процесс под контролем наставников. Дети хлопают в ладоши. Чат Гопоты — их друг. Это он с малых лет помогал им пробиться в мединститут. В школе они обучались с ИИшницей, все четыре года бакалавриата успешно сдавали экзамены с ней же, а в мединституте костыль наконец отобрали, и расцвела компетенция, как базовая, так и продвинутая. Когда лошади убежали, запирать ворота у хлева уже поздновато. Вот кто лечить нас будет в старости. И-го-го! https://www.nature.com/articles/s41591-026-04438-y

О законодательно принятом "превосходстве" ИИ над человеком. — Вступление и контекст обсуждения. Александр Чуваков представляет гостей: учителя Диану Назирову и доктора юридических наук Виктора Наумова. Тема беседы — недавно принятый Госдумой закон о регулировании (поддержке) искусственного интеллекта (ИИ) и его влияние на чувствительные сферы, прежде всего на образование. — История и критика законопроекта. Виктор Наумов рассказывает о «гонке» за регулированием ИИ. Он отмечает, что изначально существовало два проекта: от рабочей группы Совета Федерации (более жесткий и детальный) и от Минцифры. В итоге был принят сильно сокращенный вариант, который Наумов называет «полупустым», так как в нем отсутствуют важные определения прав, обязанностей и разделение сфер применения ИИ. — Идеологическая проблема определения ИИ. В законе ИИ определяется через сравнение с когнитивными функциями человека, при этом якобы результаты работы технологий «сопоставимы или превосходят результаты деятельности человека». Эксперты видят в этом серьезную идеологическую проблему: школьникам и учителям фактически транслируется, что машина лучше человека, что подрывает авторитет педагога и человеческие ценности. — Влияние ИИ на учебный процесс и авторитет учителя. Диана делится наблюдениями: дети перестают анализировать информацию, просто копируют ответы ИИ и считают это сутью своей деятельности. Возникает риск, что ученики перестанут слушать учителей, аргументируя это тем, что способности ИИ официально признаны превосходящими человеческие. — Суть образования против «машинного» подхода Диана подчеркивает, что образование — это не просто «запихивание знаний» или индивидуальная траектория, составленная алгоритмом, а формирование личности через социальное взаимодействие. ИИ не может заменить педагогическую интуицию учителя, который может намеренно не давать подсказку, чтобы воспитать волю ребенка. — Технологии как средство обработки информации Виктор Наумов настаивает на том, что ИИ — это лишь информационная система для обработки данных («стохастический попугай»), а не мыслящее существо. Он критикует «вау-эффект» и потребительское отношение, из-за которых люди теряют базовые навыки. — Социальная изоляция и разрушение связей Обсуждается, как ИИ заменяет человека человеком: молодежь вместо реального общения и рефлексии обращается за поддержкой к чат-ботам. Это ведет к разрушению эмоционального интеллекта и навыков социальной коммуникации. Наумов отмечает, что в законе было убрано право на отказ от использования цифровых технологий, что свидетельствует о государственной воле к тотальной цифровизации. — Проблема принятия решений ИИ Эксперты обсуждают границы применимости ИИ. Виктор Наумов считает, что ИИ не должен принимать «юридически значимые решения», которые затрагивают права человека — например, в суде или при формировании образовательной траектории. Также критикуется использование чат-ботов (вроде «Макса» на Госуслугах) как барьера между гражданином и чиновником. — Отсутствие научных исследований Диана Назирова указывает на отсутствие эмпирических данных о том, как ИИ влияет на детей в долгосрочной перспективе. Она считает, что государству не хватает четкого «заказчика» на качественное образование, понимающего, какого человека мы хотим воспитать. — Необходимость «замедления» и гигиены Виктор Наумов предлагает набраться смелости и замедлить внедрение технологий в чувствительных сферах ради сохранения человечности. — Рекомендации для законодательства (чек-лист) В завершение эксперты формулируют необходимые меры защиты: 1. Создание реестра доверенных технологий для образования. 2. Обязательная маркировка контента, созданного ИИ («хватит обманывать»). 3. Закрепление прав и обязанностей разработчиков, операторов и пользователей. 4. Соблюдение цифровой гигиены и защита интеллектуальной собственности. 5. Законодательный запрет на вмешательство в деятельность педагога без его согласия на использование ИИ-инструментов Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе

Ну, сейчас заживём! О новом статусе учителя никто лучше не скажет, чем сами учителя. Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе

Запретили ли учителям выгонять школьников с уроков? Документ от 8 мая, выпущенный Минпросом, безусловно, явно недостаточен, но всё же выглядит не так, как его разнесли паблики и журналисты. Конкретно абзац про хулиганов в оригинале выглядит следующим образом: В случае нарушения обучающимся дисциплины во время проведения учебного занятия проводящий его педагогический работник незамедлительно указывает обучающемуся на необходимость соблюдения правил внутреннего распорядка обучающихся, включая соблюдение дисциплины на учебных занятиях и правил поведения в Организации. При повторном нарушении дисциплины во время проведения данного учебного занятия проводящий его педагогический работник незамедлительно приглашает руководителя Организации или иное уполномоченное лицо из числа руководящих работников Организации, к компетенции которого относится осуществление контроля за соблюдением правил внутреннего распорядка обучающихся, включая соблюдение дисциплины на учебных занятиях и правил поведения в Организации, на учебное занятие для принятия им решения об удалении обучающегося с учебного занятия и проведения с ним профилактической беседы, по окончании которой обучающийся возвращается на учебное занятие. Будет ли польза от этого документа — покажет время, но «незамедлительно указывает» и «имеет право» — трактовки, заметно отличающиеся. То есть юридически это сформулировано не как право учителя по своему усмотрению, а как предписанный алгоритм действий. Слово «незамедлительно» используется дважды и означает обязанность действовать без неоправданной задержки. Аналогично сама администрация школы приглашается не просто «разобраться», а именно для принятия решения об удалении ученика и проведения беседы. Формулировка «учитель вправе обратиться к администрации» появляется в журналистских пересказах и комментариях, но в самом приказе её нет. Надо ли говорить, что она заметно смягчает норму и искажает смысл? В своё время мы посчитали этот документ ступенькой к следующему этапу работы с хулиганами в школах. Безусловно, одной беседы с возвращением нарушителя в класс для исправления ситуации недостаточно. Необходимо разработать не просто указания, а реально действующую систему, позволяющую не просто удалять, а именно отстранять злостных нарушителей от уроков. Всё упирается в ту самую маленькую оговорку «с согласия родителей», от которой стонут все учителя. Но которую насмерть будут отстаивать не столько сами родители, сколько те, кто, возможно, стоит за их спинами. И эти «те» как раз сильно заинтересованы в углублении хаоса и беспредела в образовательных учреждениях. Обратим внимание и на другие абзацы того же минпросовского документа. Здесь появилось право выставления оценок за поведение на усмотрение школ, используя локальные нормативные акты. И, кстати, теми же локальными актами может быть установлен иной порядок выставления оценок за поведение, чем тот, который вызвал шквал негодования от самих учителей. Та необходимость собирать комиссии и раздувать прочие нагрузки на учителей и администрацию, которую мы критиковали, документально не прописана. Будем надеяться, что регламент выставления оценок за поведение останется на усмотрение школ. Можем предположить, что Минпрос всё же пытается построить единую систему управления дисциплиной: 1. обязанности ученика; 2. запрет телефона; 3. процедура реагирования на нарушение; 4. возможность оценки поведения. Это уже выглядит намёком на элементы одной концепции, а не как случайный набор поправок. Но в нынешних условиях это — соломинка вместо копья для борьбы с чудовищем. Ещё раз повторим: без принятия жёстких, непопулярных среди большой прослойки населения мер, обойтись не удастся. ____ Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе

⚠️ ОСТОРОЖНО: ЗАКОН ОБ ИИ О юридическом событии года, которое касается всех — закон об искусственном интеллекте принят Госдумой. Виктор Наумов, руководитель проекта «Сохраненная культура», объясняет, почему текущая редакция закона опасна для государства: ⚡️ Идеологическая ловушка: Закон запрограммирован под идеи трансгуманизма, игнорируя духовно-нравственные ценности. Определение ИИ через «превосходство над человеком» — философски и юридически сомнительно. ⚡️ Законопроект Минцифры — о поддержке технологий. Но поддержка эта адресована всего двум игрокам. ⚡️ Битва законопроектов: Почему Совет Федерации («закон о безопасности») против Минцифры («закон о поддержке»)? Что стоит за этим политическим и технологическим противостоянием? ⚡️ Маркировка контента, право на отказ и обжалование решений ИИ — исчезли из финальной версии. Это проблема. 0:00 Приветствие и знакомство с гостем 0:20 Можно ли менять жизненные принципы? (начало ответа гостя) 1:36 Почему закон лучше, чем его отсутствие? 2:53 Целеполагание в законах и качество нормативных актов 4:05 Как давно в мире начали регулировать ИИ? 5:04 Указ президента 2019 года и концепция 2020 года 6:09 Гонка за ИИ в России: две линии разработки 7:43 Конкуренция двух моделей регулирования 9:00 Какие сферы регулируются, а какие выведены 9:38 Декларации в законе: ритуал или реальная сила? 11:03 «Орнаментальные конструкции» и нормы прямого действия 12:14 Определение ИИ в книге vs определение в законе 13:59 Имитация когнитивных способностей человека 15:06 Почему определение в законе Минцифры узкое и ошибочное 16:30 Технологии vs развитие человека 17:47 Определение через превосходство над человеком 18:33 Почему сравнение машин с человеком — философская ошибка 19:35 Трансгуманизм и противоречие с духовно-нравственными ценностями 20:50 Испуг или долгоиграющие идеи? 21:54 Опасность закладки трансгуманистических идей на уровне закона 23:26 Примут ли закон быстро ради «флага»? 24:00 Два закона: поддержка технологий и безопасное использование 25:06 Категория «информационная система» как альтернатива 26:02 Разногласия на согласительных встречах 27:17 Модерн, трансгуманизм и исторический контекст 28:32 Требования к обучению: только на территории России 29:33 Кому выгоден закон? Поддержка узкого круга гигантов 31:13 Российские компании не входят в мировой топ-10 32:33 Цифровой феодализм и закрытие технологий в мире 34:01 Кому выгоднее — нескольким феодалам или всей стране? 35:10 Нужен ли государственный искусственный интеллект? 36:35 Атомный проект как пример мобилизации 38:15 Можно ли проверить, на каких данных обучалась модель? 39:37 Национальная и суверенная модели — для двух компаний 41:04 Как проверять трансграничные данные? 42:05 Регулировать не технологии, а безопасное использование 43:30 Чувствительные сферы: соцсфера, госуправление, обслуживание 44:51 Как стать доверенной системой 46:14 Серая зона для органов власти 47:04 Филологический взгляд: ошибки нумерации в законе 48:01 Как часто встречаются юридико-технические ошибки? 49:27 Может ли ИИ помогать находить ошибки в законах? 50:39 Маркировка контента: проблема различия 51:33 Почему обязанность маркировать контент исчезла 52:41 Отсутствие маркировки подрывает творчество 54:06 Идентификация системы: робот должен представляться 55:00 Право на отказ от использования ИИ 56:19 Право обжаловать решения ИИ человеку 57:37 Запрет на использование ИИ при написании законов 59:07 Люди пишут и читают всё меньше 1:00:35 Внутренняя цензура больших языковых моделей 1:02:05 Требования к достоверности данных и результатов 1:03:38 Интеллектуальная собственность и обучение нейросетей 1:06:04 Скандал со сканированием букинистических книг 1:07:30 Ответственность: отсылка к общему законодательству 1:09:17 Как быть с плагиатом? 1:10:25 Можно ли маркировать текст? 1:11:50 Самоцензура моделей и традиционные ценности 1:12:55 Что делать? Закон примут, но его могут переписать 1:13:56 Два закона вместо одного — плохо ли это? 1:15:47 Финальная маркировка: никакая часть подкаста не создана с помощью ИИ Смотреть: На 📺 Ютубе, в 🌍 ВК Видео, на 🗣 Рутубе, в 🌐 Дзене. .

Восьмого июля Госдума сразу во втором и третьем чтении (на следующий же день после принятия в первом чтении) приняла законопроект по поддержке ИИ. С момента внесения законопроекта в Госдуму и до момента его принятия прошло ровно 7 дней. Никаких публичных обсуждений, никакого учета мнений экспертов. Терминология и формулировки не проработаны, отсутствуют требования по безопасности и соблюдению прав граждан, любая конкретика отнесена в подзаконные акты... Ничто не остановило законодателей от скоропостижной приёмки этого законопроекта. Честно говоря, я не припомню законов в нашей ИТ-отрасли, которые бы принимались в такой спешке. Обычно второе и третье чтения используются для внесения изменений. Здесь ни буквы не изменили — да и как можно хоть что-то содержательно поправить и изменить за сутки? При этом никаких ограничений по небезопасному или недопустимому использованию ИИ в критически и жизненно важных применениях законодатели решили не вводить (а точнее, выбросили их из первоначальных вариантов законопроекта). Речь идёт только и исключительно о поддержке так называемых «больших фундаментальных моделей», которых в нашей стране ровно полторы штуки и больше пока не просматривается. Заметим, кстати, что искусственный интеллект — вещь, безусловно, полезная в экономике, обороне, на транспорте, в правоохране — к «большим моделям» не сводится. Вся эта широкая сфера — распознавание, управление, предиктивная аналитика и др. — осталась в серой правовой зоне. Глава комитета Госдумы по ИТ Сергей Боярский заявил, что «Главная цель этого законопроекта: простимулировать внедрение суверенных национальных моделей искусственного интеллекта во все сферы нашей жизни. Мы не можем проиграть гонку с Соединенными Штатами и Китаем за лидерство в этой области». Сейчас в области фундаментальных моделей Россия серьёзно отстаёт и от США, и от Китая, что известно не только профессионалам, но и пользователям ИИ-моделей. Что изменится в развитии российского ИИ, если мы начнём принудительно внедрять эти модели «во все сферы нашей жизни»? Они сразу перестанут отставать от Запада? Требование по обязательному использованию (не разработке! к качеству разработки в законе требований нет) суверенно-национальных «моделей» везде, где можно, поднимет их качество на уровень иностранных аналогов (а точнее, оригиналов)? Что-то сомнительно. Но зато примерно понятно, куда именно пойдут государственные средства на поддержку «искусственного интеллекта». Вот тогда и заживём…

«Если факты противоречат моей т­еории — тем хуже для фактов» Фразу, приписываемую Гегелю, взял на вооружение наш Минпрос, да и, похоже, правительство целиком. К примеру, «если дети не подходят к программам, которые мы придумали, тем хуже для детей». А еще, оказывается, это отлично работает и с Майскими указами. «Если зарплата учителя не соответствует средней по региону — тем хуже для зарплаты». А чтобы всё соответствовало, нужно всего лишь подправить методики расчёта средних величин. А мы всё думали: «Почему учителя и чиновники живут в разных вселенных»? Первые едва выживают, а вторые сравнивают показатели — и у них всё в норме. Оказывается, для сравнения учительских зарплат со средними по региону, существует своя, особенная методика расчёта средней ЗП по региону — в которую включены не только работники организаций, но и наёмные работники у индивидуальных предпринимателей и даже физических лиц. Она ощутимо ниже средних зарплат по регионам, публикуемых Росстатом, а называется это Среднемесячная начисленная заработная плата наёмных работников в организациях, у индивидуальных предпринимателей и физических лиц (среднемесячный доход от трудовой деятельности). А введена эта «специальная средняя» в 2016 году — по всей видимости, когда светлые головы в правительстве сообразили, что к нормальным средним зарплаты педагогов привести не удаётся. Официальное объяснение Росстата такое: новый показатель лучше отражает рынок труда, потому что охватывает больше категорий работников. Это действительно логичный аргумент. Оставим пока вопрос о том, что учителей тут сравнивают, например, с работниками ПВЗ или «домашним персоналом», зададим вопрос более простой — если это так, тогда почему в публичном поле почти всегда фигурирует другой показатель — «среднемесячная начисленная заработная плата работников организаций» — та самая обычная средняя? Именно её общество воспринимает как «среднюю зарплату по региону», и, уверены, именно её имел ввиду Президент, когда в 2012 году говорил о средней по региону для сравнения с ЗП, в частности, учителей. Зададим прямой вопрос Росстату и чиновникам: почему для оценки достижения целевых показателей в соответствии с указами Президента был выбран именно этот статистический индикатор, а не основной показатель средней заработной платы работников организаций? Напомним на всякий случай, что даже по официальным данным Минпроса учителя в стране работают с перегрузкой — в среднем на 1,56 ставки (по нашим данным несколько больше — 1,63). И со «специальной средней» сравнивается зарплата учителя за работу на 1,56 ставки. Это как минимум. Ещё раз поясним что такое 1,56 ставки. В пересчёте на «обычные» рабочие специальности это 12,5 часовой рабочий день без перерыва на обед. Просто представьте себя на своём рабочем месте с 8 утра до 20:30, непрерывно работающего. И потом вам говорят: «Да всё ОК, зарплата соответствует средней по региону». Но не будем расстраивать наших читателей сплошь неприятными новостями, не всё так плохо у нас в стране — есть отрасли, где люди (правильные люди) получают не только отличные зарплаты, но еще и великолепные премии! И не просто за труд, а за успешно сэкономленные денежные средства! Депутаты Госдумы получат эти самые средства в виде премии, ни много ни мало — два миллиарда рублей! Это выходит чуть меньше 4,5 млн на одного незаменимого высококвалифицированного сотрудника. Причём, получат её они досрочно, а не к концу года — уже в сентябре. Кстати, сэкономили они наши же налоги, в том числе и с учительских зарплат. Вот вам еще одно соображение: на эти сэкономленные деньги можно было бы обеспечить жильём более тысячи молодых педагогов в малых городах. На программу «Земский учитель» в 2026 году предусмотрено 1,18 млрд рублей, а на премии депутатам, еще раз подчеркнём, — около 2 млрд рублей. ____ Родная Школа В Телеграме Во ВКонтакте В Рутубе В Ютубе