Anya with a why

🎙️ Вышел новый выпуск подкаста На этот раз мы с Мишей и клиническим психологом Аней говорили о теме, от которой невозможно убежать, — о времени, старении и конечности жизни. Почему уже в 25 или 30 многие говорят: «Я ничего не успел»? Когда на самом деле начинается старость? Можно ли подготовиться к ней? Почему так страшно замечать, что стареют наши родители? И как мысли о смерти могут неожиданно помочь… жить полнее? В выпуске обсуждаем: • почему ощущение «время уходит» сегодня возникает всё раньше; • как кризисы возраста связаны не столько с цифрами, сколько с поиском смысла; • почему нас так пугают изменения в родителях и как пережить смену ролей, когда они начинают нуждаться в нашей заботе; • что действительно помогает сохранить ясность ума в пожилом возрасте, а что – миф; • как говорить с близкими о деменции, старении и неизбежных изменениях; • и почему встреча с темой собственной смертности часто становится началом более осознанной жизни. Это получился не тяжёлый разговор о старости. Скорее, честный разговор о жизни. О том, что время невозможно остановить, но можно иначе проживать каждый его отрезок. Если вы хоть раз ловили себя на мысли «я что-то не успеваю», тревожились за родителей или задавались вопросом, как не потерять вкус к жизни с возрастом – этот выпуск точно для вас. Приятного прослушивания ❤️ https://kukushetka.mave.digital/ep-15

Подкаст с моим участием родился! Про старение и возраст. Экспертные и не очень точки зрения, смешные и не очень шутки. Хорошо посидели, честно поговорили Сходите послушайте, я там надушнила

Треугольник Карпмана антинаучен и вреден, но я до сих пор встречаю в чатах коллег запросы "а посоветуйте литературу на тему!" и вот вам аргументы, почему пора уже отказаться от этой модели. Начнём с базы: Карпман честно признавался, что его схема - жертва/спасатель/преследователь - это умозрительная модель, выросшая из анализа сюжетов сказок и личного опыта. Никаких контролируемых экспериментов, репрезентативных выборок и статистических расчетов там не было, что в академическом мире снижает ценность до бытовой эксплуатации терминов. Концепция стала популярной лишь потому, что наш мозг обожает экономить когнитивный ресурс, а треугольник предлагает обманчиво простое, линейное объяснение конфликтов. В доказательной психотерапии (той же КПТ) любая рабочая модель обязана пройти процедуру валидации, но только в 2020 году исследователи предприняли серьёзную попытку валидизировать шкалу треугольника (Drama Triangle Scale). Что показало исследование? Субшкала "жертвы" действительно коррелирует с деструктивными паттернами и психологическим неблагополучием. Но жёсткая, неизменная трехсторонняя динамика перехода ролей, которую нам продают, в масштабных эмпирических тестах выглядит скорее как надуманный конструкт, чем как реальный нейробиологический или поведенческий алгоритм. Кроме того, треугольник Карпмана подпитывает опасные когнитивные искажения, в частности - веру в справедливый мир. Из-за нее люди склонны думать, что во Вселенной действуют некие законы, благодаря которым каждый получает то, чего заслуживает. И если человек жалуется на жизнь, то исключительно из-за того, что сам не хочет приложить достаточно усилий для ее изменения. Вот тут собрали исследования на тему, и только одно из них якобы подтверджает теорию. Якобы - потому что внутри методологические ошибки и нет контрольной группы. Самый этически спорный поинт треугольника Карпмана заключается в том, как его используют на практике. Поскольку классическая модель транзактного анализа утверждает, что Жертва неосознанно ищет выгоду и сама провоцирует Преследователя, в реальной жизни это превращается в легализованный виктимблейминг. Натягивание схемы на ситуации реального абьюза или домашнего насилия недопустимо, так как это перекладывает ответственность с агрессора на пострадавшую сторону. А альтернативы какие? А вот и вот (с впн): современные исследователи пытаются полностью пересобрать структуру, заменяя манипулятивные позиции на здоровые поведенческие альтернативы: уязвимость вместо жертвенности, уверенность вместо преследования и заботу без гиперопеки

Универсальной психотерапии "для всех" не существует (о нет, она снова об этом). Вот тут пост на смежную тему. Но давайте еще разок! Наш мозг, кошелёк и география завязаны в хитросплетение, где выбор метода терапии превращается в социальный маркер. Разбираемся, почему так. Западная гуманистическая традиция веками строилась вокруг идей индивидуализма и вербализации. В США и Западной Европе клиент ждёт от терапевта партнерства, ровного тона и бережного копания в инсайтах. Но если подвинуться всего на несколько часовых поясов, картинка меняется: Япония, Китай предпочитают директивные методы - КПТ, ОРКТ. Здесь клиент ожидает встреч с сэнсеем, который даст четкий алгоритм. На этом стыке рождаются и локальные методы - Морита или Наикан. В Африке или на Ближнем Востоке вообще предпочитают семейный системный подход или коллективные практики поддержки, которые плотно вшиты в местный религиозный или общинный контекст. Самое неприятное условие выбора - SES - социально-экономический статус. Материальное положение определяет формат терапии даже жестче, чем география. Глобально идет разделение на два типа: High-SES (высокий доход) и Low-SES (низкий доход). Подробнее. Вторые выбирают краткосрочные, структурированные, поведенческие методы (КПТ, EMDR). Ограниченные финансы требуют быстрых и понятных изменений. Хронический финансовый стресс = cognitive overload. Человеку в режиме выживания физически тяжело дается абстрактная рефлексия, его мозгу жизненно необходима поведенческая активация, чтобы снизить тревогу вотпрямщас. Financially stable person скорее пойдет в психоанализ, гештальт, экзистенциальный анализ, глубокие психодинамические подходы. Ему ок заходить в долгосрочные процессы без немедленного измеримого результата. Вот тут зафиксирован ещё один феномен aka институциональный барьер: людям с низким достатком специалисты реже предлагают места в долгосрочную терапию. Система подсознательно стигматизирует их как «менее перспективных» клиентов. По интернету ходит мем, что в итоге большинство через лет -дцать приходит в психоанализ, и в каждой шутке, конечно, есть доля шутки Ну и файналли, пару слов про СНГ и постсоветское пространство. На просторах eLIBRARY картина выглядит по-своему колоритно: в крупных городах предпочтения вполне европейские - гештальт, психодинамический подход, EFT, системная семейная. Но чем дальше в регионы, тем сильнее падает платежеспособность и тем жёстче работает стигма «к психологам ходят только психи». Ссылка раз и ссылка два. Там население выбирает либо разовые консультации, либо директивные методы (вплоть до гипнотерапии), либо идет в госучреждения, где клинические психологи работают по строгим медицинским протоколам (зачастую морально устаревшим).

Интересная подборка папир по проблематике русскоязычных диаспор заграницей. Автор тут, а по названиям исследования вполне себе ищутся для более полного погружения в вопрос

Умер известный психотерапевт и основатель портала Psychotherapy.net Виктор Ялом Стало известно о смерти американского психолога, психотерапевта и предпринимателя Виктора Ялома (Victor Yalom). Он скончался 26 февраля 2026 года в возрасте 66 лет. Подробности на днях сообщил его брат — Бен. По словам родных, Виктор Ялом покончил с собой после обострения психического заболевания, с которым сталкивался на протяжении жизни. Виктор Ялом — сын выдающегося психиатра и писателя Ирвина Ялома. Виктор 30 лет вёл частную практику, однако главным его проектом стало создание в 1995 году обучающей платформы Psychotherapy.net. До создания портала обучение психотерапии строилось на книгах и лекциях, студенты редко могли увидеть, как на самом деле работают терапевты за закрытыми дверями. Под руководством Ялома ресурс превратился в медиатеку с записями работы и интервью мастеров психотерапии: Маршей Линехан (создательницей DBT), отцом экзистенциального подхода Джеймсом Бьюдженталем, Сью Джонсон (основательницей EFT) и многими другими. Виктор Ялом руководил проектом вплоть до ухода на пенсию в 2025 году. Коллеги вспоминают его как просветителя, который сделал психотерапию более понятной и доступной для изучения.

И ещё одно нежное напоминание: работа психотерапевтом - не залог психического здоровья.

Все мы привыкли к разному ощущению стыда: ляпнул глупость на созвоне, не в тему оделась, размазалась помада на свидании, пустил шептуна в тишине. С этим справляться мы более-менее научились. Обычный стыд всегда локален и крутится вокруг формулы: «Мне стыдно, что я такой/так поступил» Стыд существования (existential shame) находится в иной весовой категории. Расскажу с точки зрения не нейропсихологического, а психоаналитического взгляда. Как это работает на практике? Человек чувствует себя ходячим куском грязи или "гнилой чернотой". Причем это не фигура речи - на сессиях пациенты говорят, что зря тратят воздух, занимают чье-то место в пространстве и мечтают просто испариться, как грязная лужа, чтобы не оставлять после себя даже молекулы. Понятное дело, что на фасаде они могут быть супер-успешными перфекционистами, социально активными и даже очень милыми в общении. Психика выстраивает ложное «нарциссическое Я», чтобы прикрыть этот ядерный ужас внутри. Маскинг прорастает во все сферы жизни, и, по мнению именитых психоаналитиков, база берётся еще из доречевого периода детства, где всё было очень плохо с первичными объектами (родителями). Пример пациента в тексте (кладу в комментариях почитать фулл) собирает максимум отвержения: мать с рождения отказывалась брать ребенка на руки, кормить и даже смотреть на него. В психоанализе это называется ошибкой холдинга, то есть когда нет прикосновений - у младенца не формируются границы собственного «Я». Тут могу только сделать комплимент «We Need to Talk About Kevin» за репрезентацию процесса и последствий такого взросления. Посмотрите этот фильм, если ещё не. Едем дальше: вербальное уничтожение. «Ты ошибка, лучше бы тебя не было, уйди с глаз моих» встраиваются в картину мира рёбенка. Малыш не может понять, что мама не в адеквате (например, у нее послеродовая депрессия или психоз), он просто интернализирует ее ненависть, делает её частью себя и начинает уничтожать себя сам. По Фонаги это называется чистой идентификацией с агрессором. А чё делать-то терапевту? Ну, для начала, постараться не сойти с ума. Такие пациенты а) максимально суицидальны, б) будут приглашать терапевта в унижение себя, попутно называя аналитика проституткой, у которой после предыдущего клиента кушетка ещё тёплая (любимое). Автор статьи говорит, что спустя годы терапии описываемому пациенту удалось выйти из порочного мазохистически-нарциссичного круга и принять своё самоощущение как результат событий детства. Как именно это произошло, рассказчик, конечно, не уточняет. В общем, если вы любите пространные психоаналитические тексты с интерпретациями, добро пожаловать в комментарии

Музыкальная минутка! Было ли у вас такое, что с человеком вы находите коннект и "разговариваете" через шеринг треков и композиций, в которых есть нужные слова и настроения? У меня несколько лет была позабыта эта способность, но сколько же радости она принесла, когда снова вспомнилась! В этой статье выдвинули и проверили гипотезу о том, что последовательность музыкальных аккордов, звучащая во время социального контакта, активирует нейронные механизмы, связанные с социальными процессами. Звучит заумно, давайте попроще. Проверяли идею в самом упрощенном виде социальной ситуации: два человека сидят напротив друг друга, смотрят друг другу в лицо и одновременно слушают гармоничную или корявую последовательность аккордов. Было сказано сидеть молча на расстоянии около полутора метров (естественно, под наблюдением за активностью мозга). Музыка, к слову, у нас активирует префронтальную кору, миндалевидное тело и переднюю поясную кору. Так вот, оказалось, что гармоничные треки вместе с прямым визуальным контактом усиливают межмозговую синхронизацию у двух человеков. Кроме устного опроса участников была и подтвержающая это связь в работе мозга. Почитать пдфку с полным текстом можно по ссылке выше, а вот тут есть краткий пересказ на русском

Грибочки vs Альцгеймер Кейс-репорт: Бразилия, паллиативная помощь. Зафиксировано восстановление когнитивных и моторных функций у пациентки с тяжелой формой Альцгеймера после приема высокой дозы псилоцибина. Что случилось: бабуля выдала улучшение по всем фронтам. Спустя 19 часов вернулась спонтанная автобиографическая речь - вместо отдельных слогов она начала осознанно разговаривать развернутыми фразами. Восстановился контроль над самообслуживанием. Улучшилась координация при ходьбе, женщина начала проявлять эмоции и социальную вовлеченность. Эффект частичного восстановления функций стабильно удерживался на протяжении месяца! Обычно врачи считают, что на поздних стадиях восстанавливать в мозге уже нечего. Однако псилоцин выступает мощным агонистом серотониновых рецепторов 5-HT2A. Это резко стимулирует нейропластичность, запускает ремоделирование синапсов и перестраивает работу сети пассивного режима работы мозга (DMN). Фактически вещество «подсветило» и временно активировало остаточный функциональный резерв в ещё уцелевших нейронных сетях. Дисклеймер: это всё ещё кейс-репорт, а не масштабное клиническое исследование. Из-за внешних ограничений авторы не смогли провести нейровизуализацию МРТ/ПЭТ. Метод требует долгой проверки на безопасность, но открывает новое направление в гериатрии. Линк на оригинальную статью или вот хороший пересказ от N+1

Философия зависимости Один из лучших недавних примеров практического применения философии — работы Ханны Пикард. Месяц назад вышла её книжка Что бы вы делали в клетке с кокаином? Философия зависимости. Там она демонстрирует ложность дихотомии «зависимость как болезнь мозга» (brain disease model) и «зависимость как моральный выбор зависимого» (moral model). Вместо этого Пикард предлагает концепцию «ответственность без вины», которая лучше справляется со стигмой, но при этом дает агентность зависимым людям. Специалисты вроде Пикард часто стараются осмыслить, что может дать философия другим сферам. Например, выступая перед полумедицинским сообществом, Пикард вдается в вопросы философской методологии и философии языка. Она рассказывает об ошибочной процедуре — взаимоподмены экспланандума (объясняемое) и эксплананса (объясняющее). Мы хотим понять или объяснить, что такое зависимость, то есть сама болезнь. Ее мы идентифицируем по внешним проявлениям — симптомам; так это обычно происходит с большинством расстройств психики. Далее мы предлагаем объяснение, которое выходит за пределы симптомов: зависимость — это моральный выбор (устаревшая карательная модель) или болезнь мозга (более человеколюбивая новая модель). Сторонники модели болезни мозга склонны не замечать, как для них эксплананс становится экспланандумом. В результате мы имеем случаи, когда характерное для зависимости состояние мозга есть, а зависимости нет, и наоборот, когда есть зависимость без характерного состояния мозга. Другая проблема заключается в более общем вопросе философии медицины — в соотношении нормативной теории болезни и натуралистической теории болезни. (Про это можно узнать, например, в курсе Kane B по философии медицины.) Представим, что есть две женщины, обеспеченная и необеспеченная, обе из них пьют одинаковое количество алкоголя, которое одинаково на них влияет. Но у первой есть домработник, возможность не работать и давать уход детям, у второй — нет, ее семья попадает под внимание органов опеки. Во многих случаях из-за отсутствия большого влияния на жизнь первой женщины мы откажемся признавать, что у нее зависимость (например до тех пор, пока употребление алкоголя не начнет приводить к сопряженным болезням ЖКТ или расстройствам психики). В отношении второй же женщины мы часто очень легко согласимся признать, что у нее зависимость. Можно подобрать множество подобных пар примеров, в которых будет неясно, должны ли мы диагностировать наличие болезни. Натуралистическая картина дает один ответ, нормативная — другой. Наконец, важная часть работы Пикард направлена на понимание того, почему зависимые люди нарушают базовый практический принцип: избегать того, что приносит вам вред. Для этого нужно анализировать зависимость как расчет costs/benefits и понять, какую ценность наркотик имеет для зависимого: облегчение негативных аффектов, способ справляться с болью, иногда даже источник чувства себя и социальной принадлежности. Для меня эффективность работы философа часто определяется тем, насколько хорошо он или она понимает, как мало философия может дать. Но глупо считать, что в мире с большой переплетенностью разных форм знания философия не может дать ничего таким сферам, как медицина и социальная работа.