artdeadline

С радостью рекомендую хорошее, важное, нужное, интересное. Онлайн-лекторий "абонемент" запускает цикл встреч, посвященных Большому театру. Будет не просто хронология 250 лет, а аналитика развития театра на фоне истории страны. Если об этом и слушать, то только Татьяну Белову, которая 24 года (2001-2025) заведовала литературно-издательским отделом Большого. Первая лекция уже завтра в 20:00, можно разово, но лучше, конечно, организовать себе сразу 8 прекрасных четвергов и иметь какую-то приятную стабильность в этой нестабильной реальности.

◾️ 250 Большого театра ◾️ четверг, 20:00 мск, середина марта — конец апреля ◾️ 10000 р. — восемь встреч или один курс | 1500 р. — разово Татьяна о курсе: Слова «Большой театр» могут означать и здание, и набор спектаклей, и эстетическую концепцию. Для многих Большой — биография, а то и судьба. В курсе мы попробуем понять, что это за явление, ну или хотя бы воссоздать его образ в разных проекциях: музыкальной, политической, социальной, танцевальной. О новогодних «Щелкунчиках» тоже поговорим, куда без них! Архитектура, опера, балет, механика сцены, нотные архивы и музейные сокровища — в курсе «250 лет Большого». ◼️ Страница курса на сайте Записаться можно через сайт — добавьте встречи в корзину и выберете курс в форме оплаты. Оплатить иностранной картой можно, написав @el_pog. Вопросы: @el_pog #большой_abonementlectures

Вот и Театр Вахтангова под шумок вычеркнул имя Римаса Туминаса. Еще в феврале режиссер был упомянут на каждой странице своих произведений, но 5 марта я зашла купить билет на "Царя Эдипа", а список создателей начинается с художников и заканчивается помощниками режиссера. Самого режиссера будто и не было никогда. Не просто его личная страница лишена ссылок на его же спектакли, а спектакли - имени создателя, но и тщательно переписана каждая аннотация. Там, где раньше представлялось видение Туминаса в виде цитат и пояснений, теперь зияет безликое "МЫ". И ладно бы просто убрать упоминание, но отдел, занимающийся сайтом, вписал себя в прямую речь автора на странице "Евгения Онегина". Вторгаться в прямую цитату - это не просто непрофессионально с точки зрения редактуры, это подлог и клевета на выходе. Так ведь всем этим переписывателям можно вложить в уста то, что они не говорили, вот песня будет! На скриншотах выше - печальное было/стало. Всё это как-то гадко, и совершенно непонятно, как к этому относиться. Театр спрятал имя режиссера во имя сохранения его прекрасных спектаклей в репертуаре? Театр отождествляет себя с Туминасом и встает с ним плечом к плечу, когда переписывает его прямую речь и ставит на место его личного "Я" своё коллективное "МЫ"? Или же это хладнокровное и беспощадное вычеркивание человека из своей истории? Попытка бессовестно передать обезличенному Коллективу чужой интеллектуальный труд? Уже нет сил искать ответы.

Каким-то чудом сегодня я тоже слушаю "Золушку"

Я уже здесь, но не поверю, пока не погаснет свет

Захотелось немного инфаркта

😕И вот казус этого всего в том, что начиная с Екатерины и Дмитрия, заканчивая кордебалетом: никто не понимает, что они танцуют.

Абдерахман - дебют Артемия Белякова в этой роли. Мало того, что сам оригинальный персонаж является явной эротической фантазией авторки балета Лидии Пашковой (в реальности я вся такая неприступная и благочестивая, но пусть придёт и возьмёт меня хоть во сне), Беляков не смог наделить этого дурацкого героя хоть каким-то южным характером. Появился красиво и загадочно, шагал по сцене неистово и выразительно, бедуинские прыгал чисто и без помощи рук. Вот снова – чистота и техника, каждый шаг как по линейке, каждый взгляд как по штангенциркулю. И при этом полная эмоциональная стерильность. Чего пришёл, зачем табор свой привёл, почему пополз умирать к ногам Раймонды (вспоминаю смесь poker&bitch face Алёны и хохочу)? Ну потому что так написано, что пристала? В коротком сарацинском дуэте (Мишина и Смольянинов) было больше огня и чувств, чем в трех актах любовного треугольника.

У Геращенко и у Белякова наблюдалась та же проблема. И Жан де Бриен, и Абдерахман куда больше думали о позах, нежели об отношении к героине. Мне даже пришлось пару раз заглянуть в либретто, чтобы вспомнить, не насильно ли Раймонду выдают замуж за Де Бриена. И не является ли он бесправным бастардом, которому не рады в этом замке. И не больна ли Раймонда хандрой. Иначе ну почему они даже не смотрят друг другу в глаза? Почему он так неловко и формально припадает к её руке, а она, не касаясь, гладит его по голове, как какая-нибудь Мадонна младенца на фреске эпохи Возрождения. Холод, с которым она провожала его в военный поход, по неприкаянности был равносилен лишь бездушности канцелярских докладов о великом подвиге народа. Всё их взаимодействие балансировало на грани бесконтактного боя и пионерских дистанций.

Алёна танцевала, так скажем, старательно. Абсолютно не музыкально, мимо вообще всех акцентов, даже бурре мимо перебора арфы, из-за чего образ героини из балетно-летящего превращался в ударно-рабочий. Что удивительно, я решительно не могу обвинить Алёну в халтуре, потому что она ответственно пахала в полную ногу. <...> Очевидно, на репетициях она усвоила все указания репетитора и прекрасно знает, как положить руку, на какую высоту поднять арабеск, в какой манере повернуть голову на партнера, как остро уколоть ногой воздух, не бросая движение на полпути. <...> Алёна работала работу, сдавала балетный норматив, и будь у неё трибуна с микрофоном, прекрасно бы прокомментировала всё, что делает. Я даже подумала, что, если в будущем она станет педагогом, ей точно будет чем поделиться со своими подопечными. Но и без того дурацкий и бедный на события, пожелтевший от времени спектакль от такого очевидного олимпийского трудоголизма просто умер.

Пока ехала в Сапсане, поделилась всеми своими мыслями об увиденной "Раймонде" с Алёной Ковалёвой, Егором Геращенко и Артемием Беляковым. Текст пусть лежит, но отдельно вытащу пару абзацев про героев.